Сердце рассвета

>...>делать (функция2596.08; перемещение; в; А)  >создать А  >А = дизлок[,,, ДОМ ,,, (187936.2967)]  >старт 

:

— Просыпайся, Ральф, — холодный и довольно сердитый голос вырвал паренька из сонной завесы. — Пора вставать.  — Ты слишком жестко его будишь, — второй, уже более родной и мягкий, поднял Рала сразу. Протерев глаза, тот направился к выходу из своей спальни.  — Ты даже не дослушаешь, почему тебя так рано будят? — Мил стоял, облокотившись на стену, попутно крутя в руках какую-то безделушку из коллекции племянника.  — Я уверен, очередная ерунда с водой, — зевая, выдал путешественник, после чего резким взмахом руки отобрал у садиста вещичку.  — Неа, мелкий, не верно, — радостно выдала Джей, толкнув Мила в локоть. — Сейчас наш дядька всё тебе расскажет!  — Мы же... Эй! — выдохнул «дядька» после очередного толчка. — Ладно... Ты можешь пойти со мной на заказ.. Только давай без своих помешательств на коллекции. 

В глазах Рала вспыхнули огоньки радости — радости от чего-то нового. Пока Миллиан принимал заказы на убийства, обретая тем самым славу беспощадного маньяка и садиста, который убьёт любого за хорошую награду и искренне радуется, глядя на выпотрошенное тело очередной жертвы, Рал помогал своей сестре на домашнем фронте, считая, что его потенциал растрачивают зря. Он тысячу раз просил дядю взять его на дело. И тысячу раз слышал отговорки и отказы. Но рано или поздно всё случается, правда? 

— Так что, пойдёшь? Если да, то давай быстрее, клиент ждёт уже почти десять минут, — бросил садист, выйдя из комнаты путешественника. Выдохнув, Джей тоже покинула комнату. 

Холодный треск пламени достигнет вершины в пик его ненависти, и разгорится всемирное желание жить. Стальные существа отныне будут ходить по коре. В чреве его сокрыты желания угодить своим создателям. И создаст он мир новый, и зваться он будет среди местных «насилием». И пламя то, что их погубило, погаснет на долгие века. И мученик тот, кто пламя разжёг. 

— Роберт Депало, — клиент представлял собой полного мужчину лет пятидесяти в грязном костюме техника. — Работает в казино Авлятокова барменом. — Мужчина протянул заляпанную фотокарточку парня. 

— Авлятоковы? Это самое гигантское и известное казино в мире. Очень рискованно. Надеюсь, оплата того стоит, — Мил взял фото и запихнул себе в карман рубашки.  — Конечно, конечно, — мужчина засуетился. — Четыреста тридцать пять пятилитровых бутылок воды. — Клиент подкатил ногой две тележки. — Тридцать сразу, остальное после выполнения.  — Это же... Мы... Мы же богаты! — глаза Рала, казалось, ещё никогда так не блестели.  — Стоит. Ладно, мы приступим к заказу. Каков срок? — кинул Мил и пошёл вглубь дома.  — Срок... Ах, да! Неделя, достаточно?  — Я уверен, что мы сделаем всё уже завтра! — Рал последовал за садистом. — Наверное... 

И он плакал. Если бы мог. И он кричал. Если бы у него был рот. Всё, что он мог — восхищаться, ненавидеть и сравнивать. Он был их отголоском. Их последствием. Их созданием. Они наделили его недостаточным количеством чувств. Он мог ненавидеть, но не мог любить. Он мог получать удовольствие, но не мог расстраиваться. Он мог создавать, но не мог вкладывать душу. У него её не было. Что же насчёт них? Они покинули его. Не все. Большая часть. Он мог бы ненавидеть их, но слишком был занят сохранением жизни оставшимся. 

— Итак, напомни, почему ты приперлась с нами? — Рал, Джей и их дядя уже подходили к месту назначения.  — Я иду туда не из-за бизнеса Мила, а чтобы просто отдохнуть. Тем более ваш клиент оплатил номера. Да? - Первый признак — классическая музыка, играющая ещё за полкилометра от самого казино. 

— Да, нам оплатили на три дня, но постараемся убить в первый, — второй признак — куча, тонна биолюминесцентных лампочек, что режут глаза, стоит только на них поглядеть. 

— Эй! Я, так-то, отдохнуть хочу! - И третий, наверное, самый явный признак — гигантский УВТ375, увешанный вывесками и прочими украшениями.

Один из шести последних оставшихся «Убежищ» на земле. Все остальные были подвержены вирусу и либо уничтожены, либо лишились возможности передвигаться. 

Поднимаясь по лестнице на ноге, а позже и по ковровой дорожке прямо ко входу, в нос ударил ярко выраженный запах расплавленного пластика, алкогольных коктейлей и ароматизаторов со вкусом ванили. Это место явно отличалось от всего остального в этом сером мире. Оно было такое же серое, но... спокойное? Никаких потусовок, никаких кровопролитий и никаких криков, визгов о помощи. Просто расслабляющее времяпрепровождение в баре, за столом казино или в уютных отельных номерах. 

Владельцем всего этого счастья была Беатрис Дье Авлятокова. Но сейчас Ралу, Милу и Джей она не интересна. 

У дверей самого казино стояла парочка охранников и швейцар. Первая проблема. Если у Рала в его излюбленном рюкзаке было что-то опасное, что-то, что могло навредить клиентам казино, — его бы просто выперли отсюда или забрали все «опасности». К счастью, Миллиан продумал эту деталь. Единственное, что могло причинить вред здоровью клиентов, — небольшой швейцарский нож, что был у садиста во внутреннем кармане праздничного пиджака. Его бы отбирать не стали. 

Так всё и произошло: охрана быстро осмотрела семейку и пропустила их внутрь. 

В глаза ударил яркий свет. Внутри всё было... Нет, таким же серо-белым, как и в остальном мире, но атмосфера, что витала в воздухе... была такой... праздничной. Всё вокруг говорило о каком-то празднике. Многие смеялись, разговаривали о чём-то спокойно и без криков. Все были одеты как с иголочки, что тоже довольно большая редкость в «насилии». 

— Здравствуйте! Подойдите, пожалуйста, сюда! — Администратор, сидевший за стойкой ресепшена, был так же прилежно одет. — Вы записаны на что-то? Может, у вас куплен лимит какой-то из лимитов в баре? Или вы забронировали номер в нашей гостинице? Может, столик в ресторане? Или же вы спешите на игру, что начнётся в 19:00? Пришли развлекаться в казино...  — Отель, мы забронированы в отеле, — перебила сотрудника Джей.  — Замечательно, на какое имя или фамилию? — сказал администратор, пристально всматриваясь во что-то вдали.  — Ммм, наверное, на... Попробуйте "Миллиан Дивисюр", — Джей глазами указала на садиста.  — Итак... Да, всё так и есть. Я вас провожу в номер, проходите за мной, — быстро проговорив, администратор вышел из-за стойки и пошёл куда-то внутрь УВТ. 

Так кто говорит истину? Явно не он. Он искажает события, как ему нужно. Они не знают всего. Они живут в бесконечном цикле ошибок и провалов. Они живут во лжи. Что лучше: жить в ужасной правде или жить в прекрасной лжи? В данном случае ложь — совершенно не прекрасна. Но правда ещё ужаснее. В конце концов, что бы вы делали, если бы узнали правду?