Глава 24. По пальцем одной руки

- Как вы носите эту дрянь... - пропищал Неон, попрыгивая. - Это не ботинки, а пытка мучительного тиснения.

- Красота требует страданий. - Рени скрестил руки на груди, осматривая образ Неона. - Радуйся, что у Отто вообще нашлись ботинки. Ни у кого из баскетболистов нет такой капризной ноги, как у тебя.

- Что тут у вас? - в комнату вошел Лео, столь неодобрительно осмотрев Неона.

Неон был одет в строгий костюм, лакированные ботинки, на шее висела толстая золотая цепь. Неон так забегался с проблемами, что совершенно позабыл об обуви, из-за чего Рени пришлось экстренно искать подходящую среди знакомых. Неон рассуждал так - богатые люди, готовые разбрасываться деньгами ради сомнительных удовольствий, явно не будут носить самые дешевые спортивные ботинки из первого попавшегося магазина. А, следовательно, могут выдать намерения Джема, если недосмотреть. Зефир с Арфой так и продолжали молча смотреть за концертом, сидя на кровати Солнышка.

Лео принюхался, так брезгливо сморщив нос.

- Неон, чем ты воняешь?

- Развратом. - Неон застегнул пиджак, поправляя цепи на шее. - Алан как-то болтал во сне, насколько неприятно пахнет муд... Вахлак. Отвратный запах похоти, перемешанный с забродившими ягодами и потом. Ты принес, что я просил? - хоть Неон и был до жути испуган, вида не подавал.

- Алан... До сих пор не могу привыкнуть, что ты Зена так зовешь. - Лео с таким отвращением оглядел Неона, однако предпочел просто всучить положенное. - На. Они стоят дороже, чем твоя жизнь, поэтому не смей потерять.

- Ути, - Неон взял из рук Лео часы, застегивая их на запястье, - зайчик Лео, не говори мне о деньгах. - Неон стукнул Лео по носу указательным пальцем. - Я лучше любого человека в этом помещении смогу назвать твою точную цену.

Неон не стал объясняться. Он еще раз поправил пиджак, после чего выдохнул, взяв сумку с кровати.

- Ты уверен, что нам не надо ехать с тобой? - переспросил Рени, раскачиваясь на носочках.

Его взволнованность можно было понять - Неон собирался в одиночку отправиться в другой город на пару недель, чтобы вытащить Зена из плена. Любой адекватный человек отказался бы предоставлять такое огромное количество денег малознакомому сомнительному мошеннику, какие дал Рени, однако Рени был глупым, чтобы это понять.

- В Мику. - напомнил Неон, еще раз пересчитывая деньги в саквояже. - Я еду в Мику на пару недель. Ты правда хочешь прокатиться со мной на этот промежуток времени? Думаешь, это уместно, сверкать своим шикарным задом перед работорговцем?

- Скорее надо было спросить, уверен ли Рени, что выдержит с тобой в одной комнате наедине пару недель. - усмехнулся Лео, оперевшись спиной о стол.

Неон не стал реагировать на колкость, вместо этого закрыл чемодан, еще раз проверяя все необходимые вещи. Пора было выдвигаться спасать Алана.

- Эй, - Рени заметил этот напряженный взгляд. - Неон... удачи. Возвращайся с Зеном. Мы все будем тебя ждать.

- Если все-таки из страны валить решите, хотя бы напиши нам, что Зен спасен. Ну или что вы сдохли там, ага? - подловил и Лео.

- Если сдохнем, - Неон так обреченно посмотрел на Лео, - обязательно напишу об этом.

Неон больше ничего не сказал. Он не стал прощаться, объясняться, хоть еще на минуту задерживаться в академии Мор. Он мельком осмотрел просторную комнату, в которой, кажется, еще не так давно он проводил ночи, посиделки за настольными играми. Осмотрел и нежную Зефир, которая печально положила голову на плечо Рени, посмотрел на взволнованную Арфу, все дни которая допытывалась по любому вопросу про тюрьму и криминальный мир. Даже на Лео, который до сих пор не одобрял затею, но все равно беспокоился за семью Кантов. И на Рени, на солнышко Рени, которого по итогу Джем Марти все-таки обокрал.

Неон завел мотор, выехал из академии. Он не знал, есть ли у него будущее или завтра, но знал, что впервые хочет сделать что-нибудь, чтобы его получить.

Планы были чересчур грандиозными. Всю неделю Неон практически не спал, постоянно пересчитывая деньги и докупая все необходимое. Он хотел избавиться от Вахлака раз и навсегда, как и знал, что сделать это будет стоить огромных денег.

Первым делом Неон снял номер в пятизвездочном отеле в самом центре Мику. Пришлось потратить приличное количество деньжат, чтобы убедить человека с ресепшена организовать номер без внесения паспортных данных Неона. Однако деньги, как и всегда, решали абсолютно все, тем более с той подготовкой, которую обеспечивал Марти.

Логика была ясна: Джем Марти собирался сделать все, чтобы работорговец посчитал Джема невероятно богатым человеком. Вахлак относился к категории людей, которые обожали деньги, так что одурманить его количеством бумажек не должно было доставить особого труда. Для этого Джем и принял решение перестраховываться абсолютно везде - в одежде, духах, образе жизни, а также жилье.

Перед тем, как отправиться в логово Вахлака, Неон приобрел новое устройство, с которого позвонил знающему человеку с тонким намеком, что хочет приобрести себе "новую игрушку". Стоило упомянуть работорговлю, как Джема тут же поставили на очередь и буквально на следующий день назначили встречу прямо в логове врага. Четыре года Джем сидел в тюрьме и вынюхивал абсолютно всю информацию о хозяине Зена, так что и узнать его местоположение не составило труда больше, чем вытащить Алана Чали из тюрьмы. Этих знаний более, чем хватило, чтобы купить любопытство Вахлака и попасть на желанную территорию. Как спектакль в театре начинается с вешалки, так и любовь к новой игрушке начинается с интереса. Похоть, разврат, наглость, азарт, возбуждение и страсть - все это должно было стать новой личностью Джема, чтобы был хоть малый шанс заинтересовать Вахлака собой.

Следующим днем Неон на новой тачке, которую одолжил отец Лео, подъехал к назначенному месту. Неон предполагал, что люди Вахлака тут же начнут вычислять и номера машины, и настоящую личность Джема, именно поэтому заранее позаботился о внешнем виде - строгий костюм, дорогие цепи, дорогие часы, духи, пахнущие желчью, солнцезащитные очки на переносице, а также чемодан, полный денег. Стоило Джему выйти из машины, как его тут же вежливо поприветствовал какой-то человек, по всей видимости, один из приближенных хозяина Зена, возможно, Первый или Второй, о которых Джем был наслышан. Хотя по худощавому телосложению человека и его бледному лицу возникало ощущение, что он максимум Четвертый или Пятый. Впрочем, все это было не важно, когда Неона заперли в тесной комнатушке, оставив наедине с самим собой. Сухое "ожидайте, хозяин скоро будет" обнадеживало, но Джем уже принял решение, что не сбежит и сделает все, чтобы у Алана была надежда на завтра.

Минут десять Джем провел в комнате в полной тишине. Комната эта скорее напоминала комнату допроса - серые стены, чуть перепачканные чем-то, два стула, один стол. Такая атмосфера тут же навеявала воспоминаниями о следователе, который держал Джема в подобной камере часов шестнадцать подряд, пока Джем наконец не согласился пойти на уступки и сдать соучастников.

Когда ходить из стороны в сторону надоело, Джем еще раз проверил содержимое чемодана, присаживаясь удобнее.

Утром прошлого дня он успешно разменял крупные купюры от Рени на более мелкие. С учетом расходов у Джема для Вахлака было подготовлено четыре одинаковых чемодана с деньгами, еще неопределенное количество денег спрятано в пиджаке, носках, а также часть отложена на питание и оплату отеля. Столько денег, сколько Джем уже потратил за один день, он даже во сне тратить боялся, слишком большие суммы. Джем застучал пальцами по столу, ожидая, когда же все начнется.

В комнату наконец-то вошел человек. Джем узнал его сразу же: именно такой, как его и описывали - мерзкий, низкий, невероятно толстый и с большой волосатой грудью. Пахло от него настолько отвратительно, что хотелось задохнуться, только чтобы не чувствовать этот едкий запах разврата и неухоженности. Джем прикусил язык, понимая, что вот теперь придется играть роль по-настоящему. Шутки закончились.

- Долго же вы шли. - начал Джем без колебаний. Он поправил солнцезащитные очки на переносице, оперевшись на спинку стула и столь оценочно осмотрев человека перед собой. - Я уже начал скучать.

Вахлак усмехнулся, присаживаясь напротив Джема. Он махнул рукой одному из своих подчиненных, как двое больших парней, похожих на шкафы, тут же вошли в помещение и встали около выхода. Что ж, целым, по всей видимости, Джем не сбежит.

- Может для начала я могу узнать Ваше имя? - так довольно сказал Вахлак, расплываясь в улыбке. Скорее это была улыбка раздражения, поскольку, по всей видимости, за то время, пока Неон ожидал прихода Вахлака, никто из его подчиненных так и не смог выяснить настоящую личность Джема. И то понятно - одет, как с иголочки, выглядит небедно, в отеле его имя не зарегистрировано, машина записана на автосалон, но этот человек откуда-то знает про рабов. Да еще и невероятно богат, что можно сказать хотя бы по его внешнему виду. Любой смышленый владелец запрещенки насторожился бы и старался быть максимально тактичным.

- Можешь называть меня хозяин, барин, повелитель, господин. Аноним, в конце концов. - Джем так игриво поправил часы на руке, поймав на себе взгляд Вахлака. Конечно, часы. Джем прям слышал это "этот неизвестный очень богат, надо быть осторожным, вдруг он важная шишка". - Сами понимаете, не хочется, чтобы поползли сплетни обо мне, так что предпочту остаться инкогнито. Мне казалось, у вас есть возможность сохранить анонимность, разве нет?

Неон так кокетливо облизал губы, приспуская очки.

- И зачем же Вы пожаловали к нам, господин Аноним? - было видно, настолько Вахлак сдерживается, чтобы не сказать лишнего. У Джема было столько денег, что и выгнать он Джема не мог, как и доверять в том числе. - Мне передали, что Вы очень хотели видеть меня. Даже больше, чем очень.

- Вы намекаете, чтобы я рассказал, как вычислил вас? - Неон усмехнулся. - Зайчик, у меня столько денег, что я могу купить всю твою шарашкину контору, а также тебя. Вот ты, ты продаешься?

- Какая наглость. - посмеялся Вахлак, еле сдерживаясь. Он не понимал, кто такой этот Аноним, как и боялся совершать резких движений, мало ли чей сынок пожаловал, еще и такой бестактный. Неустрашимость - привилегия глупых или защищенных. - Не боишься, что тебя убьют за такие словечки?

- У тебя фантазии не хватит сделать со мной то, что я до сих пор не сделал с собой сам, представляешь? Мне насрать на твои угрозы, зайчик. Я пришел сюда не светские беседы вести. - Джем застукал пальчиками по столу. - Давай на чистоту, - он пододвинул стул ближе, брезгливо осматривая тело Вахлака. Выглядел он и вправду невероятно мерзко, от одного взгляда на эту массу жира начинало тошнить. - Я пришел, потому что слышал, что у вас недавно появился мальчик с яркими глазками голубыми. Мне хотелось бы на него взглянуть. - Джем поднял саквояж, показывая его содержимое. - Этого будет достаточно?

Вахлак затаил дыхание. Джем видел, как зрачки Вахлака тут же увеличились от увиденной суммы, он так нервно посмеялся, взял пачку бумаг, тут же протягивая ее одному из охранников, чтобы тот проверил, настоящие ли деньги.

- Мой мальчик с голубыми глазами? - переспросил Вахлак, пытаясь опомниться от восторга увиденной суммы. Деньги, деньги, деньги. В чем и разбирался Джем больше всего, так это в деньгах и скупости человеческой натуры. - Боюсь, что он не продается.

- Ваш? - Джем еле сдержал нервный смешок. Нет, Джем, играть роль, играть роль, не психуй, нельзя психовать! - Кхм. Вы меня, видимо, не поняли. Я хочу не купить его. Я хочу посмотреть. Говорят, слишком яркие голубые глаза, подобные... Бездне или океану, а может быть и целой планете, смотря с какого ракурса посмотреть. Хочу увидеть, как это. Не будьте жадиной, - Неон коснулся ладони Вахлака, как на Джема тут же наставили оружие, - мы ведь с вами в одной лодке, разве нет? - Вахлак отдал команду охранникам опустить ствол, внимательно глядя на Джема, который уже на стол полез.

Джем нервно усмехнулся, усаживаясь обратно. Сильнее обычного он хотел принять горячую ванну от одного прикосновения к этому гадостному человеку, как и знал, что так надо, надо, надо! Проверить реакцию на прикосновения, проверить, какое оружие наставят на него, что сделают, если Джем покажет, что он не боится... Хотелось отрубить себе руку, только чтобы не чувствовать эту грязь.

- Мы раньше не встречались. Для начала я бы хотел узнать Вас поближе. - было видно, насколько Вахлак сдерживается от собственного восторга находки. Богатый и молодой парнишка приходит и приносит такие деньги ради детских страстей, да еще и не стесняется лишних прикосновений. Если Джем был жалок на яблочный сок, Вахлак никогда не перестанет быть жалким на чужое внимание. Понимание удачи затмевало разум и здравый смысл, что хотелось еще и еще.

- Я не собираюсь рассказывать о себе. - Неон облизал кисть, пытаясь хоть как-то избавиться от ощущения грязи. Подобный жест вызвал у Вахлака еще больше интереса. - У меня есть деньги, у вас товар. Не вижу смысла дальше продолжать разговор, давайте просто перейдем к делу. Какие вызывает трудности?

- Мы впервые встречаемся, хочу быть уверенным, что и Вы хороший клиент. - Вахлак так лестно улыбнулся.

- Зайчик, - Джем вновь полез на стол. - Еще скажи, что не рад мне... Скажем так, я такой человечек, которого лучше не злить. Я бы с радостью поделился историей своей чудесной жизни, но, боюсь, некоторые люди из моих кругов, ну, оттуда, - Неон указал пальцем на потолок, - не будут рады, если узнают о моем маленьком хобби. Понимаешь? Поползут слухи, мерзости всякие... А мы ведь с тобой не такие, да? Мы не мерзкие. Мы просто другие, верно говорю? Так что, если захочешь узнать обо мне больше, лишишься не только чудесной головки, но и моего спокойствия, чего познать на себе крайне не рекомендую. - Неон агрессивно захлопнул крышку чемодана. - Неужели сумма не понравилась?

- Слишком большая сумма за посмотреть, выглядит подозрительно, господин Аноним.

- Вы меня не поняли. - Джем сказал так раздраженно, наигранно откинув голову назад. - Я сказал, что не могу представиться. Профессия не позволяет. Скажу так... личность известная в тесный кругах, настолько тесных, что тебе тесно в них сунуться. Такой ответ устроит? - Неон так похабно облизал губы, так и раздевая Вахлака глазами. - Ну если совсем не терпится, можешь называть меня своим папочкой.

- Наглец. - сказал Вахлак. Он скорее не злился на провокации, а был крайне озадачен. Становилось понятно, что такое поведение Джема ему нравилось. - Я старше тебя.

- Так в чем проблема, - Джем облизал палец. - Если без подробностей о наших личностях, я и не против познакомиться поближе, может договоримся, чтобы я тебя называл папочкой, а ты меня своим мальчиком или, не знаю, сладким, игрушкой, идет?

Молчание. Сердце Джема безумно быстро стучало, но он продолжал делать вид, что спокоен. В комнате находилось четверо человек, трое из которых настроены к Джему с подозрением, язвить и вправду было чересчур опасно, хотя Неон знал, что иначе нельзя - Джему нужно было подобраться к Вахлаку как можно ближе, поскольку так Вахлак хоть на минуточку потеряет бдительность, в результате Джем сможет перейти к следующему плану действий в целях ликвидации незаконного предприятия этого гада.

- Или у вас просто нет того, что я хочу? - Неон прервал тишину, больше не в силах чувствовать этот пристальный взгляд Вахлака на себе. - Тогда я забираю деньги и ухожу из этой конторки, если весь авторитет вокруг вас оказался бредом. Меня уверяли, что я не пожалею о своем приходе сюда. Даже грустно как-то стало от лжи.

И снова тишина. Джем глаз с Вахлака не отводил, продолжая играть сумасшедшего подростка, у которого только деньги и похоть на уме. В конце концов Вахлак подозвал к себе одного из охранников, прошептал ему что-то на ушко. Охранник тут же куда-то рванул, видимо, выполнять приказ.

- Значит, просто посмотреть?

- Зависит от ситуации. - сказал Джем, упав на спинку стула. - Я понимаю твои чувства, котик, никто не любит делиться, особенно с лучшей игрушкой из всех. Но, сам знаешь, любопытство дороже денег, с него ведь все начинается, разве не так? Да и мне показалось, что я не жаден на сумму был. Могу и добавить, если не достает.

Вахлак усмехнулся, поспешно вставая из-за стола. Джем уже чувствовал, насколько же этот мудила предвкушает купание в ванне из зеленых бумаг.

- В таком случае, пройдемте за мной.

Джема начали водить по коридорам. Если бы не карта здания, которую все-таки удалось достать через Юлия, Джем давно бы заблудился в вечных дверях и переулках дома. Напоминал он скорее психиатрическую больницу, когда из комнат вокруг изредка доносились страшные крики.

Странное строение, странные люди вокруг, невероятно давящая тишина. Вахлак шел сзади, жадно осматривая спину Джема. Его настороженность тесно перекликалась с интересом к этому милому мальчику с развращенными мыслями, каким Аноним показался на первый взгляд. Вахлака понять было можно - в их логово пришел чересчур безбашенно-богатый человек со своими замашками, который вел себя, как бесстрашный дурак. Любопытство, настороженность, интерес и желание увидеть продолжение - вот, что управляло Вахлаком соглашаться на условия игры Джема Марти.

- Ну и где он? - спросил Неон, скрестив руки на груди. - Идем и идем, я уже устал.

- Почти дошли. - сказал Вахлак, кому-то махнув рукой. - Он недавно появился у нас, так что чувствует себя не очень.

- Зайчик, глаза. Меня глаза интересуют, а не его зад. Если чей зад, тогда твой, куколка.

Вахлак истерично посмеялся, показывая на дверь перед собой.

- Пожалуйста, проходите.

Неона привели в более просторный коридор. Это была маленькая комнатка, одна стена из которой была полностью прозрачной, наподобие комнаты допроса. За той стеной на полу сидел человек, закрыв глаза и тяжело дыша. Рядом с ним не было ничего, кроме разорванных веревок, миски с водой, а также стола со стулом. Джем затаил дыхание. По ту сторону стекла сидел Зен.

Одежды на нем было минимум - порванные штаны, никакой футболки. Отчетливо виделась грязь на торсе, а также растрепанные волосы. Лучше всего в глаза бросалась цепь на шее, подвеска с ферзем. Джем представлять боялся, почему следы около нее настолько окровавленные.

Обессиленное тело опиралось о стену позади себя, пока Зен с этой чересчур спокойной рожей продолжал дремать. Джем еле сдержался, только чтобы не закричать. Товарного знака на руке не было, вместо него был порез за то, что Алан Чали избавился от кода.

- Вот он. - сказал хозяин, давая команду одному из подчиненных разбудить Зена. Первый тут же пошел исполнять приказ, силой без какой-либо цензуры подтащив тело Зена к столу. Зен еле передвигал руками, так и не открывая глаз. Неон сглотнул ком в горле.

- Почему он сидит в этой камере?

- Плохо себя вел. - Вахлак оценочно осмотрел этого чуть поникшего Джема. - За непослушание наказывают, разве не так?

Джем прикусил нижнюю губу, мило улыбнувшись.

- Так. Абсолютно так.

Первый побил по щекам Зена, от чего тот наконец пришел в себя. Его голова шла кругом, пока блики от лампы над головой путались в тенях бетонных стен. Перед Зеном поставили миску, начиная обтирать его лицо водой.

Джем хотел было коснуться дверной ручки, чтобы зайти в комнату, как Вахлак тут же перехватил руку.

- Нет. Заходить нельзя. Только смотреть. - так жадно пополз он рукой выше к шее Джема. Джем еле сдержался, чтобы не совершить чересчур резких или глупых действий. Он медленно развернулся и приблизился к шее этого стремного мужика.

- А он меня видит? - спросил Джем чересчур страстно. - Хочу, чтобы он смотрел на меня. Очень хочу.

Вахлак усмехнулся, вцепившись в собственные волосы. Было непонятно, что радует его больше - количество денег, которые он заработал настолько легко, этот наглый пацан или его просьбы. Вахлак высунул язык, жадно бегая по телу Джема.

- Да, он видит. Стекло прозрачное.

- Тогда скажите ему, чтоб смотрел на меня. Пять минут мне будет более, чем достаточно. Пусть смотрит. Только на меня и ни на кого больше.

Джем подошел ближе к стеклу, опершись на выступ руками. Неон продолжал внимательно наблюдать за всеми усталыми движениями Зена, за тем, как медленно он вытирает лоб от капель воды, пока Первый говорит что-то, потом и как проходит рукой по предплечью, дрогнув при нажатии на свежую рану. После чего и на то, как Алан наконец поднимает на Джема глаза.

Алан не сразу понял, кто перед ним находится. Всю неделю его морили голодом, из-за чего он чуть ли не валился с ног. Он давно не чувствовал пальцев, как и жаркая душнота помещения заставляла голову кружиться.

Алану начало казаться, что Неон перед ним - это мираж, шутка воображения, всего лишь желание, всплывшее наяву. Когда же Алана насильно напоили водой, стоило Джему намекнуть, что мальчик с голубыми глазами не смотрит, Алан наконец понял, что нет. Джем был реальным. Он и вправду стоял за стеклом.

Вахлак стоял в сторонке, не произнося ни слова. Он с любопытством наблюдал, как этот невоспитанный Аноним смотрит на любимую игрушку. Жалко было делиться с любимым, как и чересчур сильно хотелось получить так много деньжат. Джем же взгляда не отводил, рассматривая тело Зена вдоль и поперек.

Все было абсолютно так же, как и в первый день, когда Джем Марти впервые смотрел в глаза Алана: шорох вокруг, побитое лицо, желание есть, нервы на пределе. Из глаз Алана пошли слезы, стоило увидеть Джема перед собой.

Алан выглядел ужасно - иссохший, побитый, весь в синяках. На руке снова порезы и царапины от чьих-то жестокостей, а около шеи был виден и след от укуса. Сердце больно сжималось от взгляда на эти поникшие голубые глаза. Что в них было, кроме боли? Пустота, пустота, пустота - Алан Чали был пуст внутри. В его глазах больше не было искр, в его теле больше не было энергии, в его движениях не было желания, а голос, скорее всего, и вовсе охрип от криков. Этим Джем должен был заплатить, чтобы понять, насколько Алан дорог? Это должно было произойти, чтобы Неон Кант захотел думать, что у него есть младший брат?

Минуты заканчивались. Джем продолжал думать о том, насколько же он ничтожен, насколько же он глуп, что предал Алана так. Жестокости, жестокости, жестокости! Чем Джем отличался от Вахлака, если поступил никуда не лучше, также взял и предал абсолютно всех, разрушил построенные мосты и утопил плывущие яхты? Интересно, а у Дункана тоже было такое лицо, когда его предали, а у матери, у матери тоже было такое лицо, когда ей позвонили из полиции и сообщили, что ее сын - вор?

Вахлак через пару минут этой несменной позы Джема даже из комнаты вышел от скуки, оставляя охранника наблюдать. Охранник внимательно смотрел на спину Джема, который так и стоял неподвижно. Но минуты заканчивались, даже предупреждение пошло. Джем выпрямил спину, понимая, что больше нет времени страдать и снова считать себя ничтожным. Джем принялся показывать на пальцах.

- Тишина. - отогнул он мизинец, проговорив шепотом. Алан озадаченно нагнул голову. - Деньги. - Джем отогнул безымянный палец. - Спать. - Средний. - Чувство безопасности и покоя. - Указательный. Алан будто читал эти слова по губам. - Когда люди молчат и не лезут, куда не просят. - вот и пятый, большой палец пошел.

Но Неон не остановился. Вместо этого он приложил к ладони большой палец другой руки.

- Ты. - ткнул он указательным пальцем в Зена.

То, что любил Джем Марти, можно было перечисл... Нет. То, что любил Джем Марти, больше нельзя было перечислить по пальцем одной руки.

Голод. Когда долгое время питаешься сгоревшей яичницей с грязной сковороды, а потом и вовсе остатками пищи из чьей-то тарелки, становишься невероятно послушным, чтобы выжить.

Алан Чали всегда брал из рук Джема любую еду, потому что знал, что надо успевать есть, пока есть возможность. Завтра настроение хозяина может быть хуже, из-за чего ты останешься без еды на неделю. Завтра настроение хозяина может быть лучше, из-за чего Алан Чали физически не сможет есть ближайшие дни. Тяжело было предугадать, какое именно настроение будет у хозяина на этот раз, так что не оставалось ничего, кроме как притворяться тенью.

Как и следовало ожидать, за непослушание следовало наказание. Хозяин каждый день всю неделю подряд без перебоя посещал Алана вечером, издеваясь всевозможными способами - лицо болело от пощечин, руки были изрезаны за предательство идей. Хозяину сильно не понравилось, что раб Алан Чали ослушался приказа послушно сидеть в тюрьме, сбежал, а потом и инсценировал свою смерть. Ему не понравилось и то, что Алан Чали посчитал, что это возможно - избавиться от товарного знака. За это кожа Алана была изрезана до крови, а ноги вывернуты, чтобы раб Алан больше не думал, что может бежать. Хозяин так небрежно покрутил в руках ферзя, не снимая его с шеи Алана.

- Веселился значит, покупал сувениры на праздниках? - спросил хозяин так раздраженно. Он продолжал пахнуть просроченными ягодами, пока Алан глаза закрыл, только чтобы не смотреть на это неуклюжее тело.

- Не забирайте. Прошу. - прошептал Алан, хоть и знал, чем ему придется заплатить за столь наглую просьбу. Ответ не заставил себя долго ждать - Алана развернули, Алана прижали к стене. Как и было каждый раз, когда он начинал сопротивляться.

Из всех возможных чувств наиболее сильным всегда было отчаяние. Если раньше Алан всеми силами пытался сделать вид, что его ничего не волнует, потому что он даже не думал, что могло быть иначе, почему-то именно сейчас ненависть к себе возросла в геометрической прогрессии. Каждый день истязания, крики, порезы, ожоги. Сколько шрамов было на спине за "непослушание" и насколько их количество увеличится. Противнее всего было, когда кусались или слюнявили то, что по праву им не принадлежит. И только стычки с теми же любопытными Первым и Вторым, которые теперь были в иерархии статусом выше, чем Алан, казались отдышкой после встреч вечерком. Непослушные не заслуживают уважения и пищи. Они обязаны выполнять приказ. Только вот проблема, они обязаны выполнять приказ, как и непослушные.

Алан ни на что не надеялся. Он до сих пор нежно хранил в памяти воспоминания о моментах, когда ему казалось, что завтра есть. Однако печальным выводом всех "казалось" становилась неопределенность. Кажется и есть - две разные вещи. Иначе было нельзя объяснить, почему Алану начало казаться, что встреча с Джемом была сном.

Это был такой способ объяснить свою правоту - давать еды через несколько дней, чтобы раб понял, почему надо слушаться. Еще в самом начале пути, стоило Алану впервые попасть в этот дом, он понял, что молчание - это еда. Послушность - это сон. Выполнение приказа - поощрение, благодаря которому ты имеешь право иногда говорить, что хочешь в туалет, когда тебя который час принуждают страдать. Ну а отсутствие эмоций - способ общения с тем, кого ненавидишь всей душой.

Алан даже на ногах удержаться не мог. Он не ел, кажется, уже дня четыре подряд. Ему приносили лишь воду - одну миску утром, вторую вечером. В остальное время он либо сидел в тишине, либо его избивал Первый или Второй, либо приходил хозяин. Такова была участь рабов.

Алан не сразу поверил, что перед ним находился Джем Марти. За последние дни голова сошла настолько с ума, что Алан даже пару раз видел перед собой Рени, который рассказывал очередную шутку, а еще один раз и Зефир, которая на протяжении пятнадцати минут показывала Алану картину в учебнике. И длилось это ровно до тех пор, пока Алан не открыл глаза.

Джем Марти. Стоило понять, что он не мираж, стало жутко больно. Он был одет в костюм, цепи, внешний вид его, как и всегда, источал безумством и похотью. Он пристально смотрел на Алана, именно так, как и смотрел, когда считал своим долгом помочь Алану перестать рабом. Уроки жизни Джема Марти? - смешно.

Один. Он показал палец. Алан туго соображал, что Джем пытается донести, только чтобы сфокусироваться на Джеме лучше, Алан покрутил головой, надеясь, что мираж исчезнет. Но он не исчезал. Это был не мираж. Второй. Алан шире открыл глаза, по губам читая знакомые выражения. Третий. Опять слова, предложение подлиннее. Четвертый. Алан затаил дыхание, наконец понимая, что Джем говорит. Пятый. Но потом последовал и шестой.

Стоило Джему показать это движение пальцем и сделать всего один шаг от стекла, как Алан тут же вскочил с места и подбежал к двери.

Любые мысли о невыносимой боли по всему телу, голоде, из-за которого ватные ноги валили набок, растворились под действием адреналина, прибывшего в кровь. Алан хотел было открыть рот и что-то сказать, как понимал, что от последней встречи с хозяином голосовые связки до сих пор не восстановились, любые слова вылетали из ротовой полости со жгучей болью, так что не оставалось ничего, кроме как молчать. Молчание - это еда.

Охранник заметил эту резвительность, начиная силой запихивать Алана обратно. Джем. Это был Джем. Это был Джем Марти. Это был Джем Марти, который стоял сейчас здесь, который пришел сюда, который, вновь играя роли, не отводил с Алана глаз. Слезы полились из глаз, пока желание прикоснуться к Джему, доказать себе, что он не мираж, что его шестой палец - это не мираж, не приглушился ударом в голову. Джем продолжал с чересчур поникшей рожей смотреть на то, как Алана оглушили, как его поволокли обратно к стене. Даже то, как агрессивно охранник стукнул его голову о стену, пока лишь ферзь на груди продолжал весело резвиться туда-сюда.

Не плакать, не плакать, не плакать, не смей ныть, ничтожество, не смей проявить слабость, не смей! - говорил Джем себе. Если заплачет, все будет хуже, совершенно все будет хуже! Джема раскроют, Джема убьют, и тогда он не сможет вытащить Алана! А Джем ведь обещал, что он его не продаст...

В комнату незамедлительно вернулся Вахлак, стоило охраннику вызвать подмогу.

- Прошу прощения, - запереживал он, пытаясь быть максимально радушным, - он никогда себя так...

- Еды. - перебил Джем, не обращая внимания на этого жирного урода. Джем тут же достал денег из кармана брюк. - Покормите его, напоите и умойте. Мне понравилось. Я приду посмотреть еще.

- Еще? - Вахлак не совсем понял.

- Еще. - серьезно сказал Джем. - С этим есть трудности? Мне нельзя на него смотреть?

- Ну...

- Плачу столько же. - отрезал Джем без колебаний. - Также пять минут. Этого мне будет больше, чем достаточно. Мне понравилось. Очень понравилось. Красивые глаза. Хочу увидеть еще.

- Ну, пф! - Вахлак аж завелся от неожиданности. Наверное еще никогда в жизни он не получал деньги настолько быстрым и безболезненным способом. - Конечно, такое мы можем устроить, конечно...

- И еще, - Джем подошел ближе, поднял цепочку на шее Вахлака. - В следующий раз давайте без ваших дружков. Поговорим наедине.

Вахлак опустил руку Джема. Джем же к уху его приблизился, облизав его мочку. У Вахлака аж волосы на голове дыбом встали.

- Должно быть интересно.

Джем шеркнул ногой, после чего тут же отправился на выход. Вахлак истерично улыбнулся, бросив взгляд ему вслед.

- И когда же Вас ждать в следующий раз? - окликнул он Джема.

Джем сделал вид, что думает, даже подбородок почесал.

- Через два дня. В шестнадцать часов. - Джем подло улыбнулся. - До тех пор сделайте все, чтобы он больше не выглядел, как труп. Хотя бы еды ему дайте, переоденьте там. Так он совсем, как уродец, не соответствует глазам.

Джем поправил очки, устремившись на выход.

Вечер. Джем стоял под душем, без остановки потирая рот. Он взял зубную пасту, принялся чистить зубы. Не помогло. Он снова взял зубную пасту, принялся чистить зубы... Не помогло! Минут десять он пытался смыть неприятный запах духов, грязь на губах, смыть с рук жалкие прикосновения, а с торса гадкие взгляды. Джема тошнило от сегодняшнего дня, а также от своей ничтожности. И для этого он продал Алана Чали?

Джем сел в душевой, пока капли продолжали стекать по его телу. Еще никогда в жизни он не чувствовал себя настолько грязно. Запах забродивших духов продолжал вбиваться в носовую полость, пока Джем пытался, и пытался, и пытался выплюнуть кожу этого извращенца со своих зубов. Но Джем встал. Выдохнул. У него не было времени желать бежать, сдаваться, сожалеть, унывать, ненавидеть себя, как он поступал ежедневно. Не было времени страдать! Через два дня он вернется и проверит Алана, через два дня он убедится, что Алан еще жив, через два дня... Джем вцепился в собственные волосы. Что такое эти два дня? Это всего каких-то несчастных 4 упаковки яблочных сока, чуть больше половины прошедшей трассы, выходные... Но нет, нет, нет! Это 48 часов голода, 2880 минут пыток, 172800 секунд насилия и унижений. Джем принялся часто дышать - вдох, выдох, вдох, выход. Стоп. Он втянул в грудь больше воздуха. Это всего два дня Джема Марти и 2 года счастливой жизни. Всего два дня переживаний и 2 года будущей жизни Алана Чали. Очевидно, что было дороже из этих двух вещей.

Вечером Джем отужинал в ресторане. Он подозревал, что хозяин Алана будет наблюдать за ним, особенно после того, как загадочно Джем появился. Пока что тактика работала - кажется, никто особо не догадался, кто такой Джем, вроде даже повелись на его наглость, разрешив прийти еще. Однако быть менее осмотрительным нельзя. Всего два дня, это было оптимальное решение, максимально исключающее все... Бежать. Быстрее. Бежать, бежать... БЕЖАТЬ! Джем принял решение позвонить, иначе сбежит ведь.

Он зашел в уборную в ресторане, где во всю какой-то мужчина успевал прихорашиваться. Парочка лестных улыбок, история про забытый телефон, как Джему дали телефон. Он набрал номер.

- Алло? - раздалось по ту сторону трубки. - Кто это?

- Сбежать. - сказал Джем уже даже внимания на людей рядом не обращая. - Он жив, я его видел.

- Неон, это ты что ли? - сказал Рени, аж с кровати подпрыгнув. - Лео, это Неон звонит, Неон звонит!

- Как он? - даже в голосе Лео послышалось напряжение. - Живой? Не убили его?

- Видимо не убили, раз позвонил.

Джем усмехнулся, посмотрев на потолок. Мысли перемешались, грязь до сих пор чувствовалась на зубах. Как же ее отмыть? Отмоется ли?

- Неон, ты как? Что произошло? Что это за номер?

Джем шмыгнул носом, вытирая глаза рукавом.

- В туалете у какого-то мужчины доброго попросил. - Джем так любезно улыбнулся парню возле себя, который все мыл руки, выдавив ответную улыбочку.

- А, вот как... А что звонишь-то? Помощь нужна? Рассказать что-то? Я думал, что ты не будешь так рисковать.

- Рени, - наконец сообразил Джем, пока глаза медленно наполнялись слезами. - Я его видел. Я говорил с ним. Рени, он... Он хуже, чем Зен сказал. Он... Рени, я хочу сбежать, я не могу, я не могу, я не мог...

- Неон, - Рени сказал вполне серьезно, тут же остановив истерику на том конце провода. - Ошибки случаются. Это нормально. Ты пытаешься исправить ее. Твоя реакция бросить все обоснована, ты правильно сделал, что позвонил мне, прежде чем обрубать концы.

- Я не должен был так поступать... - Джем больше не мог сдержать слез. Даже парень, одолживший телефон, намеренно сделал вид, что до сих пор причесывается, в зеркале видя эту перепуганную физиономию, с которой все так и текли слезы. - Рени, я ничт...

- Заткнись. - Рени аж крикнул. - Никогда себя так не называй, понял? Неон, ты прожил вчерашний день, но ничего не знаешь о сегодняшнем. Насрать мне, что у тебя было в прошлом и что ты делал, когда все шло через задницу, насрать! Все получится, ты понял меня? У тебя все получится, все будет хорошо! Ты не сбежишь, ты сможешь не сбежать!

Джем нервно засмеялся, уже даже не обращая внимания на взгляды прохожих издалека.

- Какая же лживая фраза, ты бы знал...

- Максимально! - Рени аж рукой по матрасу стукнул. - У пессимистов все будет хорошо, но им это максимально не понравится!

- Твои шутки... - Неон так обреченно выдохнул.

- Да не говори! - Рени аж завелся. - О, слушай еще одну, сегодня нашел. Эпилептиков не пускают на пенные вечеринки, потому что со своим нельзя. Или вот, можно ли считать мужчину зоофилом, если он предпочитает светских львиц? О, а может мою любимую: дороже здоровья только лечение. Кстати, последнее на жизненном опыте прознал.

Джем рассмеялся, скорее уже от безнадежности и глупости всей ситуации, чем от шуток Рени. Да, Рени был именно таким - чуть отбитым, чуть милым, чуть скованным. Чуть... родным.

- Рени, ты придурок. - сказал Джем, вытирая слезы. - Я ненавижу тебя за это. Всей душой ненавижу. - Джем выдохнул, выпрямляя осанку. - Ладно, я пойду, пока еще больше гадостей не наговорил.

- Неон, ты вернешься? - успевал Рени, пока мог.

Этот вопрос Неон где-то слышал. Если из уст Зена он всегда звучал слишком жалко и самонадеянно, то из уст Рени... еще хуже. Максимально хуже и неуверенно. Неон улыбнулся.

- Я попытаюсь, Рени.