Пролог.

Шесть лет

– Джек, мне страшно, – еле слышно бормочет маленькая девочка, пытаясь заставить себя забраться ещё выше на это огромное дерево. Кларисса бы и не подумала взбираться на него, но там, наверху, был такой красивый домик на дереве, построенный отцом её лучшего друга.– Давай, я тебя вытяну, – уверенно произносит мальчик, протягивая вниз руки. Он сильнее, чем она и явно сможет помочь подруге.Тайлер доверительно протягивает одну ладошку, и Джекс сразу затягивает её на домик на дереве, стараясь не царапать нежную кожу.– Как высоко! – восторженно кричит "Клари" (как друг ласково называет её) и улыбается.– Очень высоко, а мы очень смелые, – усмехается юный Кэсер и внимательно смотрит, боясь, что подруга может оступиться. Он всегда переживает за неё, ведь она девочка, а девочки хрупкие.

Восемь лет

– Вечно ты влезешь в драку! Ты можешь пострадать так однажды!

Кларисса зло бурчит на Джека, заклеивая ранку на его щеке пластырем. Она зовёт его дураком и отчитывает за очередную драку. Тайлер ведь переживает, а этому дураку лишь бы кулаками помохать!Кэсер лишь терпит лёгкую боль, потирает пальцами ссадины на щеке и любуется на подругу. Она никогда не узнает, что в этот день он защищал её честь перед глупыми дворовыми мальчишками. Пусть считает его хулиганом, но обзывать его Клэри никто не смеет.

Десять дет

Джек занят компьютерными играми и друзьями, другими друзьями, ему не до Клари. Он не ходит к ней в гости, не приносит шоколад по утрам и не бежит к ней после школы, чтобы рассказать как прошёл день. У него много других друзей и подруг, а Кларисса верно ждёт "своего Джека", дабы он не думал, что она может заменить его кем-то.Тайлер плачет и скучает, а Джек веселится, считая, что друзья-парни, куда круче "девчонки".– Клари, прости, никакие парни не сравнятся с тобой. – Я знаю. – Может в приставку?

Пятнадцать лет

Они общались хорошо, даже очень, пока Джек не начала обсуждать при Клари своих возможных девушек и то, каким образом какой из его одноклассников уломал свою девушку на обнажёнку. Тайлер считает это мерзким, а когда Кэсер смеётся, рассказывая это, то называет таким и его. Они давно не говорят так, как раньше и давно не знают секретов друг друга. А это, как известно, самое страшное для лучших друзей.– Джек, мне неинтересны твои девушки. – А мне твои книги, Клари, что делать будем?

Шестнадцать лет

Джек уезжает из Филадельфии. И самое страшное не то, что уезжает, а то, что он ничего не сказал Клариссе. Ни нового адреса, ни номера телефона. Дом семьи Кэсер был продан какой-то старушке, а Джек исчез из жизни Клари. Под её кроватью лежит коробка с воспоминаниями, которую она попытается сжечь, а в итоге лишь прижмет к себе, шепча и плача:– Прощай, Джек...