Седьмая глава

         Стоило дряхлому Дон Жуану сделать первый шаг в камеру, как я тут же ухватил его и рывком бросил на грязный пол.

      Не ожидавший подвоха ловелас распластался на холодном бетоне и замер, уткнувшись лицом в свой букет.

      - Привет, Сморчок, - прошипел я ему в самое ухо. – Шалишь, мухомор?

      - Лучше отпусти по-хорошему, карась, - выпалил дед в ответ. – Меньше проблем будет.

      - Придушу сейчас гада – одной проблемой станет меньше, - я вдавил седую голову старика в пол.

      Побледневшая Анюта сидела на постели и нервно теребила край одеяла. Я ободряюще подмигнул ей и снова обратился к деду:

      - Сейчас ты нас выведешь отсюда и покажешь, где у вас гараж.

      - Ишь чаво захотел, пингвин, - прошипел Сморчок, пытаясь ослабить мою хватку. – Ничего у тебя не выйдет.

      - Попытка не пытка, - я увидел, что задравшийся свитер оголил рукоятку пистолета, заткнутого за ремень галифе. – За ствол отдельное спасибо, с ним сподручнее будет пробиваться на выход.

      В этот момент неожиданно ойкнула Анюта и я резко обернулся к двери.

      Весь проём загораживала хмурая, как туча, мадам. Холодный взгляд прищуренных глаз буравил меня, а руки вызывающе были скрещены на груди.

      - Решил сбежать не попрощавшись, малыш? – нарушила она молчание. – А как же ночь любви?

      - Ублажи своего Фиксу, стерва, - сквозь зубы ответил я и выхватив у деда пистолет, направил его на Лесю.

      На её лице не дрогнул ни один мускул, только взгляд полыхнул ненавистью.

      - Выстрелишь в женщину? – спокойно поинтересовалась она.

      - Ты - дьявол в юбке, а не баба, - покачав головой, я передёрнул затвор пистолета. – Так что уйди с пути, от греха подальше.

      - Кругом охрана, малыш. Живым тебе не выбраться.

      Медленно выпрямившись, я сделал шаг к Лесе, продолжая держать её на мушке ствола.

      - Мы вместе выйдем, они побоятся стрелять – вдруг в свою хозяйку попадут, - я ухмыльнулся. - Этот раунд за мной, дорогая. Анюта, собирайся, пора вдохнуть воздух свободы!

      Услышав, как встала с кровати девчонка, я указал Лесе пистолетом на выход. Но она только презрительно скривила губы и не сдвинулась с места.

      В следующий миг за моей спиной послышался подозрительный шорох, и табуретка обрушилась на мою голову. В глазах потемнело от сокрушающей боли.

      «Ах, ты ж прыткий мухомор!» - мелькнула едкая мысль в угасающем сознании.

      Падая на встречу с бетонным полом, я успел заметить, как выпал табурет из рук испуганной Анюты. А потом спасительная тьма погасила этот проклятый мир.