18 тяжелых но счастливых часов

Прошло семь месяцев ты уже на 9 месяце беременности.Схватки начались на рассвете.

Ты стояла на кухне, собираясь сделать себе тост, когда резкая боль пронзила низ живота.Ты уронила хлеб, схватилась за стол.

— Минхо… — позвала ты сквозь стиснутые зубы.

Он примчался из спальни, босой, встревоженный.— Что? Что случилось?— Кажется… начинается.

В клинике всё было готово.

Минхо не отходил от тебя ни на шаг.— Ты уверен, что хочешь быть здесь? — спросила акушерка.Он посмотрел на неё так, как будто это был вопрос века.— Там, где она — там и я. Всегда.

1 ЧАСТы дышишь. Часто. Неровно.Он держит твою руку, шепчет:

— Вдох. Выдох. Со мной.— Это… больнее, чем я думала.— А ты сильнее, чем ты думала.

5 ЧАСОВСхватки усиливаются.Ты уже кричишь. Слёзы текут по щекам.— Минхо… я не выдержу…

Он вытирает твоё лицо, целует ладонь.— Выдержишь. Ради неё. Ради нас.

Он держит тебя за плечи. Его рубашка мокрая от пота. Он не ест, не пьёт. Только держит и повторяет:

— Ты моя героиня.— Я… не могу…

— Можешь. Потому что ты — Миён. Моя Миён.

10 ЧАСОВТы начинаешь тужиться.Минхо стоит за твоей головой, держит под руки, помогает дышать.

— Последняя часть. Ты почти там.— Боже… Минхо, это ад…— А потом будет рай. Я обещаю.

17 ЧАСОВТы почти без сил. Но глаза горят.Вся в слезах, в поту, в боли — ты не отпускаешь его руку.

А он — тебя.

— Потужься ещё раз, Миён! — говорит врач. — Она почти здесь!

18 ЧАСОВ 07 МИНУТИ вот — крик.Первый. Сильный. Настоящий.

Вся палата замирает.

Тебе кладут крошечное тёплое тельце на грудь. Она вся розовая, крошечная, но… настоящая. Живая.Ха Ён.

Ты всхлипываешь. Минхо — тоже. Он впервые за всё это время теряет контроль.Слёзы катятся по его щекам.Он гладит твою голову, целует лоб, шепчет:

— Ты сделала это. Ты подарила мне весь мир.

Он берёт её на руки, осторожно, как драгоценность.

— Привет, Ха Ён.Я — твой папа.И я буду рядом. Всегда.