Глава 9

Чон У сидел на балконе своей новой квартиры. Утреннее солнце касалось зданий чужого города, дарило холодную защиту. Впервые за долгое время он почувствовал дыхание — воздух не пах стариной, не давил, не царапал.

Он снял телефон с зарядки, посмотрел на экран: куча сообщений от Кён Мин, проступили слова поддержки, вопросы, тревога. Он молча закрыл приложение. Ни ответов, ни объяснений.

В новой кухне чашка кофе остыла на столе, но вкус был чужим. Без мятных нот, без металлической горечи.

Он снял рубашку и заметил — кожа тоже казалась чужой. Бледная, не горела воспоминанием. Он присел, провёл ладонью по шраму на шее — тот самый от поцелуя, от прикосновений. Он не думал о боли, а о том, что эти метки навсегда.

Работа — простая. Редактор в районной газете. Квартирка в старом доме, но без резкого запаха. Соседи — нормальные. Даже назвал фронтовик с тремя кошками. Рабочий день — тексты, новости, кофе.

Он начал писать статью. Маленькая колонка о местном фестивале, без упоминаний «Эдена». Желание — стереть, но память веет и держит.

---

Тем временем Мун Джо сидел в светлой клинике. День прошёл. Поток пациентов. Он улыбался, лечил зубы, говорил комплименты.Но в голове — один человек. Один вкус. Одна тень.

Он развернул планшет, пролистал список клиентов. Среди них не было его. Чон У исчез. И это стала новая игра — поиск.

Он не звонил в полицию, не привлекал чужих. Его люди — тихие, хладнокровные — уже начали изучать маршруты: телефонные метки, фото с камер, адреса, аккуратно.

Каждую ночь он думал о нём. О его страхе, о слезах, о том, как он кричал о Мун Джо в кафе. Он понял — влюбился. И это не просто тяга. Это одержимость.

— Он свободен? — спросил он себя, глядя в зеркало.

Он протёр лицо.— Пока что. Но не надолго.

---

Чон У жил на последних сбережениях несколько дней. Потом взял аванс. Устроился. Платил за жильё своими руками. Никому не рассказывал о прошлом. Только дважды ответил перебежчику почтовомегалиту друзьям — написал «жив, но не готов к телефонным разговорам».

Он купил блокнот. Записал туда:— Я не вернусь.— Я не принадлежу ему.— Я — себя.

Но по ночам он всё ещё слышал карканье проветривания железной трубы в ванной. Оно напоминало шаги в коридоре. Звуки давали знать: память не отпускает.

Он не чувствовал, что опасается — скорее ждал. Ждал встречи. Или решимости изменить всё.

---

Тем временем, в клинике, Мун Джо держал иглы в ящике — аккуратно. Ладони чисты. Но глаза не могли смотреть на полки и инструменты, не думая:— А вдруг он вернётся.

Он проговаривал вслух:«Я найду тебя. Я не отпущу. Ты мой.»

На обед он попросил свою помощницу проверить записи. Любую зацепку.Она кивнула. Без вопросов. В её глазах — страх. Но она знала: выполняет приказ.

Вечером он встал у окна клиники, глядя на пустой асфальт.Знаков нет. Но в тишине — уверенность: он — следит. И скоро его план придёт в движение.

---

Чон У сел в кафе, заказал чай, вытянул руку и положил над блокнотом.Он наблюдал улицу. Безопасность — иллюзия. Но он сделал шаг. Он существовал.

И это — уже сопротивление.