Четвёртая глава

Первым моим порывом было желание тут же бежать отсюда сломя голову, лишь бы подальше. Но расчётливый склад ума, журналистская хватка и инстинкт самосохранения перебороли необдуманный поступок. Поэтому я осталась сидеть на матрасе и с опаской поглядывала на хозяина каморки.

- В каком-то смысле ты права, - попыхивая папиросой, ответил Боцман. - Мне пришлось принять их предложение. Выбора мне не оставили. Знаешь, не хотелось ещё помирать.

- Значит, ты ничем не лучше их, - категорично заключила я и, сложив на груди руки, закрыла глаза. В голове хаотично метались тревожные мысли. Сердце снова ускорило свой ритм.

- Может быть, - снова не стал отпираться морячок. - Но кто-то же должен быть посредником и помогать бедолагам. Я не делаю им ничего плохого, просто снабжаю продуктами и водой, что передают мне из-за забора. И сам пытаюсь выжить в этой клоаке.

Он потушил окурок об пол и не спеша поехал к железной двери, закрытой на массивный засов. Отталкиваясь утюгами, быстро добрался до выхода и, стараясь не шуметь, открыл дверь. Я не заметила, как в его руках оказалось ружьё, видать было спрятано от посторонних глаз.

В каморку повеяло свежим воздухом. В открытом проёме было видно ночное небо. А в следующее мгновение тишину разорвал жуткий вой и нечеловеческий, душераздирающий крик. Совсем рядом кто-то мяукнул, и в дверь проскользнула тень.

- Как тебе звуки нашего города? - поинтересовался Боцман, закрыв вход.

- Вдохновляют - хочется рвать и метать!

- Нагулялась, Багира? - поинтересовался благодетель у чёрной кошки, прыгнувшей к нему на руки. - Сейчас покормлю, потерпи.

Она потёрлась об хозяина и негромко заурчала, настороженно поглядывая в мою сторону.

Я с интересом смотрела на эту парочку, и меня терзали противоречивые чувства. С одной стороны - Боцман связан с людьми, творящими здесь бесчеловечные эксперименты, и не важно, какую роль он в них играет. А с другого бока взглянуть - он пытается помочь в меру своих сил, меня вон вытащил из коматоза. Не знаю, как бы сама поступила, будь я на его месте, поставленная перед трудным выбором - умереть, оставшись порядочным человеком или...

- Натали, открой консервы, если не затруднит, - Боцман гладил свою питомицу, его глаза излучали тепло и нежность к этой пушистой гулёне.

Отбросив мрачные мысли, я поднялась с матраса и хотела спросить, где найти эти самые консервы. Но дядька без вопросов меня понял и показал на деревянный ящик почти у самой двери. Осторожно, чтобы не споткнуться в потёмках, я добралась до цели и, прихватив три банки, вернулась к импровизированному столу.

- Сам-то будешь есть? - поинтересовалась я, орудуя открывашкой.

- А ты? Давай со мной за компанию, - отпуская кошку на пол, откликнулся Боцман.

- Попробую, конечно, если желудок примет.

Кошка с присущей ей грацией осторожно приблизилась ко мне и потёрлась об ноги, поглядывая на открытые банки. Я поставила одну консерву ей под нос и погладила. Багира довольно заурчала и, благодарно мяукнув, принялась за еду.

В этот момент кто-то негромко, но настойчиво постучался в дверь.