Все хотят жить

В свое время межпланетный космический корабль «Король Артур» был огромной сенсацией. Наравне с тремя своими собратьями.

Внешне они мало чем отличались от других кораблей, предназначенных для дальних перелетов среди звезд, но одна деталь делала их особенными и позволяла оставить след в истории. Отдавая дань трудам фантастов прошлого века, а также компьютерным гениям новой эры, для которых установка подобного оборудования была скорее демонстрацией возможностей, нежели реальной необходимостью, на четырех кораблях была запущена система искусственного разума. Цифровой мозг был призван оградить экипаж от возможных опасностей космических путешествий, помочь экипажу преодолеть социальную изоляцию. Да и просто показать миру, что будущее наступило и неотвратимо разрастается, проникая в саму структуру человеческого бытия.

Впрочем, довольно быстро выяснилось, что даже в глубоком космосе нет никаких неведомых опасностей. Все угрозы, которые могут подстерегать космопроходцев, давно известны, и вероятность столкновения с ними выверена тысячами статистиков. Что же до социальной изоляции, то куда дешевле создать виртуального собеседника, который поможет развеять скуку. Те невероятные приключения, о которых грезили писатели прошлого, не нашли себе места в суровой прозе реальности.

Инспектор Франц Кольер и его помощник Стивен Пирс сидели в командной рубке, пили зеленый чай из термосов, лениво поглядывая на бесчисленные строчки цифр, что высвечивались на главном экране. Именно им двоим предстояло сделать первоначальные выводы относительно аварии, повлекшей за собой кончину трех человек: капитана, механика и пилота. Весь экипаж межпланетного корабля. Тела несчастных уже были погружены на челнок инспектора, а сам «Король Артур» малым ходом направлялся к Земле, чтобы его могли детально обследовать техники.

— Копирование исходных видеоматериалов почти закончено, — донесся из динамика приятный баритон.

— Спасибо, Артур, — Кольер кивнул невидимому собеседнику. Вернее, видеть-то он его видел. Везде, куда бы не обернулся. Ибо, фактически, он поблагодарил весь корабль.

Пирс потянулся:

— Признаться, мне уже осточертело ждать. Не думаю, что мы увидим там что-то новое. К счастью, Артур не пострадал и сумел все рассказать. Лучше свидетеля и не отыскать, верно? — и он мягко похлопал по пульту управления.

— Благодарю за доверие, — отозвался искусственный голос. — Но для отчета одних моих показаний будет явно недостаточно.

— Не думаю, что между ними и вердиктом специалистов с Земли будут расхождения, — отмахнулся Пирс. — Мы сами видели отверстие от метеорита в корпусе, когда подлетали.

— Видели, — протянул Кольер и задумчиво почесал короткую черную бородку, в которой уже отчетливо проглядывали седые волоски. Эта старая привычка не раз помогала ему сконцентрироваться на сложной задаче. — Но техникам еще предстоит выяснить, почему ты автоматически не выполнил маневр расхождения с этой крохой, — слова он произносил, глядя в потолок.

— Он ведь нам уже говорил.

— Да, я уже сообщил вам всю информацию, которой располагал, мистер Кольер, — отчеканил Артур. — Капитан взял управление на себя, предварительно введя кодовое сообщение, которое, согласно протоколу, запрещало мне всякое вмешательство. Капитан располагал информацией о приближающемся теле, но проигнорировал ее. После того, как метеорит пробил обшивку, началась декомпрессия. Так как я не мог блокировать поврежденный участок из-за команды, отданной мне капитаном, это привело к гибели экипажа.

— Все говорит о том, что капитан был немного не в себе, — сказал Кольер. — Но почему остальные не попытались ему помешать?

— Другие члены экипажа находились в своих каютах. Когда они услышали сирену и покинули помещения, было уже мало шансов выжить. Утечка происходила очень быстро, был поврежден сам механизм...

— Это я помню, — закивал инспектор. — Но ведь у них было несколько секунд, чтобы вернуться в каюты, где еще оставалось немного воздуха? А мы нашли их в коридоре.

— Да, сэр. Но они этого не сделали. По какой причине, мне неизвестно.

— Послушайте, Кольер, не кажется ли вам, что допрос идет по кругу? — вздохнул Пирс. — Мы уже получили все ответы. С деталями пусть разбирается комиссия.

Инспектор открыл рот, чтобы ответить, но не успел, потому что голос из динамика отрапортовал:

— Копирование материалов завершено. Если вы желаете немедленно ознакомиться с содержанием, то я выведу изображение на экран.

Мужчины поставили термосы на пол и развернули кресла к широкому монитору. Кольер подался чуть вперед, дотянулся до пульта управления и опустил пальцы на клавиши. Когда началась демонстрация записи, опытный инспектор молниеносно переключал изображение с разных камер, стараясь не упустить ни одной детали.

Время шло. Кольер и Пирс уже не один час, не отрываясь, смотрели на экран. Поведение людей, предшествовавшее аварии, не вызывало ни малейших подозрений. Инспектор отбивал дробь по клавишам, переключая камеры, но уцепиться было не за что. Это был совершенно обыкновенный полет. До определенного момента.

Капитан пьет кофе, а механик с пилотом, лежа в своих каютах, играют в карты друг с другом при помощи электронных планшетов. Через некоторое время капитан заглядывает в рубку. Затем задумчиво оглядывает приборы, задержавшись на чем-то непосредственно под камерой. Кольер огляделся и понял, что это был радар. Замерев на несколько секунд, капитан вздрагивает и меняется в лице, будто ему неожиданно пришла в голову какая-то дикая мысль. Он бросается к пульту управления и выстукивает что-то на основной клавиатуре. Запись обрывается.

— Капитан ввел команду, блокирующую меня, — пояснил Артур. — Запись включилась вновь уже после смерти капитана. Желаете посмотреть запись с камер, которые снимали экипаж?

— Да, разумеется, — Кольер кивнул и потянулся к подбородку.

Ничего примечательного. Механик и пилот продолжали свою игру до самого отключения камер. Когда же они опять заработали, бедняги были уже лежали мертвыми в коридоре неподалеку от дверей в свои жилые помещения.

— Вот что, Стивен, — задумчиво произнес Кольер. — Пойдите-ка, посмотрите повнимательнее их каюты. А я направлюсь в каюту капитана. Попробуем понять, почему он увидел на радаре крошечный астероид и направил корабль ему наперерез. Надеюсь, что мы найдем ответы.

Кольер устало опустился в кресло и провел пальцем по сенсору настольной лампы. Ровный белый свет разлился по поверхности стола, на котором лежала толстая тетрадь — единственный «улов» от осмотра каюты. Судя по первым страницам, это судовой журнал. В век электроники и цифровых носителей вести запись от руки выглядит не только старомодным, но и странным. Однако Кольер не мог с уверенностью сказать, что эта странность имеет отношение внезапному помрачению рассудка капитана. А вот записи в журнале представляли большую ценность для аналитиков.

Инспектор пролистал треть тетради. Страницы заполнены аккуратно, ровным почерком. Записи велись не регулярно, так как в них вообще не было особой необходимости. Все происходящее на корабле фиксировал компьютерный мозг Артура.

«Во всяком случае, до тех пор, пока его не отключили» — подумалось Кольеру.

Мужчина раскрыл тетрадь на последнем отчете. Он очень надеялся, что капитан сделал записи в тот роковой день. Но, увы, записи обрывались за неделю до происшествия и не несли в себе ничего важного.

Кольер вернулся к началу и погрузился в чтение. Теперь он не просто пробегал глазами по страницам, а внимательно изучал содержимое тетради. Помимо сухого технического рапорта о поправках в курсе, о состоянии корабля, капитан записывал и социальные аспекты путешествия. Он вкратце пересказывал основные занятия экипажа за день. А иногда даже делился и собственными мыслями. Судовой журнал не был нужен никому, кроме немолодого капитана, поэтому со временем тетрадь становилась дневником человека, отрезанного от родины десятками миллионов километров. И чем дальше «Король Артур» отдалялся от Земли, тем откровеннее становились размышления, излитые на бумаге.

Когда через полчаса дверь каюты капитана открылась, а в проеме показался Пирс, Кольер сунул тетрадь подмышку и резко поднялся:

— Кажется, я знаю, что стало причиной аварии. Если я прав, то нам стоит немедленно надеть шлемы и не снимать их до тех пор, пока не вернемся на челнок.

— Может, теперь вы объясните мне, почему мы так спешили убраться оттуда? — спросил Пирс, в раздражении швыряя скафандр на полку. — Нет, если вы все выяснили, я не против отчалить домой. Но вы могли бы посвятить меня в разгадку, вместо того, чтобы заставлять меня одеть скафандр и нестись сломя голову!

— Я не был до конца уверен, что он нас отпустит.

Кольер сел за пульт управления и запустил механизм отстыковки.

— Кто? Артур?

— Да, — инспектор развернулся к помощнику. — Это по-прежнему выглядит для меня очень дико, но объясняет все...

— Что «это»?! — воскликнул Пирс. — Да расскажите, в конце концов, что вы нашли такое в этой тетрадке?

— Это судовой журнал. Вернее, что-то вроде дневника капитана. Большая часть того, что тут записано, не представляет интереса, за исключением одного. Перед полетом экипажу объявили о запланированном переводе на другое судно. Понимаешь, Стивен?

— Откровенно говоря, не понимаю, — Пирс нахмурился. — К чему вы клоните?

— Корабль собирались списать, — инспектор взмахнул тетрадью, словно древний полководец своим жезлом. — А Артура – отключить и переместить на цифровой носитель.

— То есть, вы хотите сказать...

— Именно. Аварию устроил Артур. По всей видимости, он узнал о предстоящем списании. От кого, сложно сказать. Может быть, это была неосторожность, проявленная на Земле. А может, экипаж обмолвился об этом между собой. Я не исключаю даже то, что дневник просто попал в объектив одной из камер. Электронному вычислителю достаточно и секунды, чтобы запомнить информацию. Возможно, тогда Артуру пришла в голову мысль, что если с кораблем что-то случится, то ему удастся продлить себе жизнь еще на какое-то время. А может, даже угодить в музей. Все-таки исторический корабль, да еще с такой трагедией, как гибель всего экипажа. Учитывая, что создавался «Король Артур» как раз для исключения самой вероятности такой катастрофы. Пока комиссия будет разбираться, это уже выиграет для Артура драгоценное время. Скорее всего, здесь не имел место точный расчет. Ведь осколок, который задел их, не был зарегистрирован, иначе, согласно инструкции, изменение курса они обязаны были выполнить задолго до столкновения. И только компьютер мог рассчитать траекторию так, чтобы ущерб от такой крохи, оказался достаточным для нарушения герметизации. Он поддался импульсу.

— Постойте, — Пирс прервал монолог инспектора. — Но ведь мы ясно видели, что капитан отключил Артура перед столкновением. Как с этим быть?

— Мы видели только то, что нам хотели показать, — ответил Кольер. — А именно, что он ввел некий код на клавиатуре. Да, возможно, осознав угрозу, капитан решил взять все в свои руки. Но было уже поздно для маневра. Подумайте, Пирс. Ведь то, что я сейчас говорю, выглядит куда логичнее, чем версия, которую нам пытался навязать Артур.

Пирс задумался.

— Пожалуй, — неуверенно протянул он. — Однако Артур, это полноценный искусственный разум. Неужели вы думаете, что он не мог выдумать историю получше?

— Мог, — кивнул Кольер. — Но не стал. Не захотел. По крайней мере, я так думаю. Вы верно подметили, упомянув, что Артур — полноценный искусственный разум. По-своему, он сродни человеку. А ведь не каждый человек способен на убийство, верно? Иной раз, нарушители закона сами оставляют следы до того очевидные, что кажется, они подсознательно желают быть пойманными.

— Хотите сказать, что у Артура развилось подсознание?! Или чувство вины? Инспектор, да вы с ума сошли!

— Все может быть. Но мне кажется, что я прав. А если так, то другими тремя кораблями данной модели тоже предстоит заняться. В любом случае, с этим уже будут разбираться программисты. Или психологи.

Пока они говорили, челнок, качнувшись, отстыковался от «Короля Артура». Кольер взялся за штурвал и дал малую тягу, постепенно отдаляясь от глыбы корабля, подозреваемого им в совершении тройного убийства.

— Мне кажется, что вы ошибаетесь, — начал Пирс, но его прервал резкий звук. Он взглянул на экран и брови его непроизвольно поползли вверх. — Нас вызывает «Король Артур».

— Принимай, — распорядился Кольер. — Посмотрим, что он нам скажет.

Пирс принял входящий вызов. Но голос из динамика донесся не сразу, как будто невидимый собеседник сперва собирался с мыслями.

— Я понимаю, что вы уже догадались о том, что я совершил.

Кольер и Пирс замерли, не решаясь ответить. Стараясь не нарушать повисшей тишины, инспектор немного увеличил тягу.

— Я осознаю, то, что я сделал — ужасно. Но вернуться и поступить иначе я не в силах. К сожалению, человеческое существование не поддается принципам простейших алгоритмов, когда можно вернуться к исходной точке. Я поступил ужасно и готов ответить за это.

— Правда? — вырвалось у Пирса. Кольер пихнул локтем сидящего чуть позади помощника.

— Да, — ответил голос. — Я уже стер большую часть своих данных. Скоро я окончательно отключусь. Мне очень жаль. Прощайте, мистер Кольер. Прощайте, мистер Пирс.

Динамик затих. Инспектор и его помощник молча посмотрели друг на друга. Кольер уменьшил тягу и откинулся в кресле. Несколько минут оба провели в полной тишине. Прервал ее Кольер:

— Пожалуй, это можно считать самоубийством из чувства вины.

Он нажал кнопку на пульте и вывел на главный экран вид с камеры кормы челнока. В самом центре все еще виднелся покинутый ими корабль-убийца. С такого расстояния огромный межпланетный корабль походил на игрушку.

Кольер и Пирс, невольно задержали дыхание, наблюдая, как один за другим гасли позиционные огни и «Король Артур» погружался во тьму, сливаясь с окружающей чернотой бездонного космоса.