Глава −• • •• −−•• •−− • ••• − −• •− •−•− −•• •− •••− • −− −• • .

Пока ты спишь, я покажу тебе свой мир через самый прекрасный сон... Однажды теплым летним днем мне стало скучно. Я поняла, как сильно хочу стать птицей и улететь из той клетки, о которой многие лишь мечтают... Свет медленно разгорается. Моя душа тянется и всё равно идёт за ним по недосягаемой тропе из облаков и неба. Мысли кружатся вихрем, а дышать становится всё тяжелее. За мной бегут два чёрных добермана, тяжёлое дыхание которых я слышу совсем близко. Но я продолжаю бежать, словно зная, что где-то там есть выход, пропасть с которой я не упаду... Этим самым утром, пока весь город спал, я бежала босиком по мокрой от росы траве. Придерживая рукой бледно-жёлтую широкополую шляпу, я мчалась вперёд. Длинная юбка прозрачно-жёлтого цвета развевалась на ветру, становясь похожей на волны из солнечных лучей. Лёгкие наполнялись воздухом и я чувствовала, что вот-вот смогу взлететь. Обрыв, что был неподалёку от леса, в котором я любила бродить часами, так и манил меня в свои объятья. С каждым новым днём я становилась всё и ближе и ближе к краю этой страшной для многих пропасти, что так и звала меня в полёт... Я смогла остановиться лишь почти у самого края. Давая себе отдышаться, я ощущала касания ветра на своей спине. Он толкал меня к краю, но я не могла позволить себе сделать ещё хоть шаг. Сильным порывом ветер сорвал ленту с моих волос. Чёрные локоны упали мне на плечи и я почувствовала их тепло. Доберманы наконец догнали меня и замерли, ожидая моих действий. Я нехотя обернулась назад, бросила взгляд на собак и вновь распрощалась с рассветом. -Идём домой...-перед тем, как уйти, я «протянула» руку горизонту,прощаясь с ним до следующего дня... -Отец! Я почти взлетела!-держа в руках старенькие мамины лоферы тёмно-коричневого цвета, я вбежала в комнату, где был мой отец. Бледно голубые стены с золотистыми узорами и такая же мебель, создавали ощущение непередаваемого спокойствия и холода, пронизанного солнечным светом. За счёт высоких потолков и открытых окон комната выглядела ещё больше, чем была на самом деле. Отец любил подобные эффекты в дизайне, потому весь наш дом был похож на старый и уютный особняк, в котором было много света и воздуха. Папочка сидел в своём любимом коричневом кресле (таких кресел, на самом деле, у него было несколько), одетый в свой любимый серый деловой костюм, чёрную рубашку и такие же ботинки, а на шее был бордовый галстук. Правой рукой он гладил голову одного из наших доберманов, а на его безымянном пальце блестело старое обручальное кольцо. -Карина? Что ты здесь делаешь? Я же говорил, что буду занят...-недовольно нахмурившись, отец бросил взгляд на другое кресло, в котором сидел его собеседник. Я тогда не заметила его, но когда поняла, куда смотрит отец, резко выпрямилась, перестав выглядывать из-за двери как провинившийся ребёнок. В кресле сидел красивый молодой человек в белом костюме и чёрной рубашке. Чёлка его чёрных волос чуть спадала ему на правый глаз. На левом ухе я смогла разглядеть у него маленькую золотую серёжку, а на руках белые перчатки. Не обращая внимания на раздражённый взгляд отца я продолжала любоваться мужчиной до тех пор, пока он не поднял на меня свои янтарные глаза и приветливо улыбнулся. -Господин S!-вдруг за моей спиной раздался взволнованный женский голос. Позади меня, спотыкаясь, очутилась длинноволосая девушка в чёрном пиджаке и торчащей белой рубашке. Она, поправляя очки, держала в одной руке какие-то документы, а другой опиралась о дверной косяк.-Господин S, ради бога, простите! Карина снова сбежала, я не успела её остановить!-задыхаясь, она бросала недовольные взгляды на меня. -Мисс K!-отец не успел продолжить свои возмущения, как вдруг девушку с ног сбили доберманы, на полном ходу влетевшие в комнату. Бедняжка упала, выронив из рук бумаги, что разлетелись в воздухе и упали на пол. -О нет!-хватаясь за голову, она начала собирать документы, попутно поправляя очки. Собаки начали носиться по всей комнате, до тех пор, пока старый доберман не зарычал на них. Отец, тяжело вздыхая, потирал виски.-Простите меня, простите...-когда же я помогла девушке подняться, она начала тараторить слова извинений. -Мисс Амелия K!-грозный голос отца раздался на всю комнату.-Прекратите сейчас же это безобразие!-он злобно и спокойно выговорил эти слова.-А ты...-отец с высока посмотрел на меня, так и задавливая взглядом.-В каком виде ты смела показаться передо мной...-и тут я почувствовала, как солнце внутри меня вновь запирают на ключ. Я вдруг вспомнила, что до сих пор стояла босиком и с распущенными волосами. Мои щёки начали бледнеть от стыда и страха, взгляд был опущен в пол. -Прости меня, отец...-больше я не смогла из себя ничего выдавить, заправляя назад волосы. -То-то же...-снова став безразличным, он обратился к мужчине в белом.-Мистер S, следуйте за мной. Здесь мы точно не сможем обсудить наш договор...-поправив пиджак, отец обошёл нас с Амелией и медленно зашагал вперёд вместе с собаками. -Рад был встрече с вами, мисс S...-провожая отца взглядом я и не заметила, как холодные пальцы мужчины сжали мою ладонь.-Доброго вам дня...-он коснулся моих волос, протянул мне полевой цветок, что был спрятан в локонах, и поцеловал мою руку. Моё сердце отпустило пару болезненных, но одновременно приятных ударов, и замерло. Я ещё долго смотрела ему в след, касаясь своей руки и волос... Я надеялась разговорить отца за ужином,чтобы узнать, кем был этот мужчина...Сидеть одной за длинным пустым столом всегда было неприятно, но, увы, для меня это уже стало привычкой, ведь папа не пришёл, снова. -Господин S, ваш ужин...-он часто трапезничал в своём мрачном кабинете, что выделялся на фоне остальных комнат в нашем доме. -Да, спасибо... Амелия?...-оторвавшись от дорогих папирос и кипы бумаг, отец бросил свой типичный холодный взгляд на девушку. -Да?-она, поправив торчащие из хвоста светлые волосы, чуть улыбнулась. -Завтра у меня важная встреча с партнёрами из Венгрии, так что ужин можно будет не готовить...-он снова уткнулся в документы. -Мне передать что-нибудь мадам Карине?-уже заранее зная, что ответит отец, Амелия грустно взглянула на него. -Да. Скажи, пусть повторит речь для завтрашнего интервью. Всё должно пройти идеально, промашек я не потерплю...-постучав ручкой по столу, он махнул рукой Амелии, что означало- «можешь идти». -Как пожелаете, сэр...-покинув пределы кабинета, девушка устало вздохнула,потирая шею. Она на ватных ногах шагала по длинным коридорам, уже мечтая встретиться лицом к лицу с кроватью. Амелия K- моя гувернантка, немка. Довольно молодая и милая девушка-карьеристка, замужем за работой. В совершенстве владеет пятью языками: немецким, английским, китайским, финским и русским. Амелия, в свои двадцать семь уже высококвалифицированный специалист. В прошлом она работала в одной крупной фирме, пока не встретилась с отцом. Теперь же она не только моя гувернантка, но и его помощница по работе и дому. Она обожает экономику и всё, что связано с математикой. Мой отец постоянно говорит мне о том, что я должна ровняться на неё. Несмотря на внешнюю строгость, утончённость и холодность, Амелия очень милая, эмоциональная и немного неуклюжая девушка. -Ох, как же я устала...-уже почти вползая в комнату, девушка включила свет, громко зевая.-Кровать, моя милая кровать...-преодолев препятствия из разбросанных вещей, пачек чипсов и папок с бумагами, она упала лицом на подушку.-Ауч! Какого?...-только вот девушка не заметила меня, лежащую на её постели.-Карина! Was zum Teufel machst du hier?*-одной из забавных и одновременно страшных особенностей моей милой гувернантки, был немецкий отборный мат, который она использовала каждый раз, когда испытывала эмоциональные скачки, как сейчас. -Прости, я не хотела тебя пугать, просто мне было очень одиноко...-я знала, что если искренне извиниться и надуть губки, то Амелия перестанет сердиться. Потому так и поступила. -Ох, ладно...-она тяжко вздохнула, поправляя очки. -Может чаю?-я коснулась ладонью её руки и улыбнулась так ласково, как только смогла... -Ах, ma chérie*Ами, ты не представляешь, какие чувства я сейчас испытываю!-пока Амелия выбирала чайные пакетики, я расположилась на полу её уютной комнаты, в которой мне было куда спокойнее, чем в своей собственной. -Тебе чёрный без сахара или фруктовый?-она, как могло показаться, с лёгкой безразличностью обратилась ко мне. -Фруктовый...-я прижала к груди подушку от которой пахло шампунем Амелии K. -Так о чём ты там говорила, милая? О каких чувствах ты твердишь?-поставив поднос с чаем на кровать, она села рядом со мной, отодвигая лишний хлам. Из её кружки доносился аромат жасмина. Я на миг прикрыла глаза, представляя, как мы сидим в летний вечер на крыльце за чайным столом, под непроницаемым для солнца навесом из деревьев и дома, с улыбкой смеясь над глупыми шутками и делясь историями о «принцах и принцессах» из разных стран. -Я сегодня почти взлетела...-мой голос стал тише. Я думала, что Амелия звонко рассмеётся, как это обычно бывает, но нет. Она молчала, лишь иногда вздыхая.-О Ами, ты бы видела это! Солнце заливало луг своей рекой из золота! Утренняя роса еще не испарилась...Как сотни маленьких бриллиантов, капли её сияли и играли в солнечных лучах... Я совсем позабыла об окончании перерыва и снова сбежала туда, где солнца свет, где танцует ветер. И о книге я позабыла, чувствуя себя Алисой, погнавшейся за кроликом. А этот запах! Ах, Амелия, дорогая, как он прекрасен! Жаль что карандаши и краски не передадут этот дивный аромат, на который слетаются бабочки и пчелы. Как же было прекрасно то светлое чистое небо, что высоко стояло надо мной со всем своим таинственным великолепием. Плавно поднималась грудь, вдыхая тот особенный, томительный и свежий запах. Кругом не слышалось почти никакого шума, кроме биения моего сердца и дыхания отцовских псов...-в моих глазах Амелия увидела то самое небо и солнечный свет. -М-да, ты, Кари, та ещё фантазёрка. Не знай бы я тебя, не поверила б, что тебе уже двадцать два...-она сделала пару глотков чая и поставила кружку на место.-Эта красота невинных глаз, искренняя улыбка, подаренная всему самому светлому в этом мире...Всё в тебе иное...Ты любишь жизнь, свободу и игру в лугах, но... ты же знаешь, что у тебя совсем другая судьба...-в её глазах читалась вся та горечь правды, которою было бессмысленно скрывать. -Знаю, Ами, но я не хочу быть тенью отца. Ты же знаешь, как я не люблю математику и всё, что с ней связано! Быть умной у нас по твоей части!-я уткнулась носом в подушку. -Ох, ну сколько раз тебе говорить,...есть вопросы-обращайся ко мне, если знаешь, что мистер Пьер не может тебе доходчиво всё объяснить...-погладив меня по голове, Амелия улыбнулась. -Дело не только в этом, Ами... Мой отец, … ты же знаешь, какой он. Для него важен успех фирмы, но не я...-так уж случилось, что после смерти мамы, папа закрылся от меня, погрузившись в работу. Его бизнес начал процветать, но наши отношения стали хуже. Мне приходилось следовать многим правилам отца, часть из которых были уже порядком устаревшими. Меня не выпускали из дома без его разрешения, гулять я могла только в определённые часы и то на территории дома. Об уроках в школе пришлось забыть, ибо меня учили нанятые отцом репетиторы. -Я знаю, дорогая, но и ты пойми-он заботится о тебе, пусть и по своему. Я прекрасно понимаю, что тебе одиноко, но ты всегда можешь поговорить со мной, если тебе будет плохо...-Ами стала моим лучиком света в этом царстве из золотой клетки. Спустя пару часов болтовни за чаем, я всё же покинула комнату Амелии K, давая ей возможность наконец отдохнуть. У меня предстоял тяжёлый день, от которого многое зависело: отношения с отцом, статус, успех папиного проекта и возможность, наконец, выйти в люди. Я знала, что будет трудно, но продолжала верить. Направляясь в свою комнату, я вдруг почувствовала, как лунный свет из окон обнимает меня, придавая сил и веры в хорошее. Я посмотрела в окно и увидела лесную чащу, за которой, где-то там, в глубине, был мой любимый обрыв и бескрайний горизонт. Очутившись наконец у себя в комнате, я аккуратно залезла под одеяло. -Доброй ночи, Varjo*...-рядом со мной лёг мой любимый кот-мейкун. Его левый глаз был золотым, а правый был похож на лазурные берега. Взгляд Varjo так и говорил мне- «Только не плачь, одиночество не такое уж и страшное, если ты жив...» Несмотря на все эмоции, что смешались в моей голове, в предвкушении грядущего дня, я знала, что всё же, у меня было одно место, в котором я не чувствовала себя одинокой... Ночью я видела прекрасный сон. На крыльях из облаков я летела по небу, видя под собой бескрайний океан, величественные корабли и маленькие лодки. Вскоре показались снежные горные вершины, бурые медведи и огромные ели. Вслед за ними я у видела яркий свет и вдруг очутилась в замке, а танцующие вокруг вальс люди были похожи на старинный фарфор. Вдруг чьи-то холодные руки закружили меня в танце. Платье моё стало похоже на сладкую пастельно-сиреневую вату, а на ногах появились хрустальные туфельки. Я подняла голову и встретилась с таким глубоким взглядом, с каким не сталкивалась никогда. Моим партнёром по танцу был невероятно загадочный и невероятно красивый мужчина в белом костюме. -Карина...-его бархатистый голос вдруг позвал меня. Я заметила, как всё вокруг чернеет, а день сменяется ночью. Моё сиреневое платье стало чёрным, а туфли разбились на сотни осколков. Я подняла свои испуганные глаза на мужчину и увидела, как блестят красным его глаза, а костюм становится цвета ночного неба. Он вновь закружил меня в танце. Я смотрела ему в глаза, мой страх уходил прочь. В один миг всё замерло, музыка стихла. Мужчина отпустил меня.-Рад был встрече с вами, мисс S...-его глаза заблестели под чёрной маской. Он,улыбаясь, протянул мне руку, словно, на самом деле, не желая меня отпускать... -Кари! Кари, ты слышишь меня?-проснулась я уже от недовольного ворчания Амелии. -Ммм, в чём дело?-стоило мне только открыть глаза, как первое, что я увидела-была морда моего кота. -Вставай уже! У тебя сегодня важный день...-поняв, что я не собираюсь вставать с кровати,Амелия снова крикнула-А ну поднимайся, сейчас же!-после этого вопля мне всё же пришлось встать. Позавтракав, мы поехали в телевизионный центр города Хельсинки. «Хельсинки- столица Финляндии; политический, научный и культурный центр страны. Этот неповторимый, разнообразный, интригующий город способен удивить даже тех, кто хорошо его знает. Причин приехать в Хельсинки может быть огромное количество: насладиться тишиной и свежим воздухом в эпицентре городской жизни, полюбоваться архитектурой в стиле модерн, увидеть северное сияние, попариться в знаменитой финской сауне, - но результат непременно один- здешняя атмосфера навсегда поселяется в сердце.» Жаль, что мне не дано было так же хорошо описывать город, как во всех туристических путеводителях. Там у меня должно было состояться интервью, во время которого я должна была презентовать свой и отцовский проекты. -Фух, так, помнишь, что нужно сказать?-пока я собиралась с мыслями, Амелия поправляла плечи моего белого пиджака. -Да помню я, помню...-я уже хотела что-то добавить, как Ами меня опередила. -Если что, то просто смотри на меня...-поправив свои очки, девушка нелепо улыбнулась. -Ой, да перестань, Ами! Я прекрасно знаю, что говорить-зазубренный ещё неделю назад текст. Отец и так мне все уши с ним прожужжал. «Оплошаешь-я позора не потерплю! Бизнес-вот основа наших семейных ценностей, помни об этом!»-я уже наизусть выучила его слова!-мне оставалось лишь разводить руками, пока мои друзья Серафим R и Вирджиния N стояли в стороне и разглядывали всё вокруг (я была знакома с ребятами ещё со времён моей учёбы в школе. Мы вместе ходили в музыкальный кружок, где всегда весело проводили время. R умело играл на гетере и отлично пел, а N прекрасно играла на клавишах.). Ребята не могли не приехать, зная, как важен для меня будет этот день. -Расслабься, Кари, мы с тобой...-Серафим всегда был спокойным и добрым человеком. Он прекрасно понимал людей и мог поддержать кого угодно в нужную минуту. Несмотря на свой необычный внешний вид, он был в меру обыкновенным и в меру чудным парнем. На лице он всегда носил чёрную медицинскую маску, под цвет своих волос. Сам же R был бледным и очень высоким азиатом среднего телосложения. -Хех, да, супер! Если что, я могу спеть свою фирменную песню!-пытаясь отшутиться, я скорчила нелепую гримасу. -Нет уж, обойдёмся без песен...-Амелия, проверив сообщения в телефоне, подала голос.-Жизнь это не мюзикл, милая...-изогнув бровь, она убрала телефон. -Ну же, Ами, я знаю! Я просто пытаюсь внести побольше позитивных красок в эту жизнь и я хочу...-она не дала мне закончить. -Почувствовать себя свободной самостоятельной девушкой, дарящей добро и веру людям?-Амелия знала, что я скажу это. -Как ты догадалась?-я сделала невинное выражение лица. -Я просто знаю тебя, дорогая...-она поправила бант в моих волосах, закалывая невидимками торчащие из дульки пряди волос.-Но пожалуйста, будь серьёзнее...-она жалобно протянула свои слова.-И. Не. Пой!-её взгляд вдруг стал серьёзным, очки, казалось, заблестели. -Лично я думаю, что Серафим прав, ma douce*. Всё будет хорошо. Если что, мы поможем. Главное, как сказала Амелия-смотри в нашу сторону, если забудешь слова...-розоволосая француженка обняла меня и задорно улыбнулась, подмигивая. Как и Серафим, Вирджиния была довольно интересной и необычной особой. Ей нравилась «кукольная» обувь, яркие чулки и розовые платья. Свои длинные волосы она всегда завязывала в два низких хвоста, которые ещё больше делали её похожей на куклу. -Спасибо вам, ребята...Я пойду, попробую поговорить с ведущими...-стараясь как можно скорее отойти от друзей,чтобы скрыть своё встревоженное лицо,я начала взглядом искать ведущих шоу. -Добрый день!Я- Кетти Нарту...-я нашла их на съёмочной площадке. Они вели прямой эфир. Красивая и эффектная женщина, лет тридцать-тридцати пяти, в красном платье с декольте, сидела за столом вместе со своим коллегой по работе и что-то громко говорила. -Всем здравствуйте! Я- Том Хинти. В сегодняшнем эфире мы с вами узнаем, кто именно стоял за преступлениями в Тампере, как обычным ученикам средней школы удалось разбогатеть на раскрутке порносайта и какие меры примут министерства здравоохранения и уголовных дел против распространения ВИЧ из-за проституции...-щупленький, но довольно милый мужчина сидел рядом с высокой блондинкой-соведущей. -Всё верно, Том, но на этом наши новости не заканчиваются! Сразу после рекламы мы с вами познакомимся с замечательной девушкой- дочерью всем нам известного мистера S, Кариной S. Именно она сегодня представит очередной проект своего отца! Только сегодня и только в нашей студии! Не переключайтесь!-после этих её слов режиссёр крикнул- «Стоп. Снято. Перерыв!» и ведущие наконец расслабились. Хинти закинул ноги на стол, расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке и полез в карман пиджака за телефоном. Кетти же отошла, достала зажигалку и закурила, попутно жалуясь какой-то девушке на оператора, говоря что-то в духе- «О боже мой! Этот кретин опять снимает меня не с того ракурса! Я наверняка выйду полной уродиной! Дилетанты, кругом одни дилетанты!». -Эм, здравствуйте?-я осторожно подошла поближе и постаралась как можно приветливее улыбнуться. -Что надо?-когда помощница мисс Нарту отошла и мы остались одни, блондинка высокомерно посмотрела на меня. -Я лишь хотела познакомиться. Я, кстати, Кари...-протянув женщине руку я надеялась на хоть какой-то контакт. -Ох, слушай...-она выкинула окурок от сигареты и снова разглядела меня с ног до головы.-У меня абсолютно нет ни времени, ни желания с тобой нянчиться. Общение со мной-золото, которого у тебя нет...-она махнула рукой так резко, что было слышно, как воздух «развалился» на части. -Да? Расценки настолько высоки?...-я пыталась говорить на её уровне, но получалось плохо. -Время-деньги, сладкая...-за её спиной Том, словно подтверждая сказанные ею слова, медленно кивал головой, смотря на меня с искренним сочувствием.-Думаешь, нарядилась в костюм от Кристиан Диор и всё? Стала звездой? Я не собираюсь марать руки о такую противную неженку, сбежавшую из пятидесятых, вроде тебя. Скажи спасибо, что вообще здесь оказалась. Интервью с тобой выйдет в прямой эфир лишь потому, что наш коллега опаздывает на съёмки гейского сериала. А, кстати, можешь поверить мне, здесь абсолютно всем насрать на то, что ты -дочь большой шишки. Мы не тупые проститутки, чтобы продаваться толстосумам, вроде твоего папаши. Уяснила?А теперь, не мешай работать...-она, виляя бёдрами, направилась на своё место. Я в этот момент чувствовала себя втоптанной в грязь по самые уши. -Выходим в эфир!-раздался голос режиссёра. Бросив печальный взгляд на Амелию, я направилась на съёмочную площадку. -Мы вернулись! И так,с нами Мари!-Кетти повернулась в мою сторону, лучезарно улыбаясь. Том был невозмутим. -Кари, вообще-то...-я пыталась держаться спокойно, но голос немного дрожал. -Плевать...-добавила ведущая.-Так что же за проект ты хочешь нам предложить,чтобы все наши люди в очередной раз не потратили деньги в трубу?!-из её уст это звучало, словно попытка оскорбить и унизить меня ещё больше. -Эм, что ж...-я вновь посмотрела на моих друзей. Амелия улыбалась и показывала мне «класс».-Как вы все знаете,сейчас в стране довольно трудный период. Хельсинки-мой дом. Мы с вами-одна семья. Потому ни я, ни мой отец не можем спокойно смотреть на то, что за ужасы порой творятся на улицах города...-я вдруг почувствовала прилив смелости. Я вышла из-за стола ведущих и с гордо поднятой голов сделала пару шагов вперёд, словно пытаясь быть ближе к зрителям.-Моё сердце сжимается, когда я вижу бедных и обездоленных людей!-я, поддавшись эмоциям стукнула кулаком по столу, не обращая внимания на засыпающих ведущих.-Я считаю, что каждый из нас должен помочь добрым делом!Потому, компания моего отца решила создать фонд для помощи нуждающимся. Быть может, каждый из вас в душе желает сделать мир чуточку лучше? Но не знает, что именно нужно делать?-я, словно задавая вопрос зрителям, сначала посмотрела в камеру, а после на людей в студии. -Тупая сука...-пробурчал какой-то парень, за что получил удар в челюсть от Ами. -Так, я всё поняла. Позвольте мне иначе вам всё это объяснить...-меня захлестнул азарт. Я игриво улыбнулась, подмигнув Серафиму и N. -О нет...-Амелия не успела остановить ребят, потому уже через пару секунд те очутились рядом со мной и музыкальными инструментами. Я залезла на стол ведущих, кто-то направил свет на меня и началось... Я вложила в песню всю душу. Когда же я пела её, то представляла, как люди вокруг превращаются в персонажей моих снов. Все мои видения, мечты и фантазии слились с реальностью. Я всегда любила петь, раньше часто выступала в школе. Сейчас же занятиям музыкой я уделяю минимум времени, и то в тайне от отца, ибо он считает это всё бредом полным. Закончив петь, я замерла. Все молча смотрели на меня. Режиссёр был в шоке, ведущие выпучили глаза. Амелия смотрела на всё сквозь пальцы. Зато Серафим и Вирджиния были рады устроить небольшой концерт. -Ну, эм, как-то так...-я сделала вид, что так и было задумано, что песня-это презентация. Только вот по реакции людей было видно, что всё это выглядело сверх странно. -И после всего этого ты считаешь, что хоть кто-то поверит в серьёзность твоего проекта?-Кетти подала голос, снова включив в себе стерву. -А почему нет? Рекламная песня-довольно креативный ход...-я пыталась оправдаться, как только можно. -Ты серьёзно? После всего этого цирка, что ты тут устроила, я бы ни за что не поверила в искренность твоего отца! Ты-явно не соответствуешь тому уровню, на котором находится мистер S...-она злобно улыбнулась.-Предлагаю ввести новую рубрику- «Глупые клоуны бизнеса»! Что скажешь, Том?-она взглянула на своего коллегу, после чего они вдвоём рассмеялись и в один голос произнесли- Бинго!-их смех раздался на всю студию. В этот момент я почувствовала искренний стыд и разочарование. Я уже знала, что отец не захочет говорить со мной после этого позора. Домой мы ехали молча. Амелия была за рулём, но от неё исходило дикое напряжение, что даже сидеть в салоне было не комфортно. Серафим и Вирджиния тоже молчали, лишь периодически вставляя пару нелепых шуток. Мне было страшно заходить в дом. Я бросила пару взглядов в сторону леса, после чего всё же зашла в особняк. -Ох...-Амелия приземлилась на диван в гостиной и сняла очки. -Прости....-я села рядом с ней, смотря в пол. -Ох, что уж теперь сделаешь. Будем молиться, что твой отец не узнает об этом...-но она ошиблась. Уже вечером папа устроил нам полный разгром. Он высказал всё, что тог только высказать. Он не кричал, но голос его внушал страх. Холодный и разочарованный взгляд пронизывал меня насквозь. Я чувствовала себя беспомощной. -Завтра в нашем доме будет приём, будут только очень важные и деловые люди. Я постараюсь исправить то, что ты натворила...-он посмотрел на меня с высокомерием и злобой.-Завтра у тебя будет шанс продемонстрировать свои таланты, ... по назначению...-с этими словами он покинул кабинет, громко хлопнув дверью. Я еле сдерживала слёзы, но тёплая рука Ами на моём плече меня успокаивала... Я с самого утра столь важного дня не имела и минуты свободного времени, и ни разу не успела подумать о том, что предстоит мне лицезреть. Горничные суетились, с кухни так и доносился аромат вкусной еды. Тогда я и представила, что именно меня ждёт:музыка, цветы, танцы и красивые люди. Уже к вечеру, когда гости начали прибывать, я поняла, насколько мне страшно. Взглянув на Амелию, я вдруг подумала о том, насколько всё это похоже на описание средневековых балов у царей прошлого. Только тогда я вспомнила, как нужно было себя держать на приёме, и постаралась принять ту величественную манеру, которую часто принимал мой отец на подобных вечерах. Нарядные люди в дорогих костюмах от модных дизайнеров о чём-то манерно беседовали. Мне казалось, что на их лицах застыли маски притворства и лжи, но осознание того, что это было правильно, немного огорчало. Я пряталась за дверью, стараясь быть незаметной. -Кари! Эй, Кари!-за моей спиной раздался тихий голос Вирджинии. Я развернулась и увидела за окном дома Серафима и N. -Наконец-то! Я думала, что вы уже и не явитесь...-осторожно открыв окно, я помогла ребятам пролезть внутрь. -Что ты такое говоришь ma chérie*?-Вирджиния надула губы. Я не обратила внимание на её детскую непосредственность. Разглядывая друзей, я подметила для себя их идеальный вид. Одеты они были просто, но очень мило. Вирджиния, как всегда, осталась верна розовому-на ней был нежно-розовый комбинезон в стиле фанк. Волосы её были заплетены в две косы, на голове красовался тёмно-фиолетовый ободок. -Мы не могли не придти тебе на помощь, Кари...-Серафим, как обычно, оставался верен себе. Одет он был довольно спортивно, а стиль его в отдалённо напоминал восьмидесятые. На лице всё так же красовалась чёрная маска. -Ты и сейчас не снимешь её?-я знала, что он ответит, но всё же надеялась на лучшее.-Ты ведь невероятный гитарист, но тебе нужно принять себя. Раскройся, Серафим! Прими себя и тогда ты сможешь найти здесь своего возможного спонсора...-я верила в успех R, как музыканта, но знала, насколько он порой бывает зажат. -Нет. Мне этого не нужно. Моё счастье-это играть для тебя, Кари, а для этого спонсоры не нужны...-он улыбнулся, вызывая у меня боль в груди. Серафим не был закомплексованным «чудилой», как многим могло показаться. Просто в его жизни случилось нечто страшное, о чём он даже мне не рассказывал. Последствием того ужаса-стал ожог на пол лица, который он теперь скрывает под старой чёрной маской. Возможно, я бы тоже никогда не узнала б об этом, если бы однажды случайно не увидело его без маски...Мы тогда остались одни в музыкальном кружке. Я зашла попрощаться, а он тогда репетировал новую песню и не заметил, как я вошла. Вдруг он обернулся, чтобы что-то достать, и увидел меня. Я навсегда запомнила тот страх, что был в его глазах, но всё обошлось. Эта ситуация лишь сблизила нас, после чего я стала замечать, как Серафим тянется ко мне, стараясь раскрыться со всех сторон... -Как знаешь...-расстроившись из-за его ответа, я опустила глаза. Повисла напряжённая пауза. Вирджиния лукаво улыбалась, поглядывая на нас. -Карина? Что тут происходит? Что они здесь делают?-вдруг, словно из ниоткуда, появился папа. Он был явно недоволен появлением «незваных» гостей. -И Вам добрый вечер, мистер S...-Вирджиния тоже была не рада папе. Француженка, так любившая всё сладкое и милое, просто терпеть не могла папино вечное хладнокровие и мрачность на его «вечно недовольном лице». -Эм, пап, это мои друзья. Вирджиния N и Cерафим R. Ты должен их помнить, мы ходили в музыкальный кружок...-он перебил меня. -Какое мне до этого дело? Зачем они здесь?-он нахмурился. Я чувствовала, как он давит меня взглядом. -Сэр! Они заменяют музыкантов...-вдруг появилась Амелия. Ей тоже пришлось принарядится. Чёрное платье-рубашка с длинной юбкой-карандаш идеально подчёркивала её фигуру. Её волосы были собраны в элегантный пучок в стиле сороковых. Очки блестели, как и носы её кожаных туфель. -Что? А где приглашённые артисты?-отец злился. -Увы, они не смогут приехать... Но ребята отличные музыканты!-она старалась поддержать моих друзей, но сильно нервничала. -Что вздор!? Какие-то студенты-дилетанты будет осквернять мою репутацию?!-его голос звучал властно и возмущённо. -Мы не дилетанты, сэр. Мы готовились к сегодняшнему дню. Я понимаю, что Вы переживаете за успех сегодняшнего вечера, но поверьте нам. Я знаю, что Вы человек практичный и любящий порядок, но я так же знаю, что Вы уважаете людей, знающих своё дело. Мы знаем, что делать,просто доверьтесь...-Серафим поддержал Амелию и перетянул внимание отца на себя. -Пф, на словах ты герой, юнец...Что ж, ладно, но если опозоритесь снова, как на ТВ, то больше можете даже и не мечтать о встречах с моей дочерью...-с этими словами он направился к гостям. Я наблюдала за тем, как на его лице порой проскальзывала улыбка и мне становилось от этого грустно. -Фух, пронесло...-Амелия с облегчением выдохнула.-Так, а теперь дай мне привести тебя в порядок...-она схватила меня за руку и потащила за собой, пока ребята остались одни и думали, чем им лучше заняться. -Я снова оплошала, Ами...-пока гувернантка расчёсывала мои длинные волосы, я решила поделиться с ней своими чувствами.-Я вновь испугалась отца и не смогла ему и слова сказать. Даже Серафим сумел его переубедить, а я нет...-я окончательно поникла. -Ну, это не очень хорошо, но ты не виновата в этом. Господин S появился слишком неожиданно, да и я забыла его предупредить о замене артистов...-K вновь пыталась меня оправдать и пожалеть. -Нет же, Ами,ты не понимаешь!-я резко развернулась к ней лицом.-Мне двадцать два, а я до сих пор живу с отцом и делаю всё по его указке, боясь хоть что-то сказать ему! Я не об этом мечтала, Ами. Кому нужна такая жизнь, если ты закомплексованный человек, не способный сбежать из клетки просто потому, что боишься оплошать и стать полным ничтожеством в глазах собственной родни?-на мои глаза навернулись слёзы, но я старалась держать себя в руках. -Я понимаю тебя, но слезами ты ничего не изменишь. Нужно перестать бояться быть собой. Да, твой отец, он... немного консервативных взглядов, ...-она чуть усмехнулась.-но если ты дашь ему понять, что не собираешься хоть по струнке всю жизнь, то просто делай то, что лучше всего умеешь!-она потрепала мои щёки.-И всё у тебя получится, я в это точно знаю!-её бурые глаза светились в свете лам моей комнаты. -Спасибо, Амелия...-я кинулась обнимать её, в очередной раз убеждаясь в том, какой прекрасный она человек. Если бы не K, моя жизнь была бы ещё более жалкой и глупой. Амелия порой заменяла мне маму... -Так, а теперь, выше нос!-она щёлкнула меня по кончику носа.-Вот-вот начнётся шоу...-на её лице заиграла хитрая улыбка... Пока мы с Амелией K готовились к «представлению», отец продолжал собирать людей в большом зале. -Мистер S, я слышала, что ваша дочь продемонстрировала свои таланты на телевидении!-какая-то дама с фальшивой улыбкой взяла бокал шампанского с подноса официанта. -Да, сэр, расскажите нам, это было запланировано?-невысокий толстый мужчина лет шестидесяти искривился в улыбке. -Да, S, поведайте же нам истину!-тощий юноша, поправив очки, нелепо улыбнулся. -Я уверен, мистер S прекрасно продумал все свои действия. Так что не стоит беспокоиться на этот счёт...-в компании лицемерных мажоров появился высокий молодой человек с широкими плечами, бледным лицом и глубоким тёмно-коричневым цветом волос.-Так ведь, мистер S? У Вас ведь есть пару тузов в рукаве...-говорил он искренне, чётко и уверено. Отца он явно не боялся и не собирался улыбаться всем ради приличия. Речь у него была плавная и спокойная, а сам голос был приятный, возможно, баритон. -О, мой милый Хенрикке, вы так верно это подметили!-женщина, опустошив бокал шампанского, игриво улыбнулась юноше. Отец молчал, но ему явно не нравилось то, что всё внимание и восхищение переходит на юношу. -Джентльмены, мадам, я оставлю Вас. Прошу, наслаждайтесь вечером, ведь скоро начнётся самое интересное... -выдавив из себя улыбку, отец покинул компанию лицемеров и молодого человека. Последний смотрел ему вслед, не обращая внимания на пустую болтовню «интеллигентов». Вдруг все притихли, зазвучала музыка. Взгляды людей были обращены на двойную лестницу, что вела на второй этаж. С одной стороны стояла Вирджиния с синтезатором, а с другой Серафим с гитарой. Амелия стояла в толпе, нервно прикусывая губу. -Свет медленно угасает... Дождь вот-вот придёт... Я слышу чей-то зов. Готова ль я бежать?...-на втором этаже стояла я.-Я слышу птиц. Я вижу их полёт. Я вижу небо. Оно меня зовёт. Оно кричит, готовясь рыдать. «Мне так одиноко...»-говорит оно, готовясь кричать. Из клетки не сбежать. Прекрасный замок из облаков- оказался обманом. «Он тебя поглотит!»-мне небо кричит и я слышу его... -я старалась не смотреть на людей, наслаждаясь музыкой. Эту песню мы с ребятами написали ещё давно, когда мне было плохо и я не знала, как поделиться с людьми своей болью. Медленно спускаясь по лестнице, я слышала, как кто-то начал хлопать в такт моим шагам и мелодии.-Я хочу сбежать! Я хочу увидеть Небо! Я хочу летать! Я хочу кричать! Я хочу сбежать, чтоб свободной стать!-остановившись на одной из ступенек я всё же взглянула на зрителей. В самом дальнем углу комнаты стоял тот самый юноша, что был так мил со мной и достал цветок из моих волос. Именно он поддержал моего отца и спас его от неприятного разговора. Хенрикке, одетый полностью в белое, держал в руке бокал вина. Поймав на себе мой взгляд, он улыбнулся и медленно кивнул мне. Я вдруг почувствовала, как розовеют мои щёки.-Оставаться не хочу! Я убегу! Я увижу Небо! Я услышу птиц, я смогу взлететь! Свободной стану я...-я вытянула руку вперёд, смотря на отца.-Боже, как она прекрасна...-какая-то пожилая дама немного прослезилась. Все стояли, раскрыв рты в изумлении. Кто-то не мог и слова проронить. На лице папы я прочитала...гордость... -Как же она хороша...-пожилой мужчина, что всё это время стоял рядом с отцом, одобрительно закивал. -Ей так идёт это платье. Сама Одри Хепбёрн была бы очарована ею...-одна из знакомых папиных дизайнеров была в восторге от моего простенького чёрного платья.-А этот пучок на греческий манер так гармонично сочетается с её нарядом. Ах, я влюбилась!-женщина замахала рукой перед лицом, не отрываясь от просмотра выступления. -Кари, … моя девочка...-взгляд отца впервые был таким добрым. Я навечно запомнила этот момент... После моего небольшого концерта меня, Серафима и Вирджинию окружили гости этого вечера. Каждый из них то нахваливал музыку, то вокал, то наш внешний вид, то ауру от выступления... Но я не слушала. Мой взгляд был прикован к отцу. Он стоял один, смотрел куда-то вдаль. Я не могла не подойти к нему. Амелия взяла на себя отвлечение гостей и тем самым помогла мне сбежать от надоедливых расспросов. -Папа? … я осторожно подошла к нему, боясь спугнуть или вызвать недовольную реакцию. -Знаешь, я ...-он, не взглянув на меня, начал первым.-Всё это...-он замялся, подбирая слова. Я чувствовала, как трясутся мои коленки, но почему-то знала, что он скажет нечто важное для меня.-Это было глупо, но красиво. Но всё же нелепо...-отец снова принял своё типичное суровое выражение лица, хоть взгляд его и был благосклонен. -Спасибо, папочка...-я лучезарно улыбнулась и крепко обняла его, не чувствуя страха или смущения. Отец явно не ожидал такого, но всё равно погладил меня по голове, после чего вновь отправился беседовать с гостями. -Аааа, Кари,ты умница!-Амелия уже через секунду налетела на меня с объятьями. R и N тоже не отставали от неё. Мы звонко смеялись, шутили и просто радовались тому, что всё обошлось и теперь я не чувствовала себя изгоем в собственном доме. Пока мы болтали, я не могла перестать смотреть на Хенрикке, который медленно шагал вверх по ступенькам лестницы, ведущей на второй этаж. -Иди...-Амелия заметила мой взгляд и, хитро улыбаясь, кивнула в сторону S. Я, немного посопротивлявшись ради приличия, устремилась к лестнице. На втором этаже почти никого не было. Словно боясь быть пойманной, я осторожно шагала по коридору, ища глазами Хенрикке. Вдруг я почувствовала дуновение холодного ветерка, что так и звал меня за собой. Я плавно шла вперёд. Остановилась я лишь тогда, когда увидела мужчину стоящего на балконе и смотрящего на Луну. На секунду мне в голову ударила мысль, что он хочет побыть один, но всё же я решила попытаться. -Красиво, да?-он не смотрел на меня, но словно уже знал, что я решусь подойти. -Да...-мой голос дрогнул, когда я встала рядом с ним (по правде говоря, я, от смущения, встала на расстоянии в полтора метра). -Отличное было выступление...-в этот момент я не понимала, что он смотрит на меня и решила,что если он не обращает на меня внимания, то я могу его хорошенько рассмотреть. Но это была плохая затея, ведь уже через считанные секунды я встретилась с его глубоко пронизывающим взглядом. Карие глаза смотрели мне прямо в душу. Тёмные волосы в этот раз были зачёсаны назад, но пару прядей всё равно спадали ему на глаза. -Спасибо...-я, смутившись, отвела взгляд. -Не хотите прогуляться?-эта его фраза прозвучала так располагающие легко, что я не смогла отказать... Весь сад под вечер превращается в волшебное место: сверчки танцуют вальс, трава поёт. Рядом с Хенрикке я чувствовала себя спокойно. Он был очень мил и вежлив. Мы говорили о стихах и музыке. На небе же было видно сотни звезд и Луну, что наблюдала за нами, смотря с высока и даря саду чудесное освещение. Подул ветер и бросила взгляд в сторону лесной чащи, а он так и подталкивал меня в её сторону, хоть я и пыталась сопротивляться. -Вас так и тянет туда...-Хенрикке остановился рядом со мной. Я чувствовала от него тепло. Мой разум отключился и я просто пошла вперёд. -Мне кажется, Вы сможете меня понять...-обернувшись, я улыбнулась и кивнула в сторону леса. Хенрикке S лишь усмехнулся и пошёл в след за мной. Мы шли молча сквозь лес. Каждый раз, когда я могла споткнуться, S пытался меня поддержать, но я и сама неплохо справлялась. -Знаете, я хочу Вам кое-что показать...-я поймала его заинтересованный взгляд.-Ну, понимаете,Вы...не такой, как все папины знакомые. И, как мне кажется, я могу поделиться этим местом только с Вами...-я сама не понимала, почему веду его за собой туда, куда так стремлюсь каждый день. Но мне казалось, что только он сможет понять мои чувства. Хенрикке не осудил меня за моё поведение в первые минуты нашего знакомства. Он поддержал меня своей улыбкой на выступлении и просто был добр всё время. И вот, мы пришли.-Каждое утро я сбегаю сюда, чтобы хоть ненадолго почувствовать себя свободной...-моё сердце замирало. Луна ослепляла меня, а в свете её лучей лицо Хенрикке становилось похоже фарфор. -Поэтому Вы пели об этом? Это был крик души...-он понял меня без лишних слов и взглядов. В его глазах отражались звёзды. -Да... Я мечтаю увидеть мир таким, какой он есть:ярким, красочным или даже жестоким и мрачным...Но, увы, я вижу его лишь во снах. А этот обрыв-ворота в мою свободу...-я не смогла скрыть счастливую улыбку. -Наша жизнь и реальность-одни из сущностей снов. Вы сами способны сделать мечты реальностью или наоборот, сном. Вам так хочется видеть в этом обрыве мост или врата в мечту,ч то вы и не замечаете, как близко на самом деле она находится...-он начал медленно шагать к краю обрыва.-Позвольте я открою вам глаза на ту реальность, в которую вы так хотите попасть...-он стоял на самом краю. Моё сердце забилось быстрее. Хенрикке протянул мне руку и... Он спрыгнул с обрыва... -Хенрикке!-я закричала, но не могла сдвинуться с места. Меня поглотил страх. Ноги затряслись, в глазах всё помутнело. Ком застрял в горле. -Карина! Карина, всё хорошо...-за стеной послышался голос Хенрикке. Пелена слёз сошла с глаз и всё стало прежним. Вдруг, обрыв исчез, а на его месте появился кирпичный забор.-Я здесь, за стеной! Если ты действительно готова встретить мечту, то разрушь эту стену!-из старого забора торчало пару кирпичей, некоторые даже вывалились. Я с опаской подошла ближе, пощупала стену и разглядела сквозь дыру в заборе лицо Хенрикке. Заметив меня, он подошёл ближе.-Карина, я покажу тебе этот мир, просто доверься...-вдруг, он отошёл подальше и замер. В моей голове всё смешалось, но я точно решила-нужно попытаться. Я хочу понять, зачем он это делает и почему обрыв оказался иллюзией? Внимательно изучив стену я сняла туфли, поправила волосы и начала осторожно карабкаться по стене. Забравшись на самый верх, я встала в полный рост. Мои глаза встретились с ночными огнями города, что всегда был так близко ко мне. Я слышала вдалеке шум машин, музыку и даже чьи-то голоса. Закрыв глаза я увидела перед собой тот самый обрыв, на краю которого я стояла каждое утро. Осталось сделать только один шаг... Один шаг...-Карина, прыгай...-S стоял внизу и ждал моего решения. Мне снова стало страшно. Стена не была сильно высокой, но стах,что я могу упасть и разбиться, всё равно не давал мне решиться.-Я поймаю...-он с улыбкой протянул ко мне руки. Набрав побольше воздуха, я сделала шаг вниз. Зажмурившись, я почувствовала, как пучок из моих волос разваливается.-Ну вот...-вдруг я ощутила касание тёплых ладоней на своей талии. Открыв глаза, я встретилась с добрым взглядом Хенрикке.-Я же обещал, что поймаю...-от улыбки мужчины мне стало так радостно, что я не смогла удержаться от того, чтобы обнять его. -Спасибо, большое спасибо!-из глаз брызнули слёзы. Он гладил меня по волосам. Прижавшись к нему сильнее, я поняла, что не хочу отпускать Хенрикке... Рядом с ним тишина, тепло и нежность. От его улыбки хочется летать... Изредка слышен шум моторов... -А какой песней вы бы описали Нью Йорк?-спросила его я. -Как насчёт «New York New York Frank Sinatra?»-в его глазах весь город, как на ладони.- «Растаял этот блюз малых городов. Я сделаю его совершенно новым в старом Нью-Йорке. Если я могу сделать его здесь, я сделаю это везде. Тебе решать, тебе, Нью-Йорк, Нью-Йорк...».-его баритон звучал так чудесно на фоне ночного города. О каждой улочке знакомого мне с детства города он знает сотню историй. В каждом человеке он видит важную единицу этой системы, что связывает Хельсинки. Танцевать с ним вальс босиком и смеяться-вот чего я тогда хотела. Вскоре мы натолкнулись на бродячих музыкантов. Моё сердце так и кричало: «Пой!». Я чувствовала себя принцессой из детских сказок. Стараясь подпевать как можно тише, я и не замечала любопытных взглядов людей. Какой-то старичок пригласил меня на танец, после чего предложил вместе спеть. Я ещё никогда так звонко не смеялась от счастья. Я смогла увидеть свой родной город с новой стороны, которую никогда раньше не видела. Хенрикке S с улыбкой наблюдал за мной... -Карина, можно Вас кое о чём спросить?-пока я медленно шагала по тонкому бордюрчику, S держал меня за руку, не давая упасть. -Конечно...-босыми ногами я ощущала вечернюю прохладу и касания ещё не остывшего бордюрного камня. Хенрикке тоже шёл босиком, потому что считал несправедливым то, что я осталась без обуви. -Почему всё это время Вы видели обрыв, а не стену?-я остановилась. Взгляд S не был осуждающим, но что-то странное и таинственное в нём было. Его вопрос застал меня врасплох. -Знаете, после того, как мама умерла, отец...очень изменился...Он закрылся сам и закрыл в соей золотой клетке всех, кто был ему дорог, от внешнего мира. Я была ещё совсем ребёнком, когда впервые столкнулась с его душераздирающей болью. Но я тогда испугалась и... спряталась в своём коконе из несбывшихся желаний. Моя бабушка рассказывала мне сказку о мальчике, который упал с обрыва и превратился в птицу, улетая на встречу новому дню...Я тогда думала, что мы очень похожи с этим мальчиком. И, видимо, из-за моих страхов перед отцом и потери мамы я начала представлять себя в роли героя из сказки, веря, что однажды смогу взлететь...Правда, судя по всему, я потеряла ту тонкую грань между сказкой и жизнью...-мой голос прозвучал слишком печально. Мне казалось, что даже Хенрикке не сможет меня понять, но выговориться ему всё равно хотелось. -В этом нет ничего ужасного, Карина...-я подняла на него свои опечаленные глаза.-Я знаю, каково терять близких...-вдруг я вспомнила, как Амелия рассказывала мне о нём... -Милая, я понимаю, что он тебе приглянулся, но...-во взгляде блондинки так и читалась некая неуверенность. -Что? Почему ты так смотришь? Я же не замуж за него собралась. Мне просто интересно...-я тогда искренне не понимала причину её странного поведения. -Он сирота. Да и не совсем фин... И, … мне доводилось раньше работать с ним. Он, разумеется, неплохой человек и отличный специалист в своём деле, но... твой отец...-она прикусила губу. По её взгляду уже всё стало понятно.-Твой отец не так хорошо к нему относится, как могло бы показаться...-она замялась, но, заметив мой выжидающий взгляд, продолжила.-Хенрикке S-главный конкурент твоего отца. Да, он только новичок, но безумно талантливый. Если мистер S подпишет договор с Хенрикке, то автоматически лишиться того статуса сильного, независимого и влиятельного человека, которым сейчас владеет. Господин S потому и слишком сильно давит на тебя последнее время, потому что хочет сделать из тебя... свою преемницу, достойную места главы фирмы!-ей было неприятно это говорить, но врать K тоже не хотела. -И что? То, что он талантливый сирота не означает, что ему нужен почёт папы. Отец сам видит во всех врагов! Даже во мне!-я тогда была зла, обижена и разочарована. Мне казалось, что всех мужчин вокруг меня заботят только деньги и первенство во всём. Но тогда, я не знала, что именно в такого целеустремлённого упрямца и влюблюсь... Мы с Хенрикке говорили обо всём. В нём я увидела родную душу. -Пора возвращаться...-взглянув на часы, молодой человек взглянул на меня. -Не хочу...-во мне проснулся маленький ребёнок. -Ваш отец расстроится, если узнает, что я украл Вас и заставил перелазить через заборы...-он улыбнулся, протягивая руку. -Я знаю, но не хочу...-я чуть сжала кулаки. -Карина, я понимаю Вас, но...- -Кари...- -Что?- -Зовите меня Кари...- -Тёмная ночь, да?-я кивнула. Мои щёки краснели. -Хорошо. А моё настоящее имя Чарльз-Хенрикке. Но, прошу, зовите меня Чарльз...-он продолжал улыбаться. «Его отец был родом из Англии. Говорят,что родителей его зверски убили, а он видел всё это собственными глазами. Сам же он не богат, но очень умён В свои двадцать семь уже сотрудничает с крупными агентствами, в надежде открыть и свой бизнес, который смог бы сделать людей всех слоёв чуточку счастливице...»-вспоминались мне слова Амелии K. Недолго думая, я всё же согласилась отправиться домой... Время было совсем позднее, но спать не хотелось, а усталости я не чувствовала. Стоило нам подойти к забору, как я вдруг нерешительно обратилась к S. -Чарльз?-мой голос дрогнул. -Да?-его взгляд был слегка встревоженным. Он словно боялся, что я вот-вот заплачу. -Мы же ещё увидимся, да?-он искренне не понимал, почему я это говорю.-Вы открыли мне глаза и...я хочу увидеть весь мир таким, каким видите его Вы...-я заплакала. От стыда мне пришлось прикрыть лицо руками. Волосы щекотали плечи. -Если я Вам так нужен, то я готов стать вашим самым верным другом, Карина...-он обнял меня и я почувствовала тепло его груди, биение сердца и приятный запах одеколона. Мы стояли так до тех пор, пока не начался ливень. Промокшие до нитки мы перебрались через забор и побежали в сторону дома. Я кое как успела прихватить с собой туфли. Чарльз снял пиджак и пытался прикрыть меня от дождя, но это было уже бесполезно. В дом мы вбежали мокрые, но счастливые. На нас косо смотрели, но нам было плевать. -Кажется, ты только что упустил свой шанс...-Вирджиния постучала по спине Серафима, словно высказывая тем самым своё сочувствие. Взгляд отца же не выражал ничего хорошего, о чём я узнала только спустя пару месяцев... -Вы только взгляните на это счастливое лицо...-когда приём был окончен и все гости разъехались, мы с Амелией сидели у меня в комнате. Я сушила волосы и напевала ту самую песню, которую напевал Чарльз. -Ах, Ами. Моей душе покоя нет...- -И всё из-за «Кого-то»...-она ехидно улыбнулась. -Ла-ла-ла-ла...-я начала вальсировать по комнате, вызывая искреннюю улыбку подруги.-Ах, где б найти «Кого-то»? Чтобы найти его, могу весь мир я обойти...-прижимая расчёску к груди, я вспоминала наши с Чарльзом танцы.-Клянусь, я всё бы отдала, лишь бы увидеть его снова...-улыбаясь, я тяжко вздыхала, смотря Ами в глаза. Хотя мы подходим друг другу, так или иначе у нас есть сложные чувства. Эмоции, которые у меня впервые, связаны с ритмом сердцебиения. Я всё ещё не понимаю, что происходит со мной самой. Однако теперь у меня болит в груди, каждый раз, когда я вспоминаю его улыбку, окрылённая любовью… ...Прошло ещё пару недель,прежде чем мы с Чарльзом снова встретились. Он приходил к нам домой, обсуждал что-то с отцом, а я продолжала любоваться им. Когда папа не видел, мы встречались и разговаривали о книгах, фильмах и мечтах. С каждой секундой я чувствовала что-то невероятное, находясь рядом с ним. Вскоре Весь мир влюбляется, стрела из света пронзает моё сердце. Прекрасное чувство-эта любовь... Хенрикке-Чарльз S продолжал радовать меня отнюдь не подарками или комплиментами. Он рассказывал мне о разных странах, показывал фотографии и учил иностранным словам и отрывкам произведений иностранной классики. Иногда мы учили народные танцы и пытались вместе приготовить что-то из «экзотической» (для меня) кухни. Даже Амелия не могла перестать нами любоваться, потому помогала скрывать всё от папы. Но вскоре,во время одного из наших тёплых вечеров, пока мой кот спал на коленках Чарльза, он сказал мне: «Через три дня я должен буду уехать. Мистер S не подписал договор, поэтому...мне придётся попытать счастье в родном городе родителей- Дейтивелхейле...»-с искренней грустью закончил он. -Ты не вернёшься?-моё сердце пропустило пару сильных ударов. -Я не хочу тебе врать. Это будет глупо, если я скажу тебе, что обязательно вернусь и у нас всё будет хорошо. Я всего лишь новичок в бизнесе, потому должен чего-то добиться, если хочу в будущем стать счастливым и свободным... И сделать счастливой и свободной тебя...- мне было больно это слышать. Но уж лучше правда, чем муки из-за лжи и разбитого сердца... Уже поздним вечером, после очередного совещания, отец велел мне зайти к нему. Тогда-то я и столкнулась с его разъярённым взглядом. Стоило мне лишь перешагнуть порог, как он начал читать мне лекции о том, насколько я его разочаровала, спутавшись с «бедным и слишком самоуверенным юнцом». -Но почему? Ты же сам говорил, что он очень талантлив! Он ведь так тебе доверяет, а ты за спиной говоришь такие ужасные вещи!-я прекрасно понимала, что могу ошибаться, ведь я далеко не опытна в жизни, но мне казалось это нечестным. -Ты глупа и наивна, Карина! Он самоуверенный, витающий в облаках мальчишка, который верит в сказки! Все его таланты-ничто, на фоне той бедности и ничтожности, в которой он находится. Думаешь, если он сделал тебе пару комплиментов, то это значит, что он тебя любит? Нет! Раздвинуть ноги перед таким-сравнимо с убийством! Хенрикке даже не фин, а ты искренне веришь, что у тебя с ним всё получится. Невозможно любить человека, в котором нет той подлинной силы и стойкости финской души... - я не выдержала. -Да как ты можешь?! Ты ничего о нём не знаешь, ничего! Если бы не он, я бы так и торчала здесь, мечтая о свободе, прогибаясь под тобой! Тебя волнует только власть и деньги! Ты не только предал преданного тебе человека, но и оказался чёртовым расистом с манией чистой крови! В чём моя вина, отец? Скажи мне! Если бы мама была здесь...-и тут отец ударил меня по лицу. -Не смей говорить о матери! Именно из-за таких, как твой драгоценный Хенрикке, она умерла! А ты ей даже в подмётки не годишься!-доберманы начали скулить. Один из них лизнул мою руку. Я стояла, не веря в происходящее. Отец был в бешенстве.-Твоя вина- это красота, ведь ты так похожа на неё...-он бросил взгляд на мамино фото.-Так поплатись же за то, что так наивна и чиста...-... Ах, пусть сейчас терзает душу боль, всё сильнее, словно льдом. Прорастают злобы семена быстрей, а сердце ранет ненависть с каждым днём. Безжалостно, нож в спину вонжу, оборву ту нить, что связывала нас. Твоя вина- это красота, И за неё будешь ты осуждена! Безвинный грех душу жжёт, как клеймо. И бьётся сердце, от слёз слепое, Цветом чёрным, что дарован был тобой... -Знаешь, папа, ты только что помог мне понять одну истину...-я направилась в сторону двери, но на миг остановилась.-Спасибо тебе и прощай...-двери отцовского кабинете захлопнулись с диким грохотом. Собаки жалобно смотрели на отца, который смотрел на портрет мамы и молчал... В тот же вечер я собрала свои вещи, позвонила Чарльзу и попросила забрать меня...навсегда... Амелия K, Серафим R и Вирджиния N поехали со мной. Ами сказала,что не может отпустить нас одних, да и оставаться в доме отца, если там нет меня, ей тоже не хотелось. Ребята же решили сменить локацию и насладиться свободой. Дейтивелхейл казался мне идеальным городом, даже со своей серостью и сырыми туманами. Серый город, как и день. На асфальте только лужи, в них я вижу небеса. Природа так и сливалась с моей душой. Этому городу все равно, кем считаешь себя ты. Он слышит лишь тех, кто настроился на его волну-вот, что я поняла. Мы ехали в небольшой машине Чарльза, пока газель с вещами направлялась в сторону нашего будущего дома. Проезжая по горной дороге, я на миг задумалась. Мне представилась мамина улыбка. На глаза навернулись слёзы. -Всё будет хорошо...-Чарльз, без лишних слов, просто взял меня за руку. Я благодарно улыбнулась. Мы прибыли к месту назначения-зданию нашего будущего кафе... Чарльз-Хенрикке изменил всю мою жизнь. Я стала увереннее,смелее и раскрепощённее. Благодаря ему и моим друзьям у меня появилась вера в лучшее. Я действительно поверила в то, что могу нести свет людям. Наше кафе процветало. Люди приходили каждый божий день и дарили нам свои улыбки. -Йа, Брайар, ну почему ты такая злая?-в нашем коллективе были прекрасные люди,которые лишь снаружи казались розами с шипами. -Отвали, Иви...-Брайар была главной красавицей нашего кафе и первой помощницей Ами. Мужчины не отрывали от неё своих восхищённых взглядов. У неё были тёмно-серые волосы, круглые серьги в ушах, пирсинг на правой брови. У неё была хорошо поставленная речь. Но ей не нужно было говорить, чтобы унизить кого-либо. Для этого хватало лишь взгляда. Она была сестрой-близняшкой нашего бармена-Айза D. -Не будь такой грубой, сестрёнка...-Айз же казался всем очень милым. Он обожал сладкое и детей. На правом глазу была повязка, в ушах и губе пирсинг. Несмотря на свой специфичный внешний вид, D младший был очень забавным и добрым. Он всегда заступался за свою миниатюрную девушку- Иви, которая была официанткой в нашем заведении. Чарльз был знаком с ними давно. Они были сиротами, скитались по улицам Англии и воровали, пока S не забрал их под своё крыло и не воспитал в них профессионалов своего дела. -Так, а ну тихо! У нас совещание!-Амелия была администратором, потому отлично справлялась с функциями лидера. В отсутствие Чарльза именно она руководила заведением.-Хочу подметить, что у КАЖДОГО из вас есть свои обязанности...-Ами была явно чем-то недовольна.-Ох, пожалуй, я просто покажу вам ЭТО...-она включила видео на проекторе. На экране появилась вырезка из местных новостей. -Full fucked up...- Айз был в шоке, потому нецензурщина на родном языке идеально описывала его мысли. В выпуске новостей показывали уличную драку, в которой участвовал один из наших сотрудников-Тоно E. -Не выражайся...-наш охранник, Кинг, который страдал социопатизмом, переговаривался с нами исключительно через громкоговорители. Амелия недовольно закачала головой. -Перестаньте... -Вирджиния попыталась успокоить пыл коллег. -Умолкни, вишенка...-Брайар вмешалась в перепалку. Она была близкой подругой Тоно, а потому всячески отстаивала его «честь» и шаловливую задницу. -Vamos, puta!-наша официантка Вероника, девушка Вирджинии, родом из Испании. Она предпочитала стиль панк в одежде и обожала кофейный цвет. Потому ношение нашей униформы доставляло ей эстетическое удовольствие. На солнечном сплетении у неё была татуировка, а на руках перчатки без пальцев. Перегородка носа была проколота чёрным металлическим кольцом. Её отношения с Вирджинией были очень милыми и нежными, (несмотря на быстрое развитие) без лишней пошлости и грубости. Вероника всегда помогала и защищала нашу клавишницу, а та в свою очередь подбадривала испанку всеми возможными средствами. -А ну хватит! Вероника, Брайар!-Амелия стукнула кулаком по столу.-Пока вы тут орёте, босс отдувается из-за ваших проколов!-поправив очки, она бросила на всех осуждающий взгляд. -Он сейчас общается с тем гомосексуалистом?-Айз зашевелил бровями. -Фу...-вырвалось из уст его сестры. -Ты имеешь что-то против ЛГБТ?-Вероника изогнула бровь. Вирджиния пыталась её успокоить, потому поглаживала её по плечу. -Оу, осторожно сестрёнка! Наша маленькая лесбиянка начинает злиться...-Айз и Брайар- те ещё провокаторы. Да, они грубые и наглые, но в душе-те ещё зайки (возможно, просто далеко не каждый доживает до того момента, когда понимает их истинную натуру). Будучи довольной от братской шутки, Брайар протянула близнецу победный кулачок. -Заткнись, Айз...-Серафим R нахмурился. -Воу, прости, бро, не знал, что у вас с Тоно теперь есть «половые отношения». Я думал, ты натурал!-Айз рассмеялся, а Серафим испепелял его взглядом. Всё дело в том, что Тоно был геем, а Серафим как раз оказался в его вкусе. Несмотря на внешнюю холодность Серафима, он всё равно не был против ухаживаний E, несмотря на их своеобразность. -Да прекратите вы наконец!-Амелия снова обратила на себя внимание.-У нас завтра важный день, а вы обмениваетесь тупыми колкостями и...-дверь кабинета открылась и в него ввалился Тоно-черноволосый подкаченный парень с белыми прядями на висках. Одет он был в белую рубашку и наши форменные брюки с подтяжками. На шее у него был чёрный тонкий чокер. Ногти были накрашены розовым гель-лаком, а в левом ухе была маленькая серёжка. Первое, что он сделал, когда зашёл-подмигнул Серафиму. -Добрый день, мои любимые коллеги-извращенцы, сексисты и просто прекрасные люди!-он был нетрезв, потому совершенно спокойно полез с объятьями на Ами.-О, Амелия, моя асексуальная подружка, как я рад тебя видеть!-он чмокнул её в щёку. Все уже были готовы его похоронить. Настала гробовая тишина.-Что?-заметив её напряжённый взгляд, он изогнул бровь. -Что?! Что?! Что ты творишь?!-Ами была в бешенстве. -Я всего лишь помог одной подруге. Не принимал, честно, просто помог. Вы же сами говорили, что надо помогать людям...-после этих слов Брайар закатила глаза. -Ты же понимаешь, что терпеть твои выходки вечно никто не станет?-она сделала стервозное выражение лица и высокомерно посмотрела на Тоно. -Оу, прости, нимфоманочка, тебя забыл спросить. А, кстати, тот мужик, с которым ты трахалась на прошлой неделе, три дня назад приставал ко мне. Серафимушка, если что, то я остался верен тебе!-он положил руку на сердце. R лишь недовольно выдохнул и покачал головой. Глаз Брайар задёргался от злобы. Вероника ехидно улыбнулась. Послышался тяжкий вздох Кинга A. -Тоно, fick dich! Какого чёрта ты творишь?!-Амелия была готова убить. Она снова начала материться на немецком, потому лица Вероники и Иви перекосило от ужаса.-Ты можешь хотя бы попытаться быть серьёзнее? Если что, то мы все ещё помним, как нам пришлось тебя откачивать после приёма наркоты...-Амелия облокотилась о стол. -Да, я пытаюсь. Просто расслабился и немного переборщил. Простите...-он искренне извинился. Все уже довольно улыбнулись и облегчённо вздохнули.-Но всё же, Ами, лучше попробуй расслабиться и приготовь свои немецкие колбаски и пиво. Вдруг, поможет...-он испортил всю идиллию этого момента. -Ты либо сексист, либо расист...-Ами, уже успокоившись, недовольно прищурилась. -Выбери то, что больше бесит...-он улыбнулся ей и сел на свободный стул. Знаете, несмотря на всю эту неприятную сцену, наш коллектив был одной дружной семьёй. Старшими в ней были Чарльз, Кинг, Ами и Тоно (как бы парадоксально это не звучало). -Вижу, вы уже помирились?-Чарльз показался из-за дверей. Судя по его выражению лица, он всё слышал. Все резко притихли, в глазах ребят читался стыд. Чарльз был для всех примером для подражания и тем, кто ставил их на правильный путь. Он спас Тоно от наркозависимости, взял его на работу, как специалиста в любой технике. Тоно стал управлять нашим залом с игровыми автоматами. Кинг же, рядом с Чарльзом, не испытывал приступов социопатизма и мог спокойно выпить чашечку крепкого чая за игрой в шахматы. Ами восхищалась им, как руководителем. Брайар и Айз слушались его во всём, словно отца или старшего брата. Серафим и Вирджиния обожали его игру на фортепьяно. Однажды, у нас в кафе был чудный вечер, во время которого Чарльз-Хенрикки устроил для гостей целый концерт, Серафим признал, что не ровня ему(разве что в росте, ибо R был самым высоким в нашем коллективе-метр девяносто два). -Да, всё хорошо...-когда он подошёл ко мне, я лучезарно улыбнулась ему. Холодные пальцы его рук коснулись моего плеча. Чарльз чмокнул меня в макушку и подошёл к Ами. -Так. Завтра у нас важный день. Будет много посетителей...-Вероника перебила его. -Шеф, почему Вы до сих пор не объясните нам, в чём важность этого «рокового»дня?-девушка, поправив свои короткие волосы, непонимающе взглянула на S. -Сюрприз...-тогда мы ещё не знали, какой «сюрприз» нас ждёт... Одним вечером, прогуливаясь по улицам Дейтивелхейла, почти в полной темноте, я встретилась с кареглазой девочкой. Её тёмно-русые волосы, серебристые на концах, спадали на её хрупкие плечи. В руках она держала плюшевого мишку. -Здравствуй, малышка. Что ты тут делаешь в такое позднее время?-я присела рядом с ней на качели, поправив юбку фиолетового платья. -Жду друга...-она не была совсем маленькой. На вид ей было лет четырнадцать, но её лицо казалось совсем детским. Взгляд был пустым и одиноким. В моём сердце что-то щёлкнуло. Я вдруг представила себя матерью такой девочки. Коснувшись живота, я поймала себя на мысли, что хочу её обнять. -Знаешь, завтра в «Helvi Coffee» будет небольшой концерт и много вкусного мороженного. Приходи и друзей приводи...-я ласково улыбнулась ей. Она взглянула на меня своими стеклянными мёртвыми глазами, а после кивнула... На следующий день мы все не могли найти себе места. Чарльз продолжал молчать и игнорировать наши расспросы о сюрпризе. Но я времени зря не теряла. У меня была важная миссия-придумать, в какой момент концерта будет лучше объявить о своей беременности... Начался очередной шумный и счастливый вечер. Официанткам помогал Тоно, ибо народу в зале было полно. Ами руководила процессом. Я, Серафим и Вирджиния выступали на нашей сцене, пока Айз и Чарльз развлекали посетителей игрой в покер и напитками. Вдруг, входная дверь открылась и в кафе вошёл кто-то,кого я вспомнить не могу. Лишь его белая маска застыла в моей памяти... За секунду до моего объявления о беременности, Чарльз встал передо мной на одно колено и произнёс: «Выходи за меня...». После этих прекрасных слов наше кафе захлебнулось в крови... Когда я очнулась, вокруг было темно и холодно. Никого рядом не было. Пахло деревом и сыростью. Я пыталась вытянуть руку вперёд, но стукнулась о что-то твёрдое. И тут я поняла-я лежу в гробу. Меня накрыла паника. Я стучала по крышке гроба, кричала и плакала. Царапая ногтями стенки гроба, я билась в истерике, судорожно дёргая ногами. Когда же свет озарил всё вокруг, я увидела лицо одного из наших посетителей, который работал в сфере ритуальных услуг. Он что-то говорил, а по его щекам стекали слёзы. Я смогла разобрать лишь одну фразу: «Как жаль, что вы умерли...»... В моих ушах всё зазвенело. Я осторожно повернула голову в сторону зеркального шкафа и застыла в ужасе. В моём солнечном сплетении была дыра. На теле и одежде оставались следы крови. Мои глазные яблоки стали чернее ночи, а зрачки блестели фиолетовым. Я в ужасе закричала, но поняла, что никто меня не слышит. Я сбежала. Моё тело похоронили на городском кладбище. Я пыталась заговорить хоть с кем-то, но никто меня не видел... Мне казалось, что я сплю. Я медленно зашагала в сторону нашего кафе... Всё здание было в полицейской ленте, а внутри было море крови. Повсюду веяло смертью Но я не могла вспомнить, кто и как это сделал. В моей голове всё смешалось, мне стало страшно. -Кари?-за моей спиной раздался голос Ами. Её лицо стало белым, глаза красными, а волосы пепельными. Её подбородок держался на деревянных красных шарнирах, а на лбу была засохшая кровь. Дыхание спёрло. Я в судорогах начала рассматривать всё вокруг. Айз и Брайар были полностью чёрно-серые. Их глаза были похожи на треугольники, а зубы на звериные клыки. Сетчатые чулки Брайар D были разорваны, а на её коленках были синяки. Айз выглядел устрашающе, но продолжал молчать. Я попятилась назад, как вдруг ударилась о грудь Серафима, на лице которого не было маски. Из его рта выползали жуки. Я закричала. -Нет! Нет! Я сплю!-из моих глаз брызнули чёрные слёзы. Рядом с Айзом и Ами показались Иви и Вероника. Зубы последней были, как у акулы. У Иви и вовсе не было глаз, а её улыбка кровавым следом тянулась до ушей. Они молча смотрели на меня с сочувствующими взглядами. -Карина, успокойся...-Тоно присел рядом со мной. Его кожа была белее снега, а небесно-голубые глаза блестели в дневном свете. Он приобнял мня за плечи и мне полегчало. Вирджиния, полностью розовая, стояла с закрытыми глазами (вместо глаз у неё были гипнотизирующие спирали, из-за взгляда на которые любой падал в обморок). Амелия сказала, что все они так же очнулись в гробах. Никто из них не помнил, как их убили и за что. Мы все оказались заперты в здании нашего любимого кафе. -Где Чарльз?-сначала все молчали. После, Брайар всё же сказала, что он у себя, но лучше к нему не ходить. Я не послушала её и направилась в кабинет возлюбленного... Возле входной двери стоял Кинг, глазные яблоки которого были чёрными, а зрачки красными. Он молча открыл мне дверь и я зашла внутрь. Чарльз сидел в своём кресле, на котором висело его любимое красное пальто. Закрыв лицо руками он плакал. Я села на колени рядом с ним и погладила его по волосами, что теперь переливались красным. Из его головы торчал красный рог. -Прости меня, Кари...Я не уберёг ни тебя, ни малыша, ни ребят... Прости меня...-он плакал, как и плакала моя душа. Я молча обняла его, понимая, что всё это был не сон... Следующие десять лет мы боролись за наше кафе: отпугивали наркоманов, риэлторов и прочих людей. Иногда мы показывались им в виде иллюзий, иногда в качестве отражений или «реальных» людей. Я же каждый день пыталась поддерживать Чарльза и ребят, но все мы понимали, в каком Аду теперь находимся. Для нас стало привычкой показывать незваным гостям пугающие этюды с вариантами их смерти. Постепенно каждый из нас начал входить во вкус. Брайар играла роль призрака, который убивал после «соблазнения». Её заводила лишь мысль о том, что она может убить во время секса. Она получала колоссальное удовольствие от убийства мужчин. Ей нравилось унижать их, заставлять вылизывать её обувь и молить о пощаде. Айз же сначала показывал своё милое и доброе лицо, после чего впивался в жертву своими острыми зубами. Он и при жизни казался двуликим из-за своего раздвоения личности, но после смерти сдерживать себя ему было всё сложнее и сложнее. Он променял свою «ванильную» личность на серую действительность, в которой он так ненавидел доброту, детей и сладости... Близнецам нравилось пугать людей и причинять им боль. Официантки лишь иногда подыгрывали D, но только из-за скуки. Впервые я начала бояться этого чувства, после того, как Иви вырвала глаза чёрному ворону. Серафим и Вирджиния пугали только тех, кто крушил имущество. Хотя, однажды, был случай, когда Серафим чуть не задушил какого-то наркомана струной от гитары. Ныне покойный гитарист уже не носил свою маску, благодаря Тоно, который считал его страшно красивым и без неё. Лишь после смерти эти двое наконец были вместе и идеально дополняли друг друга, порой вместе помогая запугивать и убивать нежеланных гостей. Тоно, как и Ами, вмешивался только тогда, когда это было необходимо или его любимые автоматы пытались сломать. Чарльз же практически не выходил из комнаты в первые месяцы. Общался он только со мной или Кингом. «Внутри каждого, даже самого лучшего из нас, дремлет неуправляемый дикий зверь, который просыпается, когда мы спим...»-говорил в своё время Платон. Так и в Чарльзе просыпался демон, которого сдержать могла лишь я... -Кари, я больше не могу терпеть... Мне с каждым днём труднее себя контролировать и сдерживать эту жажду...- в Чарльзе просыпался звериный садизм. Он боялся сам себя, потому старался не показываться ни кому, ибо тогда никто бы не выжил, увидев его. Вкус крови дурманил его, он начал наслаждаться поеданием своих жертв, потому мне пришлось пойти на крайние меры ради своего любимого. -Возьми моё тело, только не покидай меня...- и так, сначала раз в пол года, потом раз в месяц, а вскоре и раз в несколько дней, мой драгоценный муж питался моей кровью и плотью, произнося сквозь алые слёзы слова прощенья. Я же продолжала его любить и по сей день, даже таким. Отныне наша страсть заключалась не только в поцелуях, объятьях и совместных ночах, но и в каждой капле нашей крови, которую мы выпивали, без остатка пожирая друг друга... Но, спустя долгие годы нашей жизни в роли мертвецов, мы узнали, что наше «Helvi Coffee» хотят снести... Джорма S. Именно он был человеком, что выкупил кафе. Он был моим отцом... Решив снести кафе, он захотел построить на его месте один из филиалов своей фирмы... Даже из моей смерти мой отец умудрился извлечь выгоду. Сейчас у меня есть только одна цель- узнать, кто убийца и...отомстить... Такова моя история... *ma cherie- (французский) моя дорогая