Втроем

Узы отношений — это что-то вроде резинки. Их можно довольно сильно растягивать, но того, кто растянет слишком сильно, резинка больно щелкнет. Иногда они столь тяжёлые, что нести их можно только вдвоём, а иногда и втроём.

[ НАСТОЯТЕЛЬНО рекомендую прочесть под песню:

Сдавайся - Сергей Лазарев ]

Ярослава забегала домой, небрежно скидывая со стоп сандали. Она сильно торопилась приготовить ужин любимому парню до тех пор, пока тот не вернётся со сборов. Голодный мужчина-злой мужчина и ей хотелось порадовать его своей заботой, устроив романтик.На душе было так неспокойно, что её сердце готово было вырваться из груди, а разум туманился.Пока Тарас заходил домой, помогая донести тяжелые пакеты, она наспех собрала перед коридорным зеркалом небрежный пучок и подхватив два пакета, устало поплелась на кухню.

Ладони расслабились, медленно укладываясь на бедра, а пакеты за ними же мгновенно полетели на пол и пали с грохотом, от которого у присутствующих зазвенело в ушах. Её сердце сначала сместилось, сжавшись в ком, а затем замерло, оно замерло в ту самую секунду, хотя минутой ранее готово было вырваться наружу от пульсации. Дышать стало невыносимо тяжело, она не могла сделать глубокий глоток воздуха, что так был нужен. Её грудь вздымалась, но кислород так и не поступал в лёгкие. Бабочки в животе умерли, все до одной, от скручивания в тугой узел, где-то там, далеко внизу. Кости стало ломать от холода, которым в их отношениях сейчас веяло за километры, её моментом сломало, всю, с ног до головы. Она не боялась смерти, она его боялась его измены.Спустя пару секунд самого страшного зрелища в её жизни, она совершила шаг назад, прижимаясь спиной к Тарасу, которого даже не чувствовала за собой. С каждым мгновением, между их телами, оставалось всё меньше и меньше места. Парень позади качал головой и злостно впивался взглядом в Туркина с таким презрением, что становилось жутко всем тем, у кого он был в поле зрения.Закрывая глаза, что были полны веры, она вздёрнула подбородок и открывая их, будто становилась другим человеком. Сейчас в них не было ничего, кроме опустошения.Абсолютная тишина. Она обернулась, заглядывая стеклянными в его, чёрные, полные сожаления и разочарования. Девушка кивнула кровному, обозначая, что это конец. Голова опустилась, тело потяжелело, особенно плечи, на которых она тащила их любовь, но только вот, ради чего? По её побледневшему лицу пробежали мурашки. Подбородок, ладони и зубы задрожали от сильнейшей обиды.

Получилось не так, как она рассчитывала и от этого становилось грустно. У неё были надежды, которые не оправдались и даже страшно обернулись.

Но это её состояние отличалось от грусти и печали, это было скорее разочарование, крушение надежд и ожиданий по отношению к нему. Это было то, что причинило неистовую эмоциональную боль, которая неописуема простыми словами, это отголосок нашего детства, когда мир прост, понятен и предсказуем. Похоже, что мы скучаем по безопасному миру младенчества, где все было ясно.Разочарование в чём-то-это всегда интоксикация, эмоциональное похмелье после дикой пьянки иллюзий. Она разочаровалась и была уверена, что перед этим была очарована, и теперь расплачивается за это. Разочарования и очарования сильно связаны и последнее, это наделение будь то вещи или человека идеальными свойствами, а если кратко-идеализация.

Особенно болезненно переживать разочарование и чувствовать отчаяние к близким людям или отношениях с ними. Можно было этого избежать? Если нет, то как сейчас пройти этот процесс с максимальной бережностью к себе?

Она явно не была готова и не смогла бы подготовиться, к такой сокрушительной правде. Её понимание жизни и внутренний мир рассыпались на самые мелкие части. Ощущение защищенности и безопасности, которое она испытывала в прошлом, теперь казалось ей наивным и ложным. Её тело и разум пребывали в шоковом состоянии. Исчезло её фундаментальное ощущение порядка и справедливости мира. Вместе с ним исчезло и ощущение контроля над её жизнью, самоуважение, понимание, кто она есть. Ей показалось, что в данный момент её покинули все. Она была уверена в своей правоте, не слушая того, что кричала её интуиция, но в следующую секунду уже чувствовала себя униженной и никому не нужной.

Она утратила не только целостность их отношений, но и иллюзии, ведь им казалось, что, кроме их самих, партнеру никто не нужен, а её с ним близость будет длиться вечно. Было бы странно не ощущать потерянность после таких сокрушительных новостей. Она внезапно поняла, что лишилась не только будущего супруга, она лишилась рассудка. От её уверенности в себе ничего не осталось. Она чувствовала себя ненастоящей, пустой оболочкой, слишком опустошенной, чтобы проходить терапию у психиатра, растить ребенка или вновь заслужить достойного партнера. Жизнь принадлежала другим, но не ей. У неё в голове щелкнуло, так оно и было. У её депрессии есть название. Она не сходила с ума. То, что она испытывала, было вполне нормально. Знай Яра об этом заранее, она бы не чувствовала себя так одиноко и, возможно, раньше шагнула бы навстречу будущему. Если бы кто-нибудь помог ей осознать, что происходит, это был бы акт величайшей доброты.

Из-за изменений в нервной системе, она испытывала ужас и беспомощность под воздействием нахлынувших эмоций.

Она подхватила спящую матушку за руку и стала тащить к входной двери, не объясняясь и даже не оборачиваясь к ней.— Ярочка, что случилось? Ты чего? — женщина пыталась вырваться с цепкой хватки, что не получалось и её голос сорвался на крик, — Ярослава!!! Мне повторить вопрос? — Да, повтори, мам, — тихо проронила та, наконец обернувшись, — До меня с первого хреново доходит, только что в этом убедилась. Я буду менять имя. Собирайся, — зеленоглазая со злости оттолкнула мать, чётко направившись в общую спальню и зайдя, яростно кинула на кровать сумку.

— Уйдёшь? — тихо поинтересовался парень, появившись в дверном проёме, на что и опирался. Он выглядел разбитым, глаза были виновато опущены в пол, голова наклонена, а руки засунуты в карманы.

Она продолжила заниматься своими делами, не отвечая молодому человеку, чьи подлые поступки разбивали ее уже не раз, но этот был чем-то особенным. У неё первый раз болело не сердце физически, а духовно душа.

— Да ты всегда бежишь! — вскрикнул тот, пока его глаза наполнялись гневом, на что девушка повернулась и опустила подборок, апатично вскидывая бровь и исподлобья устремляя на него глаза, в чём не проявлялось ни черта, кроме хладнокровности. На лице не было эмоций, — Ярослава, я не пущу тебя.

— Яра, не молчи! — рыкнул тот, подходя ближе и сжал кулаки, останавливаясь слева от бывшей пассии, — Скажи, что я тебе нужен! Я прошу тебя. Я умоляю!Он схватил ее ладони, сжимая их мертвой хваткой в своих, но она не издала ни писка, лишь последний раз взглянула в зелёный омут. Разочарование, пустота, обида и мерзость-все, что она испытывала к нему сейчас.— Неужели ты настолько бесчувственная? Ты оставишь меня? Оставишь меня одного? Ясечка, я умоляю, приди в себя и вспомни, через сколько мы с тобой пошли вместе. Только благодаря тому, что нас что-то связывало, мы двигались вперед и справлялись со всеми проблемами, мы обречены, — он истерично усмехнулся, — По отдельности-мы ничто. Пойми, мы умрём. Мы завянем так же, как вянут розы. Девочка, — он хотел поцеловать её в лоб, но она резко сделала шаг назад, изображая отвращение, отворачивая голову и выставляя руку, тем самым соблюдая дистанцию.У Яси произошёл резкий щелчок в голове, отчего она поморщилась и нахмурилась. Ещё раз заглядывая в изумрудные глаза, она тут же стала метаться по его лицу, что не было прежним. Глаза окончательно погасли, они вообще полностью потухли, не оставляя ни единого яркого блика. Губы пересохли от нервов и побледнели, как и цвет кожи, что раньше был с яркими отблесками.- А мы уже умерли, Туркин. Твои же слова? И погасли мы не раз. Я бесчувственная? Обязательно подумаю над этим, когда буду целовать другого парня. В отличии от тебя, я не убивала своих близких. Как морально, ты разъебал меня в дребезги, не оставив ни единого живого места, так и физически, ты убил Рому. Я тогда сгорала до тла, но твоя любовь изменила всё, как и сейчас твоя измена. Пожалуйста, оставь меня. Я не хочу больше связывать с тобой свою жизнь, я больше не могу. Хватит. Я исчезну навсегда и ты исчезни. Я тебя прошу только об этом и больше ничего не нужно. Ты опять разбил к херам моё сердце, которое когда-то заклеил.— Ты не убивала?! Елисеева, ты уехала, оставив меня! Сейчас ты делаешь тоже самое, — он судорожно метался по глазам Яси, пытаясь найти в них надежду, но там не то что её не было, там не было нихрена, кроме пепла.— Я исправляла свои ошибки и вернула все на свои места. Сейчас я научилась на них и больше не поверю в любовь.— Давай и щас вернем всё, как было. Это случайность, правда, я не виноват. На то есть причина, — судорожно тараторил парень, пытаясь оправдаться.— Не вернём. Наши отношения держались на моей неистовой любви к тебе к тебе, что сегодня погасла. Ты сам это сделал. Отпусти.Она вырвала руки с его ладоней и толкнув плечом, громко позвала маму.