Эпилог

Прошло три года.

Три года тишины. Смеха. Детских криков. Любви.Три года, в которые я, забыв, как это — жить на грани, училась быть просто женой, просто мамой... и, к своему удивлению, прекрасно с этим справлялась.

Теперь Стефано уже 8 лет — настоящий маленький босс дома.

А Мэлани — наша дочь, наша нежная, упрямая девочка с каштановыми кудрями и ямочками на щеках, которой только исполнилось два с половиной — была маленьким ураганом в платьице с котятами.

Утро начиналось, как обычно, не с будильника, а с того, что дверь в спальню с грохотом распахивалась, и Мэлани, с криком:

— МАМААА! ПАПААА! Я проснулась! Ура!— запрыгивала мне на живот.

— Ох, Господи, опять... — простонал Габриэль, натягивая одеяло на голову.

— Ты хотел двоих детей. Это твоя вина, Ревьеро. — шепнула я, смеясь, пока малышка уже стаскивала с него одеяло.

— Папа, вставай! Мы пекём кексики! — заявила она.

— С восьми утра? — простонал он.

— Да! У меня срочно праздник!

— Какой праздник, малышка? — я, зевая, приподнялась.

— Сегодня пятница! Это праздник! — абсолютно серьёзно заявила она.

На кухне Стефано уже сидел с планшетом, в пижаме с Бэтменом и с видом уставшего старика:

— Пап, она опять рано вскочила. Я не выспался. Нам нужно строить ей клетку.

— Стефано. — строго сказала я, разливая какао.

— Ну хоть с мягкими стенами... и игрушками... — проворчал он, пряча улыбку.

Мэлани, тем временем, уже вся была в муке, раскладывая тесто на всю столешницу:

— Мам, а можно кекс с макаронами?— Нет— А с кетчупом?— Тоже нет.— А с любовью?

Я замерла и, улыбнувшись, присела к ней:

— Вот это,— обязательно.

В это утро мы так и не испекли кексики.Зато вся кухня была в муке, яйцах, и одинокий макаронин торчал из тапка Габриэля.

Он посмотрел на меня, на детей, на кухню:

— Я глава мафии, Али. Глава. МАФИИ. А на меня кричит двухлетняя булка.

— Ты проиграл войну, милый. Сдайся с честью. — я рассмеялась, целуя его в щеку.

— Мама! Папа! Не целуйтесь при мне, я ем! — крикнул Стефано, уткнувшись в тарелку.

А вечером...

Мы лежали все в большой кровати.Мэлани уже спала, уткнувшись в грудь Габриэля.Стефано читал книгу и пытался делать вид, что он не засыпает, хотя уже десять раз ронял голову.Я посмотрела на них. На свою семью.На двух самых дорогих мне мужчин и маленькую принцессу между ними.

Габриэль поймал мой взгляд.Протянул руку.Я положила свою в его.

— Знаешь, я бы мог снова стать королём, если бы не они.

— А теперь ты кто? — прошептала я.

Он посмотрел на Мэлани и Стефано и тихо ответил:

— Теперь я просто счастливый человек.

Я улыбнулась и, прижавшись к его плечу, прошептала:

— Теперь мы настоящая мафия. Семейная.

И он засмеялся.Так, как смеются только те, кто выжил в аду,и построил рай собственными руками.