29 глава.

«Душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь!»— Николай Заболоцкий

• Леянель Уилсон.

Я почти вылетела из туалета, будто убегала от самого себя. Внутри всё бурлило, и чем дальше я шла по коридору, тем сильнее сжималось сердце.

«Л — Прости, мне нужно идти», — бросила я через плечо, не дожидаясь ответа.

Каблуки громко стучали по плитке, а гул музыки за спиной постепенно глох. Казалось, стены давят на меня, воздух душит. Я вырвалась наружу — и только тогда смогла вдохнуть по-настоящему.

Ночной воздух был свежим, почти холодным, он ударил в лицо, растрепал волосы. Я жадно втянула его, но легче не стало. Наоборот, в груди разливалось раздражение, злость на себя, на него, на весь этот чёртов вечер.

Господи, что со мной не так? Он же посмеялся надо мной, поспорил, словно я игрушка. А я... я позволила ему дотронуться, позволила поцеловать себя. Какая же я идиотка. Что за девушка я, если позволяю так обращаться с собой?

Я подошла к машине и села на капот, чувствуя холод металла сквозь ткань платья. С дрожащими пальцами достала сигареты. Щёлкнула зажигалкой, и оранжевое пламя на секунду осветило мои руки. Сделав первую затяжку, я прикрыла глаза.

М-да... Когда я уже встречу того, кто действительно будет любить меня, а не использовать ради дешёвого спора? Где та Лея, которая была сильной, дерзкой, которую называли зловещей? Похоже, её больше нет. Теперь я — просто жалкая девчонка, потерянная в чужих играх.

В голове было слишком шумно. Алкоголь и мысли мешались в один сплошной гул. Я достала телефон и быстро набрала сообщение Райли и Винни: «Я домой. Вызывайте такси сами.»

Мне было плевать, поймут они или нет. Сил больше не оставалось. Если бы не Пэйтон, я бы сейчас танцевала, смеялась, наслаждалась вечером. Но нет. Он должен был снова влезть и всё испортить. Я ненавидела его. И себя — за то, что хоть на секунду позволила поверить в его прикосновения.

Я села за руль. Нет, я не была совсем в хлам, дорогу видела, руки держали руль крепко. Но внутри всё шаталось. Включив музыку погромче, я тронулась с места.

Моя машина мягко скользила по дороге, словно убаюкивая, но музыка била басами в виски. Каждая нота напоминала о клубе, о его взгляде, о его губах. Я стиснула зубы.

Доехав до магазина, я выдохнула и зашла внутрь. Взяла вино и шампанское, не раздумывая. Словно это могло стереть всё внутри.

Дома царила тишина. Тяжёлая, вязкая. Никто не встретил меня, никто не спросил, где я была. Наверное, все уже спали. И это было даже лучше.

Я прошла в комнату, налила бокал и включила музыку. Танцевать не хотелось — хотелось забыться. Я рухнула на кровать, закутавшись в одеяло, и пила. С каждой новой минутой бутылки пустели быстрее, а мысли становились всё смазаннее.

Через полчаса на столике стояли две пустые бутылки. Я уже шаталась, когда громкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

«Л — ик Вхлдите...— пробормотала я, пытаясь встать.»

Дверь открылась, и на пороге появился Джон.

«Дж — Лей, почему у тебя так орёт музыка? Ты что, пьёшь?»

Я улыбнулась, едва удерживаясь на ногах.

«Л — ик Я совсем чучуть...»

Он скрестил руки на груди.

«Дж — Конечно. Я вижу, как ты чучуть.»

Я фыркнула, усмехнулась и махнула рукой.

«Л — Сядь со мной, ладно? Просто... побудь рядом.»

Он покачал головой, но всё же сел на кровать. Я остановилась напротив, рассматривая его. Почему он казался сейчас таким близким? Или это алкоголь?

Я вдруг села к нему на колени.

«Дж — Лея... Что ты делаешь?..»

«Л — Ты... ничего. Ты даже симпатичный, — хихикнула я, наклоняясь ближе.»

Наши губы встретились. Поцелуй был резким, неожиданным, но сладким. Его растерянность чувствовалась в каждом движении, но он не оттолкнул. Наоборот, ответил. А я тонула в этом тепле, в его губах, забывая обо всём.

Боже... что я творю? Почему это так приятно? Почему именно он?

Мы оторвались друг от друга, и я, задыхаясь, улыбнулась.

«Л — Родной... Я всё понимаю. Утром это будет ошибкой. Но сейчас... я всё равно хочу тебя.»

В его глазах промелькнула боль.

«Дж — Прости, милая... Но я не могу. Не так.»

Я опустила голову и тихо засмеялась.

«Л — Ладно... Тогда хотя бы просто поспи рядом. Пожалуйста.»

Я сползла с него, и платье задралось выше бёдер. Его взгляд невольно задержался.

«Л — Что, милый, куда смотришь? — спросила я с усмешкой.»

«Дж — Прости... Ты слишком...»

Я улыбнулась.

«Л — Слишком сексуальная, да? Ха, я знаю.»

Повернувшись к нему спиной, я тихо сказала:

«Л — Помоги снять платье.»

Его руки коснулись моей спины. Осторожные, немного дрожащие. Я почувствовала лёгкий шлепок и звонко рассмеялась.

«Л — Нравится, да?»

Его лицо залилось краской, а я, хихикая, пошла в душ.

Вода была горячей. Капли стекали по коже, смывая запах алкоголя, но не смывая путаницу внутри. Я долго стояла под струями, пока не вспомнила, что Джон ждёт.

Вышла в полотенце.

«Л — Родной, подай пижаму.»

Он протянул, и я, не торопясь, переоделась. Пижама была простая, мягкая, но в ней я чувствовала себя ещё более уязвимой.

Я легла рядом, прижалась к нему.

«Л — Джон... А ты знал, что я раньше тебя любила?»

Он напрягся.

«Дж — Нет... Не знал.»

«Л — Когда мы были еще у родителей... Я правда любила. Но у тебя была девушка.»

«Дж — У меня не было девушки. Я солгал.»

Я хлопнула его по плечу, смеясь.

«Л — Ну ты и гавнюк.»

«Дж — А сейчас ты кого-то любишь?»

Я задумалась.

«Л — Не знаю... Может, Пэйтона. Но он... Он ведь поспорил на меня. Представляешь? Он сделал из меня ставку.»

Джон крепче обнял меня.

«Дж — Бедная моя.»

Я уткнулась в его плечо. Музыка за стеной стихла. Мир плыл. Его объятия были тёплыми и такими спокойными. И впервые за весь день я почувствовала себя в безопасности.

И уснула.

Как вам такой поворот?)