37 часть

Я обняла её за талию, подставив плечо. Лера почти не шла — хромала, делая крошечные шаги, тяжело дышала и тихо всхлипывала. Мы с трудом дошли до дома. — Потерпи, потерпи, — бормотала я, чувствуя, как колотится сердце. Уже не от злости, а от страха за то, что я натворила. Усадив её на диван, я кинулась к аптечке. Дрожащими руками достала обезболивающее, бинты, антисептик. Вернулась к Лере, опустилась на колени. — Покажи, где больно... — голос почти сорвался. Она молча отвернулась, сдерживая слёзы. Я осторожно закатала ей штанину — колено было рассечено, вокруг всё наливалось синим. Я замерла на секунду, а потом начала аккуратно обрабатывать рану. Лера вздрагивала от каждого прикосновения, но не произносила ни слова. В комнате стояла тишина. Даже часы, казалось, замерли. Только наши дыхания, мои торопливые, её прерывистые. — Я правда не хотела... я просто... — я замолчала, не зная, что ещё сказать. — Просто хотела припарковаться, — прошептала она сквозь зубы и впервые посмотрела мне в глаза. И в этом взгляде не было страха. Только отчаяние и вопрос: зачем? — Блин, да! — я почти закричала. — Я не хотела тебя травмировать! Чёрт, Лер... я просто... я злилась, бесилась, ты постоянно идеальная, ты всегда улыбаешься, Влад тебя обожает, ты... ты будто стерла меня из его жизни! Я почувствовала, как сжимается горло. Сердце колотилось в груди, а в глазах появилась предательская влага. Лера смотрела на меня, не моргая. Потом тихо сказала: — Я не хотела занять твоё место. Я хотела стать частью вашей жизни. Я... старалась быть хорошей, потому что ты мне понравилась. Я отшатнулась, как от пощёчины. Тишина снова нависла над нами. — Значит, ты просто... притворялась? — прошептала я, не веря в услышанное. — Нет. — Лера покачала головой. — Я действительно хотела подружиться. Но теперь даже не знаю, возможно ли это. Я отвернулась. В голове всё перемешалось: вина, стыд, злость, обида... И в этой каше одно чувство проступало сильнее остальных — растерянность. Я глубоко вдохнула, закрыла глаза на пару секунд, а потом, словно через силу, посмотрела на Леру и тихо, но чётко произнесла: — Давай попробуем всё заново. Без масок, без подколов. Просто... начнём сначала. Лера удивлённо распахнула глаза, будто не верила своим ушам. — Правда?.. — её голос дрогнул, а на лице появилось что-то похожее на надежду. — Правда, — кивнула я. — Не обещаю, что получится сразу. Я до сих пор злюсь. До сих пор обижена. Но если ты не притворяешься — докажи. И, может быть, я тоже смогу измениться. Лера медленно наклонилась ко мне, а потом протянула руку: — Привет, я Лера. Я скептически приподняла бровь, но всё же пожала её руку. — Яна. Мы молчали, не зная, что сказать дальше. Но в этом молчании уже не было напряжения. Только странная тишина, как после долгого дождя. Кажется, что-то изменилось. Время действительно шло. Постепенно острые углы сглаживались. Мы с Лерой начали находить общий язык — сначала осторожно, через вежливые фразы и натянутые улыбки. Потом легче, свободнее. Мы ездили на шоппинг, смеялись над странными платьями в примерочной, спорили из-за цвета помады, делились мнениями о парнях. Она даже помогла мне выбрать новую куртку — не ту, что я бы выбрала сама, но, в ней я выглядела офигенно. Иногда я ловила себя на мысли: «Вот сейчас — это дружба?..» А потом напоминала себе — совсем недавно мы чуть ли не воевали. Но теперь всё будто перешло в другое русло. Лера всё ещё оставалась слишком идеальной, чересчур доброй, но... в этом уже не было раздражения. И хоть я до конца не верила в её искренность — мне нравилось это перемирие.Однажды мы даже готовили вместе.Это был тёплый, почти домашний вечер. Мы с Лерой решили устроить Владy сюрприз — приготовить ужин своими руками. Она предложила пасту, я — курицу в сливочном соусе. Мы смеялись, когда не могли открыть банку с консервами, танцевали под музыку, разливали сливки на плиту, и спорили, кому резать лук. Казалось, что между нами наконец-то нет напряжения. Даже не верилось, что когда-то я мечтала толкнуть её с лестницы. — Добавляй соль, — сказала я, уставившись в телефон с рецептом. — Уже, — ответила Лера и поставила миску обратно в шкаф. Мы накрыли стол, расставили свечи, даже выложили салфетки в форме лебедей — перебор, но выглядело эффектно. Влад пришёл уставший, но сразу повеселел, увидев, как мы хлопочем. — Ух ты, что за повод? — спросил он с улыбкой. — Просто решили побаловать тебя, — хором ответили мы. Он взял первую вилку пасты... и резко остановился. — Что это?.. — его лицо скривилось. — Что?! — испуганно спросила Лера. Я попробовала сама — в ту же секунду стало ясно: вместо соли мы добавили сахар. И не чуть-чуть. Это была настоящая сладкая паста. Мы переглянулись. И — разразились смехом. Даже Влад не выдержал. — Ну что, поварихи, может закажем суши? Этот ужин оказался неудачным, но каким-то настоящим. Настолько настоящим, что даже сахар не смог испортить момент.