Девятая глава

          Ужас парализовал мою волю, пока дамочка наматывала мои волосы на кулак, при этом что-то бормоча себе под нос. Душа ушла в пятки, ноги подкашивались, а в голове хаотично метались мысли - одна страшнее другой.

          - Откройте, милиция! – в дверь забарабанил Док, распугивая своим криком всю округу.

          На хозяйку это никак не подействовало, во всяком случае меня она не отпустила, только сильнее сжала мои бедные волосы. От боли из моих глаз брызнули слёзы. Я попыталась ударить свою мучительницу локтем, но мой тычок был всё равно, что для слона дробинка. В дверь уже били ногами, но преграда пока не поддавалась под натиском ударов.

          «Господи, за что мне это всё?!» - отчаяние туманило разум, сердце трепыхалось в груди, как попавшая в силки птица, а слёзы продолжали бороздить холодные щёки.

          Фурии было плевать на то, что я испытываю. Наверно, ею руководила жажда мести за оставшегося лежать на лестничной площадке толстяка, а может она просто любила причинять людям боль.

          Эта жаба потащила меня куда-то влево, постукивая по стене скалкой. От этого звука мои натянутые до предела нервы готовы были лопнуть, как струны гитары. Я пыталась упираться, но ноги предательски скользили по полу, не находя никакой опоры.

          Послышались выстрелы, и дверной замок с треском влетел в прихожую. Тут же Док выбил плечом дверь и наконец-то ворвался в квартиру.

          Хозяйка зарычала, как разъярённый зверь, и хотела размозжить мою голову об стену. Как я среагировала, просто ума не приложу. Наверно в последний момент сработал инстинкт самосохранения. Я успела скрестить перед своим лицом руки, и они сработали, как автомобильная подушка безопасности, врезавшись в бетон вместо головы. Тем не менее удар был ощутимый, боль пронзила тело. А в следующий миг, я полетела на Дока, брошенная мощным толчком злющей особы в домашнем халате. В этот раз моя голова нашла свою цель, и мы встретились с медиком лоб в лоб. В глазах потемнело, хотя, казалось бы, куда уж больше в этой неосвещённой квартире. Искорки сознания стремительно таяли, когда я падала на пол, и стоило моей щеке соприкоснуться с ним, беспросветная тьма поглотила свою жертву.

          Резкий запах нашатырного спирта привёл меня в чувство, выдернув из цепких лап беспамятства. Сморщившись, я отвела нос от вонючего пузырька. Голова гудела от тупой боли. С трудом разлепив веки, увидела перед собой чьё-то лицо, но впотьмах было не разобрать кто это. И вообще пока не понимала, где нахожусь. Я осторожно помассировала виски, пытаясь облегчить страдания.

          - Наташ, ты как? – поинтересовался чей-то знакомый голос, и я тут же вспомнила всё, что со мной приключилось.

          - Хреново, - прохрипела я в ответ. Во рту пересохло, язык едва ворочался.

          - Глотни, полегче станет, - Боцман поднёс к моим губам фляжку.

          Я разлепила губы и приоткрыла рот, куда тут же полилась горькая противная жидкость. Сделав глоток, закашлялась.

          - Что это?

          - Коньяк, милая, - заботливый моряк снова поднёс мне горлышко. – Пей.

          Послушно выпив небольшую дозу, я утёрла рукавом губы.

          - Где Док с бабой?

          - Тут он, в себя приходит, - улыбнулся Боцман. – А кухарка того, - он махнул неопределённо рукой.

          - Что того? - непонимающе смотрю на него.

          - Со своим сожителем ломится в райские кущи и наверняка без очереди, - шуткой ушёл от прямого ответа моряк, но теперь до меня всё-таки дошёл смысл.