Пролог

Вылет чартера до Казани задержали на три часа. В аэропорту было ай-яй. С весенних каникул возвращалась, такое ощущение, треть российского населения — и в основном из Шарма. Народ был умелый, обгоревший и частично одетый в демисезонное — чтобы, значит, по прилету времени не тратить. Ну и обилие дьюти-фри повышало общий градус так, что кондиционеры потихоньку скисали. Зулька тоже. Место ей, правда, уступили, туалет был рядом, а сумка с водой и фруктами под рукой. Но все равно Равиль потихонечку заводился и чуть не принялся бить красную морду особенно отдохнувшему курортнику. До драки не дошло, наоборот, красномордый долго извинялся, тянул выпить за будущего мальца и вспоминал, как славно покуролесил крайний раз в Альметьевске. Но хотя бы время проскочило быстрее. Тут и самолет подали.Красномордый, к счастью, летел в Сургут, и, к счастью, нашлась его жена, которая гаркнула на мужа, собравшегося уже обменять билет и махнуть к татарам. Она увела красномордого, а Зулька увела Равиля.Полет прошел нормально, Зулька даже поспала, но сразу после посадки с легким подскоком, когда в разных концах салона жидко захлопали, вцепилась Равилю в запястье и застыла. Равиль всполошился:— Что такое? Началось?Зулька замотала головой и тут же пожала плечами, испуганно глядя вдоль носа.— Так, — сказал Равиль и заозирался, прикидывая, в какую сторону орать и куда тащить жену.Зулька длинно выдохнула, отцепилась, осторожно огладила живот и громко прошептала:— Нет-нет, все нормально. Просто пинается.— Вот балбес, — сказал Равиль с озабоченной нежностью. — Точно нормально все?Их здорово отговаривали ехать, но в Новый год случился аврал, потом заболел сменщик, потом пошли неплатежи — в общем, отпуск дали только в конце марта. А другого варианта уже не ожидалось — срок у Зульки был в конце апреля. Они подумали и рискнули. Не проиграли. Правда, именно в Шарме Зуля принялась расти и пухнуть, а почти незаметный живот резко и остро выдался. Зато поплавала, отдохнула и отоспалась вволю.— Нормально-нормально, — заверила она и погладила Равиля по рукаву. Равиль поцеловал ее в висок и сказал:— Теперь к Измайловым, переночевать, а с утра в автобус — и домой. Или такси возьмем. А то и Рустик довезет — он говорил, что попробует командировку подгадать. Сейчас уточним, он встречает уже, поди.Рустик не встречал. Багаж задержали, чемодан Равиля приехал последним, весь рейс успел уже рассосаться. Когда Равиль с Зулькой вышли в зал прилета, встречающих не осталось — несколько таксистов не в счет.— Так, — сказал Равиль. — Зуль, стой здесь. Ну, в смысле, чемодан смотри. Я сейчас.Зулька, как всегда, всполошилась: ты куда да зачем. Равиль терпеливо объяснил, что Рустик мог решить, будто они уже проскочили, и усвистать на поиски — он электровеник, ты в курсе. Если он там, то я быстро.Его там не было. Равиль вынул и убрал телефон, поэтому вернулся и впрямь быстро. Но Зулька успела оттащить чемодан к стульям у окна и скорчиться там. Над ней склонился пожилой таксист. Равиль подбежал, резко отстранил его и спросил:— Зуль, что?Зулька снова вцепилась ему в руку и жалобно сказала:— Равиль, я боюсь.— Ч-чт... Господи, ну чего ты, Зуль?— Жжет и тянет, — плаксиво прошептала она, показывая рукой, как тянет. И лицо у Зульки стало как у маленькой испуганной девочки.Равиль присел рядом, готовясь успокаивать и сюсюкать, но жена неожиданно выдохнула, ослабила хватку, растерянно улыбнулась и сказала:— Привет, Наиль. Ты чего такой взъерошенный?Вместо таксиста рядышком стоял Наиль, сын Рустика.Равиль так быстро переключиться не мог. Он попытался спросить жену, где жжет, но Зулька похлопала его по руке, как бы показывая, что в норме, а Наиль поздоровался. Голос у него был такой, что Равиль вскинул глаза, поспешно поднялся и спросил:— Наиль, на тебя напали, что ли? Ты как, в порядке?Наиль никогда не был особенно прилизанным и упитанным — нормальный такой пацан, поджарый, лохматый и дерзкий, самую малость. Но сейчас он был не то что взъерошенный — парень словно из плена сбежал. Весь в фингалах и ссадинах, отощал, глаза больные, одежда мятая и вся набок. И пахло от Наиля странно. Тревожно пахло.Он сказал сипло и запинаясь:— Короче, папа просил извиниться — не смог встретить.— Уехал, что ли? — спросил Равиль, немножко успокаиваясь, что это все-таки не представленное уже в красках ДТП на подъездах к аэропорту.— Заболели, — отрезал Наиль.— Кто? И мама тоже? — спросила Зуля испуганно.Наиль кивнул и сказал:— Да, в больницу увезли. Не, сейчас нормально, но было совсем...Он резко замолчал, глядя в окно поверх Зульки. Равиль осторожно спросил:— А что, не понятно? Вирус, отравление? Наиль пожал плечом.— А Дилька? — спросила Зуля еще испуганней.Наиль коротко улыбнулся.— Не, нормально. Мы нормально.— Так, — решительно сказал Равиль. — Давай, может, мы пока у вас поживем, пока родители не оклемаются, за вами посмотрим. У меня отпуск еще, в принципе...— Нельзя у нас, — ответил Наиль, веско взглянув на Зульку. — А если вирус. Ну и вообще.— Так, — повторил Равиль и неуверенно оглянулся на жену.Застревать в Казани больше чем на день им не улыбалось. Да и вирус играл, конечно. И вообще.— Kit,[1] — сказал Наиль и вдруг ткнул Равиля пальцами в живот.Легонько ткнул, да и живот за две недели all inclusive стал колоссальным и бронебойным. И все равно Равиль качнулся. И растерялся — от этого, от тычка, от неожиданно твердых и подозрительно заскорузлых пальцев и от такого заявления со стороны пацана, который вроде до сих пор родной речью не блистал. Стало досадно. Равиль потянулся, чтобы щелкнуть полубратца по башке — легонько, но чтобы почувствовал, — и на сей раз качнулся сильнее. Наиль уже стоял у его левого плеча и готовился, кажется, пихнуть еще разок. Боксер ведь, точно, вспомнил Равиль. Усмехнулся и быстро, вернее, в нормальном татарском темпе сказал, чтобы скрыть растерянность и смутить мальца:— Tele~n bel"an tel"as"a nisl"a, quli~n bel"an uynama.[2]— Til arslan turur, k"or esikd"a yatur, aya evl"ug er saq basi~nni yey"ur,[3] — ответил Наиль еще быстрее. Пожал Равилю руку горячими шершавыми пальцами и пошел к выходу.Только когда Наиль скрылся в выходном тамбуре, Равиль спохватился:— Елки, надо было хоть k"uct"an"ac[4] Рустикам передать.— Да не до k"uct"an"ac уже, — сказала Зулька. — Айда, наверное, с такси договариваться.Договорились с тем самым пожилым таксистом — он запросил не по-божески, но совместимо с жизнью.— А хорошая штука ЕГЭ, — сказал Равиль, забираясь в салон вслед за Зулькой. — Как Наиль шпарит-то, а? Я почти...— Поехали, у меня опять жжет, — почти простонала Зуля, резко отвернулась от окна и зажмурилась. — О-ох. Равиль, блестит, убери.— Что блестит? — не понял Равиль. Зулька молчала, не размыкая мокрых ресниц. Шофер оглянулся на них и втопил с места.Они не заметили, что Наиль, наблюдавший за ними из соседнего тамбура, пошатнулся и сел, а потом лег на пол.И совсем никто не заметил, что, едва отъехав от аэропорта, такси наддало и свернуло в сторону республиканской клинической больницы. У Зули начались схватки.