Глава 44

1998-й год

Ой, Россия ты Россия

Каторжанская ты Русь

Что тебе страданья сына

Что тебе цыганки грусть.

Больше года минуло с того дня, когда Фил очутился в палате реанимации. Больше года проливала слезы у постели неподвижного мужа Тамара. И больше года Белый искал возможности отомстить Кордону.

В просторной гостиной дома Бело-Пчёлкиных был накрыт чайный столик. Пара изящных чашек на тонких фарфоровых блюдечках, высокий чайник с длинным и узким носиком, хрустальная вазочка с печеньем, открытая коробка конфет - все это стояло нетронутым. Чай в чашках давно остыл и успел подернуться мутноватой пленкой.

За столом, на низеньком диванчике, плечом к плечу сидели Варя Белова и Тамара Филатова. Тамара плакала и уже, судя по всему, давно. Теребя в руках совершенно мокрый платок и ежесекундно всхлипывая, она потерянно бормотала:

- Вот я сижу, сижу... и на него смотрю... Час смотрю, два смотрю - не шелохнется... У него щетина... Господи, у него даже щетина поседела! Я Бога молю, чтобы он очнулся... Я бы ему ребёночка родила ещё одного ... Глеб...сынок всё спрашивает про отца....- и она не выдержала, зарыдала в голос, горестно качая головой. - Никаких надежд не остается... Никаких, Варя, никаких... Все...

- Подожди, Том, сейчас Саня придет, - вздохнула Пчёлкина, поглаживая подругу по вздрагивающему плечу.

Она не представляла, что можно сказать в такой ситуации. Посоветовать набраться терпения и ждать? Но ведь прошло уже больше года, а силы Томы не беспредельны... Подруга и так уже дошла до крайности, насколько еще ее может хватить?.. А как же Валера? Неужели и правда - никаких надежд?!..

- Понимаешь, Варь... - Тамара, чуть успокоившись, уткнулась носом в мокрый платок и простонала: - Я... я уже не верю...

«Господи, да где же он?..» - растерянно подумала Пчёлкина. Она не сомневалась, что муж наверняка нашел бы для Тамары нужные слова - те самые, которые вернули бы ей веру и придали сил.

И тут снизу послышался голос Белова. Он поднимался по лестнице, разговаривая на ходу по телефону:

- Да добрался, там снегу намело... Короче, я пока дома буду. Ну, все, давай!..

Он вошел в зал и приветливо улыбнулся обеим женщинам, словно и не заметив ни заплаканных глаз Тамары, ни растерянного вида жены.

- Здравствуй, Томочка. Привет, Варь... - Белов наклонился к жене и мельком обозначил поцелуй.

Поцелуй был более чем формальный. После того, как собственный муж едва ли не лишил ее жизни, Варя еще полгода не могла с ним контактировать. Хотя головой и понимала, что тогда сама бы на себя подумала. Едва ли диалог вязался с Космосом, который и был шесть месяцев связующей ниточкой между недо-супругами. Уход Вари из дела бригадиров тоже ничего особо не изменил. Оклемавшись, девушка занялась своими делами. Они с Пашей продолжали вести дела с банковской системой и перевозили денежные грузы. Саша догадывался, что жена от идеи с банками не отказалась, но решил какое-то время не лезть: пусть попробует, если хочет быть самостоятельной, а он разберётся с Кордоном, а там уже решит что дальше делать.

Саша прошел к окну, задернул шторы и только после этого, уже точно зная, о чем пойдет речь, спросил:

- Ну что, Том, какие дела?

Тамара отняла ладони от лица. Саша поразился, какие страшные темные круги были у нее под глазами. Как у вампира в каком-нибудь голливудском ужастике.

- Саш, я уже не знаю... Понимаешь, я так устала.

Смотреть в ее глаза было трудно, и Белов снова повернулся к окну - поправить и без того ровно висевшие шторы.

- И что они предлагают? - все тем же ровным, почти равнодушным, голосом спросил он.

- Они предлагают сделать эвтаназию... - еле слышно проговорила Тамара.

- Как это делается? - продолжал свою игру Белов.

- Отключают... отключают систему жизнеобеспечения...

Голос Тамары дрогнул и беспомощно угас. Пчёлкина молча накрыла ее руку ладонью. Они обе выжидающе смотрели на Сашу.

Белов повернулся к ним и, медленно покачивая головой, потянул узел галстука. Он выглядел все таким же невозмутимым, но внутри у него все кипело от негодования. Как только Тамара дала себя уговорить! Эх, бабы, бабы...

- Тома, если хочешь знать мое мнение, я против, - изо всех сил стараясь скрыть клокочущий в груди гнев, сказал он. - Поверь, мне тоже больно, что мой друг стал как растение. Но! Если есть хоть один шанс из тысячи... Да что там - из миллиона, из миллиарда! Если этот шанс есть, то его надо использовать!

Тамара попыталась что-то сказать, но Белов остановил ее движением руки.

- Все будет нормально, Томочка! Мы переведем Валеру в Бурденко, Варька подтянет спецов по нейрохирургии - немецких, американских... Да, малыш? - Белов посмотрел в глаза жены, ища поддержки.

- Конечно, - Пчёлкина утвердительно кивнула.

- С завтрашнего дня сиделка при нем будет круглые сутки. Так что тебе станет полегче, Том.

Не прекращая говорить, Белов подошел к бару, плеснул в стакан немного виски. Потом внимательно взглянул на Тамару и долил стакан почти до краев.

- Дальше. Тебе надо отдохнуть, - он протянул виски Тамаре, та, низко опустив голову, беззвучно плакала. - Вот, выпей и ложись спать. Пока поживешь у нас, а завтра люди займутся, отправим тебя на время в теплые страны. Отдохнешь, придешь в себя.

Тамара не двигалась, Саша опустился перед ней на корточки и вложил бокал в ее безжизненную руку. Она подняла на него красные от слез, измученные глаза. Белов ободрительно кивнул.

- И будем просить Господа, чтобы Валерка выкарабкался, - он говорил так убежденно и проникновенно, что не поверить ему было невозможно. - А он выкарабкается, Томочка, я в него верю! Он же у нас боец!

Саша неожиданно улыбнулся и взял ее за руку.

- И запомни: все, что было, - это только первый раунд! - он сжал ее ладонь в кулак. - Ты верь мне, Тома, верь.

***

Варе опять приснился странный и тягостный сон. Будто она находится в комнате с одним окном и решётками на нём.

Пчёлкина проснулась и повернулась на бок. Подушка рядом снова была несмятой - значит, Саша опять ночевал в кабинете. В последнее время это стало почти нормой. Белов рано уезжал и поздно возвращался, а вернувшись, подолгу засиживался в кабинете, зачастую там же и ночуя.

Вообще ситуация в их семье сложилась более чем странная. Они жили вроде бы вместе и в то же время - врозь. Разговаривали редко, да и то - только по делу. Пчёлкина знала - причина кроятся глубже, во взаимных обидах и недомолвках. Варя сама не могла простить измену и пистолет у виска в кабинете главврача год назад. А Белов не мог простить её уход из дела, историю с Майковым и продолжение дел с ним же.

Странным было и то, что Варя практически смирилась с таким положением вещей. Никакой вины за собой она не чувствовала, а объяснить поведение мужа не могла, как ни старалась. Просто в их отношениях что-то кончилось, оборвалось, исчезло, и Пчёлкина приняла это как данность. И с головой ушла в новый проект.

Пчёлкина встала и, на ходу запахивая халат, направилась на кухню. У двери кабинета окликнула негромко:

- Саша?..

Тишина. Она приоткрыла дверь - в кабинете было пусто, а рядом с диваном лежала аккуратная стопочка постельного белья. Варя вздохнула и пошла дальше.

- Тома, Даня, все вставайте! Будем завтракать!.. - громко позвала она. - Тома, Даня!

Варя коротко постучала в дверь спальни Тамары и свернула к детской. Вдруг навстречу ей выскочил Данила.

- Р-р-р-р!.. - зарычал он.

- Ах, ты мой лев, ты уже встал?! - Варя засмеялась и подхватила сынишку на руки.

- Мам, испугалась?.. - спросил он.

- Ну конечно, испугалась, - пряча улыбку, подтвердила Пчёлкина. - Даже поджилки затряслись...

Они вошли в кухню. Даня тут же вскарабкался на свой высокий стульчик, а Варвара подошла к холодильнику.

- Кашку будешь, зайчик? - спросила она. - Какую? Манную, гречневую?..

Достав из холодильника пакет с молоком, Пчёлкина поставила его на стол, повернулась за кастрюлькой, снова взяла молоко и замерла как вкопанная...

Под пакетом лежала свежая газета. В глаза бросился крупный заголовок - «Убийство в день премьеры». А ниже - фотография Кордона и снимок его машины с трупом. Саша сделал то, о чём поклялся год назад, он отомстил, отомстил за Фила...

Из коридора послышался голос Тамары:

- Варя, ты где? Доброе утро!

Она вошла в кухню и сразу обратила внимание на мрачную, взволнованную хозяйку с газетой в руке.

- Что случилось? - встревожилась Тамара. Пчёлкина не отвечала, поглощенная чтением. Тома перевела растерянный взгляд на Данила и вскрикнула - в руках у мальчика был самый настоящий пистолет!

В тот же миг Тамара опрометью кинулась к нему и выхватила из рук ребенка оружие.

- Варя! Ты что?! - воскликнула она.

Пчёлкина с нескрываемым раздражением взяла пистолет и сердито объяснила:

- А это игрушки у нас такие, Тома! - она нажала на курок, и точная копия «Кольта» выбросила тоненькую струйку воды. - Видишь?! Вот так мы играем... Фонтаны строим и играем!

Варя сделала несколько нервных шагов в сторону и вдруг резко обернулась на часы: она совсем забыла, сегодня была встреча в ресторане с партнёрами, и Паша ждал её к двенадцати.

- Том, посидишь с Даней пару часов? Мне по работе отъехать нужно.

- Конечно, - кивнула Филатова.

***

Пчёлкина остановила машину метрах в двадцати от ресторана.

- Мама родная... - озадаченно протянул она. - А в другом месте встречу назначить было нельзя?

- А я откуда знал?.. - нахмурился Майков.

Они напряженно всматривались вперед, пытаясь разглядеть там Абрека, но его не было видно ни около ресторанчика, ни среди толпы у оцепления.

- Может, поехали отсюда, а? - неуверенно предложил Паша.

Но тут стеклянные двери ресторана распахнулись и на пороге, посверкивая бритой головой, с сигаретой во рту появился Абрек.

Пчёлкина коротко стукнула по клаксону. Услышав сигнал, Абрек обернулся и, увидев знакомый «мерин», совершенно спокойно поманил их рукой.

- Вот идиот, - раздраженно буркнула Варя и кивнула Паше: - Ладно, пошли.

На подходе к оцеплению их попытался остановить какой-то дохлый прыщавый сержант. Он схватил Пчёлкину под локоть и пробормотал что-то невнятное.

- Ну-ка руки! - раздражаясь еще сильнее, рявкнула на него Варя и свернула к ресторану.

- Ты что, обалдел?! - накинулся Паша на беспечно улыбающегося Абрека. - Ты еще б на Петровке встречу назначил...

- Спокойно, ребята, вы что? - Абрек успокаивающим жестом поднял ладони. - Я ходил узнать, там просто кино снимают.

Они зашли в ресторан и направились к лестнице.

- Мне тут «Крузер» за долги подогнали, - обратилась Пчёлкина к Паше. - Он у нас с Белым на даче стоит, номера перебить надо. Подослал бы кого из своих...

- Сделаем, - кивнул Майков.

Они поднялись на второй этаж. К ним навстречу из-за стола поднялся крепкий молодой человек. Он был коротко пострижен, слегка небрит и сумрачно серьезен.

- Руслан, - представился он.

- Варвара.

- Павел, - он пожал его руку.

Все четверо неторопливо расселись за столом. К их столу подошла официантка. Павел улыбнулся.

- Значит, так. Пятьдесят коньячку, что-нибудь поесть... - И что-нибудь попить, - закончила за него фразу Пчёлкина.

Официантка кивнула и исчезла.

- Какой вопрос? - Пчёлкина сразу решила перейти к сути встречи.

- Вопрос-то прежний, - подал голос Абрек. - Люди интересуются, когда придёт груз. И просят полторы штуки за задержку.

Паша фыркнул со смешком, Пчёлкина тоже коротко хохотнула:

- А жирно не будет, Абрек?

Не проронив ни слова, Руслан выразительно переглянулся с Абреком. Сконфуженно хмыкнув, Абрек наклонился к Пчёлкиной и Майкову.

- Ребят, да ничего смешного тут нет. Люди волнуются, сроки горят, - вполголоса объяснил он.

Варя оборвала смех, понимая серьёзность положения, и после паузы неохотно сказала:

- Хорошо, Абрек, завтра передашь ему полторы штуки.

Руслан сразу же поднялся.

- Все, Абрек, я поехал, - он протянул ему руку.

- Удачи, - кивнул Абрек.

Руслан наклонился, поцеловав руку Варвары.

- Вы прекрасны, мадам.

И ушёл. Варя, помедлив с минуту, повернулась к Паше:

- Поехали.

И вдруг лицо её испуганно вытянулось - к ним на всех парах в ресторан летела группа бойцов в камуфляже и масках, что давно уже стояла в сторонке у своего автобуса на улице.

- Твою мать... - прошептала Пчёлкина, поднимая руки.

В мгновение ока мужчины оказались лицами на столе, а Варю крепко обхватили сзади. Вплотную подошел, видимо, самый главный.

- Пчёлкина Варвара Павловна, вы обвиняетесь по 228-й статье УК РФ. Незаконные приобретение, хранение, перевозка и переработка наркотических средств.

- Что? С какой стати? - Пчёлкина, кажется, от такого заявления чуть не подавилась воздухом. - Какие наркотики? Какая, к чёртовой матери, статья?

- Проедемте с нами. Там вам всё объяснят, - сказал твёрдо боец в маске.

Что их ждет за горизонтом

Что луна им посулит

Угол темный в стойле скотном

Или волюжка сфортит

Их торопит злая доля

Но не им судьбу решать

Не поймают, значит, воля

А поймают срок мотать