Глава 19 "Беглец"

Телефон зазвонил, как только Маша вошла на кухню.

Она взяла трубку, ответила.

— Маша?.. — послышался на том конце знакомый голос.

Сердце отчаянно забилось. Чего только она не передумала в эти дни! Вершинина помнила, как, спотыкаясь, бежала по рыхлому снегу в лес, где нашли труп, как кричала до боли в горле: «Максим! Максим!»

— Максим... — внезапно севшим голосом произнесла она и сейчас. — Ты жив!

— Ты там одна? — спросил он, не реагируя на ее радость.

— Да. Где ты? С тобой все в порядке?

Он не ответил ни на один из вопросов, только сказал:

— Мне нужны деньги. Достань для меня хотя бы штуку баксов.

Она растерянно молчала, не зная, что и сказать на заявление сына.

— Понятно. Можно было и не звонить, — в голосе парня послышалось презрение. — Пока, привет Байрону.

— Максим! — она схватилась за край стола, чтобы не упасть. — Не клади трубку! Я достану, обещаю, что достану!.. Куда их принести?

— Поклянись сначала, что не сдашь меня, — удостоверился он.

— Клянусь.

Все моральные аспекты — потом. Сейчас главное — достать деньги. И Маша знала, как их достать. Еще вчера она видела в кабинете Виктора Полякова, прямо в ящике стола, пухлый конверт с деньгами на хозяйственные расходы. Этого должно хватить Максиму на первое время. Если он сбежал — значит, все действительно плохо.

Конверт оказался на прежнем месте. Хорошо. На столе лежали ключи от машины Полякова. Еще лучше — вот и решилась проблема, как добраться до Максима. Да, она готова ради сына на все — красть, убивать... Что угодно. И тот, кто поспешит осудить ее, никогда не имел детей и никогда их не лишался.

Маша ехала по заснеженной дороге. Машина буксовала, норовисто виляла в колеях, но ехала. Это было главное. Какое-то время ее преследовал другой автомобиль. За рулем, кажется, был Виктор — Маша не присматривалась, с ее водительским опытом, стремящимся к нулю, женщину больше занимала дорога. А потом преследователь исчез — то ли отказался от погони, то ли застрял где-то. Вот оно — преимущество поляковского кроссовера.

Максим ждал ее неподалеку, у часовни. Растрепанный, нахохлившийся, похожий на воробья.

— А ничего тачка, — сказал он вместо приветствия. — Смотрю, ты прибарахлилась.

— Это Виктора Николаевича. Я... одолжила, — Маша жадно вглядывалась в его уставшее лицо. — Как ты?

— Нормально, — Макс небрежно закинул за плечо один конец полосатого шарфа. — Деньги принесла?

— Где ты был все это время? — настаивала она. — Мы тут места себе не находили! Не мог, что ли, позвонить?

— Слышь, давай без истерик, — выставил он перед собой руку.

— Тебя ищет полиция! После того, что случилось с Артемом... — Маша осеклась, увидев непонимание в глазах Макса. — Так ты ничего не знаешь?.. В тот день, когда ты ушел, его обнаружили в лесу... Мертвым.

— Не может быть... — Морозов побледнел и сделал шаг назад, тряся головой, словно надеясь пробудиться от кошмара. — Нет...

Максим закрыл лицо рукой, чтобы никто не видел его слез, а Маша подошла ближе, приобняла его...

— Все, — Макс отер лицо кулаком, взглянул на Марию почти неприязненно. — Хватит! Давай деньги, и я пошел.

— Никуда ты не пойдешь!

Виктор Поляков стремительно выскочил на поляну и успел перехватить кинувшегося было бежать Морозова.

— Все живо в машину! — скомандовал директор, бросив на Машу короткий колючий взгляд. — В школе поговорим.

— Ах ты, тварь! Все-таки продала! — презрительно сплюнул под ноги Макс.

* * *

— Вот, Старкова, ваш телефон. Заметим, вы превосходно обходились без него все это время. Возьмите, — Войтевич протягивал ей маленький черный аппарат.

Даша смотрела на него с ужасом. Ее серебристый телефончик пропал в ночь, когда убили Темку.

— Ну, будете брать или мне оставить его у себя? — не выдержал биолог, и Даша поспешно схватила мобильник.

Теперь, после окончания уроков, ребята собрались в комнате мальчиков и смотрели на аппарат так, словно он был живым и, возможно, смертельно опасным.

— Единственное, что от Темки осталось, — глухо произнесла Вика.

— Он разрядился, но я знаю, где зарядка, — Ромка поискал под кроватью и, достав провод, подключил его к телефону. — Может, там фотки остались. Сейчас посмотрим...

И тут дверь вдруг отворилась, и на пороге показался Морозов. Хмурый, недовольный.

— Макс! — Даша бросилась к нему на шею, прижалась к холодной щеке. — Ты живой!

Мгновением позже к ней присоединилась Вика. Теперь обе девушки обнимали Максима.

— Где ты пропадал? Что случилось?

Вопросы сыпались дождем, но Макс молчал, глядя на идеально заправленную кровать Темы.

— Они его убили, — пробормотал Ромка, едва сдерживая слезы.

— Мы думали, что ты тоже погиб, — добавила Даша.

— Я рад, что ты жив, — серьезно сказал Андрей.

— Да ладно, — Морозов с деланой беспечностью огляделся. — А чем это вы здесь занимаетесь?

* * *

Снег и кровь. Алое на белом. Красиво.

Он рассматривал эту картину издали, глядя на большую машину, похожую на застывшее чудовище. Он не любил машин. Вот и эта стала ловушкой для человека. Тот сидел, откинувшись назад, из опущенного бокового стекла высунулась бессильная рука, на которую падали и не таяли снежинки. Человек был мертв.

Но какое Ему до этого дело? Покачав головой, Он, хромая, побрел прочь.

* * *

Связной был мертв. Посреди его лба зияло пулевое отверстие. А это означало... Ничего хорошего это не означало. Володя тихо, но забористо выругался. Связь оборвана. Придется что-то придумывать.

И кстати, непонятно, довез ли агент брошку.

Так или иначе, от топтания вокруг машины дело само собой не делалось. Придется заняться телом. Уничтожить все улики, как предписывала инструкция, и сжечь и мертвого человека, и автомобиль. Не вовремя это случилось, ох как не вовремя!..

Вскоре в овраге запылал костер, а Володя уже шел прочь по направлению к школе.

Он шел и думал о Князе.

Этот человек вытащил его из тюрьмы, дал новое имя, познакомил со Связным и отправил сюда, в «Логос», с особым заданием. У Володи, тогда его еще звали Ильей, не было выбора, а Князь назвался другом его покойного отца... И цель для миссии он выбрал странную — осудить виновных. Расспрашивать было бесполезно, и вот теперь Володя по крупицам собирал информацию, так и не представляя толком, на кого и зачем работает.

Смерть Связного еще более все запутала.

Придется дать в газету объявление, которое сообщит Князю, что возникла проблема.

* * *

— Ты знаешь пин-код? — Вика вопросительно посмотрела на Рому.

Парень кивнул.

— Попробуй шестнадцать-ноль-три.

Вика набрала.

— Шестнадцатое марта — мой день рождения, — заметила она, пока телефон загружался. — Забавное совпадение.

— Это не совпадение, — буркнул Рома.

Вика растерялась. Она сама неровно дышит к Максиму и переживает, потому что он словно не замечает этого. Но, выходит, Артем относился к ней примерно так же, а она... Девушка не хотела об этом думать. По крайней мере не сейчас.

Звук, сигнализирующий о приходе эсэмэски, прервал ее невеселые мысли. Вика взглянула на экран и перевела взгляд на подругу.

— Даш, это от тебя.

— Я ничего не посылала... Постой, а когда отправлено сообщение?

Вика снова посмотрела на телефон.

— Ночью... в ту ночь, когда убили Артема! — еле проговорила она непослушными губами. — Так у него же был Дашин телефон... а значит...

Мобильный казался ей ожившей гадюкой.

— Что, если это от убийцы? — предположил Ромка.

— Открывай! — жестко скомандовал Максим.

Они положили телефон на Темкину кровать и собрались вокруг, завороженно глядя на экран. Там появилось веселое лицо Артема.

— Чуваки, тут такое! Это просто анриал! — проговорил он.

И вправду, камера отразила ветки деревьев — то ли опутанные гирляндами, то ли ставшие прибежищем тысячи светлячков.

За спиной Темы послышался хруст. Парень вздрогнул и испуганно оглянулся:

— Кто здесь?..

Артем побежал, не выключая телефона, изображение сделалось смазанным — деревья сливались в длинные полосы, слышался только скрип снега и тяжелое дыхание бегущего. Затем парень остановился, увидел что-то, недоступное объективу камеры.

— Найдите Иру И...

Артем не смог договорить, потому что рука в черной перчатке зажала ему рот, изображение задергалось, телефон упал в снег и... погас.

Комментариев не требовалось. Теперь окончательно было ясно, что наркотики тут ни при чем — это просто средство замаскировать убийство.

— Мы должны показать видео Виктору Николаевичу! — Вика схватила телефон и хотела было направиться к двери, но Даша остановила подругу, схватив ее за руку.

— И не думай! — сказала она. — Помнишь, Савельич сказал, что никому нельзя доверять! За доказательства здесь убивают.

— Тогда нужно спрятать этот телефон получше... — Андрей задумался. — Пожалуй, отнесем его на чердак, это самое безопасное в школе место.

В этот же час в столовой «Логоса», временно превратившейся в актовый зал, происходили не менее драматичные события. Весть о том, что в школе были найдены наркотики, утаить не удалось, и теперь родительский комитет требовал наказать виновных. Решение лежало на поверхности — исключить неблагополучных ребят, чтобы на корню пресечь распространение заразы.

Виктор слушал их разгневанные речи и удивлялся: отчего в душах этих людей нет даже ростка жалости? Они не хотели ни в чем разбираться, они не были готовы выслушивать и помогать. Если заболел палец — лучше отрезать всю руку, чтобы предотвратить заражение. Это было варварски и по-настоящему жестоко.

— Так! — он встал и, дождавшись, когда страсти притихнут, твердо сказал: — Никого исключать я не собираюсь. И сообщать в полицию тоже.

— Вы защищаете наркоманов?

— Как же престиж школы? — набросились на него родители.

Поляков покачал головой.

— Для вас важен престиж, а для меня — судьба этих пятерых детей, — возразил он. — Да, ребята оступились, но это не значит, что мы должны отвернуться от них. Обещаю взять ситуацию под свой контроль.

Но его не слушали.

— Если вы хотите остаться директором, вам придется их исключить! — раздался голос, тут же поддержанный другими родителями.

— Ну что же, — Поляков провел рукой по лбу, словно отирая невидимый пот, — за все, что происходит в этой школе, отвечаю я. И наказание должен нести тоже я. Поэтому я отказываюсь от должности директора. Спасибо за внимание.

Он вышел, ощущая спиной недоброжелательные, напряженные взгляды.

О таком ли мечтал Виктор, когда решил основать здесь школу?..

* * *

Помада была очень красивой. Ярко-красной. Ничего, что она немного вылезла за контуры губ, Надя изучавшая в зеркале душевой собственное отражение, сочла, что все равно выглядит очень красиво и по-взрослому. Особый шарм добавляли густая подводка и темные тени.

— Я красивая? — спросила Надя, поворачивая голову, чтобы изучить себя со всех сторон.

— Очень! Как мертвая царевна! — с восторгом ответила Алиса. Она выглядела примерно так же, как подруга.

— Мы с тобой обе красивые! Как взрослые девочки! — Наденька обняла Алису, и тут подружки услышали шум и голоса.

— Прячемся! — шепнула Алиса.

Они нырнули за перегородку, наблюдая, как из кабинок появились две замотанные в полотенца старшеклассницы.

— Прикинь, у них в шкафу нашли целый склад «дури»! — сказала одна, отжимая волосы.

— У кого?

— У Макса Морозова и новенького... как его... Авдеева. И у куриц этих — Кузнецовой и Старковой.

— Не может быть! — вторая девушка оторвалась от разглядывания прыщика на лбу. — Их же теперь из школы выпрут!.. — и замолчала, заметив Дашу и Вику, тоже появившихся из душа.

— Чего уставились? — хмуро бросила Даша. — Топайте отсюда.

Девицы хмыкнули и ушли.

— Уже сплетничают, — грустно заметила Вика, натягивая юбку.

— Да, боюсь, у нас будут неприятности, — согласилась Даша.

Они уже собирались уходить, когда, открыв дверь, наткнулись на поджидающих их Макса и Рому.

— Представь, Байрон уволился! — выпалил Ромка. — Из-за подставы с наркотой. Родители нажали, чтобы нас выгнали, а он сказал, что лучше сам уйдет.

— Значит, нас не выгонят? — спросила Вика с надеждой.

Макс скривился.

— Вы вообще думаете о ком-то, кроме себя? — зло выкрикнул он. — Видеть вас всех не могу!

И Морозов, не обращая внимания на пытавшуюся остановить его Дашу, развернулся и двинулся прочь.

Когда шум затих, Надя и Алиса вылезли из своего убежища.

— А у твоего Андрюши в шкафу дура! — Алиса искоса посмотрела на подругу, явно не одобряя наличие такого брата.

— Много ты понимаешь! — Наденька и сама не представляла, что за дура и зачем она нужна Андрюше, но знала, что будет защищать его во что бы то ни стало!..