Глава 4.

Когда я проезжал мимо ранчо Саула Блисса, тот помахал мне лопатой. Я тут же затормозил и улыбнулся ему: - Опять взялись за старые привычки? Он подошел по мокрой траве. - У юристов всегда должна быть лопата в руке. Рядом со своей подъездной дорогой Блисс вырыл узкую длинную канаву, которая отводила воду к дороге. Через его сад протекал прелестный ручеек, но сама дорога была сухой. В данный момент дождь почти не шел, но темные тучи недвусмысленно напоминали, что следует ожидать нового ливня. На Блиссе был дорогой серый костюм, а сапоги покрыты илом. Но это его, видимо, мало трогало. Он опирался на лопату. - Ну, как? - Свежий воздух, кажется, идет вам на пользу, - подмигнул я. - Возможно, я и ошибаюсь, но мне кажется, я вижу красные пятна у вас на щеках. Это не может быть вызвано туберкулезными палочками? - Вы не ответили на мой вопрос... Но я решил подразнить его еще немного. - Да и плащ в такую погоду вам бы не помешал... - Труп... я спрашиваю, что с трупом? В ответ я лишь покачал головой. Серый костюм Блисса под новым приступом моросящего дождя становился все темнее и набухал на плечах. Вскоре Саул был ни чуточку не лучше, чем в своем утреннем халате: словно футбольный мяч на ходулях. - Ничего не нашли, - наконец ответил я. - Пока не нашли. - И рассказал о собаке. - Но наш герой - в добром здравии и в хорошем настроении. Отлично все выдержал. Блисс провел пухлой ладонью по лысине, оставив грязную мокрую полосу. - Дерьмо поганое! - И после небольшой паузы он добавил: - Я позвонил Бигу, после того как вы были здесь. Пришлось вытащить его из кровати. Я сунул себе в рот сигарету. - Хотите? Блисс покачал головой. - Нет, спасибо. Врач запретил мне курить. - И что он сказал вам, мистер Биг? - Со Стивом Миллетом покончено. Даже если бы не было этого несчастного случая. Они все уже давно вычислили с помощью статистики. На смену приходят несколько молодых актеров. Двое из них уже сейчас дают такие же кассовые сборы, как и Миллет. Очевидно, любовь к нему уменьшилась пропорционально уменьшению волос на голове. - Он вырыл маленькую ямку, которая тотчас наполнилась водой. - Странно, я думал, он еще потянет на три-четыре фильма. Он испытующе посмотрел на меня, видимо, пытаясь прочесть в моих глазах, известно ли мне что-либо о его тайном договоре с Миллетом. Я старался разыграть бесстрастного Будду, и Блисс бросил это дело. - Ну, хорошо! Я рад, что трупа не нашли. Тем не менее, вы должны сделать все, что в ваших силах, и по возможности смягчить эту историю. Ради всей кинопромышленности. - Сделаю все, что смогу, - пообещал я. Он махнул мне и снова начал копать. Удаляясь на машине, я наблюдал за ним в зеркальце заднего обзора. Пока я мог его видеть, он не прекращал своей работы. Без сомнения, это было новое занятие для Блисса. Я имею в виду рытье канав. Он наверняка принадлежал к так называемым "здоровым" в золоченом городе мечты. Но от его тайного договора с Миллетом попахивало чем-то нечистым. Дома я переоделся, некоторое время провел с Салли, в час поехал в свою контору. На короткое время показалось солнце, а потом снова зарядил дождик, очень противный да к тому же с туманом. Прежде чем распечатать свою корреспонденцию, я для профилактики принял две таблетки против гриппа. Несмотря на бессонную ночь, чувствовал я себя довольно сносно. Когда я наконец позвонил в полицию, трубку снял Эл Кинли и сказал, что команда специалистов все еще ищет труп девушки в канале Сепульведа, но до сих по они ничего не нашли. Перед отъездом из дома Салли наградила меня поцелуем, в котором содержалась ровно та доля страсти, что мне была положена. Я должен был быть довольным и счастливым. Но я не был доволен. В моей голове накопилось слишком много забот. Пол Глэд вошел в мое бюро как раз в тот момент, когда я снова стал ломать голову над делом Стива Миллета. Он даже не удосужился постучать. Его телохранители следовали за ним по пятам. Поначалу я просто не обращал внимания на его приход, продолжая рассматривать почту. Глэд кашлянул, а Фрэнк выжидательно заржал. Я скомкал один из рекламных проспектов и бросил его в мусорную корзину в дальнем углу комнаты. В корзину я, естественно, не попал, и проспект упал рядом. - Подними, малыш, - кивнул я Фрэнку. Он нагнулся, но потом снова выпрямился. - Красивый спектакль, Слэгл, - заметил Пол Глэд. - Очень красивый. - Спасибо, - ответил я. - В три часа у меня генеральная репетиция. Хотите посмотреть? - Так что от вас хотел Миллет этой ночью? - спросил Пол. - И что вы имели в виду, говоря о его неприятностях, которые не имеют ничего общего с долгами? И потом, куда вы оба ездили? - Вы имеете в виду сегодняшнее утро? - О'кей! Пускай будет так. Вероятно, все-таки было нечто, очень беспокоившее Пола Глэда. - Вы хотите знать, какого плана у него неприятности? - Вот именно. - И куда мы ездили сегодня утром? - Послушайте, прекратите эту комедию, Слэгл. Я сделал вид, что задумался. - А почему вы не спросите самого Миллета? - вдруг удивился я. Он непроизвольно ухмыльнулся. Без этой гримасы он мне больше нравился. - Потому что не могу этого сделать. Голос у меня недостаточно громкий для этого. Сегодня утром Стив Миллет улетел в Лас-Вегас. Вместе с этой рыжей потаскушкой, которой он в настоящее время оказывает слишком много внимания. Я поинтересовался, откуда у него такие новости. Он сунул руку в карман плаща и вынул оттуда сложенную записку. Разгладив на ладони, протянул ее мне. Это был листок с монограммой Миллета. Наискосок рукой Миллета было написано: "Шерри и я улетели в Лас-Вегас, чтобы пожениться. Огонь в камине пусть продолжает гореть. Вернусь через два или три дня. Во всяком случае, надеюсь. Стив". Я вернул Глэду письмо. - Мне очень жаль, Пол, но, честно говоря, брачные грешки Миллета меня не интересуют. Ну совсем ни капельки. - Меня тоже не интересуют, - сознался он. - Зато меня интересуют мои деньги. Деньги, которые мне задолжали. - Его наманикюренные пальцы забарабанили по поверхности письменного стола. Коренастая горилла глубоко вздохнула. Фрэнк с непонятной надеждой посмотрел в мою сторону. - Я хочу действовать наверняка, - продолжал Глэд. - Я хочу быть уверенным, что студия продлит контракт с Миллетом. - Он рассмеялся. Смех его оказался еще более холодным, чем ухмылка. - Моя мягкость позволила Миллету продолжать игру до пятидесяти тысяч. Пол был таким же мягким, как железобетон. Он снова кашлянул. - И я хочу получить свои деньги. - Если бы мне кто-нибудь задолжал пятьдесят тысяч, я бы тоже хотел получить их обратно. Но почему вы обращаетесь ко мне? - Потому что это вы на побегушках у "Консолидейтед Пикчерз". И если ваши нерадивые мальчики и девочки испачкают себе штанишки, вы обязаны посоветовать им, как вести себя дальше. - Он сжатым кулаком стукнул по крышке письменного стола. - Итак, выкладывайте! Зачем вам звонил Миллет сегодня ночью? Я взглянул сперва на Глэда, потом на его обезьян. То, чего он добивается от меня, будет в самом скором времени напечатано в газетах. Правда, у меня всегда аллергия к людям, которые хотят надавить на меня, к чему-нибудь принудить. Тем не менее я ответил: - Ну, хорошо. Почему бы мне вам этого не сказать. - И рассказал ему всю историю, включая даже залог, выплаченный Миллетом. У Глэда явно полегчало на сердце. - Так вот в чем дело! Он задавил женщину в дождь. Но ведь такое может случиться даже с трезвым! - Однако Стив не был трезвым. - Ну и что? Судя по вашему рассказу, легавые не смогут этого выяснить. А после всего того, что он сделал для студии, она ему не откажет в продлении контракта из-за такой мелочи. Я предоставил ему мечтать сколько его душе угодно. Глэд повторил: - Так вот, значит, в чем дело... - Он направился к двери, но потом обернулся. - Мне жаль, что все так случилось, Джонни. Я имею в виду утреннюю сцену. Действительно жалею. Я лишь рассмеялся в ответ. Глэд пожал плечами и открыл дверь. Обе его гориллы последовали за ним. Фрэнк на какое-то мгновение остановился в дверях и посмотрел на меня. Потом сжал руку в кулак и с силой стукнул по косяку двери. Этот выпад не произвел на меня никакого впечатления. В корреспонденции не было ничего важного. Я лишь отделил рекламные проспекты от счетов. После этого снова позвонил в полицию. Эл Кинли был еще там и сразу начал жаловаться, что я мешаю ему подремать. - Есть новости? - поинтересовался я. - Мои люди все еще ищут, но по-прежнему без успеха. В начале я думал, что у Миллета дела плохи, но теперь начинаю думать, что он все это выдумал. Мои люди поищут еще часок, а потом я отправлюсь спать. Сколько Миллет выпил, Джонни? - Меня рядом с ним не было, - ответил я уклончиво. Кинли едко высказался по поводу бывших работников полиции, которые продались киностудии. - Такое может случиться только у вас! - парировал я и повесил трубку. После этого сделал то, что давно уже должен был сделать. Я позвонил Питу Фланнери, работавшему в отделе по розыску пропавших. Он буквально оглушил меня своим зычным голосом. Я четко представил его себе, словно он сидел по другую сторону моего письменного стола, - коренастый, с непроницаемым лицом, активный, держа в кулаке телефонную трубку, словно это не телефон, а меч. В полиции он работает уже восемнадцать лет. - Да, да, - пролаял он в трубку. - Вот у меня три заявления о пропавших без вести. И все - женщины. После этого он дал мне их имена и адреса. Первую звали миссис Грейс, и она жила в Алмеде. Потом шла Бессон Смап с Гарвардского бульвара. Третьей пропавшей была Лаура Джин Джонс. Жила она в Северном Голливуде. Дал мне Фланнери и описания этих женщин. - Вы не знаете, был ли у кого-нибудь черно-белый терьер? - осведомился я. - Об этом надо спрашивать в обществе по охране животных. А у нас здесь отдел, занимающийся пропавшими без вести. Сперва я зашел к миссис Грейс. Дверь открыла брюнетка не первой свежести. У нее был маленький рот и большие синяки под глазами. Халат лишь слегка прикрывал ее округлости. - Я пришел по поводу миссис Грейс, - сказал я. Она кивнула. - Вы из полиции? А я и есть миссис Грейс, и все дело глупо и абсурдно. Я выжидательно посмотрел на нее и промолчал. Она открыла дверь пошире. - Еще никогда ни один человек не делал так много глупостей. - О ком это вы? - Разумеется, о своем муже, - Она теребила пояс короткого халатика. - Теперь понимаете? - Нет, - сознался я. Французская булавка, на которой держались полы, раскрылась, и миссис Грейс не слишком торопливо старалась снова ее застегнуть. - Этот глупец подал заявление в полицию только потому, что я из-за дождя не вернулась вечером домой. - В своем возмущении она сделала шаг в мою сторону, обнажив при этом хорошую ногу. Хотя она и заметила это, но ничего не предприняла, чтобы запахнуть халатик. - Значит, во всем виноват дождь, - догадался я. - Ну, конечно, разумеется! - Да, дождь, - ответила она. - Я вынуждена была целую ночь провести у подруги. А он сразу помчался в полицию. Но ведь я все время была только у своей подруги. Можете ее спросить. - Леди, - откровенно ухмыльнулся я. - Меня не нужно в чем-либо убеждать. Я ведь не ваш супруг. Она хотела было рассердиться, но потом внезапно улыбнулась. - Да, вы действительно не мой супруг. И у вас такой вид, что, по-моему, вы не откажетесь от чашечки кофе. - Нет, спасибо. Что бы сказала моя жена, если бы я ей заявил, будто провел целый день у подруги? Мы оба рассмеялись. Миссис Грейс все еще стояла в дверях, когда я уже садился в машину. Возможно, она рассказала мне чистую правду. Но меня это не интересовало. Я убедился, что она не была той женщиной, которую Стив Миллет катапультировал своей спортивной машиной в канал Сепульведы. Бесси Смап все еще не нашлась. - Я - ее мать, - сказала женщина, открывая мне дверь. Волосы у нее были жирные, и грязь налипла на плечах и локтях. Изо рта с гнилыми зубами сильно воняло. - И я даже не хотела бы говорить о ней. - Эти слова оказались предисловием к тому, о чем она якобы не хотела говорить. - Она пропадает не первый раз. Ничего не стоит эта девка. Ведет себя все так же, после того как я поймала ее с одним студентом на куче грязного белья. Но она вернется, и уж тогда я научу ее хорошим манерам. - У Бесси есть собачка? - прервал я это словоизвержение. - Нет, - хрюкнула мамаша. - И никогда не имела. Она ненавидит собак. Я, кстати, тоже. Эти животные приводят в беспорядок весь лом. Но я повторяю вам: когда она вернется домой... Я повернулся и отправился в обратный путь. Вполне возможно, что Бесси Смап уже встал поперек глотки ее отчий дом, и поэтому она редко в нем показывалась. Если она и остаток своей жизни проведет с разными парнями, то, возможно, это будет даже лучше, чем влачить жизнь с такой мамашей. Оставалась Лаура Джин Джонс. Фланнери дал номер ее телефона, и я позвонил из ближайшего автомата, но трубку никто не поднял. Словно повинуясь внезапному озарению, я проехал по бульвару Сансет в сторону Сепульведы и остановился у канала.