Глава I

«Иногда бегство не просто акт отчаяния, а вызов самому существованию.»

Следуя за молоденькой девушкой, чуть ли не летающей по извилистым коридорам особняка, Матильда думала о том, а стоило ли? Может, надо было пойти вместе с Мартой в кино? Нет, для нее это слишком банально. Она приехала в этот город не для того, чтобы потратить время на вещи, которые можно сделать в любой другой обычный день. Однако теперь ей скучно. Девушка-гид, явно равнодушная к своей работе, останавливалась лишь на минуту, перед очередной комнатой, сухо излагая исторические факты о ее ценностях и владельце.

Так продолжаться не может.

Матильда остановилась и перевела дух. Даже если она потеряет группу, продолжающую нестись дальше по нескончаемым коридорам, ей нужно отдохнуть. Она уверенна, что могла бы провести здесь самостоятельный осмотр, и ей доставит это намного большее удовольствие. Особняк закрывают в восемь вечера - значит у нее еще есть три с половиной часа, чтобы вдоволь насладиться атмосферой старинного поместья.

За окном шел небольшой снег. Глубокая осень одновременно так красива и печальна своим вечно серым небом и голыми ветвями деревьев. В детстве Матильда находила такое время волшебным и притягательным. Момент, когда зима начинает вступать в свои права. В голове всплывают размытые годами воспоминания. Пугающие воспоминания, заставившие ее поежиться.

Девушка отвела взгляд от окна и неспеша пошла вперед. Комнаты, что попадались у нее на пути, восхищали своей роскошной отделкой. Хотя это неудивительно, ведь здание принадлежало хорошо обеспеченной семье. Однако стоило заметить их однотипность. Вся мебель расположена определенным образом. Кровать у стены, шкаф и комод напротив, письменный стол у окна - ничего лишнего. Менялись только украшения помещений. Матильда хотела было бросить осмотр нынешнего этажа и приступить к следующему, как очередная комната заставила ее повременить.

Все в том же порядке, что и ранее, но в отличии от других, в этой отсутствовали окна, а на стенах не оставалось пустого места. Множество картин обрамляло комнату со всех сторон. Девушка взяла в руки фотоаппарат и через объектив оглядела пространство, в поисках лучшего ракурса. Вот то, ради чего она сюда приехала. Фотография - хобби, увлекшее ее несколько лет назад, а позднее, когда родители подарили ей новую камеру, стало ее профессией.

Картины разного размера, формы, в расписных и позолоченных рамах смотрели на нее через объектив. Они были разбросаны по глади темных удушливых стен в каком-то своем хаотично-сбалансированном порядке, словно двери в неизведанные миры. Только одно полотно выбивалось из общей идиллии. Оно было отклонено намного левее, чем его соседки. Матильда отложила фотоаппарат на комод позади и подошла к картине в тяжелой резной оправе.

На фоне тусклой каменной стены с потрескавшейся штукатуркой, за железными прутьями, грубыми мазками была выведена маленькая ослепительно-красная птица. Ее блестящие глазки-бусинки наблюдали за каждым движением в комнате. Одинокая, неспособная повлиять на свою судьбу, она сидит запертая в клетке.

Девушка осторожно поправила картину и оценила результат привнесённых ею изменений. Идеальной гармонии не получилось. Создавалось впечатление, что сама картина не вписывалась в эту комнату. И руки... Тонкие пальцы были покрыты сажей. Где она успела их испачкать? Кажется по дороге сюда она видела гостевую уборную. И не ошибалась - пару минут поплутав в лабиринтах особняка, девушка нашла нужную дверь.

В глаза бросилось обилие роскошных деталей и изысканного декора. Золотые краны и ручки на раковинах, латунные подставки для полотенец, а стены отделаны мрамором.

Матильда ополоснула руки водой и подняла взгляд на свое отражение.

Темные, кудрявые волосы падали мягкой завесой ниже плеч, подчеркивая ее светлую кожу. Короткая челка обрамляла ее острые черты лица, она не скрывала тонкие брови и привлекала внимание к плотно сжатым губам и деликатному носику. Светлые карие глаза девушки сияли в теплом свете свечей. Шею скрывал плотный ворот вязанного свитера, заправленного в клетчатую юбку, что спадала до самых лодыжек.

Еще какое-то время она осматривала себя в зеркале, но пора было возвращаться, что доказывал факт девушки-сопровождающей, появившейся в дверях.

- Мисс Шоль, я вас обыскалась, - сердито поведала вошедшая.

- Прошу прощения, я немного оторвалась от группы...

- Идемте, нас ждут двумя этажами выше.

Однако сделав первый шаг, Матильда вспомнила:

- Кажется я оставила свою камеру в одной из комнат.

В ответ она получила упрекающий взгляд. Гид взглянула в глубину коридора, после чего на свои покрасневшие лодыжки от не разношенных туфель на высоком каблуке.

- Я могу вернуться за ней самостоятельно, я помню путь, - продолжила Матильда, заметив замешательство сопровождающей.

- Тогда я буду ждать вас на четвертом этаже вместе с группой.

Девушка утвердительно кивнула и направилась в ту сторону, откуда пришла.

Коридор, поворот, еще один длинный коридор, снова поворот и снова коридор... Так могло продолжаться и дальше, но Матильда была уверенна - путь от комнаты до уборной занимал всего два коридора, когда она проходит уже третий. Вероятно, девушка свернула не туда или пропустила нужную развилку. У нее была бы возможность позвонить и попросить вывести ее из этого бесконечного лабиринта, если бы она не оставила свой телефон вместе с сумкой в гардеробной. Теперь же ей придется искать путь одной.

Тем временем особняк уже погрузился во мрак приближающейся ночи. Лишь полу призрачный свет исходил от настенных канделябров, от чего коридоры казались более мрачными, а атмосфера всего поместья непостижимо таинственной. Может быть, это темные оттенки, которые проникают в каждый уголок, или тени, скрывающиеся в углу.

Сейчас, когда Матильда бродила среди холодных стен, пугающие истории о блуждающих призраках оживали в ее воображении с каждым завыванием ветра и скрипом половиц. Ее шаги постепенно ускорялись, она почти перешла на бег, чтобы поскорее отыскать нужную дверь. Но последняя не спешила показываться.

Вскоре выдохшись, гостья оперлась на стену. Она стояла так пока сердце не перестало биться в ушах.

Однажды самоуверенность погубит тебя.

Достаточно долго, а может ей так только показалось, она провела в удушающей тишине, пока не послышалось мягкое и едва различимое, словно нежное эхо из глубины темноты, чириканье птицы. Напоминающее тихий шепот, каждый звук - загадка и манящая непредсказуемость, словно приглашение чего-то скрытого в тенях ночи. Матильда чувствовала, что нежные трели, переплетающиеся с темной пеленой, предназначены для нее. И она поддалась успокаивающей мелодии. Возможно там есть кто-то еще кроме птицы, тот, кто выведет ее. Какой обнадеживающий самообман.

Пение влекло девушку вглубь бесконечного коридора, который приобрел уже новый вид. Болотные стены, расписанные белыми цветами, сопровождали маршрут потерянной гостьи, взгляд которой был прикован к красной двери в двух шагах перед ней. Именно за ней скрывался источник чарующей мелодии.

Матильда осторожно повернула обжигающе холодную ручку двери, затаив дыхание.

Но за дверью скрывалась не птица, завлекающая своим тихим пением. Там таилась непроглядная тьма, что протянула к гостье свои ледяные руки.

Ты снова ошиблась.

А тьма не прощает ошибок.