Четырнадцатая глава

          Прозябая в берлоге дикобраза, я потеряла счёт времени. Не знала день сейчас или ночь и вообще уже не представляла, сколько здесь нахожусь. Мне казалось, что потихоньку схожу с ума, уже не понимала, где явь, а где жуткий сон.

          Поначалу ещё надеялась, что сейчас сюда ворвутся Док с Боцманом и вызволят меня из лап Орангутанга. Но время шло, а их всё не было. Я боялась даже подумать, что с мужиками случилось непоправимое. Надежда на то, что они живы и ищут меня, не давала утонуть в пучине безумия. Но она с каждой проведённой здесь минутой постепенно таяла, оставляя горький привкус опустошения.

          Надо отдать должное дикобразу, он заботился обо мне в меру своих умственных способностей: укрывал вонючим одеялом, чтобы не замёрзла, поил водой и даже кормил мясом, которое жарил на улице. Правда, из-за отсутствия соли оно казалось сладковатым, непривычным. Я пыталась поначалу отказываться, так как понимала, что у него нет тут ни свинины, ни телятины или хотя бы курицы. Это наверняка было мясо собак или крыс. Но голодный желудок стал бастовать, и, в конце концов, я сдалась и отведала деликатес от местного шеф-повара.

          Но этот монстр помимо заботы не забывал и про свои половые инстинкты. Как и в первый раз, сначала обнюхивал меня, а потом пыхтел рядом, онанист чёртов. Я закрывала глаза, пытаясь абстрагироваться, моля Бога о том, чтобы этот дикобраз не решил разнообразить свой сексуальный опыт и не полез ко мне.

          Время от времени он покидал своё жилище, оставляя меня одну. В такие минуты я искала путь к спасению, пытаясь найти отсюда выход. Тот, которым пользовался Орангутанг, был им предусмотрительно завален снаружи, и как я ни старалась, так и не смогла открыть дверь. Других лазеек не обнаружила, да и трудно в потёмках искать чёрную кошку, точно не зная, есть ли она тут вообще...

          По нужде ходила в небольшую каморку в этом же подвале, которую показал дикобраз. Приходилось поднимать фанерный лист, закрывавший кукую-то круглую дыру и в неё справлять свои потребности...

***

          В этот раз Орангутанг вернулся злой. Он хромал на правую ногу, по всей видимости с ним что-то произошло на улице. Бросив мне миску с очередной порцией мяса, удалился, ворча что-то под нос, в свой угол.

          Аппетита не было, и я, отодвинув миску в сторону, решила посмотреть на ногу дикобраза. Может, моя забота смягчит его сердце, и он отпустит меня на свободу.

          Потушив свой страх, я решительно направилась к уже воющему сквозь стиснутые зубы Орангутангу. Глаза привыкли к темноте, я стала здесь неплохо ориентироваться, чтобы не натыкаться на предметы.

          Увидев меня перед собой, он недовольно зарычал, словно зверь. Его руки прижимали к бедру какую-то тряпку, в глазах застыла боль.

          Замирая от страха, который снова вспыхнул в душе, я осторожно убрала его руки с ноги. Глубокая рваная рана сочилась тёмной кровью. Досталось дикобразу не по-детски. «Не уж-то и на него собачки позарились? На такого детину не побоялись броситься? Что же случилось с Доком и Боцманом?» - мелькнула в голове тревожная мысль.

          - Надо жгут наложить, а то кровью истечёшь, - глядя в тёмные омуты глаз, я стала, не спеша вынимать из его плаща пояс.

          Орангутанг позволил перетянуть бедро повыше раны, только тяжело сопел.

          Завязав потуже узел, я осмотрела тряпку, которую он до этого прижимал к ноге. Какая-то футболка. За неимением бинтов и она сойдёт для перевязки. Осторожно, чтобы не причинять боль, обернула её вокруг раны. Импровизированный бинт тут же пропитался кровью.

          Что-то пробурчав, дикобраз рукой указал на чан с водой. Я кивнула и принесла ему попить, воспользовавшись пустой пластиковой бутылкой, найденной ещё накануне среди разнообразного мусора.

          Утолив жажду, Орангутанг прикрыл глаза и опустил голову на грудь. Мне было жаль великана, несмотря на весь ужас, который он вселял в моё сердце. Погладив его по гриве сальных волос, я тихо отошла в сторонку и застыла в нерешительности.

          С одной стороны, сейчас удобный момент для побега, а с другой – меня до дрожи в коленках пугала улица, где на каждом шагу могла притаиться опасность. Будь то крысы, одичавшие собаки или же люди, почувствовавшие безнаказанность в этом забытом Богом городе.

          Мои терзания внезапно прервал грохот. Входная дверь сорвалась с петель от мощного удара, и в проёме показались чьи-то фигуры с оружием в руках. Луч света ослепил меня. Я зажмурилась, душу переполняла радость, и на губах невольно появилась улыбка. Наконец-то! Знала, верила, что Боцман с Доком спасут меня, не бросят в трудную минуту!