Глава 8.

27 декабря

Остаётся совсем чуть-чуть до Нового года, вся Англия в предвкушении торжества. Улицы уже нарядно украшены, люди радостно поют праздничные песни. Я же могу теперь только наблюдать за всеобщим весельем и медленно падающими хлопьями снега из окна палаты психиатрического отделения. Как я докатился до жизни такой? Обо всём по порядку.

Несколько дней, а может и неделю назад, уже не вспомню, я гулял с Эмили, ничего не предвещало беды. Я не заметил, в какой момент она стала для меня самым близким человеком, но желание видеть её каждый день переросло в необходимость. Пока я с ней, всё прекрасно, но стоит попрощаться и отпустить её руку, тут же начинаю ощущать пустоту, одиночество...Также, после, я никогда не могу вспомнить и сказать о чём мы конкретно говорили. Беседы с Эмили, подобно сновидениям, быстро стираются из моей памяти, хорошо хоть я додумался о некоторых из них рассказывать тебе, дневник.

Кевин нередко интересовался, почему мы перестали видится. Скорее всего он бы не получил ответа на вопрос, если б не Мэри, которая угрозами вынудила сказать, что у меня появилась девушка. Я даже матери боюсь не так сильно, как свою всемогущую подругу. Так как нас слышал весь класс, многие, в том числе Кевин, высказали поздравления, Рейчел демонстративно покинула кабинет, а Мэри назвала меня бабником. Но вернёмся к прогулке...

Всё шло хорошо, просто замечательно, пока Эмили вдруг не сказала:

- Ты расстался с той девушкой, да? Я... сожалею...

- Прозвучало не особо искренне, но спасибо. - я не понял сначала как она узнала, но потом вспомнил, что сам намекал на разрыв с Рейчел.

- А как ты хотел? На самом деле я только рада, что вы больше не вместе.

- Правда? Я, конечно, сам бесконечно счастлив, но ты-то почему?

- Потому что не собираюсь ни с кем делить моего Тома. Вот такая я собственница!

Эмили озорно улыбнулась и потянула меня за собой на заснеженный мост. Не знаю, куда мы в тот раз забрели, но место было сказочно красивое. Снежинки без конца падали нам на волосы и шарф, ресницы Эмили облепило инеем. Мы немного постояли, молча созерцая волшебство зимы. Затем Эмили наклонилась, быстро слепила снежок и запустила его в меня. Ответный бросок с моей стороны не заставил себя ждать. В итоге минут через пятнадцать вся наша одежда была в снегу и раскрасневшиеся от мороза лица сияли.

Я заметил не сразу, что у Эмили не было с собой перчаток. Она смеялась как сумасшедшая впрочем, я тоже, но, тем не менее, заледеневшие обветренные руки бросались в глаза. Я отдал ей свои перчатки, не смотря на упрямые протесты, и попытался согреть её руки дыханием. Эмили с благодарностью смотрела на меня глазами маленького котёнка и мило улыбалась. Мы стояли совсем близко, я сделал шаг, и мы оказались вплотную. Наклонив голову к лицу Эмили, я уже был в нескольких миллиметрах от её губ, и тут она грубо оттолкнула меня.

- Аккуратнее, Том, в другой раз мне придётся ударить тебя. - невозмутимо произнесла Эмили. - Разве я не говорила, чтобы ты не прикасался ко мне?

- Но я подумал это шутка...

- Нет, я говорила вполне серьёзно.

- Ну, не злись, Эмили. Я запомнил, однако может, уже расскажешь, в чём дело?

- Прекрати меня постоянно об этом спрашивать, ещё не время! Научись ждать, терпение -одно из лучших навыков в жизни.

Эмили ускорила шаг, пришлось догонять её. Продолжительное время мы не разговаривали. Она хмурилась и по видимому злилась на меня. Не смотря на это, я решил завязать с ней разговор о том, что уже давно мучает меня. Понятия не имею, какой чёрт дёрнул за язык, но лучше бы я продолжал молчать. Даже лирическое отступление не спасло ситуации.

- Эмили, в следующий раз, когда поедешь навестить старый дом, позови меня с собой, хорошо?

- Хорошо. - она сменила гнев на милость и даже слегка улыбнулась.

- Слушай...А зачем вы с родителями кладбище посещали? Какая в нём необходимость теперь?

Эмили побледнела, как мертвец, её глаза возмущённо сверкнули.

- Том, почему тебе необходимо всё испортить? Неужели мы так плохо гуляли, скучно стало? - она говорила спокойно, но эмоции выдавали внутреннее напряжение.

- О чём не спрошу, всегда злишься. Эмили, откуда столько тайн, почему стала скрытной? Я доверяю тебе все секреты, может пора ответить хоть на один мой вопрос?! - было стыдно потом, что я накричал на неё, но неизвестность сводила с ума.

- Ладно, твоя взяла. Отвечу на любой вопрос, но только один. Это моё условие, согласен?

- Конечно, согласен. Я сам выбираю, что спросить?

- Да.

- Тогда, вот мой вопрос. Почему я не могу прикасаться к тебе?

- Тебя действительно это волнует больше всего? - на лице Эмили явно читалось сомнение.

- Меня не устраивает такой ответ. Можно конкретнее?

- Что ж, слушай. Звучит глупо, но тогда я исчезну...

- Вот как! В воздухе растворишься? Это не глупо, но довольно странно. - я отвечал с иронией в голосе, а вот Эмили даже не собиралась шутить.

- Ты мне не веришь? - она, похоже, хорошо осознавала это.

- Извини, нет.

- В любом случае, пожалуйста, не заставляй меня покидать этот мир. Хотя бы до тех пор, пока не почувствуешь, что твёрдо стоишь на ногах. К тому моменту моя помощь уже будет не нужна, и я смогу оставить тебя, как бы тяжело мне не далось это расставание...

Эмили говорила странные вещи, я внимательно слушал её тихий грустный голос, в какой-то момент перед глазами всё поплыло и я ощутил падение. Сквозь непроницаемую тьму, слышались суета и голоса людей. Но всё это время, вплоть до самого пробуждения, кто-то заботливо держал меня за руку.

Когда я открыл глаза, обнаружил, что нахожусь в своей комнате. Рядом со мной, на кровати сидела Линда, мама наливала чай, а Розочка, лёжа на боку, била хвостом по полу.

- Слава Богу, очнулся! Мы переживали за тебя, братик! - сестра обеспокоенно смотрела на меня.

- Что случилось? - слабым голосом спросил я.

- Ты ушёл гулять и не вернулся. Позже мы узнали, что тебя нашли в совершенно другом районе, без сознания. Хотела бы я знать, как так вышло да ты сам сейчас едва что-нибудь вспомнишь. Том, умоляю, не пугай нас так больше и будь осторожнее, в такую погоду легко получить обморожение. - сказала мама, подавая горячий напиток. - И ещё, не знаю связано ли это с бредом, но ты, находясь в забытье, всё звал кого-то.

- Да, я тоже слышала. - подтвердила Линда.

- Мам, скажи, когда меня нашли люди, я был один или кто-то был в тот момент со мной рядом?

- Нет, ты был совершенно один посреди заснеженной улицы...

Услышав эти слова, мне стало очень больно. Я не заметил, как слёзы потекли по моим щекам. Почему Эмили оставила меня?

- Том, ты чего? - хором вопросили сестра и мама.

- Оставьте меня, я хочу побыть один...

Ближе к вечеру, слегка успокоившись и перестав чувствовать слабость, я пошёл погулять. Моей целью был кирпичный дом на Фурнье-стрит. В прошлый раз мне так и не удалось поговорить с родителями Эмили, сейчас настало время сделать это.

Я быстрым шагом за несколько минут дошёл до дома и, взбежав по лестнице, нетерпеливо постучал в дверь.

Почти сразу мне открыла мама Эмили, некогда приветливая женщина, обладательница идеальной белозубой улыбки и копны вьющихся волос цвета ржи. Всего несколько лет назад она ярко пудрила пухлые щёчки, теперь они впали и больше не блестят, как не блестят и задорные ясные глаза, ныне потухшие, словно свечки. Она сразу узнала меня, но почему-то голос звучал неуверенно.

- Том? Это ты? Но как ты узнал, где мы живём?

- Миссис Андерсон, не будем об этом. Лучше скажите, Эмили сейчас дома?

Она посмотрела на меня, как на психа и ответила дрожащим голосом:

- Нет, Эмили здесь нет.

- Честно сказать, это не так важно, поскольку я к Вам. Но когда она вернётся, прошу, передайте, что я заходил. Мне нужно поговорить с ней.

- Том, ты не в себе? - выслушав меня, спросила миссис Андерсон с плохо скрываемым раздражением.

- Почему Вы так решили?

- А как интересно я должна исполнить твою просьбу?

- Просто скажите ей и всё, в чём проблема? Неужели Вы давно не видели Эмили?

- Представь себе, три года. С тех самых пор, как похоронила её.

- Этого не может быть...она ведь...

- Умерла, моя дочь умерла, Том! Как у тебя только совести хватает издеваться над несчастной матерью?!

- Но, миссис Андерсон!

Не успел я договорить, как женщина захлопнула дверь перед моим носом. В смешанных чувствах я покинул дом, где надеялся получить ответы, с ещё большим количеством вопросов. Кто бы знал, как я устал от всего этого! Не хотелось думать ни о чём, особенно об Эмили. Но мои мысли, блуждающие по бескрайнему океану, как назло волнами снова и снова выбрасывает к знакомому берегу.

Подходя к своему дому, я приметил на другой стороне улицы девушку в малиновом шарфе. Подумав, что это Эмили, я громко окликнул её, но она не обратила внимания. Тогда подбежав, я схватил девушку за руку. Она обернулась, и я увидел лицо незнакомки...

- Извините, обознался...

- Боже, как таких придурков земля носит...

Неприятно было слышать подобное в свой адрес, но я сдержался и не учинил скандал.

Ночью со мной случился приступ лихорадки и очередного бреда, мама была уже не рада, что отпустила меня гулять. Да я сам от случившегося восторга не испытывал. Папа также заметил, что я в последнее время веду себя очень странно и пора бы провериться у психиатра. На следующий день состоялся приём, в результате которого выяснилось, что я серьёзно болен и меня ожидает больничная палата.