Глава 3

11:17.Шэннон набирала ванну.С крана текла чистейшая горячая вода. Облака пара распространились по всей комнате, пришлось открыть дверь.Девушка сняла с себя нижнее бельё нежного розового цвета и кинула на светло-бирюзовый кафель.Она взяла зеркальце на подставке с красной пластиковой рамкой. Шэннон окунулась в горячую прозрачную жидкость.Девушка поставила на самый край зеркало и глазела на своё подавленное лицо."Любовь-это так прекрасно, но расставание так болезненно, несмотря на весь опыт, на взрослость, ты начинаешь рыдать, страдать, как подросток получивший выговор от родителей"-думала Шэннон.Она задержала дыхание и пустилась в самый низ, закрыла глаза и легла в позе покойника."Хочу задохнуться, никогда не вставать, никогда"Телефонный звонок помешал девушке, она полностью голая выбежала из ванной комнаты и направилась к стационарному телефону. Взяв трубку она услышала знакомый голос.Шэннон:"Вивьен?"Вивьен:"Так точно"Шэннон:"Я всегда узнаю твой замечательный голос"Вивьен:"Я возмущён произошедшим, я прошу у вас прощения, потому что... Это из-за меня, извините"Шэннон:"Нет, это всё не из-за тебя, то есть, это не из-за ВАС"Вивьен:"Не стоит и вправду, давайте на «ты»", "Шэннон, извини меня за такой глупый поступок, мне так хотелось с тобой поговорить, если бы не поток этих студентов, вошедших в аудиторию раньше времени и не начавших балаболить со мной о бесполезности филологии"Шэннон:"Я все понимаю, вы прощены", Ну, до свидания"Вивьен:"До свидания"Девушка вновь прошла в ванную и оставляла за собой мокрые следы на полу.*ЗвонокШэннон снова подошла к телефону.Шэннон:"Алло"Вивьен:"А, Шэннон, не хотели бы вы... Сходить куда-нибудь?"Шэннон:"С вами?"Вивьен:"Ну а с кем?"Шэннон:"Когда?"Вивьен:"Заеду после работы"Шэннон:"Куда?"Вивьен:"Скорее всего в мой любимый ресторан"Шэннон:"Хорошо, буду ждать"Девушка повесила трубку и с каменным лицом, наконец смогла окунуться в немного остывшую воду.Однако, у Шэннон не нашлось настроения лежать в ванной, всё из-за Вивьена.Она вытащила пробку и вода вытекла, исчезла.Девушка не особо была рада встрече с Вивьеном, если бы он позвал её, допустим, вчера, то она парила от счастья."Я лучше бы утопилась в ванной"- размышляла Шэннон.Протерев своё мокрое тело, девушка оделась в новое бельё и прошла к зеркалу. Достала свою бедную на цвета палетку Никс, бордовую помаду, пудру, голубой карандаш и черную подводку с тонкой кисточкой.Спустя час.Девушка сумела вывести маленькие стрелочки по уголкам глаз.Тени были коричневые, в ресничному краю и до середины перетекали в более светлый кремовый цвет (этому приёму её научила Мишель). Слизистую она подвела небесно-голубым оттенком. Пытаясь обвести помаду по контуру губ, девушка несколько раз напортачила и ей пришлось вытирать плохой результат.Через ещё десять минут макияж был готов.Расчесав длинные волосы, девушка сдерживалась от печали и желания умереть.Шэннон прошла к себе в комнату и села за кожаное кресло.Попутно она вспоминала Жана, который любил расположиться на нём и кружиться по кругу.Муж сидел на нём долго, когда грустил или был уставшим.Нередко, он обнажённый откидывался на спинку кресла и рисовал карандашом наброски.Часто пытался не замечать Шэннон, завороженно смотрящую на его деятельность, тем самым смущая.С маленького шкафчика возле письменного стола, девушка отыскала кучу фотографий.Многие были с Жаном.Самая её запоминающаяся- это их совместный пикник. Муж держал в руках поларойд и запечатлел как и Шэннон, так и себя. Девушка ласково улыбалась в объектив и гладила Жана по его густым волосам.А на другой фотографии был только один Жан, он лежал скрестив свои длинные ноги в ванной.Мужчина мило улыбался в камеру, в руках он держал книгу Антонии Байетт «Обладать». Розовая закладка лежала по центру огромного романа в восемьсот с лишним страниц.Шэннон запомнила оттуда красивую цитату, которую Жан иногда сказывал-"Маленьким девочкам всегда грустно. Они любят погрустить: им кажется, что грусть- это душевные силы".Вот и девушка осознала, что она сама превратилась в тех маленьких девочек, постоянно страдающих, грустящих.Сзади чёрным маркером было написано:" 01.07.92. мой самый красивый мужчина на планете"И красной ручкой был ответ от Жана:" А запечатлела этот процесс моя замечательная женщина во Вселенной"Шэннон зарыдала от наполняющей её злости к несправедливости жизни, как же всё-таки она может быть жестока к людям. Девушка всегда мучилась от навещающего её разум вопроса:"Почему люди умирают... Мы все заслуживаем право на вторую жизнь, как это неправильно", "Может, Жан ещё жив, где-то там, далеко-далеко, но это не Жан, а другой человек и он этого не осознаёт", "Но мы никогда вновь не встретимся, больше никогда, "Я продолжаю жить, а он лежит в гробу, никому больше ненужный. Самая отвратительная вещь в нашем мире- это смерть"Боясь испортить макияж, девушка взяла салфетки со стола и аккуратно поднесла к слезливым глазам и точечно убрала влагу.Девушка вытянула из глубины шкафчика большой альбом, на первой странице находился портрет Шэннон, сидящую на оранжевом пуфике, в белой майке, слегка просвечивающую небольшую грудь. Обычно, он рисовал абстракцию, но свою жену, Жан запечатлел в реализме, до мельчайших деталей прорисовал каждые подробности её тела.Крохотная роспись в виде непонятной закорючки и ниже- цитата из произведения Джейн Остин:"Не было на свете двух сердец столь же близких и открытых..."Шэннон:"Доводы рассудка..."Перелистав плотную бумагу на следующую страницу, девушку ждала огромная работа: два лица в изогнутой, геометрической форме соприкоснулись своими губами в виде треугольников; позади них простирался размывчивый пейзаж, нарисованный чёрным уголём с топорными волнами и переходом от тёмного к более светлому.Девушка начала искать свой рисунок, он был для неё очень важен. Это было самое лучшее, что она создавала.С краю , так незаметно, одиноко лежал толстый ватман. На бумаге был запечатлен по горизонтали Жан, распластавшийся на всю длину, покатые сильные плечи, крепкие руки, в мягких ладонях которых- лежал снежный шар, который он сжимал в своих узких пальцах. Хоть это выглядело не слишком идеально, но Шэннонвыдала максимальный навык и вложила всю душу. Растрёпанные волосы, неловкая улыбка с неправильным прикусом, глубокие ямочки на его покрасневших от смущения щеках. Редкая растительность на груди и руках. Это был портрет мужа, как раз на кануне Рождества- 24.12.93. 23:17-закончила.Шэннон:"Люблю, любила и всегда буду"Положив всё обратно, она принялась разыскивать другие воспоминания о Жане.Шэннон подошла к широкому светлому комоду с металлическими ручками и открыла последний ящик, где лежало куча вещей её мужчины.Она поглаживала ткань его рубашек, брюк, ощупывала галстуки и жилетки. Нахмурив брови, девушка взяла синюю рубаху и разложила на мягком темно-красном ковре, затем, легла рядом с ней и стучала по пластиковым пуговицам.Шэннон:"Я так хочу с тобой поговорить", "Как дела, Жан?", "У меня всё не так плохо... Знай, у меня всё... В-всё хорош-шо, вс-ё-ё зам-м-мечательно", "Вот если бы ещё ты тут был. Это получается, первое Рождество одна, без тебя, без папиных смешных поздравлений, только мать позвонит, никчёмная старая кляча. Ещё Ланс позвонит, помнишь Ланса?", "Это у него текла кровь из носа и прямо на нашу беленькую скатерть... Ну и ну""Хватит, я тебя не забуду, ты незабываем"-подумала Шэннон.Ей хотелось прекратить душещипательные мысли о Жане, но они сами лезли в голову.В большом конверте под грузом одежды лежали письма, девушка открыла верхнюю часть, прикреплённую на бурой пуговице и внутри лежали десятки сообщений.Первое уже дало желтизну, чёрной гелевой ручкой было написано:"С 14 февраля, можно сказать- это валентинка. Когда мы встретились в 89-ом, я изначально бы и не подумала-« вот он будет моим мужем», такой конфуз, с той лапшой... Неважно, хочу признаться, Жан Хубер, ты самый важный парень в моей пресной жизни. Я никогда не встречала такого чувственного, тонкого человека как ты.Твоя Шэннон. "Эта весточка изначально находилась в синеньком конверте, но Жан позабыл взять его, теперь, он либо выброшен, либо гниёт где-то в закоулках юношеской комнаты мужчины.Есть и ответ от мужа, он уже внутри жёлтой оболочки с приклеенной маркой с французским бульдогом.Ответ был таков:"Наизамечательнейшая Шэннон, я был таким чувственным, что чувственно в тебя влюбился, в такую же доброжелательную и весёлую девушку. Хоть я ещё не получал от тебя письмецо, но решил, что буду первым, но возможно, это всё наша почта отстаёт и ты уже давно, как начеркала мне любовную валентинку. Так не хочется сморозить какую-нибудь нелепицу, из-за которой, ты будешь умиляться и смеяться с меня и моей неловкости и неуверенности. Когда слышу песню Words, то вспоминаю о нашем визите в тот клуб, помнишь? Эро. Когда мы танцевали под голубыми лучами тех прожекторов и ты запрыгнула на меня и принялась целовать лицо. В общем, ты моя единственная. Люблю. Скучаю.Твой родной Жан.Тебе, прекрасной Шэннон"Красные сердечки занимали краюшки письма, где отсутствовал текст. Шэннон наивно приподняла уголки рта, мягко и с долей грусти, присутствовавшей в ней.Девушка встала и разложила всё на свои места.Подойдя к высокому зеркалу в гостиной, она осмотрела своё меланхолическое лицо. "Во что я превратилась"-корила себя Шэннон.Тоскливые, опущенные глаза, хмурые брови, обветренная кожа, морщины, дающие о себе знать, выпадающие волосы. Ощупала свою грудь и думала, что даже она будто уменьшилась, но ведь оставалась такой же, как и прежде. Трогала бока.17:18.Шэннон читала "Обладать" и попутно вспоминала его. Девушка не любила эту книгу всеми фибрами души, но вспоминала, когда Жан читал её вслух. Мужчина так очаровался данным произведением, что казалось, будто он готов накупить этих книжек каждому другу и родственнику, дабы все "вкусили" эту зашкаливающую из всех символов философию.Девушка ожидала Вивьена.Она недавно надела свободное пастельно-жёлтое платье с широкими рукавами.Прозвенел звонок в дверь, девушка упала, забиравшись на лестницу возле входа, но дёрнуть за ручку она успела.На пороге стоял Вивьен, он был одет максимально официально и держал в руках коробку конфет.Вивьен:"Здравствуй"Шэннон:"Ты успел съездить домой переодеться?"Вивьена:"Именно так, ну что, готова ехать?"Девушка собралась силами, глубоко вдохнула и сказала:"Ну, разумеется"