Груз с плеч

[ Можно прочесть отрывок под трек:

Спайси роллы - найтивыход ]

Мужчина в одно движение скинул капюшон пальто, раскрывая самодовольную морду со зловещей улыбкой, теперь уже во все тридцать два.- Узнал, сука, - он кинул взгляд на Ясю, дав приказ своей шайке вывести её, - Она пострадает не меньше и ответит за своё прошлое, сказывающееся на моём будущем, - Кощей оголил руку до самого локтя, вскидывая бровями на огромнейший шрам, - Она поплатится, малолетняя бдядина.

Ярославу не столько задели слова о ней, сколько о её близких, из-за чего она невольно, но медлительно окуналась в тот самый страшный, свой облик, качая головой, тем самым пытаясь предотвратить чью-то смерть раньше времени. Турбо кинул на неё взгляд и иронично поднял бровь, подсознательно заражаясь энергией девушки и давая добро на действия.

- Уверен? - прошептала появившаяся позади него Рика, приставляя остроконечный карандаш к его виску, - Двинешься и он, не медля, полностью войдёт туда, где нихрена нет. - Вахит сначала округлил глаза от не свойственного ей тона, нервно сглатывая, а затем восхищался своей дамой сердца, на пару с Ясей.- Я предупреждала. И месяца не прошло, а она уже такой же, как мы стала, - шикнула та себе под нос, ухмыльнувшись.

- Дрянь, ты нахрена выперлась сюда?! Где твой ошейник? — процедил Кощеев, в недовольстве закатывая глаза.- Черта с два, - рыкнул Туркин, сжимая кулаки и стискивая челюсти. Яркие, зелёные глаза вновь становились тёмно-изумрудными, теряя свой блеск, - Отпустил сестру мою, сука.

Никита расслабился, демонстративно выдыхая с лёгких весь воздух, а затем в одно движение через плечо, сковал руки Велы, ведь представлял, в каком положении она стояла и даже чувствовал её дыхание.После одобрительного, уверенного Кощеевского кивка, который стоял с Рикой на плече, один из его юношей грубо схватил Ясю за волосы, так же закидывая на плечо и скрылся в длинном, мрачном коридоре. От них оставались лишь слабые тени на полуразрушенных стенах.- Ярослава!!! - истошный крик Валеры раздался по всему помещению, смешиваясь в одно с громкими всхлипами и неразборчивой речью зеленоглазой где-то совсем далеко. Кудрявый дёрнулся, дабы защитить, помочь, но ещё один, молодой парень резким движением вытащил пистолет из кобуры, приставляя ко лбу первого, на чём выступал холодный пот.- Дёрнешься-сдохнешь.

Спустя двадцать минут.

— Знала бы ты, сколько я ждал этого, Лисица. Тебя уже кто-то покромсал, царапины вон, на щеке, - он слегка прикоснулся к ее лицу, на что она, изображая отвращение, дернулась в сторону, - Неужто любимый руку поднял?

Он представлял, сколько для неё значит это слово, поэтому произносил его с особой, самодовольной интонацией. Он хотел причинять ей боль, хотел её слёз несчастья, страшных истерик и душераздирающих криков.

— Закрой пасть, ублюдок. Ты о людях в дк подумал, что тоже могли откинуться от твоих сюрпризов, как и мы? — злостно шикнула та, на что получила звонкую пощёчину со всей его мужской силой.— А я бы только похлопал, — он кинул радостный взгляд на толпу мужчин разных возрастов, что покорно, словно роботы, ожидали дальнейших указаний и возвращая взор обратно, присел на корточки напротив брюнетки, заглядывая в её полузакрытые, истощённые глаза, — Извините, парни, исправляюсь. Мы все бы похлопали этому событию. А ты обо мне думала, когда языком молотила в обезьяннике? За то, что вы освободили мою рабыню, даже похвала вам, как добродушным, но первое не прощается, не по-пацански это.— Мразь, — и ей прилетела вторая пощечина. Его мина сменилась на до жути страшную, но точно не её, это никак не пугало Ясю. — Гнида. Ублюдок. Ты тварь последняя. Я надеюсь, ты будешь гореть в аду. Я клянусь, буду каждый божий день молиться, чтобы это случилось.— Не будешь. Через час ты бездыханно забъешься в конвульсиях, шавка. Ты рано или поздно заплатишь своей кровью или кровью своего пса.— Тупой, — истерично усмехнулась она, — Ты ещё не понял, что не туда попал, где тебя бояться будут и ноги целовать?— Твоя новая подружка, рыжеволосая, целовала уже.

Никита ронял каждое последующее слово с огромным азартом, что с каждой прожитой секундой разливался в его крови сильнее. Ему не нравился факт, что она его не боялась. С каждым неблагоприятным высказыванием, ей прилетали грубые пощечины, одна за другой, что только ожесточались. На белоснежной коже уже выступили красные следы в виде пальцев, но она затягивалась обезумевшей улыбкой, а с ее уст, уже по второму, повторяющемуся кругу вылетали оскорбления. Ситуация наколялась.

— Ублюдок, — обратился тот самый инкогнито со спины к Никите, отчего последний ошарашенно повернулся, жестом прося повторить слова в его адрес, — Да, да, я тебе, — молодой парень поднял огнестрельное оружие к лбу приближающегося Кощея. Орава людей в чёрном так же направили дула на анонима, но Никита махнул им рукой.— Малыш, — с губ Кощеева целенаправленно вырвался ехидный смешок, — Ты хоть умеешь этим пользоваться?— Проверить хочешь, дядь? — парень подхватил его волну безумия, иронично вскидывая бровки и стрельнул в мизерное стеклышко, что до этого момента оставалось единственным целым.

С помещения, где люди Никиты Сергеевича мучали грядущих жертв своего главного, раздался истошный, испуганный новой волной стрельбы, женский крик.

Квартира Турбо. Спустя два часа.

— Нет. — уверенно вкинула Ярослава, слушая диалог своих кровных, — Мирон, ты не можешь быть моим родным братом.Парень устало вздохнул, неизвестно какой раз пытаясь донести до зеленоглазой о кровных связях.

— Ахринеть. — третий раз за вечер буркнула Стрела сидя в кресле, прислоняя колени к груди, — Ахринеть! — и в моментах, поглаживала предельно внимательного Тараса по затылку.

Зима не мог нарадоваться тому, что Рике теперь ничего не грозит и она рядом. Он исцеловывал её только там, где она позволяла, совсем не вслушиваясь в реплики ребят, но вот его девочка не спускала глаза с подозрительного парня, взявшегося из ниоткуда.

Доминика, соответствуя своей профессии, вела себя, будто была Шерлоком Холмсом. Красноглазая задавала множество вопросов, проводила исследование в своей голове и выдвигала ряд предположений насчёт сложившейся ситуации и изредка поглядывала на свою младшую, что изнемождённо вздыхала от скуки.

Семейство Мамаевых так же сидели в обнимку, ведь сильно соскучились друг по другу за время долгой разлуки.

— Почему предки не рассказывали о тебе? — её ладони плотно прильнули к столу и в данный момент, брюнетка, своим видом, оправдывала ярость, с которой её нередко ассоциировали из-за имени и парень пожал плечами, озадаченно всматриваясь в одну точку.— Единственное знаю, что у них было больно прошлое бурное, до твоего рождения. Даже хуже того, чем вы все занимались, — сестра уставилась на Мирона, а затем, в надежде, что это не то, о чём она думает и на рядом сидящего Тараса. Младший уставился на страшего точно так же, в кучей вопросов, но пока не озвучивая их.— Да, я следил за вами, не обессудьте, — Мира поднял руки в знак капитуляции и наклонил голову в сторону, как бы извиняясь, — Но я твой брат и это мой аргумент.— Ты идиот... — она приложила ладонь к лицу, истощённо вздыхая, — Мать пока у подруги живёт, с нашими то приключениями, ей тут не место, опасно. Кощей, говоришь, Алису забрал?Он кивнул, подтверждая свои ранее сказанные слова, — Ему Вела нужна была. Сначала Дану сталкерил, за ней не приходил никто, вот Кощеев и за Алису взялся.— Он бы ещё в Америку их увёз и удивлялся, что никто за ними не приходит, — Тарасу ситуация казалась максимально абсурдной и забавной.

Пока шли разбирательства проблем, Турбо вместе с ними решил разобраться в своих. Столкнувшись с сестрой взглядом, он махнул головой в сторону своей спальни и они тут же удалились.

— Рика, отец меня даже на могилу приводил и носом тыкал в надгробие, с фотографией матери.— Мне очень жаль, — она обвила ледяную ладонь своей, маленькой и хрупкой, заглядывая в грустные глаза, — Я тоже скучаю по ней. Сходим, не нерви.— Ты очень изменилась, — усмехнулся Валера, нервно шоркая пальцем по тыльной стороне её ладони, — Не знаю в чём, но ты изменилась, сестрёнка.— Нужно до Ромы сходить.— Мёртв. Мне жаль.Рика вскинула брови и закачала головойя пытаясь понять, не показалось ли ей, — Вы были близки?— Да не особо, общались пару раз до выкупа, — сероглазая прищурилась, пытаясь понять, зачем брат спрашивает её об этом.— Сука, знал ведь...

Яся настолько негодовала, что её вскрики, тяжелое дыхание и иногда истеричные смешки слышала даже чета Туркиных, находясь при этом на расстоянии нескольких комнат и ребята, предварительно переглянувшись, залились смехом.