Глава 22

Моё лицо остаётся невозмутимым, мне вообще всё равно, что происходит вокруг. Наверное, это от выпитого алкоголя, но я беру ещё один глоток.

— У тебя других дел нет, кроме как ногами болтать?

Я протягиваю ему бутылку и задаю тот же вопрос, что и Чейзу.

— Будешь?

Он вздыхает, берёт бутылку и садится рядом со мной на стол. Интересно, как мы выглядим со стороны?

— Выглядишь подавленной.

Я изо всех сил пытаюсь сделать вид, что всё в порядке, но его проницательность идёт в комплекте с ублюдским характером.

— Не переживай, я всего лишь убила двух людей. Убью ещё несколько, подумаешь.

— Почему ты так сильно зациклена на этом?

— Потому что это преследует меня в прямом смысле слова. Даже если меня отпустит та мысль, что я стала убийцей, то не отпустит то, что я забрала их души. Я верю, что убивая человека, ты навсегда привязываешь его к себе. Я и так боюсь темноты до полусмерти, а от ощущения в ней присутствие людей, которых я убила лучше не становится.

— Это...странно.

— Да, я странная. Не жду, что смогу когда-нибудь тебе понравится.

— Ты хочешь мне понравится? — Ухмыляется он.

— Знаешь, иногда круто знать, что какой-то прирождённый мафиози не хочет меня убить.

Он улыбается и отпивает глоток вина. Неужели это правда улыбка?

— Ты красивый, — говорю я, понимая, что завтра мне станет стыдно.

— А ты пьяная в хлам.

— Тоже верно. Но это помогает забыть, хоть и не на долго.

— Знаю, — говорит он и отпивает ещё один глоток.

Мне показалось забавным, как он сидит на столе, будто ребёнок. Мне можно, я же не глава опасной мафии.

— Чего лыбишься?

— Ты сидишь на столе, будто совсем и не босс.

— Как раз потому что я босс, я сижу на столе. Могу делать всё, что захочу.

— Я Пэйтон Мурмаер, глава опасной мафии, сижу на столе и мотыляю ногами, — пародирую я его голос.

— Эй, я не так говорю!

— Так! Ещё что-то вроде..«Я могу делать всё, что захочу, так что идите и захватите мне пол страны», — снова пародирую я.

— Не правда, — смеётся он.

— Неужели это смех? — Улыбаюсь я, но смотрю недоумевающим взглядом.

— Нет, это предсмертный крик.

— Нет, ты правда смеялся! — Я толкаю его локтем в ребра и он снова улыбается.

— Всё дело в тебе. У тебя слишком много эмоций, которые передаются и мне.

— Видишь, я даже бесчувственного могу заставить смеяться, а ты говорил, что это плохо.

— Я не думаю, что это плохо, просто тебе будет сложно жить в этом мире со всем тем, что ты чувствуешь. Думаешь я всегда был таким? Нет, это просто...обстоятельства.

— Что случилось? — Резко посерьёзнела я.

Он смотрит на меня таким взглядом, будто я ребёнок, который хочет влезть во взрослые дела.

— Брось, я же ничего о тебе не знаю. Странно знать тебя и одновременно не знать о тебе ничего.

Однажды я думала об этом. Мне казалось, что у него было трудное детство, раз он стал таким. Может без родителей рос или что-то такое, но всё это были лишь ещё одни мысли, которые не давали мне спать по ночам. Пэйтон ещё раз смерил меня взглядом и все таки решился рассказать.

— Я жил избалованным сыном богатого отца. Мать родила меня и улетела на острова за деньги папы, не готовая к моему воспитанию. Он говорил, что эта женщина была легкомысленной. Отец мало что рассказывал мне о своём бизнесе, а я всё ходил по клубам вместе с Диланом. Я знал лишь, что у него было частно-государственное партнерство, он покупал землю, всё строил что-то и ходил к мэру. А когда я вырос, он сказал, что быть лучшим не так то просто и иногда нужно ходить по головам.

На этом моменте он затыкается, будто это тема для него неприятна. Лицо его почти скорчилось от боли и гнева, но он отпивает вино и снова приходит в себя, а шистерёнки в моей голове начинают срабатывать. Ходить по головам — значит убивать.

— Чёрт возьми! — Осеняет меня. — Те убийства...это был не ты, а твой отец. Я всё время наблюдала за тобой, было странно, что раньше было огромное количество убийств, в том числе из мэрии, но ты ни разу не убил кого-то не из соперников.

Пэйтон кивает.

— Как только мне исполнилось восемнадцать, отец дал мне в руки пистолет и сказал доказать, что я достоин. Я сразу пришел к Дилану, не знал что делать. Что бы он тебе не говорил, но он тут, не потому что ему не было где жить, а потому, что он не бросил меня в тот момент.

У меня были такие эмоции, будто мне раскрыли целую тайну человечества.

— Так вот почему ты стремишься стать ф1? Хочешь перенять бизнес отца.

— Это было его главным условием. Но дело не в этом, если я заполучу ф1, я смогу покончить со всем этим. Наш город криминальная дыра, где убийства происходят чаще, чем рождение ребёнка. Не будет мафии, не будет отца возле мэрии и не будет этого чёртового ведущего. Я хочу покончить с этим.

Пэйтон открылся мне с новой стороны. Оказывается, мы боремся не за власть и деньги от лица через чур гордого главы мафии, а за благополучие и надежду, что когда-то всё это закончится. Чёрт, мне нравится этот мужчина.

— Обещай мне, что никто этого не узнает.

— Почему?

— Я не хочу казаться лучше в глазах других, потому что я таким не являюсь. Не хочу давать кому-то ложные надежды, я правда ужасный человек.

Почему же я сейчас считаю, что это не так? Ещё час назад, я думала о том, какой он ужасный, а сейчас мне было стыдно за это.

— Почему ты тогда говоришь всё это мне?

— Ложись спать, ты много выпила, — говорит он, после некоторого времени молчания.

Я понимаю, что он этот разговор закончил и с тяжелым вздохом спрыгиваю со стола. Лишь когда притрагиваюсь к дверной ручке, напоследок смотрю на него.

— Пэйтон.

— М?

— Ты не ужасный человек.

И я ухожу.