Десятая глава

          Внизу проход перегораживала железная дверь с кодовым замком. Леся её уже открыла и попыталась захлопнуть перед моим носом. Я успел подставить плечо и всем весом навалился на преграду. Мадам не стала долго упираться и уступила под моим напором.

      - Грешно бросать раненого, - я с упрёком посмотрел на женщину.

      - Без тебя как-то спокойнее было бы, - Леся щелкнула выключателем, и потайной тоннель осветился неярким светом.

      Бревенчатые стены неширокого прохода тут и там были увешаны паутиной, на деревянном настиле солидный слой пыли – этим путём явно давно не пользовались.

      - А ты неплохо подготовилась к побегу, - с усмешкой произнёс я, наблюдая, как Леся тщательно закрывает дверь.

      - Волков да шакалов много развелось, - проворчала мадам и протиснулась мимо меня вперёд.

      - Кто бы говорил, - ответил я в спину «невинной овечке».

      Примерно метров через триста тоннель резко поворачивал влево и упирался в очередную дверь, закрытую на простой металлический засов.

      - Куда ведёт выход? – осторожно ощупывая рану, поинтересовался я. Рукав пропитался кровью, не мешало бы чем-нибудь перетянуть предплечье.

      - За территорию усадьбы, к озеру, - медленно открывая дверь, ответила Леся. – Надеюсь, ваши пока сюда не догадались наведаться. Кстати, а чего ты не остался в доме? Ты же на Кита работаешь.

      - Разногласия у нас, - я не стал вдаваться в подробности.

      На улице уже стемнело, что нас вполне устраивало. Поблизости от входа вроде никого не было, тишину нарушали только неугомонные сверчки. Густой кустарник надёжно укрывал нас от посторонних глаз.

      Расстегнув ремень и вытащив его из джинсов, я кое-как перетянул руку повыше раны, помогая себе зубами.

      Леся тем временем аккуратно раздвинула ветки и рассматривала тёмное строение, стоявшее почти вплотную к водоёму. У причала покачивалась моторная лодка.

      - Вроде никого, - прошептала мадам. – Иди, отвязывай лодку.

      Мне хотелось сказать ей пару ласковых слов, чтобы не командовала больше – не в том она сейчас положении. Но времени на пререкания не было, нужно уматывать отсюда, пока Кит не направил своих боевиков обыскать местность.

      Доски причала предательски поскрипывали. Мне казалось, что эти звуки разносятся на всю округу. Склонившись к лодке, я стал поспешно развязывать верёвку от кнехта. Рука отзывалась тупой болью так, что весь взмок от пота, пока распутал узел.

      - Готово, - я обернулся к Лесе.

      Есть такой советский фильм – «Дураки умирают по пятницам». Наверное, про таких, как я, сняли. Сегодня как раз пятница...

      Рядом с мадам стояла Анюта. В левой руке спортивная сумка, а в правой направленный на меня пистолет. Тёмный зрачок ствола гипнотизировал не хуже мага.

      - Молодец, малыш, - снисходительно сказала мамаша. – А теперь оружие и доллары положи в лодку и выбирайся на берег. Только не шали.

      Послушно исполнив приказ хитрой атаманши, я не спеша приблизился к опасной парочке.

      Анюта бросила на меня холодный, равнодушный взгляд и прошла к лодке, благоразумно сохранив дистанцию.

      - Прощай, малыш, - мадам послала мне воздушный поцелуй и попыталась меня обойти на безопасном расстоянии.

      Резко рванувшись, попытался схватить её, но поскользнулся на влажной земле, и руки не дотянулись до стервы.

      Раздался выстрел, и свинцовый подарок от дочки пробил мою грудь. Я не устоял на ногах и рухнул на землю. От боли потемнело в глазах, с губ сорвался стон.

      Взревел мотор и лодка, быстро набирая ход, стала удаляться от берега.

      Я попытался подняться, но на грудь будто давила бетонная плита, воздух с хрипом вырывался из лёгких.

      - Не суетись, Леший, - неожиданно раздался голос Кита, и он не спеша прошёл мимо меня на причал. – Я им оставил в лодке сюрприз.

      - Кит, не надо, - едва слышно прошептал я. – Никуда не денутся, найдём.

      - Заткнись. Я им Алёну не прощу! – он нажал на небольшом приборе кнопку.

      Над гладью озера раздался мощный взрыв, озарив окрестности огненной вспышкой.

      Сознание померкло, унося меня в чёрный омут неизвестности – может хоть там удастся обрести душевный покой.