°20°

День для Лисы тянулся мучительно медленно. Внешне она старалась выглядеть спокойной, расслабленной и собранной, в то время как эмоции в ней били ключом.

Она будет заниматься сексом. С Чонгуком. Сегодня. В лесу. Тайным, грязным сексом с мужчиной, меняющих женщин, как перчатки. И она была в диком восторге.

Однако ей нужно было вести себя естественно, чтобы Чимин и Дафна ничего не заподозрили. Поэтому она решила убраться в доме, тем самым не вызывая подозрения у Дафны. Ее близняшка знала, Лиса любила чистоту и порядок. Так что она решила разложить оставшиеся вещи, прекрасно понимая, что Дафна не вызовется ей помогать. Лиса отдраила кухню, натерла до блеска полы. Также убралась в комнате, которую она делила с грязнулей сестрой. Она вымыла ванную и постирала постельное белье, раз в хижине оказалась небольшая стиральная машина и сушилка.

Она перегладила вещи, пока Чимин и Дафна играли в карты в гостиной, а Чонгук спал на диване. Лиса намеренно прошла мимо дивана, хорошенько пнув Чона, разбудив его. Она должна была изображать, что ее раздражает его присутствие.

По правде говоря, это раздражение быстро перешло в возбуждение. Она не могла перестать думать об их шалости на веранде. То, как он сжимал ее волосы, толкая член ей в рот, а она впивалась ногтями в его упругую задницу. То, как его губы дразняще скользили по ее губам в то время, как его пальцы ласкали ее между ног, играя с клитором, заставляя сгорать от страсти.

Неудивительно, что Чонгук был любимцем женщин, ведь он был весьма внимательным любовником. Было похоже, что ему больше хотелось доставить удовольствие ей, нежели получить свое. Ей это понравилось. У нее было мало любовников, и всего пара из них были искренне заинтересованы в ее удовольствии. Большинство мужчин больше заботило, как поскорее забраться ей в трусики, а если забирались, то не заботились об ее оргазме. Поэтому Лиса давно поняла, единственный способ получить желаемое- это быть более агрессивной в постели. И в большинстве случаев ей это удавалось. И, кажется, Чону это тоже понравилось.

После стирки Лиса решила перестелить все кровати. Дафна закатила глаза от трудолюбия Лисы, но продолжила играть в карты, покуривая при этом сигарету.

Она могла поклясться, Чонгук улыбался, стоило ей пройти мимо него с пледом, и Лиса поспешила сбежать из комнаты, пока ее щеки не залились краской. Иногда, ей совершенно не удавалась скрыть своих эмоций.

После стирки и уборки она приготовила на обед бутерброды (ей приходилось притворяться умелой кухаркой), а потом поднялась наверх принять долгий душ. Ей хотелось приятно пахнуть во время их встречи. Одри одолжила дорогой шампунь и гель для душа у Дафны, а дальше занялась бритьем. На минуту, она задумалась о волосах на лобке. Удивится ли Чонгук, если она будет совершенно гладкой? Она долго смотрела на бритву, но затем передумала. Она не будет меняться, чтобы впечатлить мужчину. Она оставила все как есть, вытерлась полотенцем и вернулась в их с Дафной комнату, где, расположившись на кровати, сначала почитала один из своих любовных романов, а затем накрасила ногти на руках и ногах бежевым лаком.

Плед, который она должна была принести вечером? Лиса заранее спрятала его под кроватью. Затем она надела комплект белья, коря себя, что не захватила ничего сексуального. Эх, если бы у нее было сексуальное белье.

К счастью день, подошел к концу, и около десяти вечера все разбрелись по своим комнатам. Дафна болтала с Лисой, лежа на кровати, ее близняшка выглядела веселее, чем в прошлые дни. Прошла не только ее ужасная дрожь, но и постоянная тошнота. Дафна все еще была бледной, но, к счастью Лисы, уже не пугающе серой. Ну и пусть Дафна дымила, как паровоз. Избавиться от никотиновой зависимости гораздо легче, чем от наркотической. С прошлого вечера доза ксанекса снизилась до пол таблетки, и благодаря Чимину и его личному врачу, Дафна скоро совсем перестанет в них нуждаться. Успех Дафны не мог не радовать Лису, но она беспокоилась, что будет с сестрой, когда они вернутся в реальный мир. Сможет ли Дафна устоять перед соблазнами прежней гламурной жизни в Лос-Анджелесе? Ее близняшку сложно назвать волевым человеком.

Но об этом Лиса побеспокоится потом.

Они легли спать, и Лиса пыталась дышать медленно и глубоко. На самом деле, ее пульс бился с бешенной скоростью, а мысли никак не хотели успокаиваться. Она будет заниматься сексом с Чон Чонгуком. Одна только мысль об этом распаляла ее тело и заставляла дрожать в предвкушении. Дерьмо, она была абсолютно уверена, что намокала, представив вероятный ход развития событий этой ночи. В течение дня Лиса как минимум дюжину раз представляла, как все будет. Чонгука, прижимающего ее к одному из деревьев и трахающего прямо стоя. Или медленно занимающегося с ней любовью на пледе. Вот он ставит ее на четвереньки и берет сзади. Или она сверху в позе 69.

Ладно, так она никогда не успокоится. Лиса сложила руки на груди, изображая глубокий сон, на случай, если ее близняшка до сих пор не стала. Прошла целая вечность до того, как с другой половины кровати послышалось тихое сопение. Лиса еще некоторое время пролежала не двигаясь, и все это время она украдкой посматривала на часы.

22-30

23-00

23-15

23-20

Боже правый. Лиса ерзала при каждом взгляде на часы. Время тянулось очень медленно, а затем она не заметила, как наступило 23-55.

23-59

00-00

Полночь. Пора идти. Тяжело сглотнув, неожиданно испытывая нервозность, Лиса повернулась посмотреть на спящую сестру. Дафна лежала на боку, закутавшись в одеяло, сжимая подушку. Она безмятежно спала, а дыхание было ровным. Отлично.

Очень медленно Лиса откинула одеяло, затем бесшумно поднялась с постели. Очень аккуратно накинула толстовку поверх пижамы. На цыпочках, прижимая к груди плед, вышла из комнаты, чувствуя себя непослушной девочкой - подростком, сбегающей из дома, ради занятия сексом с парнем.

Вот только она никогда не совершала подобного в юности. Она всегда прикрывала Дафну.

В этом нет ничего плохого, успокаивала она себе, закрывая дверь комнаты, а затем медленно спускаясь по лестнице. Все спали, в гостиной никого не было, поэтому она быстро прошла к входной двери, бесшумно закрывая ее, словно она была мастером сбегать из дома. Она пошла прямиком к пирсу. Ночь была тихой, даже слишком тихой, а значит, она отчетливо слышала свои мысли.

В этом нет ничего плохого, повторила она. Они просто… поваляют дурака. Никто даже не узнает, что она занималась сексом с Чонгуком, а она, в свою очередь, получит удовольствие, а затем вернется к грустной, безответной любви к Чимину.

Странно, но в последнее время она даже не вспоминала о своих чувствах. Лиса пригладила рукой плед. Ее голова была занята другим, решила она. Вначале она беспокоилась о больной сестре, потом о флиртующим и подначивающим ее Чонгуке. У нее просто не было времени проводить с Чимином, как она изначально планировала. Однако даже так они вновь сблизились и после возвращения в город будут видеться чаще, что тоже неплохо.

Вот только она переспит с его лучшим другом. И Чимин поймал их купающимися голыми в озере. Он вряд ли забудет об этом. В животе появилось неприятное чувство. Не испортит ли ее интрижка с Чоном шанс быть с Чимином? Готова ли она пожертвовать Чимином ради Чонгука? Она думала об этом, пока стояла в темноте, дожидаясь его. Чонгук был бабником, использовал женщин. Он совершенно ей не подходил, в то время как Чимин был идеальным мужчиной для нее.

Может, она совершает ошибку? Возможно, ей стоит вернуться в дом, лечь спать. Бросить его здесь и притворяться, что этого никогда не было.

Она почти уговорила себя вернуться в дом, когда услышала шорох, и через секунду сзади к ней прижалось теплое тело. Одна рука обернулась вокруг нее и легла прямо на тяжелую грудь, дразня через одежду сосок. — Привет, секси, — шепнул Чонгук ей в ухо, а затем его язык покружил по ушной раковине, также как палец кружил по возбужденному соску. — Как я рад тебя видеть.

В этот момент Лиса приняла важное решение. Она расслабилась, прильнула к нему, из ее горла вырвался тихий всхлип, а тело покрылось мурашками. Боже, он знал, как одним прикосновением заставить ее таять словно свечу. Лиса повернулась, заметив, он был все в той же одежде: старой футболке и пижамных штанах. Неужели Чимин не мог одолжить ему что-то более приличное?

—Давай уйдем отсюда, — шепнул он возле ее уха, — и найдем для нас укромное место.

Она кивнула, все мысли об одежде улетучились, Чон положил руку ей на поясницу, подталкивая вперед. Она это сделает. Она действительно собиралась переспать с Чонгуком, и плевать на последствия. Ей нужна была ночь дикого секса с Чонгуком, чтобы покончить с этим. Он был словно зуд на ее коже, который нельзя было почесать, но он сводил ее с ума и отвлекал. А после сегодняшней ночи все пройдет.

Она очень на это надеялась.

Его рука на ее пояснице казалась ей чем-то большим, чем простым, вежливым жестом. Он вел ее через густые деревья вглубь леса подальше от хижины. Озеро осталось далеко позади, они продолжали идти дальше до тех пор, пока звездное небо над головой не скрылось за пышными кронами высоких деревьев.

— Ты знаешь дорогу? — поинтересовалась она.

— Да. Совсем недалеко отсюда есть идеальное место.

— Там будет безопасно? А как же медведи, дикие пумы и прочие хищники? — Лиса не задумывалась о хищных зверях, когда предлагала рандеву в лесу, но чем дальше они углублялись в лес, тем больше она беспокоилась.

Она услышала его хихиканье. — Мы будем слишком шумными, так что о них можешь не беспокоиться. Но ты же не хочешь, чтобы нас опять застукал Чимин?

— Господи, конечно, нет, — выпалила она, раздраженная его издевкой. Что он хотел этим сказать? Но у нее не было шанса выяснить.

— Мы пришли, — сказал Чонгук, указывая на место перед собой.

Стоит признать, она не могла ничего разглядеть в темноте. Она видела склоняющуюся пару деревьев и свободное пространство под ним, только и всего. — Меня должно это впечатлить? На что я вообще смотрю.

— Эти деревья идеально нам подходят, моя вредная петардочка. Под этими ветками можно укрыться не только от ветра, но и от посторонних глаз.