Part 13: Срыв

Юнги прикоснулся рукой к моей щеке, затем большим пальцем убрал кровь. Я медленно отстранилась от него и тяжело дышала.

— Идём, — он приблизился ко мне

— Нет! Не.. трогай.. меня,— еле дышала я и тихо ревела, хныкая при этом.

Он ослушался. Взяв меня на руки, он повёз в ванную. Поставив меня на тумбочку, встал передо мной. Открыв воду, стал чистить кровь, которая засохла на лице. Он обращался очень нежно и безболезненно. Далее он тихо произнес:

— Нужно поставить холодное,— сказав это, он медленно поднял мой свитер вверх.

Теперь я чувствовала еще и неловкость. Сидела перед ним в одних трусах и бюстгальтере. Он поднял мой свитер вверх и увидел синяки. Я сидела и дышала тяжело, из-за того что случилось и конечно, из-за того что сейчас делает Юнги.

—Вот тварь, — зарычал Юнги под нос, поставив холодную тряпку мне на бок.

Я от боли и от холода, которая прошла по телу, стонала. Юнги поставил руки мне на бок и приблизился ко мне, держа при этом холодную вещь.

— Я не должен был допускать этого,— тихо произнес он. В его глазах было чувство вины и сожаления.

— Уходи, — тихо произнесла я сквозь слезы.

Он, молча, посмотрел в глаза, потом ответил: — Дай помочь...

— Ты уже помог,— сказала я и оттолкнула парня руками. Он отстранился, при этом убрал свои руки.

Посмотрев еще раз на меня, он вышел,— Я принесу тебе штаны,— сказал он, закрыв за собой дверь.

Я сидела и чувствовала пустоту.. Каждый человек, хоть раз в жизни, становился похожим на совершенно пустую комнату, из которой разом ушли все, кто там был. Да, я была именно этим. Сейчас, внутри пусто. Я не чувствую, не живу. Просто дышу, спотыкаясь на дороге. Пустота... Это когда ты знаешь, что вроде бы живешь, но не можешь понять, для чего...это ступор! из которого я конечно же выйду, должна выйти, но уже не та, которая была раньше.

Дверь открылся и вернулся Юнги. Поставив штаны рядом со мной, встал рядом:

— Это штаны сестры Джуна, надень их.. будет удобнее..,— он ожидающим взглядом посмотрел на меня,— помочь?

— Я уже сказала, уходи!,— закричала я, кажется у меня депрессия, снова.

— Не кричи, — серьезно сказал он,— я нежным не умею быть, как видишь, стараюсь, поэтому не заставляй нагрубить

— Кто ты такой? , — спросила я в улыбке. Да, точно депрессия

— Что?,— парень приподнял свой бровь

—Ты бы не повторил вопрос, но я добрая, повторяю специально для тебя, кто. Ты. Такой?

Кажется, он был в шоке от моего поведения. Хотя почему он, я сама в шоке.

— Послушай, ты сейчас не в себе..

Я улыбнулась, — не в себе... да я не в себе, да! я не в себе! Уходи, оставь меня в покое! уходи!

Юнги стоял и смотрел, как я истерично кричу, пытаясь прогнать его. Слёзы снова начали капать, чувствовала себе идиоткой..

Я смотрела на него огромными, полными слёз глазами и беззвучно рыдала.

Он вздрогнул с места, подойдя ко мне, схватил за мой затылок и прикоснулся к моим губам.

Я понятия не имела, что буду делать дальше. Когда наши губы прикоснулись, он порывисто выдохнул. На вкус губы именно такие, какими я их представляла. Почувствовала слабый привкус мяты. Он целовал меня, это происходил наяву. Его теплый язык касался моего неба. Я вся горела, такого еще никогда не было. Он провел руками по моим пламенеющим щекам, затем скользнул к бедрам. Откинулся немного назад и снова поцеловал меня. Он выдохнул, затем снова его язык проникнул в мой рот. Разум перестал мне повиноваться, меня пронзил страсть. Не знала, куда девать руки, медленно поставила их ему на грудь, а затем прикоснулась к волосам.

Я прекрасно понимала то, что делаю сейчас, это не правильно... но я поставила «неправильность» в сторону и делала то, что хотела сейчас.

Юнги отрывается от моего рта, но прежде чем я успеваю что-то сказать, уже ласкает мою шею. Я чувствую каждое движение его языка. Чувствую его дыхание. Он запускает рук в мои волосы и придерживает голову, пока целует шею. Его губы касаются моей ключицы, и я не могу держать стона, когда он начинает покрывать мое тело поцелуями.

—Ост..ановись.., — сказала я хриплым и низким голосом

Но он не останавливался.

— Остановись! ,— говорю я уже уверенно, толкая его

Я не могу целовать его, даже если очень хочу этого.

Он отходит от меня и начинает смотреть на меня, испепеляя взглядом.

Я встаю на пол и, забрав штаны, выхожу с ванной. Дышать не было ничем, просто хотела на свежий воздух..

***

Мы ехали куда-то. Сама не знаю куда, это волновала меньше. Я хмурилась из-за боли в боках, но держалась. Никто из нас ничего не говорил, лишь тишина покрыла внутрь машины. 

Если посмотреть на жизнь немного шире, то все мы находимся на краю. Разница состоит лишь в том, что одни находятся немного ближе к краю, чем другие. Я сама сейчас стояла ближе к этому обрыву, думала, скоро всё закончится, ведь я упаду. Но не так всё просто.  Не легко даётся человеку умереть. Для начала нужно позволить этому человеку страдать, а потом отпустить.

—То, что я сделал..,— разрушил тишину Юнги

—Я не хочу знать, зачем ты это сделал, — резко сказала я

Он посмотрел на меня, — А я хочу сказать, зачем я это сделал

— Следи за дорогой,— ответила я

В этот момент, он хотел что-то сказать, как в телефон позвонили. Юнги ответил и сразу поменялся в лице, кинув на меня взгляд.

— Что случилось?,— спросила я и стала волноваться

— Всё нормально,— ответил тот , облизнув губы

— Нет, ты врешь! Что не так? Я чувствую, что-то не так,— внутри была буря, сердце без перерыва стучал

— Джун нашел твою сестру, — сказал он, остановив машину

— И? Где она?

— Здесь, у твоего отца..,— сказал он, тяжело вздохнув

— Что?! О чем ты? Мой отец в Лондоне, что ты несешь?,— стало смешно, не могла понимать суть, зачем он врал мне

— Он не в Лондоне, и не был там,— парень прекрасно понимал, что будет дальше, поэтому и остановил машину. Он повернулся ко мне.

Я сидела в ошарашенном виде, у меня шок. Этого еще и не хватало, прекрасно.

— Послушай, Мире, я отведу тебя...

— Быть этого не может, — опередила,— ты что-то путаешь, это... 

Я стала улыбаться как ненормальная. У меня истерика что-ли? Или окончательный срыв? Какой это раз я уже повторяю окончательный? Когда человеку по-настоящему тяжело, он не плачет и голос его звучит почти спокойно. Боль уходит вглубь. Истерика и слезы - спутники слабой или показной боли. 

— Хватит с меня, — я вышла с машины. 

Юнги тоже вылез с машины и взял за руку, остановив.

— Послушай, ты много чего не знаешь,— спокойно произнес он

— Да кто ты такой! Кто,— толкала ему в грудь,— ты. такой! Юнги? Ведь так тебя зовут по настоящему!,— еще раз хотела толкнуть, как он взял мои руки

— Да, Юнги, меня зовут Юнги. И я не занимаюсь твоей чёртовой "защитой закона". Я блять убийца, мафиоз. Я этими руками убил сотни людей. Вот кто я, теперь довольна?,— закричал он,— Сядь твою мать в машину, пока не ..

— Пока что? Убьешь меня? Да? Так убей, убей!,— стала толкать снова в грудь,— ненавижу тебя! Мерзкий! 

— Не обзывай меня

— Да пошел ты!

Я упала на колени. Знаете, в этот момент, я правда, опустила руки. Я рыдала не останавливаясь и била руками пол. Никакая на свете боль... не сравнится с болью нашего сердца... у меня болело, сильно болело...

—Господи!  дай мне еще немного силы, чтобы я смогла справиться с этим!,— ревела я

— Мире, встань,— стал поднимать меня

— Не трогай меня! Чёртов ублюдок, ненавижу тебя! ,— встав на ноги, еле стала шагать вперед, толкнув его

Сейчас я выглядела достаточно жалко, не думаете? Просто представьте, меня избили, чуть не изнасиловали. Потом я узнала, что живу в вранье. Да и плюс к этому, меня разбили на части. Моё маленькое сердечко... бедное сердечко.. Я шагала вперед, спотыкаясь и держалась за бока. Слёзы засохли на глазах, не было сил даже плакать. Вот как ранит любовь. И не только любовь между парнем и девушкой, но и та любовь, которая была создана с самого рождения. 

На следующее мгновение, я упала на землю, ударившись головой...