25 Глава. Улететь - не значит исчезнуть.

Утром я проснулась от того, что кто-то стянул с меня одеяло. В ответ на это я невольно застонала и попыталась натянуть его обратно, но безуспешно.

— Эй... — возмутилась я, приподнимаясь на локтях.

— Вставай! Время — восемь ноль-ноль. У нас самолёт в девять тридцать, — крикнул Вильям с той же энергией, с какой обычно будят школьников в понедельник утром. Я застонала снова и попыталась спрятаться под подушкой, но и её он ловко забрал.

— Я принёс тебе вещи. Одевайся и спускайся вниз на завтрак, — добавил он уже более спокойно. После этого я услышала, как за ним закрылась дверь.

Я села на кровати, всё ещё чувствуя сонливость, и попыталась «поймать сигнал» с окружающим миром. Голова была тяжёлая, мысли путались, но постепенно я начала приходить в себя.

Минут через десять я уже чувствовала себя бодрее. Быстро оделась, умылась и, наконец, спустилась вниз, где меня уже ждал Вильям.

Он сидел за столом в гостиной и, полностью погрузившись в экран телефона, что-то сосредоточенно печатал. Даже не заметил, как я вошла.

— Пойдём в кафе, здесь недалеко, — сказал он, не отрывая взгляда от телефона. Я кивнула, и мы вместе направились к машине.

Утро было прохладным, но приятным. Солнце уже успело подняться достаточно высоко, чтобы согревать асфальт и пронизывать улицы мягким светом. Мы молча доехали до уютного кафе на углу.

Зайдя внутрь, мы выбрали столик у окна. Обстановка была тёплая и дружелюбная — мягкий свет, запах свежей выпечки, утренний гул голосов. Мы заказали лёгкий завтрак: омлет, тосты, немного фруктов и, конечно же, крепкий кофе — без него этот день точно не справился бы со мной.

Пока я наслаждалась первым глотком, Вильям продолжал переписку. Он сосредоточенно смотрел в экран, его пальцы быстро скользили по клавиатуре.

— Всё хорошо? — спросила я, решив на всякий случай уточнить, не случилось ли чего.

— Да, не волнуйся, — ответил он, наконец отложив телефон в сторону. — Мама спрашивала, как ты всё восприняла... Не сердишься ли на них?

— А на что мне сердиться? Я их даже не знаю, — пожала плечами я, спокойно продолжая завтрак.

— Они тебе понравятся, я уверен, — с улыбкой сказал он и посмотрел на меня почти ободряюще.

Мы закончили завтрак, вышли из кафе и направились обратно к машине. Нас ждал аэропорт и насыщенный день впереди.

От лица Димы.

С самого утра я поехал к Сергею. Он, конечно же, не ждал меня и уж точно не был рад видеть.

— Ты мог бы ещё в полночь припереться, — с раздражением бросил он, заходя в кабинет.

— Пока не поздно, мы должны выяснить, где она. Ты просто дай мне информацию — остальное я улажу сам, — холодно сказал я.

Он сел за рабочий стол, а я устроился напротив. Но надолго он не задержался.

— Сейчас приду, подожди, — пробормотал Сергей и вышел из комнаты.

Я остался один. Прекрасная возможность — может, впервые за всё время. Не теряя ни секунды, я начал перебирать его бумаги, документы, всё, что лежало в открытом доступе.

И вдруг — один из листов привлёк моё внимание. Я вытянул его из-под стопки — на нём стояла печать моего отца. Сердце сжалось. Я начал читать, с каждой строкой ощущая, как земля уходит из-под ног.

Это был документ, в котором говорилось, что мой отец отобрал у Сергея половину бизнеса, стал сильнее, влиятельнее... опаснее. А на обратной стороне — записка. Почерк... я бы узнал его из тысячи.

"Не знаю, найдёшь ли ты, сын мой, этот документ. Уверен, Сергей попытается его уничтожить. Но если я умру при странных обстоятельствах — знай, это всё он. Я знаю, какой ты, и уверен, ты отомстишь. Но прошу — будь осторожен. Не зацикливайся на мести, думай о своей безопасности. Береги маму. Все мои дела теперь — твои. Ты знаешь, что делать. Я учил тебя всему, мой мальчик. Я очень тебя люблю."

Я едва сдерживал слёзы. Всё внутри сжалось, дыхание сбилось. Это был не просто документ. Это было прощание. И доверие. Последняя воля отца.

Я аккуратно сложил лист, убрал его в карман, затем достал пистолет и сел обратно. Ждал. Сегодня всё должно было закончиться. Только когда эта глава будет закрыта, я смогу вернуться за Майей. Только тогда — начать жить.

Через несколько минут Сергей вернулся. В руках у него был поднос с двумя чашками кофе. Я не колебался — поднял пистолет и дважды выстрелил. Пули попали в плечо, он упал с криком, а поднос с грохотом разбился об пол. Кофе разлился, словно кровь.

— Это всё ты! — прорычал я, подходя ближе. Адреналин бурлил, сердце стучало в ушах.

Он рассмеялся. Безумно, злобно.

— Глупый мальчишка... — прохрипел он. — Год прошёл, прежде чем до тебя дошло... Очень жаль, что ты не убил Орлову. Это было бы куда больнее. Вокруг тебя — одно предательство. И это только начало...

Он продолжал говорить, но я уже не слушал. Не собирался тратить на него больше ни секунды. Я прицелился и выстрелил. Один раз — в голову. Всё. Конец.

Как же это легко, оказывается. Один выстрел — и всё.

Я отомстил. Сделал, что должен. Теперь — осталась только она. Майя. Моя девочка.

Я найду её. Верну. Она будет со мной — чего бы это ни стоило.

Я не отступлю.

От лица Майи.

Мы уже сидели в самолёте. Похоже, мы взлетели — лёгкая вибрация, гул двигателей, и мир за окном начал уменьшаться.

— Не боишься летать? — спросил Вильям, скосив на меня взгляд.

— Нет. Я уже ничего не боюсь, — с гордостью ответила я, и сама удивилась, насколько уверенно это прозвучало.

Он только усмехнулся и удобно устроился в кресле, собираясь вздремнуть. А я уставилась в иллюминатор, любуясь облаками. Они казались мягкими и волшебными. Полёт должен был занять всего четыре часа — всего, но для меня это было как шаг в другую жизнь.

Четыре часа пролетели быстро. Мы уже были на месте. Всё казалось странным — другие улицы, чужой язык, новая страна. Незнакомо, непривычно... и немного тревожно.

— Пойдём, нас уже ждут, — сказал Вильям с лёгкой улыбкой, и мы направились к выходу.

На улице нас ждала машина — явно дорогая. Рядом стояли женщина и мужчина, оба примерно лет сорока пяти. Они выглядели приятно и уверенно. Когда мы подошли ближе, они с радостью обняли Вильяма, а потом, ничего не говоря, обняли и меня. И я, к своему удивлению, не была против. На душе вдруг стало по-домашнему тепло.

— Как я рада, что вы наконец-то приехали! — воскликнула женщина, отстраняясь от меня.

— Я тоже, — ответила я спокойно.

— Как же вы похожи... — с восхищением сказал мужчина, рассматривая нас с Вильямом.

— Знакомься, это Алексей Григорьевич и Елена Викторовна, — представил их Вильям.

— Рада знакомству. Я Майя, думаю, вы и так знаете, — с лёгкой улыбкой сказала я.

— Можешь звать нас мама и папа, если тебе так удобно... — тихо, почти неуверенно проговорил мужчина. — Нам очень жаль, что мы не смогли забрать тебя раньше.

— Что сделано — то сделано. Я вас не виню, — ответила я искренне.

Они просто улыбнулись, и в этой улыбке было столько тепла, что мне захотелось верить — теперь всё будет по-другому.

Вильям загрузил чемоданы в багажник, и мы сели в машину. Мы ехали домой. Да, именно домой. Была ли я счастлива? Безумно. И если это был сон — я не хотела просыпаться. Неужели теперь я смогу жить, как обычные люди? Неужели у меня будет опора, семья, уверенность в завтрашнем дне?

Всю дорогу я рассказывала им, что со мной происходило, а они слушали внимательно. Родители несколько раз извинялись, винили себя за то, как всё обернулось, но я не держала на них зла. Они объяснили, как всё было: какие у них тогда были возможности, как с трудом получили хотя бы одного ребёнка, и как за ними следили соцслужбы почти каждую неделю.

Мы разговаривали, смеялись, вспоминали. В машине было уютно и спокойно. Всё казалось нереальным.

Теперь я надеюсь, что ничего больше не разрушит мою жизнь. Я хочу забыть прошлое, найти нормальную работу, выучить язык. Отец уже нашёл мне хорошего репетитора по итальянскому, и завтра я начну обучение. Мне предстоит встать на ноги — но теперь я не одна.

От лица Димы.

Уже глубокая ночь. Я сидел в своём кабинете, уставившись в монитор. Пытался зацепиться хоть за какой-то след. Хоть за что-то. Но всё было чисто. Как будто кто-то специально замёл все следы.

Я уже ездил к Тане и Стасу. Пытался надавить, заставить говорить. Но они молчали. Слишком спокойно. Слишком уверенно. Я знал, они всё знают. Они просто не удивились, когда я сказал, что Майя жива. Это она была у них. Я уверен, она рассказывала, куда уезжает.

Если бы она осталась в Москве — мои люди давно бы её нашли. Но она исчезла слишком быстро. Как? Куда?

Я не находил себе места. Злость бурлила во мне, как вулкан. Ещё чуть-чуть — и я сорвусь. Если так пойдёт и дальше, мне придётся идти на крайние меры. Пытать Стаса и Таню, пока не заговорят. Они — единственные, кто знает, где она.

Точно. Зачем ждать?

Завтра я пойду к ним и всё выясню. По-хорошему не хотят — будет по-плохому. Я начал продумывать план. Достав телефон, стал звонить нужным людям. Время тикает. И я не позволю ей исчезнуть навсегда. Майя — моя. И я верну её. Любой ценой.