27 глава

Я просто хочу спать.

Тюбик шампуня выскальзывает из рук, когда в дверь начинают стучать.

Я подскакиваю на месте, но не отрываю взгляда от Доминика, который сидит на коленях, держась одной рукой за край разбитой раковины. Он пытается подняться на ноги, но кашляет, опускаясь обратно.

Тяжело и хрипло дышит.

Задыхается.

Я медленно подхожу к нему, убирая волосы за уши:

-Дилан? - повторяю зов. - Ты в порядке?

Парень махнул рукой, ударив меня по ноге, но тут же начал кашлять. Его трясет, а внутри меня рождаетсяпаника.

- Тебе плохо? - что за тупой вопрос?! Посмотри на него, твою мать!

Осматриваюсь, и взгляд сам тормозит.

В раковине лежит открытая оранжевая баночка, белые капсулы рассыпаны. Бутылка пива опрокинута, поэтому алкоголь вытекает.

Он запивал лекарство пивом?! Даже я знаю, что подобные вещи лучше несовмещать!

Хмурюсь, ведь это было не последнее, что привело меня в шок.

На его костяшках были белые пятна.

Прозрачные пакетики валяются по всему полу. Порошок рассыпан, поэтому темная одежда парня в белой пыли. Он кашляет, опустив обе руки на пол.

Я замерла на месте, понятия не имея, что делать. Ему явно больно. Дерьмо.

Чертов кретин, где его мозги?!

Сжимаю ладони в кулаки, ведь пальцы начали дрожать.

Возьми себя в руки. У него может быть отравление, так что медлить нельзя.

Опускаюсь на одно колено, игнорируя стук в дверь.- Доминик? - пытаюсь контролировать скачущий тон голоса.

Я напугана.

Ведь ему больно.

Парень пытается оттолкнуть меня рукой, но промахивается, валясь на бок. Прижимает руки к лицу, скрывая его под ладонями, и сгибается, прерывисто дыша.

- Доминик, тебе нужно,-  мой язык заплетается. - Н-нужно, - что нужно Делать? Я понятия не имею, черт подери!

Парень стонет. Его тело дрожит, а кашель становится сухим. Он раздирает себе глотку. Давится, больно кусая губы.

Низ живота тянет от напряжения.

- Так, - говорю сама с собой, пытаясь привести мысли в порядок. Так, нужно, нужно, - мой взгляд бешено мечется по ванной комнате, в надежде найти ответ. - Нужно, - машу руками. Черт, - бью кулаками по голове.

Ему нужно как-то избавиться оттого,что он выпил.

Хмурюсь, когда Доминик переворачивается на живот, пытаясь подняться на руки.И, наконец, в голову приходит мысль.

Единственная, которая кажется мне спасительной.

Вскакиваю на ноги, крепко схватив парня под плечи:

- Поднимайся,-  чертовски тяжелый,поэтому напрягаюсь, чуть ли не хныча, когда чувствую боль в спине.

- Вставай! - срываюсь, крича на него, чтобы хоть как-то помог мне.

Но Доминик только и делает, что грубо отталкивает меня. Точнее, пытается, ибо все его тело какое-то вялое.

Он пытается дышать через нос, но это дается с трудом, поэтому у него начинаются приступы удушья. Доминик хочет ухватиться за раковину, но я рывком оттаскиваю его к ванной, крутя ручку крана. Парень виснет на мне, сковывая движения.Мне тяжело.

- Доминик, - я обращаюсь к нему, когда вода начинает литься. Он не поднимает голову, заглатывая воздух ртом.

- Доминик, тебе нужно вызвать рвоту, понимаешь? - попытки дозваться до него вряд ли увенчаются успехом.

Парень по-прежнему отталкивает меня. Его ноги сгибаются в коленях, и я сажусь на пятую точку, одновременно с этим пытаюсь не дать Доминику свалиться на бок. Держу его под руку, сидя напротив. Силой заставляю повернуть голову к ванной:

-Доминик, тебе нужно прочистить желудок! Немедленно!- вновьпроявляется паника. - Эй! - трясу его за плечо, но вместо ответа получаю удар - толчок в бедро. Выпускаю Доминик, и тот отползает от меня, пару раз пнув ногой по коленкам.

Он не соображает. Совершенно. У него болевой шок.

Парень корчится, вновь прикрывая лицо ладонями. Его вздохисмешиваются со стонами.

Ужасное чувство образовалось в груди. Ты видишь, как человек мучается, но не можешь ему помочь.

Я не могу сдержать эмоции, поэтому хнычу, понимая, что сама поддаюсь панике, лишая себя здравомыслия.

Спазмы в животе не дают двигаться.

Нет. Нельзя.

Встаю на колени, потянув руку к Доминику.

Нельзя терять самообладание. Только не сейчас.

Парень по-прежнему пихается. Я вновь поворачиваю его лицом к ванной.

То, что мне придется сделать.

Уверена, что получу за это по башке, но, черт возьми, кто, если не я?

Встаю на колени позади Доминика так, чтобы руками можно было обхватить его плечи. Приходится напрячься, ведь парень вырывается.

Господи, он убьет меня за это.

Грубо хватаю одной рукой егоподбородок, сильно нажимая пальцами на кожу. Нужно заставить его открыть рот.

- Блять, - Доминик ругнулся, еле выдавив из себя такое короткое слово. Но этого было достаточно. Вполне.

Я резко сую ему два пальца в рот, пытаясь коснуться мягкой полости. Доминик корчится, обеими руками взявшись за край ванной, и я успеваю убрать руку, когда его рвет. Кашляет, одновременно с этим осыпая меня ругательствами, после чего его вновьрвет.

Трясется, руки дрожат. Я крепко держу его за плечи, хмурясь.

Смотрю на белый порошок. Неужели, это наркотики?

Препарат, который он принимает, - это психостимулятор.

Он смешал лекарство, алкоголь и наркоту. Хотел лишиться жизни? Он бы отравился.

От нервов начинаю дышать так же тяжело, как и Доминик. Парень наклоняет голову, касаясь подбородком холодного края ванной.

Его все еще рвет.

Только сейчас до ушей доносятся голоса за дверью.

Черт, неужели, этот урод еще там?

- Сука, ты, блять, - прерывается на сухой кашель, после чего вновь опустошает желудок.

Мои ноги отказываются содействовать, но все же поднимаюсь, хватая с вешалки полотенце, и вновь опускаюсь рядом с Домиником, который, кажется, восстанавливает дыхание. Это значит, что еще немного и меня обольют ругательными словами.

Я впервые чувствую такой страх.

Страх за кого-то другого. Такой сильный, вызывающий дрожь во всем теле и ледяной пот на висках.

Пускай после этого он оттолкнет меня, плевать.

В следующий раз мозгов хватит не делать подобного.

- Эй, - не могу унять дрожь, поэтому голос звучит тихо.

Доминик прикрывает лицо ладонями, медленно и глубоко дыша, будто бы постепенно приходя в себя.

Вновь сгибается, стискивая зубы.

Думаю, у него болит живот.

Конечно, чего ты ожидал, придурок?

Мне охота забиться в самый дальний угол ванной комнаты, лишь бы избежать конфликта с ним. Но проходит минута, две, три, а возможно десять.

Я потеряла счет времени.

Доминик не двигается, только дышит, иногда издавая глухой стон. Я сглатываю. Каждую секунду оцениваю ситуацию, пытаясь предугадать его действия. Протягиваю полотенце. Не реагирует, продолжая прикрывать лицо ладонями.

- Надо, - подаю голос, пугаясь этого, но Доминик даже не смотрит на меня своим фирменным "я тебя убью" взглядом. Продолжаю:

- Тебе нужно прополоскать горло, чтобы убрать неприятный привкус, - приходится втиснуть полотенце ему в руки. Странно, но я чувствую себяуверенней, поэтому поднимаюсьна ноги, взяв кружку с раковины, и наполняю её водой, достав с полки мятный ополаскиватель для рта, и вновь опускаюсь на колени.

- Держи, прополощи рот, - ставлю на пол, опять же поднимаясь на ноги.

Чувствую прилив сил, которые мне сейчас необходимы. Лоб вспотел, поэтому набираю в ладони воды, опуская в них лицо.

Мне жарко.

Доминик кашляет, пока полощет рот.

Его вновь рвет, поэтому приходитсяначать все с начала.

Он молчит. Ни слова мне не сказал, хотя я ожидала даже того, что парень ударит меня.

Потираю руки, чувствуя себя неловко.

Нужна ли ему помощь, чтобы добраться до кровати? Нужна ли вода? Может, принести таблетки? Или померить температуру? Или...

Выключаю кран. Тру горячий лоб, останавливая поток мыслей. Не мучай себя. Сейчас, он придет в себя и пошлет меня куда подальше. Тогда все встанет на свои места, и я смогу пойти спать со спокойной душой.

Доминик двигается, невольно дергаюсь. Он пытается встать на ноги, но ему явно нужна помощь, поэтому подхожу, перекинув одну его руку себе через плечо. Вижу таз на полу. Стоит перестраховаться, верно?

Свободной рукой беру полотенце и тазик, пытаясь выпрямиться под Давлением парня. Доминик прикрывает глаза одной ладонью.

Он скрывает лицо. Все это время прячется.

Таким образом защищается? Или ему стыдно?

Не важно.

Стук в дверь давно прекратился.

Кажется, Томи надоело ждать, пока я выйду, или Тася потащила его обратно вниз. Ноги подозрительно ноют, пока я помогаю Доминику идти.

Выходим в коридор. Я щурю глаза, смотря в сторону лестницы. Пусто.

Слава Богу. Сворачиваем к комнате Доминика. Дергаю ручку двери, взглянув на парня, который все еще прячет глаза:

-Где ключ?

И не надеюсь дождаться ответа, поэтому отпускаю таз и полотенце, роясь в карманах его джинсов.

Хмурюсь, когда вынимаю из заднего кармана белый конверт, и тут же засовываю его обратно. Не стоит его трогать.

Наконец, нахожу ключи, и вставляю в дверную скважину. Щелчок. Толкаю дверь ногой, пыхтя, ведь Доминик,кажется, вовсе прекратил помогать мне. Первый делом сажаю его на кровать, после чего возвращаюсь в коридор, взяв таз и полотенце.

Возвращаюсь в комнату, закрывая дверь на замок, и иду к Доминику, вздыхая:

- Так, вот тебе, - ставлю на пол таз, а полотенце кладу на тумбочку. - Если снова станет плохо, то все у тебя под рукой, - объясняю, подняв глаза на Доминика, который поставил локти на колени, опустив в ладони лицо.

Дышит. Что ж, это уже хорошо.

Мнусь, растерянно оглядываясь:

- Ну, - потираю руки. - Тебе что-нибудь нужно?

Парень давит на глаза, медленно разворачивается, ползя по кровати, и валится лицом в подушку, тяжелокашляет, шмыгая носом. Но не дает мне ответа. Я моргаю, замечая, как кожа его лица блестит.

- Тебе жарко? - беру полотенце, кончик которого специально намочила еще в ванной. Опираюсь рукой на кровать, протирая его лоб, скулу. Забираюсь коленями, пройдясь полотенцем по шее и затылку.

Хмурюсь, касаясь пальцами щеки:

- Ты горячий. Стоит померить температуру.

Доминик пытается отрицательно покрутить головой.

- Уверен? - почему я пытаюсь шептать?

Парень хрипло выдыхает. Не поворачивает голову, чтобы я не могла видеть его лицо. Опускаю руки, сжимая полотенце пальцами:

- Что ж, хорошо,-  чешу макушку. - В общем, таз, если что, на полу, а полотенце здесь, на тумбочке, - отворачиваюсь, чтобы слезть с кровати. В комнате уже довольно темно, так что боюсь споткнуться.

Аккуратно кладу полотенце на тумбочку, делая довольно большой шаг, поэтому чуть ли не падаю, когда грубый рывок заставляет покачнуться, замерев на месте.

Хмурюсь, хлопая глазами, иповорачиваю голову, удивленно уставившись на Доминика. Парень зажал между пальцами ткань моей майки, все так же пряча лицо. Мои зрачки мечутся по комнате.

Проглатываю ком в горле, спрашивая:

- Воды?

Дергает меня за майку, но я не могу толком понять, что ему нужно.

Поворачиваюсь к нему лицом, нервничая:

- Тебя опять тошнит? Тазик нужен?

Доминик ворчит, сильно дернув ткань.

- Тебе все еще плохо? - я теряюсь. Что ему нужно?

- Может, - моргаю. - Может, все-таки воды?

- Блять, - тянет, хрипя. - Просто, иди сюда, - последние слова проглатывает, поэтому несколько секунд стою в ступоре, думая, что мне послышалось.

Но Доминик вновь тянет меня. Мои ноги сгибаются в коленях, когда забираюсь на кровать.

Стоп.

Доминик двигается неуклюже, при этом отворачивая от меня лицо.

Чувствую, как голова идет кругом, когда ложусь на кровать.

Не рядом с ним.

Практически под ним.

Приходится выгибать спину, когда одна его рука скользит под мое плечо, а другая под подушку, на которую я положила голову.

Стоп.

Моргаю без остановки, чувствуя, как внутри образуется жжение. Низ живота тянет, а ком в горле увеличивается.

Доминик явно тяжело двигаться. Он утыкается лицом в подушку, рядом с моей шеей. Все в миг переворачивается, и я чувствую, как что-то во мне ломается. Его дыхание, такое тяжелое и горячее, касается кожи, щекочет, вызывая мурашки по всему телу и спазмы в животе. Не знаю, куда деть свои руки, поэтому сгибаю их в локтях, прижав ладони к груди.

Мне не очень удобно так лежать, но не смею ничего сказать. Не осмелюсь подать голос. Не осмелюсь пошевелиться. Под ним.

Мне тяжело дышать от давления на грудную клетку. Он тяжелый.

Мне жарко. Он горячий.

Чувствую себя скованно, в ловушке.

Дергаю головой, ерзая на месте.

Касаюсь его виска носом.

- Ты горячий, - проглатываю скопившуюся жидкость во рту. Мой голос дрогнул, когда парень пошевелился, поворачивая голову на бок. Его глаза закрыты, а нос касается моей щеки.

- Тебе стоит померить температуру, -настаиваю.

Мои щеки горят, а горло пересыхает.Черт возьми.

- Зачем ты сделал это? - мне страшно спрашивать подобное, но этот вопрос мучает.

Боюсь, что он оттолкнет меня.

-Я просто хочу спать, - шепчет, и я слышу. Движение его губ приводит меня в восторг, окончательно уничтожая способность держать себя в руках. Мне нужно немного больше воздуха, больше пространства.

Доминик, будто читает мои мысли, поэтому переворачивается на бок, притягивая меня к себе. Чувствую себя мягкой игрушкой, которую можно спокойно сжать в руках. Но молчу, удобнее устраиваясь. Теперь мое лицо на уровне его шеи, так что дыхание парня греет кожу лба.

Сглатываю, касаясь пальцами рук своих губ. Понятия не имею, как нужно себя вести, поэтому не шевелюсь. Боюсь даже громко дышать.

До этого я ни с кем не лежала в одной кровати. Тем более так близко.

Вообще спать с кем-то в одной комнате для меня слишком интимно. Как бы глупо это не звучало.

Мое сердце бешено колотится, а кровь приливает к щекам. Рука Доминика скользнула по талии, отчего хватка стала не такой сильной.

Могу пошевелиться. Поднимаю глаза.

Судя по ровному дыханию, он спит.

Моргаю, ерзая на постели. Осторожно поднимаюсь на локоть. Локоны спадают на лицо, касаясь щеки Доминика. Ни один мускул его лица не дрогнул от такого невесомого прикосновения.

Смотрю на него. Ладно, во время сна он выглядит безобидным. Осторожно поднимаю руку, убирая пряди волос за ухо.

Губы расплываются в легкую улыбку, когда Доминик морщит нос, вздыхая, и ерзает на кровати, придвигаясь ближе. Стараюсь тихо дышать.

Наклоняю голову к плечу, аккуратно касаюсь пальцами его щеки. Могу разглядеть в темноте родинки на коже. И улыбка становится шире.

Кладу ладонь ему на плечо, опуская лицо к виску. Я пожалею об этом, но сейчас, в данный момент, мне не хочется думать о том, что будет завтра.

Наверняка, утром придет в себя и станет прежним Домиником, который любит потрепать мне нервы и не упускает шанса задеть.

Он будет окидывать меня темным взглядом, с презрением щуря глаза, будет подстегивать  по любому поводу.

Но это все завтра. Не сейчас.

Оставляю поцелуй возле уха. Горячая, обжигающая кожа. Отпрянула. Спит. Видимо, крепко.

Сжимаю губы, убирая его руку со своей талии, и медленно, не создавая шума, слезаю с кровати. Хмурюсь, вспоминая, что его одеяло у меня.

Стоит принести его обратно.

Доминик не будет рад видеть меня утром, в своей кровати тем более.

Держу руки перед собой, пытаясь ориентироваться в темноте.

Нащупываю ручку двери. Замок щелкает. Не оборачиваюсь, выходя в коридор, но бросаю быстрый взгляд напарня, прикрывая дверь.

Мне охота вернуться.

Вновь почувствовать тяжесть его телана себе.

Но завтра все вновь будет, как прежде.

Завтра Доминик станет собой.