«Встреча в баре»

Ночь.Хёнджин зашёл в бар, чтобы немного прийти в себя после задания. Алкоголь не решал проблем, но глушил реальность. Он просидел там три часа — молча, в углу, наблюдая за мутным отражением в стекле бутылки.

И вдруг — знакомый профиль.Чёткая линия скулы, взгляд, будто прорезанный лезвием.Минхо.

Он сидел за отдельным столом, окружённый людьми в дорогих костюмах и холодных выражениях лиц. Сердце Хёнджина дрогнуло, но он заставил себя отвернуться. Сегодняшняя цель — один из советников мафии. Хёнджин уже выполнил задание. Ушёл чисто, как всегда.Но теперь — вот он, сам Минхо.Если он узнает, что именно Хёнджин был киллером… всё закончится.

Хёнджин уже поднялся, собираясь уйти, как чья-то огромная ладонь легла ему на плечо. Он обернулся и уткнулся взглядом в грудную клетку. Огромный мужчина, вдвое шире его самого, смотрел сверху вниз.

— Господин Минхо желает с вами поговорить.— С чего бы мне идти? — нахмурился Хёнджин.

Ответом была сила. Мужчина грубо схватил его за запястье и потащил сквозь толпу, как тряпичную куклу. Вёл через служебный проход, вверх по лестнице, в тёмный коридор. Толкнул в комнату и вышел, заперев дверь снаружи.

Внутри — только он и Минхо.

От столкновения с дверью Хёнджин чуть не упал. Он выпрямился, отряхнулся, перевёл дыхание… и поднял взгляд.

— И на хрена я тебе нужен? — процедил он.— Это ты его убил, да? — тихо, почти без эмоций, спросил Минхо.— Да. И что? — голос Хёнджина был твёрд.

Минхо смотрел на него долго. Словно впервые. В памяти вспыхнуло всё: песочница, школьные парты, признания, поцелуй.Тот выпускной. Голос Хёнджина дрожащий, счастливый. И его собственный — ломающий. Ложь, которую он сказал тогда. Чтобы защитить. Чтобы оттолкнуть. Чтобы выжить.

— Я не буду смотреть на то, что когда-то мы были друзьями, — сказал Минхо глухо.

Хёнджин опустил глаза.

— Может, отпустишь теперь? — устало бросил он.

Тишина повисла между ними. Минхо не двигался. Хёнджин не умолял. Только взгляд — такой же, как тогда, на выпускном: полон боли, обиды… и чего-то, что не умирает.

— Я же сказал, — голос Минхо стал твёрже, — я не собираюсь смотреть на то, что ты мой бывший друг.

— Ну и не смотри, — спокойно отозвался Хёнджин, сделав шаг к двери. Повернул ручку — заперто. Он дернул сильнее, но замок даже не дрогнул.— Открой.— Думаешь, всё будет так просто? — Минхо сделал шаг вперёд.

Хёнджин обернулся. В глазах — раздражение, но под ним что-то другое. Усталость. Разбитость.

— Я сказал — открой.

— Нет.

Минхо начал приближаться. Тяжёлые шаги звучали слишком громко в тишине.От него пахло виски с нотками вина и чего-то дорогого, пряного. Этот запах ударил в голову, обострил чувства. Но Хёнджин не отступал — не сразу. Только когда расстояние стало слишком опасным.

Он сделал шаг назад.Минхо — шаг вперёд.Ещё шаг. И ещё.

— Чего ты хочешь? — выдохнул Хёнджин, не отрывая взгляда.— Ответов, — произнёс Минхо. Его голос был не просто холодным — в нём слышался металл. — Почему именно ты? Почему сейчас? Почему… ты, Хёнджин?— Я не обязан тебе объяснять.— Нет, обязан, — резко. — Потому что когда ты убиваешь кого-то из моего совета — ты бросаешь вызов мне лично.

Они стояли уже почти вплотную. Хёнджин чувствовал жар его тела, взгляд прожигал насквозь.

— Ты хочешь меня убить? — спокойно спросил он. — Так сделай это. Прямо сейчас.— Если бы я хотел тебя убить — ты бы уже не стоял здесь.

Минхо поднял руку. Не ударил. Только провёл пальцами по щеке — почти нежно.Хёнджин вздрогнул. Не от страха — от того, что слишком многое вспоминалось. Слишком многое возвращалось.

— Всё-таки... ты не забыл, — прошептал Хёнджин.— Ни черта не забыл, — ответил Минхо. Тихо.

Хёнджин сделал шаг к Минхо, но тот резко схватил его за запястье и прижал к стене.— Но я не забыл, как ты убил моего отца… и главного советника, — прошипел он.

Хёнджин не сопротивлялся. Только посмотрел на него спокойно, почти устало:— Отпусти.— Нет, — ответил Минхо и приблизился настолько, что дыхание их смешалось.

Он долго всматривался в лицо Хёнджина. Будто ища в нём ответы, которых не хотел получать.— Почему ты молчишь? — голос был жёсткий, но в нём дрожала неуверенность.

Минхо резко отстранился, подошёл к столу и налил что-то в бокал. Бесцветная жидкость. Он протянул её Хёнджину.— Пей.

Хёнджин не колебался ни секунды. Принял бокал и выпил всё до дна, не отводя взгляда.— Хороший мальчик, — пробормотал Минхо, проводя рукой по его щеке. Этот жест был почти нежным… почти.

Но вдруг взгляд Хёнджина помутнел. Он пошатнулся, шагнул назад, но не удержался и рухнул в руки Минхо.— Прости… — прошептал Минхо, осторожно подхватывая его. — Прости меня, Хёнджин.

Он опустился на колени с бессознательным Хёнджином на руках. Лицо его было напряжённым, будто он боролся с собой.— Я не могу потерять тебя снова.

Хёнджин очнулся не сразу. Всё тело было тяжёлым, будто налитым свинцом. Голова пульсировала от странной ваты в сознании. Он моргнул, размытая картина постепенно прояснилась — тёплый свет, мягкие простыни, роскошная комната. Не бар. И не улица.

Он резко приподнялся, но его тут же окатило головокружение.— Тише, — раздался знакомый голос. Спокойный, контролирующий.Минхо.

Хёнджин повернул голову. Минхо сидел рядом на кресле, скрестив ноги, в одной руке — стакан с виски. Он смотрел на него, не отводя взгляда.

— Где я?— В моём доме. В моей комнате. В моей… системе координат, — сказал Минхо с лёгкой усмешкой.— Зачем ты это сделал?— Потому что теперь ты — мой.

Хёнджин нахмурился, силясь подняться, но почувствовал, как под одеялом на запястье застегнут тонкий металлический браслет с замком.— Что ты несёшь?— Всё просто. Считай это платой за убийство. За предательство. За то, что исчез и думал, будто можешь жить своей жизнью. Ты принадлежишь мне, Хёнджин. С сегодняшнего дня.

Он встал, подошёл ближе, наклонился.— И я не шучу.

Хёнджин сжал зубы, глядя прямо в глаза Минхо.— Ты сошёл с ума.— Возможно. Но даже в этом безумии ты остался моей самой ценной вещью.

Минхо провёл пальцем по его ключице, почти мимолётно.— Ты больше не свободен.

Хёнджин резко дёрнулся, пытаясь освободить руку из тонкого металлического браслета. Щёлк — замок не поддался. Он дёрнул ещё раз, и ещё, пытаясь подняться, но тело подводило: то ли от остаточного действия вещества, то ли от истощения.

— Тише, — спокойно сказал Минхо.Он наблюдал за ним, чуть склонив голову набок. Словно смотрел не на человека, а на произведение искусства, которое внезапно решило убежать с постамента.

— Даже сейчас, когда ты слаб… ты всё равно упрямый, — тихо усмехнулся он. — Узнаю тебя.

Хёнджин тяжело дышал, из глаз почти текли искры от злости.— Ублюдок… — прошипел он.Минхо лишь мягко уселся рядом, закинул ногу на ногу и облокотился локтем на спинку дивана. Он разглядывал Хёнджина без спешки, взгляд его был медленным, цепким. Почти изучающим.

— Интересно, — произнёс он наконец. — Сколько времени тебе потребуется, чтобы перестать бороться?

Он медленно наклонился вперёд, пальцем поправил прядь волос у Хёнджина, коснувшись его щеки.— Или ты так и будешь рваться… даже когда поймёшь, что выхода нет?

Хёнджин отвернулся, губы его были плотно сжаты. Но сердце билось как сумасшедшее.— Я всё равно уйду.— Может быть, — Минхо пожал плечами. — Но не сегодня.