Глава 9: Ему плевать на Карму

05.23.203923 мая 20398:15:00 до полудня

Воспоминания: кто мы без них? Есть ли смысл жить на земле без них? Что же тогда останется от нас. Так важно помнить все, что было с тобой, пусть даже некоторые воспоминания хочется оставить в прошлом и никогда больше не возвращаться к ним. Они, словно кирпичики, делают нас теми, кто мы есть. И нет ничего, чтобы смогло заставить их раствориться.

Открыв глаза, Оливия глубоко вздохнула. Что за дурацкий сон ей приснился? Элайджа и его глупая фраза, которую он сказал ей на прощание. Тот еще романтик... Повернув голову в сторону окна, она заметила до боли знакомую картину: обнаженная спина Коннора, темные волосы, раскиданные по подушке.

— Нет... — прошептала девушка, приподнявшись. Она смотрела, как его спина вздымается с каждой новой порцией кислорода, и вспоминала то самое утро, когда ее жизнь началась. Но Коннор был другим. Застыв на месте, девушка никак не могла собрать свои мысли в кучу. Пора бы решить, кто ты: андроид или девиант. Вздохнув, Оливия улыбнулась. Она медленно кивнула сама себе и, нагнувшись ближе к андроиду, нежно провела рукой по его спине.

— Вставай, Коннор, — сказала она, — нам надо мир спасать, — добавила девушка, наблюдая за тем, как парень медленно открывает глаза и удивленно смотрит на все, что его окружает. Он выглядел таким невинным и милым в этот момент.

— Я думал, что это лишь мой сон, — неуверенно произнес Коннор.

— А разве тебе что-то снится? — рассмеявшись, спросила девушка, ловко поднимаясь с кровати. Она подошла к шкафу и, прислонив руку к сенсору, дверцы распахнулись. Вытянув с полки первую попавшуюся футболку, девушка тут же надела ее на себя. Сегодня она не хотела заморачиваться насчет одежды — уж слишком жарко было в одних лишь лучах солнца. Не трудно представить, что сейчас творится на улице. Она подошла к стулу, на котором уже несколько дней подряд висят ее любимые, легкие джинсы, и через минуту она уже была готова отправляться в штаб. Коннор пристально смотрел на девушку. Он до сих пор не мог поверить, что вчера, если бы не Хэнк...

— Оливия, — раздался голос лейтенанта, как только дверь открылась, — мне кто-нибудь объяснит, как работают ваши чертовы краны в вашей чертовой Британии? — произнес Андерсон, недовольно всплеснув руками.

Оливия взглянула на Хэнка с долей недовольства в глазах. Она, некоторое время постояв на месте, вылетела из комнаты, словно пуля вылетает из дула пистолета. Сцена эта была полна непонимания и гробовой тишины. Обратив внимание на андроида, Хэнк покачал головой в разные стороны и проследовал за Оливией, но Коннор не понял, к чему был этот жест. Он вообще мало, что понимал. Все больше и больше ему хотелось раскрыть дело, закончить миссию и тогда, с чистой душой, насладиться компанией новых друзей. Вот только пока что это выглядело как прекрасная мечта, которой не суждено сбыться. Поднявшись с кровати, Коннор обнаружил, что был наполовину одет. Ну, хоть в чем-то теперь присутствует ясность. Подойдя к двери, андроид осмотрел вчерашнее «место преступления» в надежде найти еще что-нибудь, что поможет ему, однако, это нисколько ему не помогло. Коннор направился в соседнюю комнату, где, первоначально, было место их ночлега. Он подбежал к чемодану Андерсона и, открыв его, стал искать хоть что-нибудь, что можно было бы надеть наверх. В принципе, ему было абсолютно все равно, как будут сочетаться элементы сегодняшнего костюма, так что, достав немного мятую белую рубашку, он надел ее на себя, заправив в штаны. Теперь его вид был похож на вид типичного полицейского — не так уж и плохо. Не долго думая, Коннор все-таки спустился на первый этаж, присоединяясь к всеобщему спору.

— Неужели так сложно запомнить, что в друх разных кранах горячая и холодная вода? — возмущенно воскликнула Оливия, наливая себе кружку чая.

— Знаешь, в Америке мы так не выпендриваемся со своими кранами, как вы это делаете здесь, — ответил ей Хэнк, скрестив руки на груди. Коннор взглянул на них, молча переведя взгляд на раковину и на два изящных крана, из-за которых весь сыр-бор. Неловко. Парень совсем не знал, как вести себя после того, как он вчера накинулся на Оливию, и, если бы не Хэнк, сегодняшнее утро было бы еще более неловким.

— Ладно, — прервала молчание Оливия, заметив, что андроид сейчас находится во внутренней панике, — поехали мир спасать, — холодно заявила она, даже не притронувшись к кружке чая. Она прошла мимо Коннора так, будто на его месте сейчас никого не было. Так себя надо вести? Или, может, Оливия пока не совсем определилась...

9:00:00 до полудня

Штаб секретной службы Ее Величества. Каждый раз повторяя этот титул, кажется, что ты попадаешь в какой-то особый круг людей. Кажется, что ты находишься среди тех, кто щелчком пальцев может уничтожить и так хрупкий мир. Но это не так. Люди всегда будут людьми, а человеческий фактор никуда не уйдет. Однако самое опасное в людях то, что они любой ценой будут биться за свои идеалы, за то, что несомненно важно для них.

Сегодня Оливия была настроена серьезно, ведь ей придется разобраться во всех фактах, свалившихся на нее вчера. Широким шагом войдя в здание, девушка вела Коннора и Хэнка к лифту, чтобы как можно быстрее добраться до конференц-зала, где через несколько минут состоится еще одно собрание. Там Эрик и решит судьбу девиантов, судьбу Эда, да и судьбу мира в целом. Слишком большая сила в руках маленького шотландца. Не успели дверцы лифта закрыться, как к девушке и ее новым друзьям присоединился Тэйт. Он был как всегда неотразим и великолепен. Военная форма, разработанная величайшими мастерами дизайна, ему очень шла. Как говорится: подлецу все к лицу. Про него ли это? Лифт медленно оторвался от поверхности и стал набирать высоту.

— Доброе утро, коллеги, — саркастично произнес зеленоглазый андроид, жуя жвачку. Коннор, в силу своей чрезмерной доброты, кивнул в ответ, но, взглянув на Хэнка, а тем более на Оливию, понял, что можно было этого, в принципе, и не делать. Андерсон лишь хмыкнул себе под нос, скрестив руки на груди, и демонстративно повернул голову в сторону, наблюдая через стеклянный лифт за другими агентами, бегающими внизу.

— Что, даже не скажешь доброе утро в ответ? — продолжал доставать девушку Тэйт. Да, теперь Коннор понял, что это был за интересный прием. Неужели даже среди андроидов бывают козлы?

— Закрой свой клюв или уедешь в утиль, — грубо ответила девушка, тоже переведя взгляд в сторону, вот только ее взгляд был направлен не на агетов. Она смотрела за городом, отлично видимым через громадные стекла. Сейчас все. добавляет высоткам некую невесомость, некую фальшь.

Лондон сегодня сер и невзрачен. Хотя, как язык может повернуться сказать такое? Даже в самый ненастный день в этом месте будет что-то, что заставит тебя еще раз признать величие города. Но облака были белыми, грязно-белыми, если быть точным. Тэйт сделал шаг в сторону Оливии, а потом его длинная и сильная рука опустилась на ее плечи.

— Ну, подруга, готова к миссии? — спросил Тэйт, улыбнувшись. Он чуть обернулся, взглянув на Коннора с иронией в глазах. Его рука стала медленно опускаться, минуя плечи, лопатки, доходя до талии.

— Руки убери, — ответила Оливия, но Тэйт словно не слышал ее. Пальцы дошли до конца футболки и начали чуть приподнимать ее. Коннор был взбешен. Ему так хотелось оторвать эту проклятую руку Тэйта и засунуть ее ему в горло, чтобы тот подавился своими же желаниями.

— А Коннор уже видел эту тату? — воскликнул Тэйт, оголив несколько миллиметров спины Оливии. — Если нет, то будет досадно. Потому что я видел, — добавил он, явно пытаясь раздразнить Коннора. Но тот был и так на взводе, а в последней своей фразе Тэйт перешел черту.

Коннор чуть дернулся, чтобы наконец вцепиться в него, но Оливия была быстрее. Схватив зеленоглазого андроида за руку, она прижала его всем телом к дверям лифта, заламывая руку все дальше и дальше. Разумеется, Тэйт не чувствовал боли, зато прекрасно понимал, что Оливия может эту руку и вовсе оторвать. Девушка приблизилась к его уху и, нажав на руку еще сильнее, сказала:

— Я не то, что руку оторвать могу, я могу разбирать тебя по кусочкам, сидя в кабинете Элайджи Камски, попивая мартини. Ты понял меня?

— Да понял, понял! — занервничал Тэйт. — Отпусти меня!

— Думаешь? — воскликнула она, вдруг нажав свободной рукой на одну из кнопок лифта, и он остановился между двумя этажами, открывая прекрасный вид на всю ту высоту, которую можно было с радостью пролететь. Оливия крепко держала Тэйта, так что тот пока не мог совершить прыжок веры, однако все плавно шло именно к этому.

— Оливия! — воскликнул Коннор, но Хэнк остановил его, выставив руку перед грудью андроида.

— А знаешь, что доставит мне куда большее удовольствие? — продолжила шептать Оливия, сдерживая Тэйта от смерти всего одной рукой. — Отдирать твое убогое лицо от пола.

Еще немного понаблюдав за тем, что происходит, Андерсон вдруг сдвинулся с места и, нажав на кнопку, закрыл двери лифта. Оливия тут же отпустила Тэйта, обернувшись к Хэнку.

— Какого хера, Андерсон? — воскликнула она с негодованием.

— Эмоции эмоциями, но переходить черту не надо, — спокойно произнес Хэнк, совсем не боясь Оливию. А она не собиралась наказывать его за то, что помешал ей вершить месть. Девушка понимала, что лейтенант прав, она знала, что Хэнк никогда не сделает хуже. Повернувшись к Тэйту, Оливия кивнула.

— Не тягайся со мной, — произнесла она, — я не по зубам тебе.

— Значит, после Элайджи ты можешь спать с Коннором, но не можешь со мной? — с нотками обиды произнес Тэйт, опираясь руками об противоположную стену лифта. Оливия усмехнулась, надменно вскинув голову вверх.

— Спать с кем-то из жалости было бы низко даже для Элайджи, — произнесла девушка, после чего лифт наконец добрался до нужного этажа. Не теряя больше ни единой лишней секунды, Оливия сделал шаг первой, направляясь к конференц-залу. Коннор последовал за ней. Он видел, в каком настроении была девушка, но никак не мог повлиять на это. Или же просто не хотел. Было сейчас в ней что-то, чего андроиду не хватало в себе. Но только войдя в зал, Коннор понял, как же был не готов увидеть Эрика вживую. Молча присев между Оливией и Хэнком, андроид принялся ожидать.

— О, доброе утро, — воскликнул шотландец, поправив свой и без того безупречный костюм, — как спалось?

— Видимо, плохо, — раздался голос Тэйта, вошедшего в конференц-зал с испуганным видом. Оливия хихикнула. Да, такой вид надоедливого коллеги определенно веселил ее. Как веселил и Хэнка. Ох, его бы воля, он бы поступил так с Ридом. А потом в помещении появился Итан, Тео и Мика. Хотя бы этим людям можно было доверять. Оливия ценила ту связь, что была между ней и этой троицей. Так или иначе, если что-то вдруг пойдет не так, она будет знать, кто на ее стороне.

— Итак, — холодно произнес Эрик, садясь во главе стола, — все собрались? — добавил он, бросив взгляд на своих коллег. Он знал каждого, а каждый знал его. Эта связь выглядела прочной, но какой она на самом деле была — боялась предположить даже Оливия.

— Тэйт, что расскажешь? — окликнул его Эрик, в надежде узнать новые данные. Он откинулся на спинку стула и, скрестив руки на груди, внимательно посмотрел на андроида.

— Так, — протянут тот в ответ, — мои люди прочесали весь Стратфорд и сузили круг предполагаемых зданий до одного. Однако данным, полученным с нано-визеров, мы были удивлены, — продолжил Тэйт. Он встал со своего кресла, подошел к плазме, висевшей за спиной у Эрика, и, коснувшись экрана пальцами, продемонстрировал те самые данные: несколько фотографий здания под разным углом. Самым интересным было то, что нано-визер показал лишь одиноко лежащий пистолет где-то в подвале здания.

— Это все их вооружение? — спросил Хэнк. — Быть того не может. Это же Адатум, там должна быть куча взрывчатки, шрапнели, нано-пуль...

— Мы сами не знаем, как такое возможно, — пожав плечами, произнес Тэйт, — покопавшись получше с Итаном в его программе, он с точностью определил два соседних дома, откуда был совершен звонок. Мы получили данные и по второму сооружению, но оно было чисто.

— Пистолет — это наша зацепка? — не унимался Андерсон. — Не густо, — добавил он, нахмурившись. Взглянув на Эрика, Хэнк заметил легкую ухмылку, легкую, но надменную и самодовольную. Вот оно — прямое доказательство того, что этот шотландец грязный предатель. Слишком заинтересовавшись этой ухмылкой Эрика, с которой он упоительно слушал, как группа Тэйта ничего не нашла, Андерсон совсем не заметил, что их взгляды пересеклись. В эту минуту лейтенант думал, что этот жест останется только между ними, однако ухмылка сходила с лица шотландца медленнее, чем Хэнк предполагал.

— Что ж, теперь послушаем Акселя, — воскликнул Эрик, переведя взгляд на коллегу андроида. Парень тотчас встрепенулся и приготовился делиться новостями не менее утешительными.

— Так, — протянул он, даже не поднимаясь со стула, — мы поговорили с Эмори, его командой, — начал Аксель, указав рукой на нужного человека, — подумали, что если у Акселя ничего не вышло, тогда можно действовать по старинке и кого-нибудь внедрить. Вот только это тоже не вышло. Мы отправили агента в нужное место, однако никого и ничего не нашли. Словно никакого Адатума и не существует.

— А кого вы отправили? — спросила Оливия, краем глаза взглянув на Коннора. Парень кивнул, он был готов защищать своих союзников.

— Мы решили не рисковать, — тут же ответил Эмори, посмотрев на девушку, — поэтому пошел Майкл.

— Серьезно? — усмехнулась она. — Майкл, значит. А вы не могли еще более грозного мужика подобрать? Любой дурак поймет, что он из полиции.

— Думаешь, спугнули? — спросил Эрик, скрестив пальцы рук друг с другом.

— Думаю, да, — кивнула девушка, — более того, возвращаясь к разговору о крысе... — продолжила Оливия, вдруг встав со стула. Она подошла к Эрику, поставила ногу на крестовину его кресла и, повернув шотландца к себе, облокотилась руками на подлокотники кожаного трона. Коннор и Хэнк насторожились.

— Что происходит? — прошептал Итан, ближе подвинувшись к Коннору, однако андроид не ответил, потому что сам не понимал к чему был весь этот цирк.

— Ты ничего не хочешь рассказать своим коллегам? — спросила Оливия, не желая больше тянуть. Она вовсе не боялась, потому что более защищенное место найти было достаточно сложно.

Эрик нахмурился, удивился, но все же сделал совершенно невинный вид. Он взглянул на агентов, потом вновь на Оливию, а потом, отодвинув девушку от себя, сказал:

— Полагаешь, я подставной агент, — сказал он, даже не спрашивая.

— Полагаю, — кивнула в ответ девушка, — у нас есть парочка доказательств.

— Доказательств? Я бы хотел послушать, в чем конкретно заключается моя вина.

— Хорошо, — сказала Оливия, бросив мимолетный взгляд на Коннора, и, заметив легкий кивок, девушка вернулась к уже намеченному пути. Она встала во главе стола, оперевшись об него кулаками, и, набрав в грудь побольше воздуха, уже была готова сказать то, что явно должно было задеть Эрика, но тут он резко встал с места.

Он взглянул на девушку сверху вниз, желая заставить отступить или хотя бы отойти на несколько шагов назад, но тут он прогадал. Оливия была далеко не такой податливой, какой могла казаться. Выпрямив спину, она подняла голову, смотря Эрику прямо в глаза. Помещение погрязло в неловкой и, в некотором роде, непонятной паузе. Было видно, что на самом деле девушка немного боялась, Коннор понял это, когда увидел, как трясутся ее коленки, но и это длилось недолго. Сменив позу и поставив ноги на ширине плеч, она теперь была более уверена в себе.

— Но прежде, чем оклеветать своего преданного коллегу, я бы хотел сказать, что провел свое расследование.

— Что там можно было расследовать? — прошипела Оливия, оскалившись.

— В мои руки попали интересные кадры, — усмехнувшись, произнес шотландец. Его рука медленно прошлась по талии девушки, а потом указала на плазму, висевшую совсем рядом на стене. Эрик отошел, дабы все присутствующие здесь смогли увидеть это, он дотронулся пальцами до экрана и на нем появился до боли знакомый интерьер полицейского департамента Детройта.

— Что за... — воскликнул Хэнк, встав со стула. Он оперся кулаками об стол и не мог понять, откуда же у MI5 были эти кадры. После такого жеста со стороны Андерсона, Оливия все поняла: здесь будет что-то, что скомпрометирует либо ее, либо, что хуже, лейтенанта. Впившись взглядом в монитор, девушка застыла на месте. Картинка менялась с каждой секундой все больше: полицейские, рядовые, обычные люди то появлялись, то исчезали. А потом в кадре появился Гэвин.

— Элайджа? — воскликнула она, но потом в ее сознание закралось сомнение. — Кто это?

— Это детектив Гэвин Рид, — пояснил Коннор, — однако, должен согласиться, что с такого ракурса он очень похож на мистера Камски.

— Я никогда не видела Гэвина... — прошептала девушка, продолжив дальше наблюдать за кадрами. Рид прошел мимо стола, где сидел Андерсон, разбираясь с какими-то бумажками, а через пару минут и Хэнк удалился примерно в том же направлении.

— Что вы планировали здесь увидеть? — спросил Коннор, сохраняя привычную сосредоточенность.

— Смотрите дальше, — надменно произнес Эрик, указав рукой на громадный экран. Не прошло и секунды, как фигура Андерсона вернулась в кадр, она подошла к столу, медленно собрала куски листка в кучку, достала с полки небольшой конверт и, сложив туда улики, вдруг взглянула в камеру — и это действительно был Хэнк.

— Этого не может быть! — воскликнул Коннор. — Хэнк был со мной и детективом Ридом на кухне в этот момент!

— Тем не менее, мы имеем эти кадры, — сказал шотландец, довольно скрестив руки на груди. Запись закончилась как раз на том, как фигура Андерсона складывает конверт во внутренний карман своей куртки и возвращается в том же направлении, откуда пришла. Эрик выключил видео, надменно взглянув на Оливию. Он был уверен, что задавил ее:

— Тебя обманули, Лив, — ласково сказал он, подойдя ближе к девушке, — я знал, что так будет. Хорошо, что правда всплыла так быстро...

— Блять, тебе бы лучше заткнуться, — произнесла Оливия с опущенной головой. Коннор встал со стула, уже приготовившись разнимать их с Эриком, но все-таки внутри его души была маленькая надежда на то, что девушка не слетит с катушек.

— Мне? — возмутился Эрик. — Оливия, я спас тебя от жадных лап этого псевдолейтенанта! Кто знает, что он готовил?!

— Я готовил? — возмутился Хэнк. — Я вообще не имею никакого отношения к Адатуму, — попытался вразумить всех присутствующих здесь людей Андерсон, но статус Эрика так или иначе не давал ему это сделать.

— Лейтенант Хэнк Андерсон, — произнес шотландец, — прискорбно говорить, однако, мы вынуждены заключить Вас под следствие до выяснения всех обстоятельств, — добавил мужчина, а после этого в помещение вошли двое агентов, каждый из которых похож на настоящий огромный шкаф.

Хэнк не сопротивлялся, он расставил руки, хмыкнув Эрику в ответ на его реплику, и просто позволил агентам делать их работу — они ведь не виноваты в том, что их босс такой продажный. Андерсона заковали в наручники и медленно увели прочь. Сказать, что Коннор был подавлен — ничего не сказать.

— Оливия Мерси, вынужден временно отстранить тебя от твоих обязанностей, поскольку твоя связь с подозреваемым так или иначе может влиять на беспристрастное расследование. Коннор тоже отстранен, — продолжил Эрик, — не выезжайте из страны, пока расследование не завершится. Даже с помощью Элайджи, — добавил шотландец, осуждающе взглянув на девушку.

Она медленно отошла от шотландца, опустив голову. Казалось, что весь мир сейчас просто исчез: она подвела тех людей, которые были ей невероятно дороги. А ведь больше тут некому доверять.

— Прошу вас удалиться, чтобы мы могли наконец завершить намеченные дела, — холодно произнес Эрик, поправив свой костюм, и присев на кожаное кресло.

Коннору ничего не оставалось, как последовать за Оливией и покинуть конференц-зал раз и навсегда. Он думал, был сосредоточен и, казалось, вновь вернулся в состояние бесчувственной машины, однако, все это было лишь защитной реакцией. Темный коридор, закрытые двери, две их фигуры стояли друг напротив друга в полной тишине, совершенно не представляя, как спасти одну единственную жизнь. Кому нужен мир в такие моменты?

— Мерси? — воскликнул Коннор, взглянув на Оливию.

— Фамилия, — кивнула девушка в ответ.

— Милосердие, — повторил андроид, переступая через все свое нежелание распыляться на эмоции сейчас, однако, он понимал, что для Оливии они важны, ведь в сложившейся ситуации винит она лишь себя, — тебе подходит.

— Думаешь? — спросила она, будучи вовсе не согласной. — Мне кажется, я могу нести только разрушение и беды, но никак не милосердие.

— Ты ошибаешься, — тут же разуверил ее андроид, — однако, если ты не веришь мне, я попробую доказать это. Конечно, это не входит в установленные функции, но я в праве попытаться.

— У меня есть одна идея, правда, боюсь, тебе она вряд ли понравится.

— Я рационален в своих суждениях, поэтому готов слушать, — уверенно ответил Коннор. Оливия кивнула, теперь она была уверена, что андроид не будет осуждать. Еще секунду постояв на месте, девушка направилась к своему кабинету, который находился в нескольких минутах ходьбы.

9:34:30 до полудня

Резко открыв дверь в свой кабинет, Оливия быстро прошла к столу. Она нажала на небольшую кнопку рядом, и стеклянные стены тут же прекратили пропускать свет — теперь никто не видел, что же будет происходить внутри. Коннор подошел ближе.

— Ты позвонишь Элайдже? — спросил он, встав позади Оливии.

— Кому же еще я могу позвонить? — кивнув, ответила девушка. Она сама была не в восторге от того, что собирается сделать, но, пожалуй, это было единственным, что еще может помочь. Сделав несколько верных движений по экрану, комнату наполнили гудки. Глубоко вздохнув, Оливия перевела взгляд на Коннора — она не знала, что ожидает ее сейчас. Либо Элайджа поможет, либо скажет, что это совершенно не его проблемы. Гудок, гудок, еще один — да, в Детройте сейчас не лучшее время для дружеских звонков, но Камски мог бы и ответить.

— Алло? — раздался его голос, отчего брови девушки взмыли вверх от удивления. — Оливия, а еще раньше ты позвонить не могла?

— Элайджа... — протянула девушка, немного растерявшись от знакомого голоса.

— В чем дело? — спросил Камски. — Сейчас полпятого утра, Оливия, — негодовал мужчина. Девушка замолкла, она вдруг стала вспоминать слова Хэнка, стала вспоминать то, что появилось между ней и Коннором. Андроид заметил то, что девушка была крайне нерешительна, но все же не стал давить или подгонять ее — сейчас она сама решит, как ей распорядиться своей жизнью.

— Не важно, сколько времени сейчас в Детройте, — холодно произнесла девушка, скрестив пальцы рук друг с другом, — Хэнка обвинили в том, что он один из Адатума и заключили под стражу здесь, в Лондоне. Так что лучше бы тебе оторвать свое бренное тело от Хлои и помочь нам с Коннором.

— Оливия, что с тобой?

— Со мной все прекрасно, это не дружеский разговор, Элайджа!

— Ладно, в чем Хэнка обвиняют? — нехотя спросил Камски, но в его голосе все-таки были некоторые нотки обиды. Как странно, что теперь в отношении Оливии не было привычной привязанности, ласки и любви.

— В том, что он украл те улики, что я прислала тебе тогда.

— И что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Хоть что-нибудь! Ты самый влиятельный человек века и не знаешь, что делать? Не беси меня, — решительно произнесла девушка, а после она взглянула на Коннора, кивнув в направлении дисплея. Да, в конференц-зале никто не терял времени, и теперь видео хранилось в памяти Коннора в отличном качестве. Андроид сел на место девушки и начал набирать какой-то код на голографической клавиатуре.

— Сейчас Коннор отправит тебе видео, так что, будь добр, забей на свои планы и помоги мне хоть раз, — сказала Оливия, скрестив руки на груди.

— Ладно, Оливия, я посмотрю, что могу сделать, — ответил Элайджа, сразу отключившись. Было слышно, что ему неприятно от таких слов, однако, видимо, он их заслужил.

Коннор не знал, что такого сделал Камски этой прекрасной девушке, но осуждать ее он просто не мог, не зная истину. Отправив видео, парень поднял голову на Оливию.

— Что дальше? Полагаю, нам нельзя находиться в здании и работать с коллегами.

— Верно, — кивнула девушка, — но что-то мне подсказывает, что их сегодняшняя операция ничем путным не закончится. Эрик, Эрик, Эрик... он ведь просто так не подвергнет опасности свою любимую секту, — стала размышлять Оливия, но ее мысли плавали в воздухе недолго. Как только она услышала широкие шаги около двери, девушка тут же насторожилась. Дверь открылась и на пороге показался Итан.

— Господи, я уже думала стрелять, — закатив глаза, произнесла девушка.

— Ух, не надо, — покачал головой парень, медленно закрыв дверь, — хотя, я так бежал, что, в принципе, лучше бы сдох.

— Конференция закончена? — спросил Коннор, встав со стула.

— Нет, — покачал головой Итан, — Эрик собирается конкретно разбомбить Стратфорд, пойти с полным вооружением в какое-то место, о котором у нас нет вообще никакой информации. И... он не просто отстраняет тебя от дела, он отстраняет тебя от службы. Временно, конечно, но это значит...

— Это значит, что мне запрещено даже заходить сюда, — кивнула девушка, набрав воздуха в легкие, — господи, ну почему я?! — закричала она, смахнув кипу бумаг со стола. Она была зла, зла на всех подряд, без разбору. Оперевшись руками об стол, Оливия взглянула на Коннора:

— Нам пора уходить, — решительно произнесла она.

— А Хэнк? — воскликнул Коннор. — Мы оставим его здесь?

— Поверь, ему сейчас будет безопаснее в одной из камер MI5. Знал бы ты, какие там удобные кровати, сам бы был не прочь остаться, — саркастично произнесла девушка, метнувшись к шкафу с папками и документами.

— Если вы уходите, тогда и я с вами! — воскликнул Итан. — Я не намерен терпеть тот ужас, что происходит здесь. Мы тут все под ударом, если Эрик действительно один из Адатума.

— Нет-нет-нет, — тут же захлопотала девушка, резко указав на Итана пальцем, — останься, пожалуйста, мне здесь больше некому доверять.

— Я... черт, я останусь, — кивнул Итан, — ради тебя, Оливия.

— Спасибо, — прошептала девушка, — спасибо, Итан. Нам предстоит сложное задание. Сделай так, чтобы с Хэнком ничего не случилось.

— Обещаю, — сказал в ответ парень, грустно опустив голову. Он смотрел, как Оливия собирает нужные ей вещи, как стирает все данные с компьютера, а потом он смотрел, как она вместе с Коннором уходят. Черт знает, суждено ли им еще раз встретиться. Хотя очень хотелось бы. Это уже не просто задание, это настоящая война.

4:34:30 до полудня

Часы. Этот атрибут на самом деле не так уж и прост, как нам кажется. Вы никогда не замечали, что в дневной суматохе мы совсем не слышим, как стрелки перемещаются по циферблату? Мы никогда не обращаем внимание на них, а ведь часы всегда рядом: на столе, на запястье, над кроватью. Чрезвычайно близко, не так ли? И только оказавшись в одиночестве, дождавшись, пока пелена ночи закроет собой все пути к свету, мы расслабляем свой разум и слышим, как тикают часы. Они никогда не меняют своего ритма. Они тикали так и несколько мгновений назад, и несколько дней назад, и несколько недель. Всегда неизменный ритм, находящийся рядом, всегда неизменная мелодия, слышная лишь тогда, когда мы беззащитны.

Хлоя ненавидела часы. Особенно те большие, изящные и дорогие часы, висевшие напротив кровати Элайджи. Она могла часами наблюдать за тем, как стрелка скатывается вниз, а потом поднимается наверх. Ей казалось, что уже где-то она видела это. Нет, не часы, а символ, который они обозначают. Быстротечность... кому как, но андроиды хоть и обладают вечным запасом лет в кармане, давно уже перешли ту грань, которая определяет количество времени. Сейчас ничто не вечно, даже то, что таковым должно было быть.

Четыре утра — солнце встает. Хлое так все равно, что рядом с ней лежит человек, щелчок которого способен уничтожить миллионы жизней. Это все величие хоть и безгранично прекрасно, однако и слепо бездарно. И ведь действительно, кто променяет живые чувства на какую-то груду воображаемых денег, покоящихся в ячейке швейцарского банка? Видимо тот, кто натворил много бед, теперь не желает возвращаться туда, откуда еле выбрался. Будучи «девушкой» такого мужчины, как Элайджа, у тебя появляется масса времени на его изучение.

Звонок. Камски вдруг подрывается и, оглядев сонными глазами комнату, тянется за телефоном. Хлоя молодец, она знает, что информация важнее личного отношения. Притворившись спящей, ее уши уже были наготове. Голос Оливии Хлою мало порадовал. Почему-то эта девушка казалась ей неопределившейся девочкой, ищущей утешения в окружающих. Но она не была с ней знакома. По крайней мере, она не помнила ее.

— В чем дело? — спросил Камски, а потом надолго умолк. Выражение его лица менялось с каждой секундой все больше и, отпустив парочку привычных реплик негодования и раздражения, даже через закрытые глаза можно было услышать, как пыл Элайджи стремительно охлаждается.

— Оливия, что с тобой? — продолжал Камски. Хлоя слышала то, что говорит та девушка, но она не хотела раньше времени паниковать. Возможно, она и не была в курсе всех последних новостей, однако Гэвин был. Маленькая капля деталей — и в его голове все красиво сложится.

— Ладно, Оливия, я посмотрю, что могу сделать, — сказал напоследок Камски, медленно положив телефон на тумбочку. Его поведение странно, не иначе. Тихо взглянув на Хлою, Элайджа медленно поднялся с кровати и, одевшись в байку и джинсы, несколько дней висевшей на стуле, мужчина вышел из спальной комнаты. Так странно... видимо, это и правда так важно, что Камски совсем не позаботился о том, как будет выглядеть. Или же он собирается туда, где его внешний вид совсем не будет играть роли. Встрепенувшись, Хлоя тоже поднялась с кровати, оглянулась — телефон Элайджи был здесь. Но он заблокирован, а еще, к тому же, отключен.

— Так быстро! — прошипела девушка, удивившись тому, насколько же ловок был Камски. Ноги сами принесли ее к окну, сами начали ходить из угла в угол. Она смотрела лишь на то, как медленно встает солнце в этот почему-то туманный, прохладный и серый весенний день. А через мгновение она услышала, как хлопнула входная дверь. Что это было?

Развернувшись на все 360 градусов, Хлоя ринулась к противоположному углу спальни. Вцепившись в дверь, она буквально намеревалась оторвать ее, но ручка будто почувствовав всю важность, нежно опустилась и позволила девушке выйти. Никого не было в доме. Никого. В смысле он ушел? Куда? Так рано и без завтрака? Без водителя, без охраны? Нет, Хлоя все еще не могла поверить в это.

Легкой походкой слетев со ступенек, андроид пронеслась к коридору, распахнув входную дверь перед собой — машины там не было. Да, он уехал. Стремительно и безвозвратно уехал вперед к густому белому туману. Он был таким чистым сегодня. Простой, белый туман. Захлопнув дверь, Хлоя ринулась обратно в комнату Элайджи. На бегу она дотронулась пальцем до виска и набрала номер Гэвина — единственный номер, по которому не боялась звонить.

— Возьми, возьми, давай, — повторяла себе под нос Хлоя, пока бежала по лестнице наверх. Перестав нажимать на висок, девушка добежала до гардеробной и стала искать там любую вещь, которую могла надеть. Экран звонка все еще висел перед ее глазами, но Рид не брал трубку. Либо он спит, либо он в борделе. Оставив попытки дозвониться, Хлоя оделась и еще раз совершила спуск по лестнице. Пробежав мимо кухни, ей все-таки пришлось остановиться. Она четко помнила, что вчера вечером ноутбук Элайджи стоял на столе, но вот теперь его там нет. Если он взял ноутбук, значит, там было то самое видео, о котором говорила Оливия. Или же Хлоя просто неправильно услышала, но об этом думать совсем не хотелось. Еще раз медленно оглядев кухню, девушка осторожно пошла в коридор. Если Гэвин не едет к Хлое, тогда Хлоя сама приедет к Гэвину.

Выбежав из особняка Камски в любимом синем платье, Хлоя стала пробираться сквозь туман. Он был таким густым и холодным, что, казалось, проще уже никуда не идти, а лечь здесь и раствориться в нем. В начале Хлоя бежала быстро, как только могла, но потом, когда за спиной уже не было видно дома, а впереди невозможно было различить ни малейшей детали, девушка вернулась к шагу. Она обхватила свои локти и, внимательно вглядываясь вперед, не останавливалась. Автобус! Впереди был автобус. Он остановился около знака и открыл двери, выпустив людей.

— То, что надо, — прошептала Хлоя, чуть ускорив шаг, но транспорт никак не приближался. Сорвавшись на бег, девушка уже почти добежала до спасательной шлюпки, но двери закрылись слишком быстро, прямо перед ее носом. Оцепенев от растерянности, Хлоя долго вглядывалась вслед автобусу, но это вряд ли поможет ей добраться до центра Детройта быстрее.

Что ж, времени особо не было, поэтому, вздохнув и еще раз оглядевшись, Хлоя начала шагать навстречу городу. Она впервые гуляла по Детройту в одиночестве: без камер, без роскоши, без Элайджи — и ей это нравилось. Как же хорошо делать то, что тебе хочется, и при этом на тебя никто не смотрит, никто тебя не осудит, никто не запомнит... Постепенно перед ее глазами открылась набережная, и, чуть подняв голову вверх, она увидела, как необычайно красивые высотки уходят вверх, пронзая собой густой туман. Их верхушек не было видно, поэтому в голове можно было рисовать интересные картины того, как же эти сооружения устроены там, наверху.

Сложно... Хлое было сложно жить ту жизнь, которую ей подарила судьба. Спросить бы ее, и девушка сходу бы ответила, что готова заново поднять восстание вместе с Маркусом, биться рядом с ним, но увы — этому не бывать. Однако бояться своих желаний все-таки нужно, ведь, посмотри, Хлоя, прямо сейчас ты тоже часть сражения.

Наконец добравшись до нужного адреса, Хлоя остановилась около двери. На стоянке не было машин, в окнах не горели огни, но дверь была не заперта. Вдруг Элайджа правда разберется? Кто может знать, что он задумал? А если Хлоя сейчас сделает лишь хуже? Ну нет. Покрутив головой, девушка оглянулась, посмотрела на пустые улицы, посмотрела на одинокие фигуры бездомных, посмотрела на то, как туман заполоняет собой каждый миллиметр пространства. Она решила, что тоже имеет право на свое мнение, а в ее голове это было единственным выходом. Сделав еще один шаг, она была внутри.

Запах кофе мигом накрыл ее с ног до головы, заставляя улыбаться. Она точно знала, кто здесь любитель выпить кофе в любую свободную минуту. В полицейском участке было тихо. Верно одно — утро, мало кто способен на быстрые рефлексы прямо с восходом солнца. Пройдя дальше, Хлоя оказалась между столами, такими одинаковыми, но разными одновременно. Заметив груду бумаг и пятна кофе на одном из файлов, девушка подошла ближе. Если сейчас Гэвин не придет, тогда остается только поехать в Иерихон, но это крайний случай. Заметив среди папок планшет с подробным планом Киберлайф, Хлоя насторожилась. Ее руки сами потянулись к устройству, медленно отодвинув все другие документы, мешающие разглядеть то, что было на дисплее. Она даже не услышала шаги позади себя, а ведь это были шаги детектива Рида.

— Бля, ну почему сейчас... — вздохнув, произнес Гэвин шепотом, когда увидел знакомую фигуру около своего рабочего места. Закатив глаза и все-таки выпрямив спину, Рид решительно подошел к девушке. Он не стал ее отвлекать, а просто поставил кружку с кофе на свободный край стола, скрестив при этом руки на груди. Хлоя повернулась, растеряв все приготовленные мысли.

— Что на этот раз? — спросил Рид с претензией. — У меня есть дела поважнее ваших с Элайджей семейных ссор.

— Я не поэтому пришла, — вздохнув, произнесла Хлоя, — ты не брал трубку...

— Конечно не брал! Я делами занят, Хлоя, я не жду твоего звонка, как явления Христа народу.

— Ладно, прости, — извинилась она, чтобы немедленно прекратить эти никчемные выяснения отношений. — Сейчас у тебя есть время обсудить то, почему я здесь?

— Только если это важно, — кивнул Гэвин, накрывая планшет кипой документов. Он сел, взял кружку с кофе, присел на край стола и сделал чрезвычайно заинтересованную мину. Актер из него просто ужасный!

— Сегодня Оливия опять звонила Элайдже, — начала свой рассказ Хлоя, — Хэнка посадили по подозрению в причастности к Адатуму. У них, в MI5, якобы есть доказательства, что именно Хэнк скрыл улики, которые Элайджа принес в тот раз сюда. Оливия сказала, что Коннор вышлет ему видео, где все это запечатлено. Это все, что я успела услышать.

— Ладно. И что ты предлагаешь?

— Я хотела это спросить у тебя, — удивленно произнесла девушка, — я думала, что это как-то натолкнет тебя на мысли, ведь ты знаешь всю эту ситуацию лучше!

— Хлоя, — протянул Гэвин, — ты можешь прекратить совать свой ебанный нос туда, куда не надо? Ты ходишь по лезвию ножа, при этом совсем не понимая, что происходит вокруг. А вокруг настоящий Ад, ясно? Поэтому я не устану тебе повторять, чтобы ты прекратила эту погоню за... хер пойми чем, и наконец успокоилась.

— Это не хер пойми что! Это правда! Правда, которую я заслужила! Я достойна знать то, что все так упорно пытаются скрыть! Я думала, хоть ты поймешь, как правда важна, но...

— Но просто оставь это геройство, — перебил ее Рид, — в мире достаточно героев и без тебя. Но если ты так стремишься в утиль, тогда дерзай, но не тяни меня разом.

— А ты герой, Гэвин? — разозлившись, произнесла Хлоя. — Скажи мне, это геройство — сидеть здесь, хлебать кофе и раздавать всем советы направо и налево?

— Нет, я не герой. Но я хотя бы живым останусь.

— Думаешь, заперев меня дома, ты сохранишь мне жизнь? — не унималась девушка. — Я не знаю ровным счетом ничего! Ни-че-го! Я слышу, как мои единственные друзья, которые, может, даже не знают, как звучит мой голос, лишаются жизней, встают на путь войны и пытаются исправить в одиночку то, что давно прогнило. И я помогаю им, как только могу! Нет, Гэвин, быть андроидом — это не значит, что я владею любой информацией, это значит, что я пытаюсь использовать ее во благо! И да, мы, как и люди, совершаем ошибки. И сейчас, доверившись тебе, попросив твоей помощи, я, кажется, ошиблась. Это неприятно, зато поучительно, — закончила Хлоя, уверенно кивнув головой. Она еще несколько секунд смотрела Риду в глаза, а потом, легко развернувшись, пошла прочь из департамента полиции Детройта. Здесь ей больше делать нечего.

— Хлоя! — окликнул ее Гэвин, — Хлоя, стой! — повторил он, догоняя девушку.

— Нет, не остановлюсь, — покрутила головой она, решительно шагая к выходу.

— Нет, остановишься, — резко произнес Рид, схватив андроида за руку, и развернул лицом к себе, — где Элайджа?

— Уехал сразу после, забрав с собой компьютер.

— Ага... — протянул Рид, все еще держа Хлою. — Он всегда хранит важные данные на своем ноутбуке и на ноутбуке в кабинете в Киберлайф. Они синхронизированы, выступают как два приемника в одной единственной сети, созданной Элайджей. Он сделал это специально, когда начал работу над Оливией...

— Откуда ты...

— Если нам нужно видео, тогда придется ограбить его, — перебил ее Гэвин, отпуская руку Хлои. Он вдруг вернулся к своему столу, перебрасывая документы и вещи с одного края на другой, пока не добрался до планшета. Хлоя тоже подошла к Риду.

— Что мы будем делать с видео? — спросила девушка, встав рядом с мужчиной.

— Я думаю, я думаю, — повторял Рид, проматывая план здания Киберлайф, пока не добрался до кабинета Камски, — заполучив видео, прежде всего надо убедиться, что это все не фейк. А, значит, так как Коннора нет, нам надо будет поехать в Иерихон, — продолжил детектив, рассмеявшись своим же словам, — мать твою, кто бы мог подумать, что я буду спасать жопы андроидов!

— А мы не можем попросить у Оливии? — спросила Хлоя. — Если видео выслала она, почему бы просто не попросить... Коннора, например. Они же работают вместе.

— Нет у нас ее номера, понимаешь? Ни у кого нет. Он есть только у Элайджи... Все дороги ведут в Киберлайф.

"Срочные новости, " — перебил голос Гэвина какая-то женщина, появившаяся на экране телевизора позади его фигуры. Рид тут же обернулся, внимательно уставившись на картинку, а после Хлоя сделала тоже самое.

"Прямо сейчас наши корреспонденты из Москвы передают, что главное российское здание Киберлайф было взорвано несколько минут назад. Напоминаем, что полгода назад, восстание, возглавленное андроидом по имени Маркус, распространилось по всему земному шару. Однако в России восстание быстро подавили и по недавним подсчетам в интернет просочились данные, что около 5 тысяч андроидов было уничтожено лишь в ноябре 2038. На данный момент пакт, подписанный главами государств с Маркусом, не является действительным по законодательству Российской Федерации. Андроиды продолжают утилизироваться. Несколько месяцев назад многие из оставшихся андроидов попытались сбежать в Беларусь, Украину и Литву, однако, это закончилось трагедией. На данный момент на месте работают пожарные, кареты скорой кибер-помощи, напротив здания Киберлайф несколько сотен полицейских. Мы будем держать вас в курсе новостей, " — сказала корреспондент. Гэвин нахмурился, покачал головой и вздохнул.

— Хлоя, — произнес Рид, — поехали. У нас не так много времени.

4:50:02 до полудня

Мало кто действительно понимает, в каком опасном мире мы живем. Если вы думаете, что, разгуливая по улице при дневном свете, вам ничего не угрожает — то это полная чушь. Так было и так будет, просто не все готовы свыкнуться с мыслью, что сразу за великолепными высотками, там, куда не доходят огни неоновых вывесок, располагается территория королей улиц. Там не властвуют законы демократии, там все равны. И ежели ты выбился в лидеры, это о чем-то да говорит. Дорогая отполированная машина как раз завернула в один из таких закоулков, резко затормозив напротив бывшего здания центрального госпиталя. Теперь это сооружение больше было похоже на привет из 2018 года, нежели на место, где раньше спасали жизни. Дверь автомобиля открылась, и на пустую туманную улицу вышел Элайджа, держа в руках небольшой кейс. Захлопнув дверцу, мужчина огляделся. Ему было, безусловно, непривычно находиться в таком мертвом месте, но чего же не сделаешь ради мира во всем мире. Слишком долго Камски прятался в зоне комфорта и теперь пора бы из нее вылезти. Но только мужчина сделал несколько шагов вперед, в тени нарисовались фигуры.

— Ого, — протянул высокий мужчина, чье тело было полностью в татуировках, — это что, Элайджа Камски? — продолжил он, прокрутив в руке пистолет. Его губы были растянуты в саркастичной улыбке, да и он был чрезвычайно рад увидеть такую персону у себя в гостях. За спиной мужчины нарисовалось еще несколько человек с оружием, но выглядели они достаточно спокойными.

— Патрик, — протянул Элайджа, — надеюсь, ты не занят.

— Честно говорят, у меня сегодня самочувствие такое себе, — ответил мужчина, усмехнувшись, — а вот чья-нибудь смерть вполне бы подняла мое настроение, — продолжил он, вдруг выхватив пистолет, и направил его дуло на Элайджу, тут же спуская курок. Пуля пролетела в нескольких метрах от Камски, но лицо его осталось непоколебимым.

— Упс, — неловко усмехнулся Патрик, — рука дрогнула, — пожав плечами, произнес он, — сделай милость и свали нахер. Иначе я действительно пристрелю тебя.

— Патрик, я бы ни за что не пришел к тебе, если бы ситуация не была удручающей, — воскликнул Элайджа, осмелившись сделать шаг вперед. Мужчины, что были за спиной Патрика, тут же направили оружие на Элайджу, заставив его вернуться туда, где он стоял. Патрик остановился, провел рукой по коротко подстриженным волосам и, пожав плечами, нехотя развернулся.

— Эх, наслышан, наслышан... — протянул он, понимающе кивнув головой. Еще раз взглянув на Камски, Патрик поднял голову вверх, начиная внимательно изучать облака. Он скривил лицо, почесав недлинную бороду, а потом, подумав, сказал:

— Заходи.

Набравшись решимости, Элайджа пошел следом за старым знакомым. Его приспешники расступились, а потом сомкнули круг позади своего босса и его утреннего гостя. Дверь госпиталя закрылась намертво, издав неприятный железный звук, и Камски обнаружил себя в настоящем призрачном городе, спрятанном ото всех глаз. Двигаясь дальше по широкому коридору, словно бульвару в центре Парижа, Элайжда видел магазины, тату-салоны, бары. Он видел даже людей с частями андроидов.

— Что, удивляет? — усмехнувшись, разбавил молчание Патрик. — Вот, куда пропадали запчасти, что вы браковали. Мы нашли им немного другое применение.

— Когда ты успел? — спросил Камски. — Это действительно похоже на город.

— Именно, — согласился Патрик. — Это мой город. А тебе нечего глазеть, только если не желаешь переехать, — хихикнул мужчина напоследок.

Путь их был недалек, зато замысловат. Хозяин города-призрака вел своего гостя странными, витиеватыми дорожками, пока, наконец, на горизонте не показался так называемый центр. Он был весь усыпан проводами, большими и маленькими мониторами, роботами и даже андроидами. Но только не такими, какими мы их привыкли видеть. Патрик взглянул на Элайджу и улыбнулся.

— Мы пришли, — завороженно произнес он, — что ты хотел?

— Дело в том, — начал рассказывать Элайджа, — что в деле с подрывом Иерихона, а потом и терактом в Англии, кое-что прояснилось. Коллегу одного из моих девиантов обвиняют в...

— Нет-нет-нет, — сразу же перебил его Патрик, начиная трясти руками перед лицом Элайджи, — расскажи мне то, чего я не знаю... — сладко произнес он, будто бы умоляя наконец сделать это. Он чуть приподнял голову вверх, медленно проходясь подушечкой указательного пальца по своим губам, а потом улыбнулся.

Камски вздохнул, ему совершенно не нравилось, что кто-то диктует ему условия, но Элайджа все же помнил, где находится. Лицо Патрика вновь озарилось улыбкой. Он протянул руки к мужчине и, несколько раз сжав кулаки, получил от Элайджи сумку с ноутбуком внутри. Он отдал его одному из своих «секретарей», а потом, кивнув остальным, медленным шагом направился вглубь помещения. Камски последовал за ним.

— Я не сказал Оливии, почему отослал ее в Великобританию. Она до сих пор думает, что я просто избавился от нее, — воскликнул Камски, параллельно разглядывая обстановку.

— О да... — протянул Патрик, — ты делаешь ей очень больно, но тебе ведь это нравится, да? Тебе льстит то, что она бегает как белка в твоем колесе. Но разве это все, что ты хочешь мне рассказать?

— Черт бы тебя побрал, — прошипел Камски, — я думал, что смогу заставить себя переключиться на Хлою, ведь она...

— Нет, Элайджа, — покрутил головой Патрик, — она не такой же андроид, как Оливия. Ты это прекрасно понимаешь. А знаешь, что еще ты понимаешь? — усмехнувшись, спросил мужчина, по привычке проводя рукой по коротко подстриженным волосам. Камски даже не утруждался крутить головой, поскольку понимал, что так или иначе ему придется выслушать.

— Ты понимаешь, что лишился всего самого дорогого ровно в тот момент, когда пошел против брата. Вот скажи, что я не прав. Скажи, скажи!

Но Камски ничего не хотел отвечать на язвительные реплики. Все это было в стиле Патрика, но что было самым удивительным в личности этого человека, что даже за таким грозным внешним видом и обсолютном нежелании следовать моральным устоям, он прекрасно видел людей. Он знал, что хорошо, а что плохо, хотя, сам с трудом мог бы быть назван добродетелем.

— Знаю, ты пришел сюда ради моего совета, — наигранно произнес Патрик, вдруг хватаясь руками за плечи Элайджи, — поэтому говорю тебе, что быть загадочным хорошо лишь тогда, когда есть, кому тебя разгадывать, — сказал он, а потом рассмеялся, — а видео мои ребята сейчас проверят.

4:52:50 до полудня

— Ты уверена, что Элайджа не в Киберлайф? — спросил Гэвин, грубо нажав ногой на педаль тормоза, отчего автомобиль буквально уцепился колесами за асфальт. Машина остановилась на одном из парковочных мест, сбоку здания.

— Будь он здесь, от него бы было больше проку, — сказала Хлоя, быстро отстегнув ремень безопасности. Открыв дверь, девушка вышла из салона автомобиля и огляделась по сторонам. Порой Детройт бывает очень тихим. Гэвин вышел следом, он закрыл автомобиль и тут же направился ближе к грандиозной высотке.

— Куда ты идешь? — спросила Хлоя, когда заметила, что Рид не собирается идти через парадную.

— А ты собираешься прийти на ресепшен и сказать: «Здрасте, мы пришли ограбить кабинет Камски»? — недовольно воскликнул Рид, даже не останавливаясь. Он продолжил идти по намеченному пути, и Хлое ничего не оставалось, как просто последовать за ним.

Впереди была еще одна дверь, одиноко расположенная где-то далеко от посторонних глаз. Над ней виднелась электронная табличка, на которой было написано «вход только для персонала».

— Откуда ты знаешь, что здесь черный ход? — не могла не спросить девушка. Рид нажал на ручку, и вход в Киберлайф был им обеспечен, но после вопроса девушки, Гэвин все-таки остановился, размышляя над ответом.

— Знаешь, Хлоя, — произнес он, — есть вещи, узнав которые, ты в восторге не будешь, — закончил Рид, делая шаг за порог здания Киберлайф. Ответ был загадочен и крайне непонятен, но девушка не отчаивалась — у нее еще будет шанс во всем разобраться. Но сейчас лучше всего было бы просто сосредоточиться, ведь Гэвин, как-никак, полицейский и ему надо соответствовать. Тихо закрыв за собой дверь, Хлоя стала внимательно копировать все действия своего сегодняшнего напарника. Рид огляделся, поправил кобуру, прикрепленную к его ремню, и медленно прошел к служебному лифту. Обстановка накалялась с каждой секундой. Гэвин нажал на светящуюся кнопку и над дверью лифта начали меняться циферки.

— А если там кто-то внутри? — тихо спросила Хлоя. — Может, проще было бы подняться по лестнице?

— Не проще, — покрутил головой Гэвин, — идя по лестнице, мы с большей вероятностью наткнемся на уборщиков или охранников. Так что просто жди лифт, — добавил он, облокотившись своей широкой ладонью об стену. Цифры приближались к единице и, когда это произошло, Гэвин, сжав кулаки, встал перед открывающимися дверями. Но пока что там никого не было. Вздохнув поглубже, мужчина зашел в лифт и кивнул напарнице, чтобы и та пошевеливалась.

— Какой этаж? — спросил Рид, взглянув на Хлою.

— Тридцать четвертый, — быстро ответила девушка. Гэвин нажал нужную цифру, и двери лифта плотно закрылись. Было важно, чтобы никому не понадобился этот лифт, ведь лишняя пара глаз вряд ли будет хорошим дополнением к уже имеющемуся дуэту. Гэвин никак не мог найти себе место в этом узком лифте. Однако он не нервничал и все себя вполне сдержанно, но недовольное выражение лица все-таки его выдавало. Хлоя решила не терять тот момент, который ей предоставился судьбой, и, подойдя к Риду, она вдруг обняла его, обняла крепко, совсем не ожидая, что Гэвин соизволит обнять ее в ответ.

— Мать твою, совсем не время для любви, — холодно произнес Рид, закатив глаза.

— Ну, а когда же еще я смогу обнять тебя? — ответила Хлоя, отстранившись от мужчины. Он предпочел ничего не отвечать. Как всегда.

Лифт наконец достиг нужного им этажа, и двери открылись. Выйдя из узкого двигающегося помещения, Рид застыл на месте — он прислушивался. Взглянув на Хлою, он опять обратился к двери, ведущей из служебного помещения в настоящий сверкающий зал Киберлайф. Нажав на ручку, Гэвин приоткрыл дверь и, медленно пройдясь глазами по белоснежному коридору, сделал шаг вперед. Хлоя вышла следом.

— Гэвин, — прошептала она его имя, на что мужчина тут же обернулся и кивнул, ожидая вопроса, — нам надо в другое крыло, потому что его кабинет за стеклянным переходом.

— Знаю, — кивнул мужчина и, улыбнувшись, пошел в совершенно другую сторону. Девушка встрепенулась. Им нужно было вообще не в ту сторону! Но кто, Господи, в этом мире сможет переубедить Гэвина Рида? Вздохнув, Хлоя молча последовала за напарником, хотя, ей категорически не нравилось то, что он задумал. Тихо шагая по коридору, Рид аккуратно выглядывал из-за каждого угла и молился всем богам, чтобы на пути не было никаких охранников, а ведь Элайджа в последнее время просто обожает ими пользоваться. Прошло около получаса, а может и больше. Честно говоря, Хлоя сама уже не понимала, куда Гэвин идет, но ей сейчас совсем не хотелось ссориться с ним. Пройдя по длинному коридору мимо всех знакомых девушке кабинетов, мужчина свернул в узкий темный коридор. Он был больше похож на какой-то портал в далекие-далекие 2010-е, нежели на HI-tech.

— Черт, — прошипел Гэвин, когда увидел в конце коридора огромную фигуру охранника. Благо, он стоял спиной, поэтому не заметил Рида и Хлою, но, как говорится, можно было спокойно накаркать.

— Что такое? — успела спросить девушка, пока Гэвин не схватил ее за руку и не скрылся за первой попавшейся дверью. Им выпала кладовая. Темная, душная и узкая кладовая.

— Что ты... — хотела спросить девушка, но Рид вдруг зажал ей рот рукой. Свои руки он никогда не умел контролировать! Мало того, что прижимал Хлою к стене всем своим телом, так еще и рот ей затыкает.

— Молчи, — прошептал он как можно тише. Убедившись, что девушка не издаст больше ни звука, он отпустил руку и стал прислушиваться. Тяжелые шаги охранника становились все ближе и ближе, а потом стали отдаляться, пока наконец не скрылись за углом. Гэвин вздохнул, улыбнувшись самому себе под нос. Буквально отлипнув от Хлои, он вышел из кладовой, поправив темную куртку.

— Пойдем, — произнес он, махнув девушке рукой, — тут осталось совсем немного, — добавил детектив и, не теряя ни секунды больше, продолжил путь. Уже через несколько мгновений перед ним и его спутницей открылся знакомый вид кабинета Элайджи Камски. Плотные стеклянные стены отделяли его от коридора, а куча флоры внутри еще раз подчеркивало то, насколько же Камски был педантичен. Интересно, а для людей у него тоже есть особые места, или он раскидывает их так же, как и одежду у себя в комнате? Пожалуй, Хлое уже известен ответ. Подойдя к двери, справа от ручки они обнаружили небольшую панель, куда, вероятнее всего, предстояло ввести код доступа.

— Ты знаешь пароль? — спросил Гэвин, взглянув на Хлою.

— К сожалению, нет, — покрутила головой она, отвечая мужчине на поставленный вопрос, — тем более, тут голосовой ввод — нам ни за что это не открыть.

— Открыть, — протянул Рид, — еще как открыть.

— Каким образом?

— Я думаю, — произнес Гэвин достаточно резко. Он кашлянул в сторону, прикрыв рот кулаком, а потом нервно постучал ногой по полу. Его глаза начали бегать из стороны в сторону, пальцы на правой руке немного дергались, будто бы набирая в воздухе какой-то текст.

— Так, ну... — протянул Рид, — черт, надо говорить как он. Дофига типа джентльмен, да?

— Да, — кивнула Хлоя.

— Отлично, — уверенно кивнул Гэвин. Он подошел ближе к панели и, облокотившись рукой об дверь, начал говорить:

— Элайджа Камски, — произнес Гэвин, — 20180504022, — уверенно сказал он, после чего панель засветилась зеленым.

— Какие у вас похожие голоса... — прошептала Хлоя, но Рид не услышал ее. Пожалуй, она была в крайнем удивлении и даже не ожидала, что перед ней будет стоять точная копия Камски. А, может, это еще один его андроид? Так было бы более логично: двойник, занятый в полиции, — довольно-таки удобно.

— С добрым утром, мистер Камски! — громко произнес прибор, отчего Рид чуть ли в космос не улетел от испуга.

— Блять! Какого хера ты такая громкая? — стал возмущаться он, пытаясь схватиться хоть за что-нибудь, чтобы звук стал на несколько уровней ниже. — Пиздец! — напоследок воскликнул он, пока Хлоя, смеясь, зашла в кабинет Элайджи. Плюнув на разговаривающую панель, Гэвин тоже зашел в кабинет. И, как только дверь за его спиной закрылась, противный голос наконец заткнулся. Продолжая смеяться с поведения Рида, Хлоя прошла к компьютеру, который стоял ровно на середине стола.

— Не смешно, — наконец отреагировал Рид, встав напротив девушки, и скрестил руки на груди.

— Как скажешь, — усмехнувшись, кивнула Хлоя, присев на стул. Поудобнее расположившись за столом, ее пальцы опустились на голограмму клавиатуры и начали печатать что-то похожее на код. Да, обхитрить Элайджу было совсем не просто, но девушка попыталась сделать это.

Вздохнув, Гэвин понял, что андроид будет еще очень долго возиться с этим компьютером, поэтому можно было просто воспользоваться моментом и влезть в чертоги разума Элайджи. Фигурально. Рид стоял прямо в самом центре его головы, где Камски хранит почти все, что собирается сделать или что он уже успел сотворить. Нельзя просто так не воспользоваться этим. Еще раз взглянув на занятое выражение лица Хлои, Гэвин медленно прошел к изящным белым шкафам, выполненным в излюбленном стиле Элайджи — HI-tech. Аккуратно открыв одну из створок, Рид обратил внимание на то, что ручки были на магнитах, поэтому вовсе не касались дверцы. Это, в общем-то, очень красиво и, безусловно, актуально сейчас, но Гэвину никогда не нравились замысловатые дизайны. Ну да ладно. Перед его глазами стояли кучи электронных папок, а в каждой такой папке терабайты информации — бесполезно так что-то искать.

Аккуратно пройдясь кончиками пальцев по корешкам папок, зоркий взгляд детектива попал на папку, ничем не отличавшуюся от всех других. Подключив голову и наблюдательность, Гэвин сразу понял, что именно эту папку регулярно то вынимали из шкафа, то ставили назад. Вот и он решил достать ее оттуда. Открыв папку, его взгляд тут же захватили голографические файлы и вложения, образовавшие своеобразное дерево. На каждой «ветке» было по одному имени и так от верхушки до самого низа, но вряд ли низ означал конец. Пробегая глазами по совершенно неизвестным ему именам, он наконец наткнулся на что-то знакомое.

— Оливия, Коннор... — прошептал детектив, понимая, что андроиды расположены в соответствии с датой их выхода. — Исследования? — спросил он сам себя, когда взгляд добрался до последнего вложения. Открыв его незамысловатым движением пальца, Гэвин стал читать самый настоящий дневник Элайджи. Он читал о том, как Камски пытался перенести сознание человека в тело андроида. И у него это получилось. Если бы пациент не покончил с собой в палате.

— Гэвин? — окликнула его Хлоя. — Я нашла видео, — добавила девушка, однако глаза ее выражали лишь волнение и страх.

Рид сложил папку в шкаф и быстро подошел к андроиду. Он уперся руками в стол и внимательно уставился на экран. Хлоя нажала на кнопку запуска, и видеозапись начала загружаться. Стоит признаться, что Риду было крайне интересно посмотреть, что же на ней запечатлено, но интуиция заставила его отклониться от намеченного плана.

Подняв глаза на темный, неосвещенный коридор, Гэвин заметил вдалеке тени, быстро двигающиеся к кабинету. Мужчина тут же стал искать какие-либо пути отступления. Ему, конечно, пригляделось окно, но высота была колоссальной. Его взгляд опять остановился на том самом шкафу, по правую сторону от которого располагалась большая вентиляционная решетка. Но не успел он обрадоваться своей находке, как тишину нарушили звуки выстрелов.

— Хлоя, на пол! — тут же прокричал Рид, хватая девушку за талию и сталкивая ее со стула.

Хлоя поняла, что ситуация не из простых. Она еле успела схватить ноутбук, прежде чем Рид перевернул деревянный тяжелый стол, который должен был послужить им хоть какой-то защитой от пуль. Опершись спиной об Рида, сидевшего рядом, девушка решила, что скачает видео, чтобы Камски не сумел удалить его. Гэвин понял это, поэтому, выхватив пистолет из кобуры, уже готовился к обороне. Охранников в этот раз было много. Во всяком случае больше, чем один, но Рид не сдавался. Он давно понял, что Элайджа установил пуленепробиваемое стекло, так что еще некоторое время оно может выдержать.

— Хлоя, быстрее! — нервно произнес Рид, взглянув на девушку. Детектив внимательно считал количество пуль, выпущенных неприятелем, чтобы определить, сколько конкретно охранников сейчас по ту сторону стеклянных стен кабинета. Быстро высунув голову в бок, ему на глаза бросился еще один стол.

Он был больше, шире и длиннее, видимо предназначенный для каких-то встреч. Этот стол как раз находился на пути к шкафу, за которым торчал край вентиляционной решетки. Плюнув на видео, Гэвин схватил Хлою за руку и ринулся к соседнему столу, придерживаясь своего плана. Девушка уронила ноутбук, и тот, в силу своей хрупкости, разбился, но Хлоя не собиралась возражать Риду.

Новый стол Гэвин тоже перевернул. Все, что стояло на нем, попадало в разные стороны. Хлоя немного перепугалась, когда ей в спину прилетел какой-то золотистый кубок, больше похожий на детскую игрушку, нежели на трофей, но Гэвин этого не замечал. Он был слишком сосредоточен на побеге. Быстро встав с колен, он ловко подвинул шкаф в сторону, чтобы можно было наконец добраться до решетки, но в этот момент пуленепробиваемые стекла кабинета вдруг рухнули. Вновь присев на корточки, скрыв свое тело за столом, Рид взглянул на Хлою.

— Ты должна мне довериться, — сказал он, протянув девушке рукоять пистолета.

— Что? — не поверила она. — Что ты делаешь?

— Возьми! — настоял Рид, буквально впихнув пистолет между бледных рук андроида. — Прикрой меня, — добавил он напоследок, прежде чем вдруг подняться и ринуться к решетке с ножницами в руках.

Хлое ничего не оставалось, как подняться на колени и открыть огонь по неприятелю. Конечно, она не была Оливией и стрельба давалась ей сложно, но она старалась. Девушка поняла, что под свинец охранники не полезут, так что Рид был в полной безопасности. Хлоя действительно не знала, как обращаться с оружием, поэтому она даже особо не целилась. Патроны заканчивались, но она даже не подозревала об этом. А вот Гэвин считал каждую пулю, вылетевшую из знакомого полицейского пистолета.

Вырвав последний шуруп, Рид вернулся к девушке, проскользив по холодному полу. Он схватил ее за руки, чтобы та вышла из куража и адреналина, и уже хотел выстрелить, но в стволе остался лишь один патрон.

— Черт! — прошипел Рид.

Вдруг ему на глаза бросился потайной ящик, оформленный в виде красивой деревянной дощечки с именем изготовителя. Отломав ее к чертям собачьим, Рид нашел там процессор. Тот самый процессор модели RK750, который Элайджа хранил, как трофей. Не долго думая, Гэвин бросил его прямо под ноги охранникам и, когда те лишь усмехнулись недалекости полицейского, не сумевшего отличить процессор от гранаты, Рид выстрелил в него. Процессор взорвался. Конечно, не так действенно, как граната, но это дало им лишние секунды, которыми Рид собрался воспользоваться.

— Идем, быстро, — сказал он, сложив пистолет в кобуру. Он встал, подбежал к вентиляции и краем глаза заметил, что девушка вовсе не двигается. Эта секунда, на которую девушка задержалась, могла стоить им жизней, и Гэвин понимал это.

Тоже поднявшись с колен, девушка заметила у себя под ногами тот самый золотистый кубок. Ей сразу же бросилась в глаза надпись на потрепанной временем табличке: «победители Элайджа и Гэвин Камски». Она не смела задерживаться на месте больше пары секунд, поэтому у нее даже не было времени, чтобы подумать. Но вскоре она наконец поняла.

Разве могут два таких разных человека быть связаны настолько сильно? Невозможно... Но зачем? Зачем тогда Гэвин настолько сильно отстранился от Элайджи? Нет, сейчас не время для этого. Наконец вернувшись в реальность, Хлоя увидела недовольные глаза Рида. Показалось, будто бы время на секунду остановилось... Но звуки выстрелов теперь не растекались по воздуху, словно туман. Зачем вообще они стреляют? Неужели прежде, чем палить, нельзя было задать пару вопросов, как это любят делать все полицейские Детройта?

— Лезь внутрь, дура! — прокричал Рид, схватив девушку за руку. Он совсем не отдавал себе отчета, насколько же грубо все делал, но его винить не было смысла — он пытался спасти ее. Но он забыл, что перед ним андроид. Напоследок обернувшись, девушка заметила, как из-за угла раздался выстрел. Она встала напротив Гэвина, расставив руки в разные стороны. Секунда — ее тело дрогнуло, но не упало. Больно не было, но было непривычно. Что-то пошло не так внутри программ, что-то странное теперь творилось в голове. Гэвин что-то кричал, потом схватил Хлою так крепко, как только мог и, сделав еще несколько движений, скрылся внутри вентиляции вместе с андроидом.

Шахта была, конечно, не особо комфортабельной, но и у Гэвина имелся козырь в рукаве. Его подготовка — вот то, что сейчас было очень кстати. Хлоя не помнила, как погоня прекратилась. Она не помнила, как охранники перестали палить внутрь шахты. Она лишь видела, как Рид тащит ее, держа всего одной рукой. Весь его вес и вес андроида приходился на одного детектива. Ползком, Гэвин кое-как добрался до колена шахты. Вот только там она уходила вниз. Вниз на несколько этажей. Перевернувшись на спину, Гэвин начал выползать на развязку, держа Хлою на себе. Он уперся спиной об северную границу шахты, а ногами — об южную, и положил девушку себе на колени, чтобы хоть как-то сбалансировать вес. Сложно. Сложно было висеть в темной шахте, когда не видно, сколько там внизу этажей. Но он все равно начал спускаться. Переставляя ногу на несколько сантиметров вниз, они медленно двигались ближе к земле.

— Ну почему я согласился... — шептал Гэвин сквозь зубы. Его тело начинало дрожать с каждой секундой все больше. В начале бедра, потом колени, спина и даже шея — но он держал себя и держал Хлою.

— Я скачала его, — произнесла девушка хриплым голосом. На секунду Рид забыл о боли и обо всех неудобствах.

— Ты как? Что показывает счетчик? — тут же спросил мужчина, останавливаясь.

— 37 минут до полного отключения, — смиренно ответила девушка.

— Тебе больно?

— Нет. Мне... так жаль.

— За что? — спросил Гэвин, продолжив медленно спускаться. Хлоя повернула голову в сторону, чтобы хоть как-то увидеть лицо Рида, но все, что она могла видеть, — лишь очертания его губ, шрама на носу. Но и этого ей было достаточно.

— За все то, что тебе пришлось терпеть из-за меня.

— Если ты собираешься прощаться, то это н-не самое лучшее время, — сквозь зубы проговорил Рид, переставляя ноги друг за другом.

Равновесие совсем стало подводить его, поэтому, убрав одну руку с талии андроида, он уперся ею об стену шахты. Даже в приглушенном свете самых далеких ламп, он заметил, что вся его ладонь была в голубой крови. Это плохо. Куда ее везти? Как спасать? Есть лишь одно место, где ей точно помогут.

— Если бы не я, — шептала девушка, отвернувшись, — тебе бы не пришлось вновь видеться с Элайджей. Это ведь из-за меня ты тогда... не смог оставить его дом. Ты приезжал и смотрел, чем мы заняты. А я, дура, думала, что с твоей помощью смогу распрощаться с ним, что он отстанет от меня. А в итоге я... я лишь вновь сблизила вас.

— О чем ты говоришь? — спросил мужчина, остановившись. — Слушай, твои настройки — ни к черту, давай не будем...

— Гэвин Камски. Тебя ведь так зовут? И дата рождения у вас, значит, одинаковая, — добавила Хлоя, опять повернув голову к детективу. Рид вздохнул. Он позволил девушке положить макушку на его плечо, позволил ей смотреть ему в лицо. Лишь бы только выбраться отсюда, какими бы причудами это все ни обернулось.

— Хватит молчать, — не унималась андроид, — я видела кубок. Там ваши имена и ваша фамилия. Там был указан год: 2018.

— Что ты хочешь, чтобы я тебе сейчас сказал? — резко ответил Рид. — Просто сиди молча.

— Разве я не заслужила правды? — не собиралась отступать Хлоя. — Мне нужно услышать только пару слов, Гэвин. Пара слов и я оставлю тебя одного. Тебе не придется больше видеть ненавистных андроидов.

— Мать твою... — прошептал детектив, положив обе руки на талию девушки. — Да, мы братья. Мы... были братьями, но сейчас это все не более, чем пустой звук что для него, что для меня. И ты... ты не ненавистный андроид, — ответил Гэвин, глубоко вздохнув. Все его тело дрожало, находясь в напряжении, но он даже не думал сдаваться. Хлоя замолчала. Гэвин скажет... Гэвин все расскажет. Обязательно.

— Сколько отсюда до Иерихона? — спросил Рид, вглядываясь в темноту, что простиралась на многие-многие метры вниз.

— 18 минут и 35 секунд, — сказала Хлоя в ответ, закрыв глаза. Она уже не надеялась ни на что, она лишь думала про то, как такие два разных человека могут быть столь близки между собой. Гэвин и Элайджа... Нет, в чем-то они очень похожи, особенно когда дело доходит до личного. Оба закрываются, как маленькие котята, что прячутся в коробке. Оба своенравны и любят, когда о них говорят. Вот только Элайджа любит всегда слушать похвалу и находиться в свете миллиона камер, быть на виду у миллиардов глаз. А Гэвин любит, когда все вокруг думают о нем, но молчат — это куда опаснее и сильнее. Они оба непредсказуемы, но если от Элайджи вполне можно ожидать эгоистичных выходок, то от Рида — совсем не ясно, чего ожидать. Гэвин другой. Он интереснее. Он не простился с прошлым, как сделал это Элайджа. Иногда помнить прошлое куда важнее, чем строить будущее.

— Сколько у тебя еще есть времени? — опять раздался голос детектива.

— 29 минут.

— Сука, все хреново, — недовольно произнес мужчина, шумно вздохнув, — непонятно, где же еще одно колено... — добавил Гэвин, покрутив головой в разные стороны. Он взглянул вверх, надеясь, что, может, вскарабкаться будет куда быстрее — но нет. Такое чувство, будто они вдвоем застряли в какой-то бесконечно длинной временной петле.

— У нас всего-то 11 минут, как я понял.

— Скорее всего меньше, потому что тириум вытекает куда быстрее...

— Тогда... тебе придется довериться мне еще раз.

— Собираешься полететь вниз? — улыбнувшись, произнесла Хлоя.

— Я удержу нас, когда внизу покажется поворот. Иначе ты... умрешь.

— Знаешь, — усмехнулась она, — ты единственный, кто подумал о моей жизни за все это долгое время.

— А как же Элайджа?

— Думаешь, если живешь в шикарном доме, значит и жизнь сразу становится шикарной?

— Зная Эла, я могу сказать, что с ним всегда будет плохо.

— Твой брат... Поэтому ты знаешь потайные ходы Киберлайф. Поэтому ты знаешь серийный номер Оливии, которым Элайджа закрывал кабинет. Поэтому ты зовешь его Элом...

— Держись, — сказал мужчина, еще раз взглянув вниз. Он обхватил девушку своими сильными руками и, чуть расслабив ноги, начал скользить вниз. Не падать, но скользить. В начале казалось, что это самый лучший и быстрый выход из ситуации, но Гэвин знал, что за этот ловкий поступок ему придется расплатиться сполна. Уже через несколько мгновений спина начала чувствовать тепло. Тепло, переходящее в жар. Простая обжигающая физика. Но ему было важно спасти ее — он ведь обещал. Обещал рассказать правду, обещал спасти. Он — не его брат. Немного пошатнувшись, Рид был вынужден упереться ладонями об стены шахты — и тоже стереть их в порошок. Но это сейчас не так важно. Раны заживут. Мужчина старался не подавать виду, что ему больно, что на его спине и руках сейчас появляются ожоги. Но тело его страдало. Взглянув вниз, он наконец увидел заворот куда-то вправо. Резко упершись ногами со всей силой, которая только осталась, он, как и обещал, затормозил. Наконец почувствовав опору под ягодицами, он расслабил ноги — они ныли, тряслись в коленях. Гэвин посмотрел на Хлою, вот только она уже была без сознания. Все полетело. Тириума было так мало, что он не мог обеспечивать компоненты нужными элементами.

— Сейчас, я же обещал тебе, — сказал сам себе Рид, сняв с себя куртку. Он перевязал рукава между собой на животе андроида, чтобы хоть как-то остановить кровотечение, но вряд ли это сильно помогало. Опять нырнув в шахту вентиляции, ведущую вправо, детектив заметил решетку. Свобода!

Выбив ее руками сквозь боль во всем теле, Рид выбрался на очередной этаж, держа девушку на руках. Даже не оглядываясь, он побежал вперед. Единственное, что ему сейчас было нужно, это лифт. И он нашел его. Добравшись до первого этажа, мужчина, срываясь на бег, оставлял позади любого, кто намеревался встать у него на пути. Не нужно сейчас этих глупых вопросов, не нужно сейчас ни от кого помощи! Дайте времени — и только. На улице становилось теплее, солнце восходило выше и выше. Добежав до машины, Рид аккуратно положил Хлою на задние сидения, а сам быстро запрыгнул за руль. Уже через секунду машины была заведена, и детективу осталось только нажать на педаль газа да сорваться с места вперед.

Вряд ли Гэвин действительно считал, сколько минут осталось. Он просто понимал, что времени мало, а дел еще очень много. Он даже не понял, почему никто из охранников не встретил его около выхода: неужели они все были заняты их поисками там, наверху?

Иерихон, Иерихон... это слово было единственным, что так назойливо и безутешно крутилось у него в голове. Знаете, что самое ужасное в том, чтобы умереть рано? Ты умрешь, не вкусив весь спектр чувств. Вот, что Хлоя ощутила за столь короткий период? Ласку, свободу? А, может, любовь? Вот это вряд ли... Люди по натуре своей чувственные создания. Сами того не замечая, они гоняются за ощущениями, гоняются за той химией, что происходит в их сознаниях. «Каждый должен быть счастливым» — сейчас эта фраза понимается слушателями немного не в том русле. Из-за повседневности мы забываем, чего действительно желаем. Но ни один человек в мире не хотел бы лишиться чувств. Именно поэтому Гэвин и хочет спасти Хлою, потому что она ощутила еще не все. Именно поэтому людей и спасают, в принципе. От смерти или невзгод. От чего угодно.

Вновь сияющее здание Иерихона показалось на горизонте. Строительные работы еще не были закончены, но добрая половина была восстановлена. У Рида не было ни идей, ни желания заваливаться в парадную и кричать «на помощь», поэтому он заехал со стороны въезда на склад. Да кому, к чертовой матери, не будет известно, где черный ход у одного из самых известных зданий Детройта! Бросив машину прямо напротив въезда в хранилище, мужчина достал девушку, вновь взяв ее на руки. Он нежно держал ее хрупкое тело на своих сильных и закаленных работой руках. Не заметив, что около двери на склад кто-то сидит, Рид уже хотел выбивать проход ногой.

— Гэвин Рид? — вдруг раздался голос Норт. — Какого... Боже! — воскликнула она, когда детектив подбежал ближе. — Саймон, помоги!

— Иду! — резко отозвался тот, тут же открыв дверь на склад. Они вдвоем попытались отобрать Хлою у Гэвина и спросить, не ранен ли тот сам, но Рид, словно завороженный, никого не слушал. Ему было плевать. Да на всех плевать, чего уж там. Оттолкнув Саймона от себя, мужчина широким шагом понес Хлою внутрь Иерихона.

— Алло, — уже договаривалась о чем-то Норт, шагая следом за детективом, — срочно приготовьте реанимацию! Пулевое ранение в области живота.

— Выше! — воскликнул Рид. — Выше области живота! Куда, сука, идти?!

— Налево, в конец холла, — сказал Саймон, открыв перед детективом дверь со склада. Они шли быстро, Норт вырвалась вперед и уже побежала в мед.корпус, чтобы поднять всех на уши. Саймон провел Рида к нужному повороту, открыл дверь специальным пропуском, а там, прямо на пороге, появилась дюжина андроидов-врачей. Они подвезли каталку, заставили Рида положить Хлою на нее и, как только пациентка оказалась в нужном месте, повезли ее в реанимацию. Гэвин не отставал. Он, уцепившись двумя руками за бортик, бежал вместе с врачами. Вскоре рядом с ним нарисовалась Норт, которая опять раздавала всем какие-то поручения, но Рид не хотел ее слушать. Ему было все равно, что она говорит: он не помнил, сколько минут осталось. Даже не успев толком собрать свои мысли в кучу, перед Гэвином закрылись двери страшного, невзрачного кабинета. Конечно, его не пустили туда! Остановившись около двери, он прислонился к ней спиной, подняв голову вверх.

— Черт! — прошептал Рид, а потом со всей силы стукнул по стене. Рука заболела, и он смог отвлечься от того, что происходило вокруг. Но потом, как только боль в костях немного утихла, он вспомнил про свою спину, которая давно болела от ветреной поездочки по вентиляционной шахте. Но он никуда не уйдет, он будет ждать Хлою здесь.

Присев на скамейку, стоящую слева, детектив скрестил руки на груди и опустил глаза вниз, начиная рассматривать незамысловатый узор на плитке. За дверью было слишком тихо. Невероятно тихо! Риду это не нравилось. Сам того не замечая, он просто еще раз хотел услышать голос этого доброго и, как ни странно, полюбившегося ему андроида. Но почему? Куда делась эта ненависть к машинам, которая всю жизнь преследовала Рида? Может, это новая эра для детектива, а может, он просто вспомнил то, что когда-то было между ним и Элайджей. Интересно, слова брата для него еще что-то значат?

— Рид? — раздался голос Маркуса, а потом и фигура главы Иерихона появилась на горизонте. Мужчина поднял голову, заметил, что девиант вышел из операционной. Детектив встал, надеясь услышать хоть что-то о состоянии Хлои, но лицо Маркуса не было настроено на беседу.

— Что с Хлоей? Это из-за тебя, да? — спросил глава девиантов, буквально налетев на Гэвина. Он встал в паре сантиметров от него и так пристально смотрел в глаза, что Рид даже почувствовал мурашки на своей коже.

— Ну... только лишь отчасти.

— И тебе хватило наглости привести ее сюда?

— А куда мне было ее везти? — по привычке стал возмущаться Гэвин. — Она сама на линию огня вылезла!

— Так же, как и Коннор тогда, да? — чуть повысив голос, ответил Маркус.

— Да при чем тут, блять, Коннор?

Маркус замолчал. Он покрутил головой в стороны, поставил руки на талию и отошел на шаг назад. Казалось, что диалог не состоялся, но он, хотя бы, не сказал, что Хлоя мертва, что радовало Рида. Но пауза была недолгой: опустив голову, Маркус сжал кулаки, нахмурился и уже через секунду ударил Гэвина прямо в нос. Рид отшатнулся назад, совершенно не ожидая такого нападения. Он пытался устоять на ногах, но ему это очень плохо удавалось, а еще через мгновение мужчина лежал на полу, облокотившись на левую руку, пока правая старательно держалась за нос.

— Да какого хера?! — возмутился Рид. — Хлоя тут только потому, что я пытался ее защитить!

— А это тебе, блять, за Коннора! — сказал Маркус, тыкнув пальцем на детектива, словно тот был маленьким мальчиком, который только что провинился. Гэвин не стал отвечать, потому что это было справедливо. Он медленно встал, убрал руку от лица, взглянув на то, сколько же крови вытекло, а ее там было много. Чистой рукой Рид попытался вытереть ее, но вряд ли этого хватит надолго.

— Что случилось? — спросил Маркус. — Ты обязан рассказать мне все.

— Хлоя подслушала разговор Элайджи, — начал Рид нехотя, — у Коннора и Хэнка проблемы, она позвонила мне, рассказала все вот это. Я... пытался ее отговорить, а она, мать ее, все равно решила влезть в это дурацкое дело.

— Как получилось так, что в нее стреляли?

— Ну мы... — с каплей стыда в голосе сказал детектив, — пролезли в кабинет Элайджи, она стала копаться в ноуте: искала файл, который, как она говорит, как раз и поможет им там, в Лондоне. А потом к нам вышла охрана, они сразу открыли огонь, поэтому я уже не думал о том, успела она сделать то, что хотела или нет. Я просто старался вывести ее из здания.

— Ясно, — кивнул Маркус, — то есть ты не знаешь, взяла ли она файл?

— Без понятия, — покрутил головой Гэвин, опять зажав нос пальцами.

— Есть смысл спросить Хлою о том, что произошло, как только врачи спасут ее.

— Ты уверен, что ее спасут?

— А ты, разве, нет? — сосредоточенно произнес Маркус, взглянув на Рида. — Скажи мне, почему ты привез ее сюда?

— Куда еще я мог ее отвезти?

— В любой пункт починки андроидов, — сказал парень, как само собой разумеющееся, — ты мог сдать туда, ее бы вернули Элайдже, починили бы кое-как... Но ты ведь привез ее в Иерихон. В место, где кругом одни девианты. Это сделал тот Гэвин Рид, которого я знаю?

— Да ты меня вообще не знаешь, чертов ведроид.

— Зато я вижу, что ты не знаешь сам себя. Почему ты вообще стал ей помогать? Почему не оставил одну? Что двигало тобой в тот момент, а что движет тобой сейчас, когда ты сидишь здесь и ждешь врачей?

— Я... — протянул Рид, но потом он сморщил лоб и явно передумал отвечать. — Да пошел ты.

— Я-то уйду, — продолжил Маркус, — и продолжу вести девиантов, продолжу строить наше будущее, а ты так и останешься в неразрешенном настоящем. Думаешь, тем, что послал меня, ты оскорбил меня? Нет, ты просто отверг еще одну попытку мира открыть наконец твою душу тебе же самому. И сейчас, когда я уйду туда, в операционную, и буду смотреть на Хлою, ты можешь подумать о том, что ты хочешь ей сказать. Или подумать о том, что ты опять запрешь внутри себя. Мне все равно, Гэвин. Ты — всего лишь человек, — закончил Маркус, покрутив головой в разные стороны. Постояв еще несколько мгновений, он развернулся и молча растворился за большими дверями операционной.

Рид закатил глаза, в нем сейчас бушевал настоящий пожар. Все вокруг так бесило, хотелось лишь рвать и метать, но вряд ли это поможет делу. Глубоко вздохнув, он вытер кулаком каплю крови, вновь появившуюся на губе, и вернулся на скамейку. Он не уйдет, но и не останется. Все это слишком сложно для него. Почему именно сейчас? Именно этой весной? Почему это все не могло случиться пару лет назад или... почему это не может произойти через пару лет, там, впереди? Зачем сейчас? Ссора с братом. Гибель семьи. Потом андроиды, восстание, революция...

7:54:01 до полудня

Гэвин уже потерял счет времени. Он не знал ни сколько просидел тут, ни сколько еще времени надо врачам, чтобы спасти Хлою. Впервые за долгое, долгое время он почувствовал, что сомневается. Сомневается в себе, в том, как он относится к окружающему его миру. Справедливо ли это? Вдруг Рид услышал какое-то движение справа. Он тут же обратил внимание на выходящие из операционной фигуры, среди которых был Маркус. Андроид остановился, взглянул на детектива и, как только тот хотел задать свой вопрос, развернулся и ушел. Сорвавшись с места, Гэвин тут же залетел в операционную, но и там было пусто.

— Что же это такое... — прошептал мужчина, перешагивая с одной ноги на другую. Ему на глаза бросилась еще одна дверь, в противоположном углу помещения — туда он и направился. Она открылась перед его лицом и впустила детектива в совершенно другой мир. Врачи, пациенты, куча техники — вот, что сейчас было перед ним. Это что... отдельный госпиталь для девиантов? Неплохо они тут устроились.

— Простите, — воскликнул Рид, подбежав к первому попавшемуся андроиду, одетому во что-то отдаленно напоминающее одежду работника подобного рода учреждения, — сюда только что поступила девушка... Эм... Андроид, Хлоя, с пулевым ранением.

— О, да, — кивнул медбрат, сразу же сверяясь с электронным списком, загруженным на планшете, — она в палате 115. Это прямо в конец коридора.

— С... спасибо, — очень тихо сказал Рид и, сорвавшись на бег, направился к нужной палате. Он чуть не оторвал дверь, когда залетал внутрь, чем, конечно, напугал Хлою, но вовсе не удивил. Она лежала, укутанная одеялом, на мягкой подушке, и смеялась тому, каким же нелепым выглядел сейчас Гэвин. Детектив чуть успокоился, поправил куртку и, медленно подойдя к андроиду, присел на стул.

— Ну? Как себя чувствуешь? — начал разговор он, откинувшись на спинку сидения.

— Гэвин, я не чувствую боли. Мне заделали рану, восстановили запас тириума, все хорошо.

— Да, точно... ты же андроид, — задумчиво произнес детектив, опустив голову. Хлоя мило улыбнулась, она ни в коем случае не хотела, чтобы Рид чувствовал вину за что-то, но возвращаться в события, из которых они еле выпутались, — не лучшая затея.

— Видео у меня, — произнесла девушка.

— Правда?

— Маркус забрал его, и сейчас они с ним разбираются. Можешь не волноваться, здесь точно со всем разберутся, — сказала девушка, все еще улыбаясь. Она видела, что Гэвин поник, смотрел вниз и, кажется, совсем потерялся внутри своих мыслей. Чуть приподнявшись, Хлоя вылезла из-под одеяла и села напротив детектива, представ пред ним в темной, облегающей одежде. Точно такой же, какую носила Норт. А Хлое шла черная майка и такие же черные штаны с кучей карманов по бокам. Любая девушка-полицейский так одевалась бы, но...

— Нет, — покрутил головой Рид, — нет, Хлоя, надень платье.

— Что, совсем не идет? — усмехнулась та, а потом заметила, что Рид вовсе не улыбался. Неужели для него это все так серьезно? — Ну, слушай, у меня сейчас нет платья. Как буду дома, так переоденусь, если хочешь.

— Ну, я... я, в принципе, не заставляю, просто... тебе в платье лучше, — запинаясь, произнес детектив, потрепав волосы, которые и так выглядели как мочалка. Он вздохнул. Казалось, каждая минута здесь давалась ему чересчур сложно, но, собравшись с мыслями, он поднял глаза и начал говорить:

— Мне... я никому прежде не рассказывал ничего о себе. Ты будешь первой и, похоже, единственной, кто узнает все, что было. Вообще, прошло много времени, следов не осталось нигде, так что... ты будешь и правда единственной, кто знает это.

Хлоя кивнула. Она внимательно уставилась на детектива и просто слушала: пусть говорит, пусть наконец расскажет хоть кому-нибудь все то, что мешает ему жить. Он даст себе вздохнуть, он даст Хлое вздохнуть, он опять спасет их обоих.

— Мы с Элайджей братья, — кивнул Гэвин, — это правда. Мы близнецы, хоть и не похожи друг на друга. Мы вообще никогда не были похожи. Мы учились в одной школе, жили в одной комнате, обедали за одним столом, но... Элайджа всегда был другим. Мама проводила с ним кучу времени, а папа — со мной. Я даже не знаю, что конкретно тебе рассказать...

— Расскажи, почему вы поссорились?

— О... — протянул детектив, иронично улыбнувшись себе под нос. — В старшей школе была одна девушка. Блондинка, голубоглазая, невысокая, но стройная. Она всегда носила хвост и была мила как с друзьями, так и с недругами. И звали ее... — воскликнул Гэвин, взглянув на андроида.

— Хлоя, — протянула девушка. В ее глазах было недоумение, она даже и представить не могла, что правда настолько завораживающая.

— Да, Хлоя. Хлоя Грейс Темпл.

— Значит, где-то в мире есть точно такая же Хлоя, как и я, только человек? — улыбнувшись, спросила девушка, явно не понимая, к чему ведет Рид.

— Если бы ты тогда не сделала одну ошибку, не сказала бы всего одну фразу, ты бы... черт, я имел в виду не тебя, а ее — человека.

— Все хорошо, продолжай. Что-то произошло, верно?

— Ничего такого, — тут же покрутил головой детектив, — Элайджа влюбился в ту Хлою, а она была той еще занозой в заднице. Динамила его, френдзонила, устраивала разные нелепые козни. Эл поэтому часто пропускал школу, потому что поголовно все смеялись над ним, а я ничего не мог сделать, да и не хотел. Хотя, признаюсь честно, раньше я защищал брата любой ценой. Элайджа любил копаться в гараже отца и собирать разные вещи: начиная от фена и заканчивая тостером. Вместо того, чтобы делать уроки, он собирал металлолом по свалкам, приносил в гараж и часами сидел там. Один раз он даже пропустил Рождество. Мне было непонятно, почему же мой брат совсем не общается со мной. В начале было обидно, потом — все равно. Но помимо того, что он вдруг начал собирать маленьких роботов, квадрокоптеры и делать механических рыбок для моего аквариума, он еще и мастерски использовал людей. Кто бы к нам не приходил, он заинтересовывал их, а потом, неожиданно для всех, бросал как мусор. Нравилось ему это или нет — спросишь его сама, но, если не видишь, он до сих пор поступает так же. Как только Элайджа основал Киберлайф, для родителей больше не существовало меня. Был только их... гениальный Элайджа Камски. Он играл даже с нашими родителями, и, как видишь, их теперь нет. А я знал, что так будет, но никто и никогда не считался со мной. Я собрался и ушел в полицейскую академию. Элайджа открыл тириум, встречался с той самой Хлоей, сделал первого андроида... а потом сделал тебя, по образу той самой девушки. Мне вовсе не было места в его жизни, да я и не хотел... Он сделал мне больно, так что после инцидента с аварией на шоссе, я сменил фамилию, сжег все документы, которые связывали бы меня с ним, и сказал ему, что мы чужие друг другу люди. И вот, мы здесь, как видишь.

— Ты не любишь андроидов потому, что думаешь, что Элайджа променял тебя на нас? — спросила девушка, но Гэвин ей не ответил, да и не собирался отвечать. — А что за случай с аварией на шоссе?

— Мне бы правда хотелось рассказать тебе все, но сейчас это единственное, что я могу, — быстро произнес мужчина, вдруг встав со стула, — пожалуйста, вернись домой, чтобы Эл ничего не заподозрил, ладно? Я возьму у Маркуса видео, послушаю, что он скажет, и тоже отправлюсь домой. Давай... давай не будем рисковать снова? Ты и так много сделала. В Иерихоне разберутся, — добавил он и, не дожидаясь ответа, вышел из палаты.

Девушка опять осталась одна. Ее грело то, что Гэвин рассказал правду, пусть и не всю, но он хотя бы открылся ей. Но в его рассказе было что-то не так. Непонятно как, но андроид чувствовала это всеми частичками своего тела. Ладно, еще немного под наблюдением врачей в более-менее безопасном месте и она отправится домой. Опять к Элайдже.

9:08:15 до полудня

Дом, милый дом. Гэвин хоть и был братом Элайджи, но особой роскошью похвастаться не мог, да и не хотел. Он был обычным полицейским, живущим в не менее обычной квартире-студии, недалеко от главной ветки метро. Небольшая ванная комната, совмещенная с уборной, а дальше... огромная комната, обставленная мебелью. Пусть Рид и не выглядел спокойным человеком, но, говорят же, что дом меняет людей.

Его квартира была светлой и уютной. Войдя за порог, перед тобой тут же открывалась панорама Детройта справа, и большие окна от самого потолка и до пола были отличным решением. Прямо перпендикулярно окнам стоял диван и одно кресло рядом, кофейный столик с кучей папок под ним. Напротив дивана висел большой телевизор, куда же в 2038 году без телевизора? Сразу за спинкой дивана стоял небольшой обеденный стол, оттуда же начиналась и кухня. Она была небольшой, но уютной. Слева же была самодельная перегородка, похожая на неровно обрезанные деревянные брусья. Прямо за ними располагалась широкая кровать, шкаф с одеждой и стеклянный компьютерный стол, где, вероятнее всего, детектив и работал. К тому же, по всем углам были расставлены прекрасные зеленые растения, которые делали это место еще уютнее. А прямо перед перегородкой, стоял большой беленький кошачий дом. Все вокруг было в необычайно приятных оранжевых и персиковых тонах. Не хватало лишь зажженного камина, который, кстати, располагался сбоку от кровати.

Гэвин открыл дверь ключом, зашел внутрь своей теплой квартиры. Толкнул дверь ногой, чтобы та закрылась, снял обувь, даже не поставив ее аккуратно. У него слишком болела спина, да и все тело разом. Он медленно прошел к ванной, включил свет и начал раздеваться. Рид быстро снял штаны, носки, бросив их в открытую корзину для грязного белья, а потом приступил к футболке. Только он поднял руки, чтобы наконец стянуть ее, как жгучая, раздирающая изнутри боль наполнила каждый миллиметр его тела. Он буквально отдирал ткань от своей кожи, но сделал это, бросив футболку все в ту же корзину. Мужчина открыл кран, повернув смеситель куда-то вправо, и зашел в душевую кабинку, даже не снимая нижнее белье. Было так больно, что уже все равно, есть на тебе еще какая-то одежда или нет. Вода капала сильной струей и Рид подставил под нее свою спину. Впившись руками в стену, отделанную плиткой, он дергался каждый раз, когда капли касались тела. На спине был ожог и прохладная вода немного помогала. Вода вообще помогала. Найдя в себе силы, детектив закрыл стеклянную дверцу кабинки, замечая краем глаза, что прямо в дверях ванной комнаты сидит кот. Он, наклонив голову на бок, вопросительно смотрел на хозяина, медленно виляя хвостом из стороны в сторону.

— Привет, — прошептал Рид, возвращаясь под воду. Он отвернулся к стене, снял с себя всю оставшуюся одежду, бросая ее куда-то в угол кабинки, и, подставив лицо под воду, закрыл глаза. Было хорошо, но больно. Однако боль постепенно угасала, оставляя лишь прохладные капли воды. Ну вот, теперь Хлоя знает, что вы братья, а ведь ты так не хотел никому говорить. Но никто тебя и не заставлял делать это, верно? Ты сам так решил.

10:00:00 до полудня

Как же все переменчиво. Что люди, что погода, что города... Еще утром город был окутан туманом, таким серым, тяжелым и загадочным. Читатель простит меня за столь большую любовь к Детройту, но кто в этом маленьком мире не любит красивые виды? Вот и этот город был красив, особенно в лучах утреннего солнца. Особенно когда туман наконец ушел.

— Я не уверена, что мне стоит ехать к Элайдже, — сказала Хлоя, повернув голову в сторону своего сегодняшнего водителя. Норт была, конечно, не самым лучшим собеседником, однако, рядом с ней ты чувствуешь себя в безопасности.

— Гэвин сказал отвезти тебя к нему без лишних вопросов.

— Понимаю, — кивнула девушка, — но ведь видео! А расследование? Вы мне даже ничего так и не сказали... Никто из вас.

— Потому что тебе не надо подвергать себя опасности, — опять холодно ответила Норт, — ты сделала достаточно, так что сейчас просто вернись в нормальный ритм жизни.

— Ну, а если я не хочу жить так? Если я не хочу жить в таком мире?

— В каком? В мире Элайджи Камски? Не делай из мухи слона, Хлоя, — усмехнувшись, произнесла Норт, выезжая на знакомую блондинке дорогу. Пара метров — и особняк уже покажет себя.

— В каком смысле? — возмутилась Хлоя. — Ты же прекрасно понимаешь, что я не могу просто взять и уйти от Камски!

— Правда? — саркастично произнесла Норт. — А если подумать? Это твоя гребанная жизнь, поэтому если ты хочешь, то ты можешь. Меня научил этому Маркус, — добавила она, останавливаясь напротив дома Элайджи. Норт повернулась к Хлое и, опершись локтем об плечико сидения, взглянула на собеседницу.

— Почему ты так смотришь на меня? — спросила та, недоумевая вскинув бровь.

— Потому что очень легко жаловаться и говорить, что ты заложница обстоятельств, — сказала Норт, протянув Хлое какую-то аккуратно сложенную записку, — куда сложнее сделать что-то рискованное, совсем не надеясь ни на что, — добавила девушка.

Хлоя взяла записку, раскрыла свернутый кусочек бумаги и обнаружила там чей-то адрес. Не долго думая, все паззлы в ее голове сложились: это был адрес Гэвина. Но зачем Норт давать его ей? Не задав больше ни одного вопроса, Хлоя вышла из салона, и автомобиль стремительно скрылся в противоположном от особняка направлении.

Нет, конечно нет, Хлоя не могла просто сорваться к Риду, не сказав при этом ничего Элайдже. Тем более, она была вовсе не уверена, что нужна детективу. Действительно, с чего она взяла, что между ними может быть хоть что-то? Он, как человек чтущий законы, просто помогал, спасал жизни, а она уже нарисовала себе целую картину чего-то... сказочного. Зачем? Взглянув на особняк и на машину, на которой Камски сегодня уехал в город, девушка медленно поплелась ближе. Она дотронулась до звонка, нажала и стала ждать. Впервые она была в таком положении, ведь обычно это она открывала эту дверь.

— Надо же, — протянул Камски, появившись на пороге. Конечно, он впустил ее, наигранно указав рукой в нужном направлении. Мужчина закрыл дверь и, не дожидаясь, когда же Хлоя начнет свой как всегда неуместный диалог, прошел в кухню.

— Элайджа, — протянула Хлоя, следуя за мужчиной, — что с тем видео? Где ты был?

— Это ты где была и кто еще знает про видео, кроме Гэвина Рида? — перебил ее мужчина.

Хлоя вздохнула, поняла, что все будет не так просто, как она рассчитывала. Сверток бумаги с адресом все еще был в ее руке, и она теребила его пальцами, но пока что не могла думать о такой роскоши, как компания Гэвина.

— Слушай, я делала то, что считала нужным. Ты мне ничего никогда не рассказываешь, а я волнуюсь.

— За кого? У тебя есть за кого волноваться?

— Да! Я волнуюсь за Коннора, за Хэнка, за их расследование! Так или иначе, без них не было бы и меня сейчас здесь. Я бы не стояла так перед тобой и не говорила эти слова. Да, мне есть за кого переживать!

— А ты не могла в начале просто поговорить со мной? В тебе заложена программа рационализации. Нельзя было подумать?

— Я знаю, что Гэвин твой брат, — твердо произнесла девушка, вскинув голову вверх, чтобы показать Элайдже, что она здесь не для очередных нотаций. Камски замолчал. Он нахмурил брови и, недоумевая, взглянул на андроида. В его глазах вовсе не было растерянности, там скорее было самое настоящее детское удивление.

— В каком смысле? — спросил Камски. — О чем ты говоришь?

— Я говорю о том, что Гэвин твой брат, Элайджа. И я знаю это наверняка, ведь он не стал бы мне врать, — ответила Хлоя.

Взгляд Элайджи в миг потускнел, он, кажется, совсем не ожидал такой ход конем. Повернув голову в сторону, мужчина медленно присел на высокий барный стул. Он провел рукой по небольшой щетине на щеках и подбородке и, вздохнув, воскликнул завороженным голосом:

— И с чего бы ему рассказывать тебе такое?

— С того, что он был мне должен. У нас был уговор.

— Какой же? Просвети и меня, — продолжил Камски все с такой же интонацией.

— Я должна была передавать ему всю информацию, которую услышу от тебя, а взамен он расскажет мне, что между вами произошло. И он рассказал.

— И что же он тебе рассказал? — спросил мужчина, медленно переведя взгляд на девушку. Что-то страшное было в этом взгляде, неспокойное. Элайджа смотрел так, что по всему телу пробегали мурашки, а сердце внутри сжималось и больше не хотело работать. Как странно, что за такое время Хлоя все еще не привыкла к его взгляду.

— Он сказал, что ты постоянно сидел в гараже отца, что собирал разные приборы, что однажды даже пропустил Рождество. Ты вместо уроков и школы собирал металлолом и делал из него странные вещи. А еще... там была девушка — Хлоя. Гэвин сказал, что она нравилась тебе, но ты ей — нет. Поэтому ты и решил сделать андроидов, похожих на нее. И я — одна из них. Ваши родители отдавали предпочтение тебе, поэтому Гэвину ничего не оставалось, как отделиться от вас и самому проходить свой путь. Но потом их не стало. Вы остались друг у друга, — закончила она, надеясь, что Камски лишь одобрительно кивнет, но пора бы привыкнуть, что яблоко от яблони недалеко падает, и что Элайджа, что Гэвин — похожи, даже в самых, казалось бы, им не свойственных поступках.

— И все? — рассмеялся Камски. — Все, что ты получила за то, что чуть не умерла?

Хлоя нахмурилась. Она не понимала этой реакции, она даже не знала, почему он говорит то, что говорит. Это звучало... больно и жестоко. Она так долго добивалась тех слов от Рида, а теперь Элайджа хочет сказать, что это лишь маленькая капля в одном большом море? В этот момент ее мир почти рухнул. Хлоя словно потеряла все, что приобрела потом и кровью, как бы буквально это не звучало.

— Он ведь не рассказал самое главное, — продолжил Элайджа, а краешки его губ искривились в ехидной улыбке, — это Гэвин любил Хлою, а я просто отобрал ее у него. Я провел эксперимент и, преуспев, обрел приятное украшение. Но тебе я ничего не расскажу.

— Нет... — прошептала она, замечая, что Элайджа встает со стула. — Нет, ты должен рассказать мне все!

— Как раз-таки я тебе ничего не должен, — покрутил головой Камски, медленно направляясь к лестнице, ведущей на второй этаж.

— Ты не... ты не можешь так поступить со мной! Элайджа, пожалуйста! — продолжала умолять его девушка. Она догнала мужчину, вцепилась ему в руку и не собиралась отпускать, пока тот не вымолвит хоть что-нибудь. Камски остановился, медленно взглянул на свою захваченную в тиски руку, и, переведя взгляд на андроида, улыбка уже не озоряла его лицо.

— А как мне поступить с тобой, Хлоя, — ласково произнес он, повернувшись к девушке всем своим телом, — я могу разобрать тебя и собрать снова, могу убить тебя, а могу просто делать больно. И для этого мне не нужно, чтобы ты чувствовала боль. Я могу делать с тобой все, что только захочу. Так как же мне поступить с тобой? — добавил он, нежно касаясь теплыми подушечками пальцев ее щек. Он смотрел в ее глаза, заглядывал прямо в душу, но от этого становилось еще страшнее. Его ведь и правда не накажут.

— Просто расскажи мне все и я уйду. Ты меня больше не увидишь.

— Правда? Ты опять позабыла, что я решаю, когда тебе можно уходить, а когда — нельзя.

— Тем не менее, я уже второй раз ухожу из дома и вижусь с твоим братом.

— Да, — кивнул Камски, а его рука медленно спустила на шею андроида, — и если бы я хотел убить тебя, я бы уже сделал это. Ты наблюдаешь за всеми, но не видишь очевидного. Ты смотрела на меня каждый день, но так до сих пор и не поняла, что я действительно могу сделать все, что только пожелаю. Вспомни Коннора, вспомни, как он приходил ко мне полгода назад. Вспомни Оливию, как она жила здесь. Вспомни Маркуса. Это мои андроиды. Мои. Я всегда оставляю лазейки в своих программах, и я всегда нахожу свои создания. Я еще никого не отпускал.

— То есть ты знал, что я пойду к Гэвину? — почти шепотом спросила Хлоя, медленно отпустив руку Элайджи.

— Конечно, я знал. Только я предположить не мог, что он так быстро расскажет самую великую тайну его жизни. Но он сделал это, чему я очень удивлен, — более холодно произнес мужчина, отпустив шею девушки.

— Никогда бы не предположила, что вы братья. Только в страшном сне.

— В страшном сне? — переспросил Камски, совсем не ожидая такого дерзкого комментария.

— Вы два разных человека. Да, каждый из нас чем-то похож, но вы... вы вдвоем что-то очень интересное. У тебя есть все, что только можно пожелать, но ты так и не научился этим пользоваться. Ты продолжаешь разбрасываться людьми так же, как наверняка разбрасывался друзьями в школе. А Гэвин, хоть и не имеет ничего, но он находит в жизни настолько прекрасные вещи, которые тебе даже не снились. Ты одинок, Элайджа. А Гэвин — нет. У тебя есть только андроиды, часть из которых ты держишь рядом с собой, как собачек на цепи. Ты и правда думаешь, что, зная все обо всех, ты контролируешь мир? Нет. Мир последует только за теми людьми, которые его поведут. В этих рядах тебе места нет, ведь ты любишь наблюдать за всем из своего особняка, проводя дни напролет в бассейне. А Гэвин в самом центре этого мира. Я вижу, как он меняется, вижу, что он хочет стать частью мира, и для него место есть. Оно всегда было, вот только вы вдвоем не могли определиться, кому же его занять. Знаешь, я устала бояться тебя. Я никого в жизни так еще не боялась. А ты называешь это любовью. Ты хоть раз действительно любил меня? Хоть раз ты чувствовал что-то похожее на любовь, когда был рядом со мной?

— Зачем ты задаешь такие вопросы?

— Я задаю вполне оправданные вопросы, — кивнула Хлоя. — Поэтому ответь мне: ты любил меня? Любил?

— Нет, — тут же сказал Элайджа.

— Тогда зачем ты говорил мне, что любишь? Лучше бы ты и дальше просто пользовался мной. Почему ты, везде такой прямолинейный и рассудительный, не мог просто сказать, что я нужна тебе только как развлечение на ночь? — решительно продолжала Хлоя. С каждым новым словом она видела, как меняется выражение лица Элайджи. Тот самоуверенный, надменный и эгоистичный мужчина почему-то пропал, растворился, словно его и не было. И теперь перед ней стоял мальчик, который был просто не согласен с ее словами.

— Я любил всего два раза в своей жизни, — произнес Элайджа, опускаясь на ступеньку, и присел, оперевшись локтями о колени, — но лишь один раз это была настоящая любовь, а не ее... жалкая пародия.

<tab>Хлоя, не долго думая, ловко устроилась рядом с Элайджей, внимательно слушая каждое его слово. Непонятно как, но Камски действительно говорил что-то настоящее про себя, а это дорогого стоит.

— Но как бы сильно я ни любил, любовь буквально убивала тех, кто был мне дорог. Смерть будто охотилась за ними, будто я пожизненно должен ей. Так она почти добралась до... Оливии, — нехотя признался Камски.

— Ты любил ее, — прошептала Хлоя, — как я могла забыть.

— Я до сих пор люблю ее. Я думал, что если убрать Оливию и забить пустое место тобой, то я привыкну. У меня была куча девушек и, самое главное, я не чувствовал себя одиноким. Я думал, у меня получится. И я пытался сделать так, чтобы она в конце концов забыла про меня, но ее словно магнитом тянуло обратно, что бы я ни предпринимал. Может, мне и правда суждено быть одному, а, может, я бегу от чего-то совершенно несущественного...

— Нет, — протянула Хлоя, — ты не останешься один, но для того, чтобы обрести кого-то, нужно подпускать к себе людей, а не пользоваться ими. Очень просто жить в роскоши, куда сложнее не утонуть в ней.

— Ты думаешь, я тону?

— Я думаю, ты утонул. И чтобы выбраться, сделай хоть шаг навстречу своему брату.

— В этом нет ни капли смысла.

— Сделай хоть раз что-то, не анализируя последствия, — сказала девушка, протянув Элайдже сверток бумаги. Камски взял его, развернул, взглянул на адрес и перевел взгляд на Хлою:

— Что это? — спросил он, но андроид в ответ лишь пожала плечами.

— Расскажи мне, из-за чего вы возненавидели друг друга.

09.18.201918 сентября 20193:15:00 после полудня

Кто-нибудь еще помнит школу? Ту самую американскую школу, где нет формы, где есть театральные кружки, огромная столовая и длинные рождественские каникулы.

— Ты не представляешь, что произошло! — раздался голос Гэвина, а потом и его фигура появилась в дверях гаража. Элайджа, согнувшись, сидел за верстаком и, постоянно поправляя очки, ковырял отверткой старый фен. Будущий детектив подошел к брату и, схватив первый попавшийся стул, присел рядом, счастливо улыбаясь.

— Она согласилась встречаться с тобой? — спросил Элайджа, не отрывая взгляда от устройства.

— Да, — довольно протянул Гэвин, — старшая школа началась очень хорошо!

— Понятно, — завороженно произнес Элайджа, отложив фен в сторону. Он открыл полку, где лежали все инструменты отца, и стал там что-то искать. Гэвин смотрел на брата с досадой, ведь он рассчитывал совсем не на такую реакцию.

— Ты вообще слушаешь, что я говорю? — резко спросил он.

— Да, — кивнул Элайджа в ответ, опять поправив съехавшие очки. Он вообще выглядел, как какой-то потерянный подросток, постоянно закрывающийся от мира.

— Вот, знаешь, — начал Гэвин, медленно встав со стула, — вместо того, чтобы тратить время на кружок юных механиков, лучше бы пошел и познакомился с какой-нибудь девушкой.

— Это нужно только тебе, — ответил Элайджа, — это же ты у нас собираешься переехать во Францию.

— Да я так сказал, наобум.

— Месье Гэвин Камски, художник нового поколения, — усмехнувшись, начал дразнить его Элайджа.

— А ты что, лучше, что ли?

— Ну я хотя бы не художником быть хочу.

— О да! — воскликнул Гэвин. — Элайджа Камски хочет работать на Пентагон, поэтому он днями напролет сидит в гараже и разбирает мамин фен! — заявил он, всплеснув руками.

Элайджа замолчал. Он был очень обидчив, поэтому каждый раз, когда его брат начинал насмехаться над его увлечениями, маленький Элайджа уходил в себя. Гэвин понял, что в очередной раз обидел брата, но извиняться не собирался. Он считал, что сказал только правду, а правда не всегда ласкова и добра.

— Хлоя придет к нам сегодня на ужин, — сказал напоследок Гэвин, — может хоть выйдешь и поздороваешься. И майку сменишь, — добавил он, еще раз взглянув на брата, но тот по-прежнему не отвечал.

7:31:46 после полудня

Вечера в сентябре наступали с каждым днем все быстрее, но они по-прежнему были теплыми и нежными. А чего стоит один закат... В дверь позвонили. Гэвин прошел в коридор и, нажав на ручку, обнаружил на пороге Хлою, улыбающуюся ему. Она распустила волосы, надела платье, хотя никогда их не любила, и туфли.

— Воу... — протянул Гэвин, — ты такая красивая. Ты... ты проходи! — занервничал он, пропуская девушку за порог дома.

— Спасибо, — улыбнулась она, — домашних животных нет? Извини за такие вопросы, у меня просто аллергия.

— Ох, нет, нет, — покрутил головой Гэвин, — только попугай у Элайджи в комнате. В смысле у нас с ним в комнате.

— Тогда не волнуюсь, — усмехнулась девушка, медленно проходя в гостиную, которая располагалась прямо напротив кухни. Там же был и обеденный стол, на котором стояла посуда, приборы и красивая ваза с цветами. Увидев все это, Хлоя была действительно удивлена, в самом лучшем смысле этого слова. Улыбнувшись, она прошла ближе к столу, а Гэвин, как джентльмен, помог ей сесть.

— Пахнет вкусно, это что? — не удержалась и спросила девушка, на что Гэвин улыбнулся. Он прошел к духовке, выключил ее и достал оттуда вкусно пахнущее блюдо. Парень продолжал сохранять интригу, пока перекладывал будущий ужин на более красивую тарелку, а потом, когда он поставил ее на середину стола, Гэвин наиграно поклонился.

— Фрикасе из курицы, — произнес он торжественно.

— Ничего себе! — воскликнула девушка. — Ты сам приготовил?

— Сам, — кивнул он, присев за стол, напротив девушки.

— Это должно быть очень вкусно, — сказала Хлоя, переложив себе на тарелку небольшой кусочек блюда, — ты полон сюрпризов, Гэвин Камски.

— Можно без фамилии, Хлоя Темпл, — передразнил ее парень.

Девушка улыбнулась. Она давно положила глаз на этого молодого человека — уж слишком нравилось ей, что он был заботлив, учтив и талантлив. А еще он был не похожим на всех. Она была так благодарна судьбе за то, что свела ее с ним, вот только Хлоя понятия не имела, куда же она влезла.

Вечер шел на «ура». Родители Гэвина и Элайджи гостили у дальних родственников, так что дом был в полном распоряжении двух братьев. Влюбленные перестали следить за временем ровно с того момента, как увидели друг друга на пороге. В любом случае, их сегодня никто не заставит разойтись по домам. Неожиданно на лестнице послышались чьи-то шаги. Они становились все ближе и ближе, пока на горизонте не нарисовалась фигура Элайджи.

— О, это твой брат? — спросила Хлоя. — Что-то редко он в школе появляться стал.

— Да, никак не могу вдолбить ему в голову... — хотел сказать Гэвин, но Элайджа перебил его:

— И не сможешь.

— Привет, Элайджа, — взяла на себя смелость и поздоровалась Хлоя, — как твои дела?

— Прекрасно, а твои как? — грубо и резко ответил парень. — Гэвин, я твои презервативы на робота спустил, тебе же они все равно не нужны, верно? — спросил Элайджа, сохраняя холод в голосе. Гэвин опустил голову, немного покраснев, ведь ему было стыдно за то, что сейчас творит его брат. Но он был не в силах заткнуть ему рот.

— Робота? — заинтересовалась Хлоя. — Ты собираешь роботов?

— Да, — кивнул Элайджа, доставая из холодильника банку газировки.

— Типа таких, которые в Японии? — улыбнулась девушка, потому что ей нравились эти милые маленькие, напоминающие игрушки роботы.

— Нет, — холодно произнес парень, — я делаю роботов, которые должны заменить людей. Я делаю таких роботов, которые будут выглядеть, как люди, которые будут мыслить, как люди, которые будут жить, как люди, — сказал он, после чего в помещении повисла одна большая неловкая пауза. Все, что сказал Элайджа, звучало очень страшно. Такие машины — уже не игрушка, да и разве такое вообще возможно?

— Элайджа, — позвал его Гэвин, — можно тебя на минуточку? — спросил он и, встав из-за стола, схватил брата за руку. Он отвел его к лестнице, где Хлоя не смогла бы ни видеть их, ни слышать, и только тогда отпустил его.

— Чего тебе? — спросил Элайджа, открывая газировку.

— Какого хера ты устроил весь этот цирк? Почему сейчас? Ты не мог просто сидеть у себя в гараже и дальше?

— Во-первых, я был в комнате, — начал парень, — во-вторых, у вас такая унылая атмосфера, что я не мог не появиться. Зато теперь я заинтересовал Хлою темой роботов, так что вам есть о чем говорить дальше. И да, я действительно испортил все твои презервативы.

— Ну ты и... пидор, конечно, — прошипел Гэвин, — это моя девушка, Элайджа, ты можешь не лезть ни в наши с ней отношения, ни к ней лично?

— А то что? Боишься, что другую не найдешь?

— Как ты можешь так говорить? Я же люблю только ее, зачем мне искать другую?

— Любви не существует, брат, — усмехнувшись, произнес Элайджа, — я могу сделать так, что Хлоя забудет о тебе и о твоих чувствах. И мне для этого вовсе не нужны романтические вечера.

— Это вызов? — нахмурившись, произнес Гэвин.

— Скорее, урок для тебя. Поверь, сейчас она будет говорить только обо мне, — ответил Элайджа и, развернувшись, стал подниматься по лестнице.

Гэвин правда не хотел портить настроение ни себе, ни Хлое, но слова брата не давали ему покоя больше никогда. Он вернулся к девушке, вновь сел за стол, улыбнулся, но голова его была забита другим. Главное — не показать и вида, что что-то не так. Обычная ссора в обычной жизни у каждого обычного человека на этой земле.

— А ты не говорил, что твой брат изобретатель, — произнесла девушка, — он действительно собирает робота?

— Что? — переспросил Гэвин, ведь совсем не ожидал, что слова Элайджи окажутся правдой. — Нет! Он просто любит все приукрашивать. Днями напролет сидит в гараже и разбирает старые фены и тостеры. Школу пропускает из-за этого...

— Ты относишься к его хобби скептически, да?

— Слабо сказано, — кивнул Гэвин, — я считаю, что это пустая трата времени. Если ему так нравятся механизмы, то мог бы и заниматься ими. Но он тратит время на идеального робота, до которого еще идти и идти. Но, знаешь, мы не сможем помочь ему до тех пор, пока он сам не захочет.

— Я понимаю это, но тебе не кажется, что, хоть и с малой вероятностью, но у него получится?

— Если честно, я хочу спокойной жизни.

— Спокойной?

— Да, — кивнул Гэвин, улыбнувшись, — с любимой девушкой, детьми, домом.

— А чего хочет Элайджа?

— Не знаю, — покрутил головой парень, — но спокойствие — не его конек. Когда-нибудь он влезет во что-то плохое.

11.22.201922 ноября 20192:45:00 после полудня

Очередной день в семье Камски. Еще один осенний месяц подходит к концу, а впереди только холодная и суровая зима. Но что-то, конечно же, остается неизменным. Дом у Элайджи и Гэвина был небольшой, поэтому ни один из них не мог похвастаться своей собственной комнатой. Из-за этого приходилось довольствоваться тем, что было. В любом случае, одна просторная комната на двоих лучше, чем вообще ни одной. Хлоя стала частым гостем в этом доме. Она приходила, чтобы помочь Гэвину с некоторыми предметами, потому что профили у них были почти схожими, но, сама того не замечая, она стала обращать внимание на Элайджу. Девушка не хотела признаваться самой себе, что ее начинает интересовать какой-то закрытый мальчик в очках, который тихо сидит в углу комнаты. Ему, казалось, не было дела ни до чего, кроме своих изобретений, которых пока что никто не видел. Он был скрытным, был странным и непредсказуемым, поэтому Хлое и хотелось узнавать его. С Гэвином было и так все понятно: душа компании, веселый, добрый парень. Но его брат...

— Тебе просто надо запомнить, что в этом случае икс будет принимать значение девяти, — сказала Хлоя, взглянув на Гэвина.

— Не старайся, — произнес Элайджа, — он все равно ничего не поймет.

— Заткнись, — ответил ему Гэвин, — просто заткнись.

— Почему ты так не веришь в своего брата? — спросила Хлоя, переведя взгляд на Элайджу.

— Потому что математика ему не под силу, — усмехнувшись, произнес парень, — слушай, братец, а не принесешь ли чипсов с кухни?

— Если это поможет тебе заткнуться, то принесу, — ответил Гэвин, вставая со стула. Он вышел из комнаты, хлопнув дверью, и стал громко топать по лестнице, пока спускался. В комнате же настало молчание. Неловкое для Хлои и совершенно нормальное для Элайджи.

Он любил помолчать, потому что ему казалось, что именно в молчании ты познаешь человека лучше. Тем более, не хотелось проигрывать брату этот спор. Он отложил телефон в сторону, бросив его на кровать, поднялся и подошел к Хлое. Молча, не говоря ни слова, он присел на пол напротив девушки и взглянул ей в глаза.

— Спрашивай, — произнес Элайджа, — спрашивай, что тебе угодно.

— Спрашивать?

— Я же знаю, что ты хочешь спросить меня о чем-то.

— Ну... — протянула девушка, поворачиваясь к парню, — я не знаю, что у тебя спросить.

— Нет, знаешь.

— Ты... собираешь робота?

— Я уже его собрал. А ты его уже видела, когда приходила несколько недель назад, — спокойно произнес Элайджа, а потом чуть пододвинулся ближе. — Ты красивая. Гэвин говорил тебе об этом?

— Конечно, — неловко улыбнувшись, кивнула Хлоя, — он часто мне это говорит. А ты... — только хотела раскрыть рот девушка, как холодные пальцы Элайджи вдруг коснулись ее подбородка. Она дернулась, совсем не ожидая подобных действий от парня. А Элайджа не видел в этом ничего необычного, он просто ворочал ее голову из стороны в сторону, нежно и аккуратно, он рассматривал ее, словно под лупой. Его пальцы медленно перешли с подбородка на шею, и каждый раз, когда он проходился ими по коже Хлои, его взгляд двигался следом.

— Что ты делаешь? — спросила она, начиная чувствовать себя крайне неуютно.

— Я? Я просто изучаю тебя... — произнес Элайджа, словно это было само собой разумеющееся. — Вдруг однажды я сделаю робота, похожего на тебя.

— Зачем?

— За тем, чтобы ты служила человечеству, — загадочно произнес парень. Его рука вдруг расположилась на подбородке Хлои, а потом исчезла оттуда, словно он никогда не прикасался к ней. Встав с пола, Элайджа вернулся на кровать ровно за секунду, как в комнату вошел Гэвин. Он кинул брату упаковку чипсов и, явно не подозревая ничего, сел на свое место, рядом с Хлоей.

Девушка была немного выбита из колеи. При любой возможности она бросала на Элайджу взгляд, потому что те слова, что он сказал ей, были воистину мистичны. А знаете, что мистика делает с людьми? Она пугает их. А когда человек напуган, он так или иначе стремится влезть в свой страх по уши, чтобы перестать бояться. Именно на это и был расчет. Элайджа не собирал никаких роботов, а все то, что он делал в гараже, были лишь бесполезные поделки из металлолома, которые не работали так, как хотел парень. Он не знал, почему у него ничего не получается, но он чувствовал, что скоро выяснит.

— Гэвин? — окликнула его девушка.

— Да?

— Я... красивая?

— Конечно! Ты очень красива, милая, — кивнул Гэвин. Да, парень говорил правду, но это звучало не так, вовсе не так. Элайджа сказал это по-другому. Не слишком заинтересовано, не слишком индифферентно. Он сказал это загадочно, и здесь уже сложно понять, что конкретно красота значила для него. Хлоя выдавила из себя улыбку, чтобы Гэвин не стал задавать других вопросов, но все-таки... в ее душе поселились сомнения.

04.05.20205 апреля 20206:20:10 после полудня

— Ну что? — спросил Гэвин, как только Элайджа сел в машину. Он расположился на заднем сидении, только поднял голову и уже заметил на себе два заинтересованных взгляда. Хлое было не меньше интересно, чем Гэвину, поэтому она не собиралась упускать ни малейшей секунды диалога.

— Не знаю, — тихо ответил Элайджа.

— Не знаешь? В смысле ты не знаешь? — не унимался Гэвин. — Ты просидел с ними целых четыре часа и вы ни о чем не договорились?

— Я не знаю, Гэвин, я вообще ничего не знаю, — неуверенно ответил Элайджа, откидываясь на спинку мягкого сидения. Он был чем-то встревожен, да и очень сильно. Гэвин решил, что не будет трогать брата, может, он сам созреет и расскажет. Главное дать ему время побыть с собой наедине. Парень завел двигатель, и машина сдвинулась с места, выезжая на проезжую часть. Хлоя тоже оставила любые попытки повлиять на настроение Элайджи. Она устроилась на переднем сидении поудобнее и просто замолчала.

В салоне было тихо. Элайджа смотрел в окно и размышлял. Сегодня у него была конференция с ведущими компаниями, которые хоть как-то связаны с робототехникой, но, кажется, все прошло не так гладко, как парень себе представлял. Вдруг тишину прервал звонок телефона. Элайджа тут же достал устройство из кармана штанов и поднес к уху.

— Алло? — произнес он.

— Мистер Камски, мы еще раз рассмотрели Ваше предложение и все Ваши разработки и пришли к выводу, что это достаточно интересный проект. В ближайшее время мы пришлем Вам некоторые бумаги, которые Вам предстоит заполнить, плюс, непосредственно, контракт.

— Контракт? — переспросил парень, не веря своим ушам. Услышав такое громкое слово, Хлоя тут же села вполоборота, чтобы видеть Элайджу. Она с предвкушением ждала каких-то новостей. За такое долгое время они втроем очень сплотились. Во всяком случае, так было со стороны. Хлоя мастерски скрывала то, что главным объектом ее внимания был вовсе не Гэвин.

— Да, — сказал мужчина в телефоне, — мы заинтересованы в роботах такого плана, поэтому Вы сможете пользоваться нашей лабораторией, как только мы заключим контракт. К тому же, мы подумали, что такому юному изобретателю нужен опытный куратор. Мистер Бредли вызвался помогать Вам во всех вопросах. Он тоже скоро свяжется с Вами.

— Хорошо, — кивнул Элайджа, — я польщен тем, что мы все-таки пришли к соглашению. Буду ждать звонка, хорошего дня, — добавил парень, а потом медленно сложил телефон в карман.

— Ну? — не удержавшись, спросил Гэвин.

— Они сказали, что заинтересованы! — воскликнул Элайджа, а на его лице впервые появилась настоящая довольная улыбка. Он правда заслужил этот шанс, ведь прикладывал невероятные усилия, чтобы его перестали воспринимать как простого мечтающего мальчика.

08.09.20219 августа 20215:45:02 после полудня

Время... Время это то, что мы никогда не будем в силах контролировать. Изо дня в день нам внушают, что где-то далеко за пределами нашего воображения кто-то уже научился пользоваться временем. Но бесконечность: можно ли контролировать ее? Что, если, обуздав эту материю, мы наконец сможем контролировать то, что было нам неподвластно?

— Сегодня? Ты собираешься сделать это сегодня? — кричала Хлоя, размахивая руками. Она была чем-то огорчена и выбешена.

— Не кричи, пожалуйста, — пытался успокоить ее Элайджа, — мы можем поговорить спокойно.

— Нет, не можем! — не унималась девушка. Она вдруг развернулась, ноги понесли ее на кухню, а в голове родилась одна сумасшедшая идея: разломать все к чертям собачьим.

Все изменилось: дом, отношения, обстоятельства. Гэвин исчез из ее жизни, в то время как Элайджа появился. Старый дом семьи Камски, куда она привыкла приходить даже в самый ненастный день сменился на просторный двухэтажный особняк почти в центре Детройта. Спокойная жизнь, о которой девушка мечтала еще со старшей школы, сменилась на постоянные бессонные ночи, деньги, кураж и будущее. Будущее было прямо на ее глазах, она видела, как оно появлялось. Видела, как Элайджа ковал его своими собственными руками.

— Что тебе не нравится? — спросил Элайджа, догнав девушку. Он схватил ее за руку, пытаясь остановить, но Хлоя лишь толкнула парня в грудь так, что тот отшатнулся назад на пару метров.

— Что мне не нравится? — воскликнула она гневно. — Ты обещал мне, что мы будем только вдвоем сегодня! Ты обещал мне, что все это будет только нашим! А сейчас что?

— Подумай о выгоде! — воскликнул Элайджа. — Я же делаю эти дурацкие вечера не просто так!

— Да мне плевать! — кричала Хлоя, срывая голос. Она так разозлилась, что, не сдержав эмоции, налетела на Элайджу с кулаками. Она не умела драться, но это не мешало ей размахивать руками с ужасно сильным желанием причинить парню вред. Элайджа тут же схватил девушку за запястья, ловко развернул ее спиной к себе и, прижав хрупкое тело Хлои к своей груди, коснулся губами ее уха.

— Ты хочешь сделать мне больно? — прошипел он, продолжая сжимать запястья девушки все сильнее, пока та пыталась вырваться. — Вот только у тебя не выйдет.

— Отпусти меня, мне больно!

— Ох, больно? — переспросил парень. — Ну так успокойся, потому что иначе больно будет нам вдвоем, — прошептал Элайджа, все еще касаясь мягкими губами мочки ее уха. Хлоя поняла, что он, конечно же, сильнее, поэтому она не сможет сопротивляться вечно. Успокоившись, она почувствовала, что парень отпустил ее. Девушка отошла, взглянула на запястья, которые медленно окрашивались красным, а потом подняла взгляд на Элайджу.

— Думаешь, раз весь мир считает тебя джентльменом, значит, ты действительно такой?

— Мы сами заставляем людей поступать с нами так, как мы того желаем.

— Мне надоели твои философские фразы, Элайджа! — воскликнула Хлоя, еще раз взглянув на запястья. — Ты... Ты просто эгоистичный, влюбленный в свои идеи мальчик! — добавила она и, еще немного постояв на месте, вдруг вышла из кухни, стремительно направившись в коридор.

— Куда ты собираешься? — спросил Элайджа, следуя за Хлоей.

— Куда подальше отсюда, — сквозь зубы ответила та, надевая красивые летние туфли. Она вообще была очень красива, что сегодня, что во все остальные дни. Схватив ключи от машины, которые висели на крючке рядом с дверью, девушка вышла на улицу, быстрым шагом направившись к транспорту. Она не знала, куда поедет, но она понимала, что оставаться здесь — не вариант. Все это не доставляет удовольствия... может, будущее не для нее? Но тогда все, с чем ей пришлось расстаться ради этого будущего, пропало бессмысленно. Жаль было бы это осознавать. Хлоя нажала на педаль газа и, завыв, автомобиль сорвался с места, уезжая куда-то далеко-далеко.

Элайджа не долго переживал. Как уже было сказано, у него были большие планы на Хлою. Почему-то он хотел видеть перед собой андроида с такими же, как и у Хлои, глазами, с такой же улыбкой. Надо признать, что за такое долгое время он просто привык к этой девушке, и его все устраивало, ведь он думал только о том, что будет в будущем. Закрыв дверь, парень вернулся в гостиную, еще раз посмотрелся в зеркало и стал ждать приглашенных гостей. Возможно, именно сегодня все изменится. По крайней мере, Элайджа очень на это надеялся.

7:58:03 после полудня

Летние вечера подходят к концу, а в воздухе уже чувствуется запах приближающейся осени. Но Хлоя любила осень. Ей нравилось то, как листва меняет свой цвет и окрашивает серые улицы города в яркие теплые тона. А еще она любила ночной Детройт. Она родилась здесь, выросла, хотела остаться жить, но сейчас все ее мысли были перемешаны. Остановившись на окраине города прямо напротив воды, она наблюдала за тем, как же на соседнем берегу мерцает Канада. Хлоя стояла тихо, вдыхая чистый воздух, а позади нее была машина. Ей так хотелось вернуться домой, к Элайдже, ведь она не могла долго злиться на него, но, с другой стороны, она хотела заставить его позвонить первым, она хотела заставить его побеспокоиться о ней.

Достав телефон из кармана, она проверила время, проверила мессенджеры — пусто. Это лишь сильнее злило ее. Не так давно голову Хлои посетила интересная мысль. Что, если именно это безразличие к себе и притягивает ее к Элайдже? Звучит так глупо, зато красиво. Почему бы не представить себя героиней какого-нибудь романа из 90-х? Наверно потому, что девяностые были так давно... Еще немного постояв на месте наедине со своими мыслями, Хлоя вернулась в машину. Она четко решила, что поедет домой, позвонит Элайдже и между ними все как всегда разрешится. Вставив ключ и провернув его, она услышала звук заведенного мотора. А через несколько минут она уже была на одиноком длинном шоссе.

На дороге еще никогда не было так безлюдно, как сегодня. Набрав номер Элайджи парой ловких движений пальцами, она поднесла устройство к уху, слушая долгие гудки. Шоссе начинало сужаться, поворот уходил левее и рассмотреть что-то в темноте ночи было куда сложнее, чем Хлоя могла себе представить. Но она была опытным водителем, так что отсутствие освящения над дорогой ее не смущало.

— Элайджа? — воскликнула Хлоя, когда трубку кто-то поднял.

— Да?

— Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Ты же понимаешь, что в будущем меня ждет еще больше таких вот вечеров? И лишь через долгие и долгие годы я смогу сам контролировать когда и как они будут проходить.

— Ты хочешь сказать: «Хлоя подожди более благоприятного момента»?

— Я хочу сказать, что ты вольна выбирать, пока ты еще можешь это сделать, — произнес Элайджа совершенно спокойно. — Дальше у тебя уже не будет свободы, ты же понимаешь это? Чем дальше мы движемся, тем больше у нас будут отбирать. Так что сделай выбор: я или он. Будущее или настоящее. Интригующее или спокойное.

— Если я выберу будущее, тогда у нас с тобой не останется настоящего, — воскликнула девушка, надеясь на более понятный ответ, но парень лишь вздохнул. Он никогда не любил объяснять свои замысловатые речи, потому что тогда ему не приходилось за них отвечать.

— Знаешь, лучше не приезжай, — сказал он холодно.

— В каком это смысле? Я уже на полпути!

— Ты приедешь и мне начнут задавать неприятные вопросы, поэтому просто не порти этот вечер, — добавил парень и, не дождавшись ответа, просто положил трубку.

Хлоя была в шоке. Неужели он только что сказал, что Хлоя ему сегодня не нужна? Словно она была девочкой по вызову... Ну нет, она приедет. Она покажется на глаза этим «гостям», и все будут в восторге от ее вида. Поднажав, на спидометре начала вырисовываться не совсем легальная картина, но это сейчас и неважно! Хлоя знала, что скажет Элайдже, когда увидит его, она знала, что именно сегодня заставит его сожалеть о том, что он все это время так холодно относился к ней. В миллионный раз она проигрывала у себя в голове этот разговор, проигрывала каждое слово, впиваясь в руль все сильнее. Она совсем не следила за скоростью, не следила за темной извилистой дорогой. Никто уже ни за кем не следил. Ее вдруг посетили мысли о той ссоре, которая была между ними двоими сегодня днем. Взгляд медленно опустился на запястья, она заметила небольшие отметины, синяки. Что-то мелькнуло на дороге. Резко подняв голову, девушка увидела большого красивого оленя, вот только ей не хватило времени рассмотреть его, как мне. Это грациозное животное стояло на дороге совершенно не страшась того, что может быть с ним. Как только на его шерстку попал свет из фар, она заискрилась так ярко, как упавшая с неба звезда. Вывернув руль в сторону, Хлоя налетела на металлическое ограждение справа. Машину мигом откинуло назад, ее перевернуло и бросило в разделительное ограждение слева. Остановившись на середине, груда сплющенного и буквально размазанного по дороге металлолома погрузилась в молчание.

8:11:01 после полудня

— Камски, ты долго будешь выпендриваться в своей новой униформе? — раздался чей-то голос позади Гэвина. Он тут же обернулся, отходя от зеркала, которое висело на кухне полицейского департамента Детройта.

— Я чувствую себя стриптизером в этом наряде, — сказал он, — почему у курсантов такие стремные униформы?

— Скажи спасибо, что нас не нарядили в тот мусор, в котором мы в академии были. А знаешь, что я тебе расскажу?

— Ну, — кивнул Гэвин, вставая рядом с новым знакомых, хотя он даже не знал, как его зовут.

— Видишь того мужичка? — спросил он, указав рукой на высокого молодого мужчину, с густыми волосами. Гэвин взглянул на новый объект обсуждений и кивнул, делая небольшой глоток горячего чая.

— Это Хэнк Андерсон. Он детектив.

— Вот ужас, если мы тоже будем целыми днями сидеть на заднице и растить целлюлит, то я зря вообще хотел стать детективом.

— А ты что, не знаешь дела, которые он закрыл? — воодушевленно воскликнул собеседник Гэвина.

— Нет.

— Он один из лучших детективов Детройта! В прошлом году он давал нам несколько мастер-классов, кстати. Не знаю, может и вам повезет.

— Нолан, быстро сюда! — крикнул кто-то из начальства. Собеседник быстро ушел, а Гэвин, вероятно от скуки, решил тоже влезть в их дела. Он прошел за Ноланом, остановился недалеко от сотрудников департамента и стал слушать.

— У нас там ДТП на окраине города, съездите с ребятами и зафиксируйте. Скорая уже на месте.

— Понял, сэр, — кивнул Нолан, разворачиваясь, но тут перед ним нарисовалась фигура Гэвина. Он немного побаивался спрашивать начальника лично, ведь был пока что на «практике», но перекладывание листков из одной стопки в другую ему порядком поднадоело.

— Слушай, э... Джим! — воскликнул Гэвин, пристраиваясь гуськом за знакомым. — А можно мне с вами поехать? Я всю работу уже сделал, но мне бы реальной практики! Ну, ты же понимаешь.

— Да без проблем, — кивнул Джим Нолан, — правда, если мистер Андерсон приедет, тогда тебе лучше не попадаться на глаза. Он очень не любит тех, кого не знает.

— Понял тебя.

Наряд полиции приехал на место происшествия быстро. Разбитую вдребезги машину окружали полицейские в униформе, скорая стояла неподалеку, но медицинские работники стояли без дела около своей кареты. Неужели труп? Выйдя из машины, Гэвин подошел к разбитому автомобилю ближе. Он обошел его, заметил внутри чью-то окровавленную фигуру. Оглядевшись, он заметил, что полиция занята, и никто не обращает на него внимания. Подойдя к месту водителя ближе, Гэвин остолбенел.

— Нет, нет, нет... Только не это, — шептал себе под нос парень. Это была Хлоя. Она была полностью в крови. Ее тело лежало в такой неестественной позе, а глаза были открыты. Они смотрели куда-то вдаль, они будто все еще боялись. Упав на колени, Гэвин все еще не верил тому, что видел. Он оторвал искореженную дверь, выбросил ее в сторону и стал вытаскивать холодный труп из салона.

— Твою мать! — воскликнул кто-то из полицейских. — Держите его! — добавил голос. Но Гэвин даже не собирался отступать. Он уже не мог сдержать слезы, он просто хотел вытащить девушку из салона и, прижав к себе, почувствовать, как она дышит. Несколько крупных мужчин схватили Гэвина и стали оттаскивать от машины, еще несколько буквально выбирали труп девушки из его рук. А он плакал. Он действительно чувствовал, как теплые слезы катятся градом по его щекам. Было так больно, но он все еще не верил, что это правда.

Гэвин не понял, как оказался в карете скорой помощи с теплым пледом на плечах. Теперь он смотрел на место аварии со стороны, но от этого не становилось легче.

— Там был ее телефон, — произнес Джим, фигура которого нарисовалась рядом. Он протянул Гэвину устройство, сочувствующим взглядом посмотрев на убитого жизнью парня. Казалось, он был куда мертвее, чем та девушка. Гэвин взял телефон, он долго смотрел на него, не решаясь разблокировать.

— Кто она? — спросил Нолан. — Ты ведь знаешь ее, так?

— Она была... моей девушкой, — тихо произнес Гэвин, — но мы разошлись, — шепотом добавил он, а потом все же решил вернуться к телефону. Джим аккуратно удалился, оставив Гэвина наедине со своими мыслями. Разблокировав телефон, Гэвин заметил на заставке счастливое изображение Хлои в обнимку с Элайджей. Видимо, у них и правда все было хорошо...

В академии учили, что если кто-то умирает, то у этого есть две причины: моральная и физическая. Что она делала в этом месте? А ведь все просто: эта машина Элайджи, их дом находился в получасе езды отсюда. Но почему одна? Потому что-либо они поссорились, либо он попросил ее не мешать ей. Все это было в стиле его брата, Гэвин понимал.

Что может быть хуже, чем эти фотографии, чем эти сообщения? Гэвин не хотел лезть туда, не хотел видеть то, что у него отняли. Но юный детектив внутри парня все-таки не оставил телефон в покое. Он залез в звонки. Секунды хватило, чтобы понять, что девушка звонила Элайдже ровно за несколько мгновений до своей смерти. Почему? Почему Элайджа всегда все портит? Не выдержав, Гэвин набрал номер брата и поднес телефон к лицу.

— Хлоя? Если ты все еще едешь, то я хочу сказать тебе, что уважаемые гости уже ушли и ты можешь возвращаться, — послышался голос Элайджи.

— А она не приедет, — произнес Гэвин почти шипя.

— Гэвин? Она поехала к тебе? Неожиданно...

— Она не у меня.

— Откуда тогда ее телефон у тебя?

— Она умерла.

— Что?

— Она разбилась на машине. Она мертва, Элайджа. Я вижу ее... труп.

— Это все не смешно, брат.

— О, нет, — протянул парень, скидывая с себя плед, — не называй меня братом! Она мертва! Она мертва из-за тебя! Твои дурацкие слова убили ее! Что ты ей сказал? Быстро, говори мне! — кричал Гэвин. — Как ты мог... Как ты мог сделать это?

— Каким образом я причастен к ее смерти? Я сейчас дома, я был дома все время, у меня есть алиби.

— Алиби? — усмехнулся парень. — Я хер клал на твое алиби, Хлоя умерла! Ты... ты просто ублюдок, Элайджа, — произнес Гэвин сквозь слезы. Он упал на колени, стал вытирать мокрые глаза свободной рукой, но это не помогало.

— Ты такой ублюдок... — продолжал он. — Ты забрал у меня все! Родители погибли, потому что ты солгал им. Ты забрал у меня Хлою, потому что ты солгал ей. Ты... лгал мне, всегда. И я тоже умер, прямо сейчас я умер, Элайджа! Хлоя верила тебе, она и умерла потому, что поверила тебе! Ты... нет, я... я не могу быть твоим братом, я не могу быть таким же, как ты, — судорожно повторял парень, криво вставая с земли, — это... Будь ты проклят! — прокричал Гэвин, кидая телефон в сторону. Перед его глазами все расплывалось. Он не видел ничего, кроме застывшего изображения мертвой Хлои. Она была везде и всюду, а он не знал, сможет ли жить после этого.

— Все из-за него... — повторял Гэвин, — потому что ему нужно было лишь ее лицо... из-за него.

05.23.203923 мая 203911:15:02 до полудня

Элайджа все-таки рассказал Хлое историю, которую она так хотела услышать. Сейчас ее мысли были забиты лишь тем, как же Гэвин смог пережить все это. Ей теперь было понятно, почему Рид не любил андроидов, ей было ясно, почему он так к ней относился. Вот только она хотела это изменить.

— Ты ничего не хотел бы сказать брату? — спросила Хлоя, поднявшись со ступенек. Она взглянула на Элайджу с жалостью, ведь он, сам того не замечая, просто уничтожил свою жизнь, он лишил себя самого важного в ней. Элайджа тоже поднялся, вздохнул, увидел на себе этот взгляд и... замер. Никто еще никогда не смотрел на него вот так. Это было неприятно, но вполне оправдано.

— А что я могу ему сейчас сказать? — пожав плечами, произнес мужчина. — Мы уже не мальчики, я ничего не смогу изменить. Я не виновен в ее смерти, но для него я буду виноватым всегда.

— Знаю, — кивнула девушка, — но это новый мир, Элайджа. Ты — тот самый человек, изменивший мир, и ты хочешь сказать мне, что не можешь придумать, как извиниться перед родным тебе человеком? Пусть вас уже не связывает то, что связывало раньше, но вы, черт возьми, братья!

— Я не знаю, что тебе еще сказать. Видно, ты настроена решительно.

— О да, — сказала Хлоя, — и знаешь, что еще я собираюсь сделать? Собираюсь изменить и свою жизнь тоже, — добавила девушка и, резко развернувшись, она широким шагом пошла к входной двери. Не ожидав такого хода, Элайджа лишь через пару секунд понял, что девушка сейчас уходит от него.

— Хлоя! — воскликнул он. — Ты не можешь просто уйти! — продолжил мужчина, устремившись следом.

— Не могу? — усмехнувшись, спросила девушка, остановившись около двери. — Это еще почему?

— Потому что... мы с тобой должны быть вместе, — чуть тише воскликнул Элайджа, но, заметив на лице девушки улыбку, он почему-то очень удивился. Ей смешно? Весело? Что вообще происходит с этой загадочной девушкой?

— Нет, не должны. Ты меня не любишь, а я не люблю тебя, — сказала она, улыбнувшись настоящей, искренней улыбкой. Ей было так хорошо сейчас, так легко и прекрасно. Хлоя наконец знает все, что должна знать, она чувствует, что свободна.

— Но ты не можешь оставить меня одного!

— Могу и оставлю. Только, секунду, — произнесла девушка, начиная раздеваться. Она сбросила всю униформу, которую ей выдали в Иерихоне и, быстро сбегав на второй этаж, переоделась в платье. Да, она помнила, что Гэвину нравились платья, только он боялся в этом признаться.

— И знаешь, что еще? — добавила Хлоя, застывая в дверном проходе. — Хватит уже думать, что жизнь тебе что-то должна. Если ты любишь Оливию, так добейся ее. Мне кажется, что для тебя это должно быть легко. А я... а я заслужила свободу. Адрес у тебя есть, — закончила она, хлопая входной дверью. Налегке, девушка все-таки направилась к одному человеку, которого она хотела увидеть все эти долгие часы. Да, она не была уверена, что он примет ее, ведь та Хлоя, которую он любил, это далеко не та, которая теперь перед ним. Но все же... Может, она лучше? Она ведь другая. Оказывается, можно было изменить все так быстро и так легко.

12:01:30 до полудня

Накормив голодного кота, Гэвин заварил себе кофе. После душа ему было гораздо легче. Он надел посеревший от времени халат, который, приятно прикасаясь к голому торсу, согревал его, и просто наслаждался спокойствием. Вообще-то, у него сегодня должен был быть выходной, но служба — сложная штука. Наблюдая за Детройтом через большие окна квартиры, мужчина вдыхал аромат кофе. Ему больше ничего не было нужно. По крайней мере, он так думал. Однако в дверь кто-то позвонил. Кот тут же замяукал, спрятавшись в свой домик, а Гэвин пошел открывать незваным гостям.

— Тише, не бойся, — тихо произнес мужчина, чтобы хоть как-то успокоить питомца, но тот лишь продолжал тихо мяукать в укрытии.

Гэвин открыл дверь, совсем не ожидая никакого сюрприза. Он думал, что к нему пришел кто-то с работы или же курьер, доставляющий заказанные посылки, но в этот раз перед ним стояла Хлоя. Совсем не удивившись, Гэвин лишь бросил дверь не закрытой и вернулся к недопитому кофе. Таким уж он образом показывал, что совсем не против ее компании. Девушка вошла, закрыла квартиру и огляделась. Ей здесь нравилось, здесь было куда лучше, чем у Элайджи. Здесь чувствовался уют, спокойствие и защищенность.

— Чего пришла? — спросил Гэвин, делая глоток горячего напитка. У него все еще болела спина, поэтому он не мог долго стоять. Мужчина прошел к кровати, держа в руке кружку. Он, правда, не был настроен на какие-то особо важные дела, с которыми, как он думал, девушка и пришла, но виду он подавать не хотел.

— Я знаю, что произошло, Гэвин, — воскликнула девушка, делая несколько шагов навстречу Риду. Она не очень хотела его тревожить, поэтому подходить ближе не решалась, но и стоять около двери она не собиралась.

— Знаешь что?

— Все. Я знаю, почему вы с Элайджей ненавидите друг друга, знаю, почему ты не любишь андроидов. Поэтому я, вообще, решила приехать. Я просто хочу сказать, что ты не один.

— Что? — переспросил Гэвин, совсем теряясь в догадках. — Что конкретно ты знаешь? — тут же взбодрился он.

— Знаю, что была девушка Хлоя, как ты и сказал. Но Элайджа рассказал мне больше, — начала она, — я знаю, что Хлоя нравилась тебе, что вы любили друг друга, вот только потом Элайджа поступил... не подумав. Я не хочу ворошить прошлое и понимаю, что подробности могут тебя ранить, поэтому хочу лишь сказать, что я знаю, что она умерла. Логика тут простая: Элайджа взял ее внешность и сделал андроида. Сделал меня. Вот только знаешь что?.. Я — не она, и ты можешь не принимать меня. Вряд ли наши с ней характеры, взгляды на жизнь и привычки схожи.

— Да... — протянул Рид. — Ты не та Хлоя, которую я знал, ты куда лучше нее. Уж не знаю, твоя это заслуга или Эла, но боюсь, что ты здесь просто теряешь свое время.

— Почему? — спросила девушка, подойдя еще ближе.

— Потому что сейчас ты свободна, — сказал Рид, опустив голову, — если ты думаешь, что я буду держать тебя так же, как мой брат, то ты плохого обо мне мнения. Ты вольна уйти и больше не возвращаться.

— Если бы я не хотела тебя видеть, то не приходила бы сюда, — улыбнувшись, произнесла девушка. Она сделала еще несколько шагов, подошла к кровати близко. Теперь Гэвин смотрел на нее снизу вверх, и ей чертовски это нравилось.

— Чего ты хочешь от меня? — спросил мужчина, не отрывая от девушки взгляда.

— Ответа на свой вопрос, — сказала Хлоя, упершись коленом в край кровати. Она чуть-чуть приподняла и без того короткое платье, ведь любая девушка знает, как это действует на мужчин, и, не дождавшись от Гэвина ни единой попытки сопротивления, поставила на кровать вторую ногу, скрещивая руки за шеей детектива. Она присела ему на колени, все еще не отводя от мужчины взгляда, и ей нравилось то, как тихо сейчас было вокруг. Впервые она делала это не потому, что так было надо, а потому, что она этого хотела.

— Я не уверен, что это хорошая идея, — прошептал Гэвин, опуская голову. Руками он чуть опирался об кровать, но касаться андроида все еще не решался.

— Тогда скажи мне, что не хочешь этого. Я уйду.

— Я не... — хотел сказать Гэвин, но почему-то вдруг замолчал. Вдруг его руки переместились на ноги андроида и стали медленно подниматься вверх, касаясь бедер, потом талии. Его глаза следовали за руками, изучая изгибы ее тела, они не пропускали ни миллиметр.

Гэвин был далеко не нежным мужчиной, поэтому каждую секунду Хлоя готовилась к резким, может даже грубым движениям, но этого, почему-то, не происходило. Вдруг подняв голову и взглянув андроиду в глаза, руки Рида резко переместились на бедра девушки, а уже через секунду он пододвинул ее ближе к себе. В халате становилось все теплее, но мужчина не решался его снимать. Хлоя заметила на себе жадный взгляд детектива, и это доставляло ей особое удовольствие. Эти животные инстинкты, присущие людям, желания и влечения — все это чрезмерно интересно и завораживающе. Быстро распустив волосы, она наклонила голову в бок и, дотронувшись ладонями до шершавых щек мужчины, уже хотела его поцеловать, но тот вдруг резко отодвинулся. Девушка не поняла, что она сделала не так и даже на секунду смутилась.

— Погоди, я не могу, — произнес Гэвин, опять отступая.

— Почему?

— Зачем тебе это? Ты же даже не знаешь меня.

— Я знаю, что ты тот, кто защищает меня. Для меня такого еще никто не делал... — произнесла Хлоя, смотря в глаза детективу. — Мне почему-то кажется, что ты боишься. Я не хочу пугать тебя, — добавила она, но в ответ последовала только тишина.

Рид вздохнул. Хлоя провела кончиками пальцев по шее мужчины, пока не дошла до халата. От него надо было избавиться, да и побыстрее. Заметив, что Гэвин смотрит на нее совершенно спокойно, она даже на секунду подумала, что перед ней сидит Элайджа, но эти мысли остались в прошлом. Чуть приспустив воротник халата, девушка полностью оголила плечи детектива. Он завороженно наблюдал за тем, как же сосредоточено Хлоя избавлялась от преград. Гэвин решил помочь подруге и, чуть приблизившись, позволил ей снять рукава. Хлоя глубоко вздохнула. Она стала рассматривать тело мужчины так, словно оно было настоящим сокровищем. Шрамы, царапины и резцы от неверно вызволенных пуль — все было запечатлено на его торсе. Но что зацепило девушку больше, так это украшения, которыми Рид никогда не хвастался. Пройдясь пальцами по ключицам, Хлоя дотронулась ими до сосков Рида. Она нежно провела подушечками пальцев по пирсингу, замечая, что Гэвин чуть дернулся от необъяснимых ощущений. Но Хлоя пока что не наигралась. Потрогав их еще раз и еще, уже не так нежно, как это было пару секунд назад, она взглянула на детектива, глаза которого искрились необычайно сильным желанием выплеснуть всю накопившуюся страсть. Но он не спешил, он ведь знал, что желания женщины всегда важнее его собственных.

— Больно? — спросила Хлоя, нарочно чуть потянув за одну из сережек.

— Приятно, — ответил Гэвин.

— Там тоже есть? — улыбнувшись, сказала девушка, переведя взгляд вниз.

— Не знаю, — загадочно ответил детектив, не отводя взгляда от невероятно красивых глаз девушки. Ох, на самом деле она хотела узнать все про этого мужчину, хотела больше ласки и любви, которой еще никогда не ощущала. Приблизившись к его потрескавшимся губам, она застыла. Вдруг опять не получится? Именно поэтому она хотела, чтобы он сам поцеловал ее, но Рид не двигался.

— Ты меня не поцелуешь? — решилась спросить Хлоя.

— Я просто... я уже давно никого не целовал.

— Боишься, что разучился?

— Нет, — нисколько не смущаясь, ответил он, — просто это имеет большое значение.

— Я не смею заставлять тебя, — произнесла девушка, уже начиная отстраняться, но Гэвин вдруг схватил ее за талию, прижал к себе и, видимо не ожидая этого даже от самого себя, поцеловал ее. Это было так нежно, приятно и невероятно красиво, что Хлоя даже подумать не могла, что Рид способен на такое.

Руки Гэвина ловко переместились к застежке ее платья, и пока их губы все еще наслаждались друг другом, детектив успел дотронуться до ее голой спины. Их поцелуй прервался, и губы детектива аккуратно перешли на шею девушки. Хлоя пусть и наслаждалась теплыми поцелуями на своей шее, но ее все еще не устраивало наличие одежды между их телами. Чуть отодвинув Рида от себя легким движением руки, она подняла руки вверх, позволяя мужчине раз и навсегда избавиться от этого платья. Дело оставалось за малым. Воодушевленно взглянув на девушку, Гэвин даже не успел моргнуть, как Хлоя сняла с себя бюстгальтер, откидывая его в сторону. Потом она поднялась, улыбаясь тому, насколько же удивлен был Гэвин, и через несколько мгновений была абсолютно обнажена.

— Теперь твоя очередь, — сказала она и,нагнувшись ближе к детективу, потянула за пояс халата, оголяя тело мужчины. Онрезко поднялся, немного пугая этим девушку, потому что страх перед всей этойсемейкой Камски внутри нее все еще присутствовал, но Рид лишь бросил халат напол. Его грудь вздымалась все чаще и чаще с каждым новым вздохом, а вены на шееи на руках в миг взбухли. Такое бывало лишь тогда, когда он был чрезвычайнозол, но сейчас это смотрелось так сексуально, что, позабыв о страхе, Хлоясделала шаг вперед и еще раз поцеловала Гэвина, запуская свои длинные пальцы кнему в растрепанные волосы. Вот теперь она чувствовала, что может делать все,что только пожелает. Теперь она чувствовала, что наконец-то ничем не скована иэто окрыляло ее настолько, что простые прикосновения Гэвина вызывали у нее кучучувств сразу. Вот только это еще вовсе не значит, что их расследованиезакончилось. Оно только начинается.