6. Катя. Ангелочек

Я проснулась рано утром от визга. Еле отлепив глаза, я увидела, что Мальвина стоит на своей кровати и визжит. Мне стало смешно, и я зразу подумала о том, что могло вызвать такую реакцию.

— Кто это сделал, коровы? Я вас спрашиваю, — вопила Мальвина. Мне казалось, что сейчас сюда сбежится весь детдом. Наши девчонки, как и я, только проснулись и были недовольны таким пробуждением:

— Заткнись, дура. Поспать нормально не дашь, — пробурчала Соломка. Эта кличка тоже подходила ей: она была худой и высокой, самой высокой в нашем коллективе.

— Сейчас тебе кину её на кровать и посмотрю, будешь ли ты визжать, — ответила побледневшая Мальвина. Только сейчас я заметила маленькое неживое существо на её кровати: крыса. Дохлая и мерзкая крыса. Сама их не люблю, но ещё никто не шутил со мной подобным образом. Я поднялась и пошлепала босыми ногами к Мальвине.

— Эй, успокойся. Сейчас уберу, — я обняла Мальвину, которая начала всхлипывать на моём плече. Эх, она нежная натура. Её так легко задеть подобным. Я нашла совок и веник и легонько стряхнула с одеяла крысу. Мальвина смотрела на меня с благодарностью. Мы не стали выяснять, кто так подшутил, потому что по глазам Шурки я и так поняла, что эту пакость она специально сделала Мальвине, тем самым задев меня, ведь крысу пришлось мне ликвидировать, а не стучать воспитательнице. Здесь не любят стукачей, да и я не такая.

Позавтракав, мы с Мальвиной разделились, я снова осталась одна. Я вышла со столовой и свернула в сторону курилки. Там никого не было, кроме какой-то девчонки, которая докуривала сигарету. Я молча прошла и прислонилась к холодной стене. Вдохнув весенний воздух последний раз, я достала сигарету и начала курить. Вдруг та самая барышня обратилась ко мне:

— Такая послушная девочка и курит. Такая чистая, и выглядит, как ангел.

Что за ерунду она несёт, я посмотрела на неё. Выглядит обычно, как типичный подросток: джинсы с дырами, губы накрашены блеском, но её глаза серые, как тучи, меня испугали, смотрит и как будто видит мою душу. Мне стало не по себе, даже сигарета выпала из рук. Собрав всю свою смелость в кулак, я небрежно ответила ей:

— Сама куришь и ещё нотации будешь читать. Тебя не касается, что я делаю.

Я нахмурилась, а она засмеялась мелодичным голосом и пропела:

— Ангелочееек! Привет и пока, Цаца.

Я была поражена, она знает мою кличку, я же вижу её первый раз. Девчонка развернулась и помахала мне рукой. Я стояла, как статуя, и смотрела на то место, где она стояла. Как же всё это странно. Моя рука потянулась за новой сигаретой, но пачка была пуста, жаль.