58. А кому верить?

Открыв глаза, перед собой я видела Тома, за окном наконец-то наступил новый день, солнца не было, но день был ясным. Эта ночь сильно напугала меня, поэтому подставила руку под нос Тома убедиться, что он дышит. Так странно, совсем недавно я желала ему смерти, теперь проверяю, дышит ли он. Можно ли было меня назвать сумасшедшей или сдвинутой?

Лишь спустя пару минут меня осенило, что я лежала возле Тома, хотя я засыпала на полу, но в какой момент я залезла к нему и зачем? Я быстро встала, проводя руками по взъерошенным волосам. В домике хотя бы была раковина, где я и освежила свое лицо, капли воды сразу приводили в тонус, снимая сонность с глаз. Я обратила внимание на стол, где была рассыпана аптечка и лежал стакан с водой. До меня дошло, что Том ночью вставал и выпил таблетку, так как упаковка была вскрыта, получается, он меня и уложил на кровать. Том сейчас сильно ослаб, поэтому решила приготовить ему что-нибудь, надеюсь, в холодильнике будет хоть что-то. Открыв его, я увидела, что он был забит овощами и лежало мясо. Хоть эта сатана и не заслуживала, но по моей вине он в таком состоянии, поэтому приготовить ему бульон не составит мне труда. Двигалась я тихо, чтобы не разбудить его, достав небольшую кастрюлю и вымыв хорошенько мясо, поставила на огонь, с рецептом заморачиваться не стала, ему нужно было что-то диетическое и просто набраться сил, поэтому всё по стандарту: курица, а к ней и легкая зажарка из овощей.

Пока суп варился, я всё так же отчаянно пыталась поймать сигнал, но всё было тщетно, поэтому рискнула выйти наружу, шагая вокруг домика, надеясь хоть на какую-то связь, ночью я рисковать не стала, но сейчас было светло и не так страшно.

На каждый мой гудок поступал безысходный сигнал об отсутствии связи.

Непонятно было, что делать, поэтому оставалось только дождаться, как проснется Том, и идти дальше, но пока я сама осматривала округу, может, наткнулась бы на следы какие-то. А вообще я возлагала большие надежды на возвращение лесника в свою хижину, и он нас наконец выведет в город.

Мне показалось, что я достаточно далеко отошла от хижины, так как ее мне уже не было видно, поэтому, обойдя округу, я потопала обратно по своим следам.

Мне кажется или кто-то выкрикивает мое имя, у меня уже явная паранойя, но это вновь повторилось...это же голос Тома. От страха, что что-то не так, побежала к нему быстрее.

Я увидела, как он выходит из хижины без кофты и куда-то направляется.

— Том?!

Он тут же обратил на меня все свое внимание, облегченно выдохнув. Подойдя к нему ближе, обратила внимание на перевязку, которая, кажется, кровила.

— У тебя рана кровит?

— Я думал, ты оставила меня, — прошептал тот, в голосе его слышался испуг, но его глаза всегда выдавали его натуру. Эти хищные, грозные, покрытые тьмой глаза, готовые разорвать тебя на части.

— Я осматривала округу, — коротко отрезала я, заходя обратно в хижину.

После чего и Том сразу зашел за мной, бульон уже был готов, поэтому я сразу же наложила ему на тарелку и положила на стол, веля ему поесть. Всё это время он вопросительно наблюдал за каждым моим действием.

— Это ты мне приготовила?! — удивился Том, изогнув брови.

— Да, тебе нужно сил набраться, и пойдем наконец отсюда.

Он аккуратно уселся на стул, тем временем я стала убирать диван и собирать всё то, что осталось от нашей ночной операции. Краем уха мне послышалось, что Том тихо стонал от боли, и, казалось, ложка билась об тарелку, я обернулась и увидела, как он отчаянно пытался держаться и за рану, и за ложку, еле сгибаясь ко столу, и не мог схватиться за ложку.

— Очень болит рука...

Мне показалось или я увидела у него хитрый взгляд с какой-то улыбкой, которую он пытался скрыть.

— Держи другой рукой, — холодно ответила я, не обращая на него внимания.

Но вновь слышала, как эта ложка билась об тарелку. Рассердившись, села возле него, хватая ложку с его рук.

— Давай помогу, — фыркнула я.

На его лице появилась мгновенная улыбка, когда сидела возле него, пытаясь накормить со своих рук. Всё это время он сидел ужасно довольный, улыбку у него скрывать и вовсе не получалось.

— Смотрю, тебе очень даже весело и вовсе не больно, — сердито подметила я.

— Ах... Очень больно, из-за тебя даже самостоятельно поесть не могу, — ответил он с грустной гримасой.

На что я себе под нос фыркнула.

— Том...

— Ммм?

— Почему ты так жесток с Ральфом?

Кажется, я тронула запретную тему, его взгляд тут же поменялся, он моментально отстранился, вставая со стула.

— Давай, нам пора, — холодным голосом велел тот.

— Но...

— Не смей!.. Больше. Своим ртом. Произносить имя ублюдка!

— Ублюдка? Ты ему жизнь испортил!

Том одарил меня острым возмутившимся взглядом.

— Ты ничего не знаешь.

— Я знаю всё!

Как вдруг он быстро оказался возле меня, прижав меня к стене, дыхание его было слишком быстрым, брови нахмуренны.

— Говоришь, он рассказал тебе всё?

— Да, всё.

— И ты веришь ему?

— Верю!

— А вдруг он соврал тебе, и у меня другая версия?

— Ну конечно, — вытянула я, — ты обвинишь всех, кроме себя.

— То есть ты веришь тому, кого не знаешь?

Я издала издевательский смешок. — А кому верить? Тебе что ли?

— Да.

— Ты ничем не отличаешься от него.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Ты для меня никто, я тебя не знаю, я знаю только то, что ты чудовище!