Осколки прошлого 7 часть

Утро началось тяжело. Хэйли проснулся, медленно поднялся с постели и аккуратно заправил одеяло. Его глаза были опухшими, словно ночь не принесла облегчения. В кухне родители пытались начать разговор, но слова застревали в горле - Хэйли молчал, не поднимая взгляда, словно стены вокруг говорили с ним больше, чем кто-либо из родных.

Он быстро переоделся, не спеша, и вышел из дома. Родители не пытались его остановить или обратить на себя внимание - они знали, что сейчас он словно отключён от всего мира. Его шаги были тяжёлыми и бесцельными, а настроение оставалось мрачным.

Пока Хэйли был в школе, дома накалялась другая атмосфера. Оливер и Гарри вернулись, и всё сразу вспыхнуло - крики, обиды, напряжение. Они ругались с родителями, злость вырывалась наружу, слова летели острыми стрелами, пытаясь пробить стену молчания, которая уже почти разорвалась. Взрослые не могли найти общий язык с сыновьями, и каждый чувствовал тяжесть непонимания, растущую с каждой минутой.

- Ладно, прошлое - это одно, - произнёс Гарри с горечью в голосе, - но ваш поступок... его нельзя просто так простить.

Оливер хмыкнул и, не задерживаясь, повернулся к выходу.

- Лучше бы вы вообще не мирились, - сказал он, проходя мимо и взяв Гарри под руку.

Они вместе покинули дом, оставив родителей одних.

Инес внезапно сжала живот, и лицо исказила резкая боль. Она тихо застонала, опираясь на кухонный стол, стараясь не показывать, насколько всё сложно.

Халлисон быстро подошёл к ней, поддерживая за спину и налив стакан воды.

- Всё будет хорошо, - мягко сказал он, - просто сделай глоток.

Инес взяла стакан, глубоко вздохнула и постаралась успокоиться.

Внезапно раздался звонок телефона Гарри. Он взял трубку - на экране высветилось имя Элиас.

- Брат, как у вас дела? - спросил Элиас спокойно, с ноткой радости в голосе.

Гарри нахмурился и ответил грубо:

- Зачем ты звонишь? Деньги нужны?

- Нет, просто хотел узнать, как у вас дела, - тихо произнёс Элиас.

- Прекрасно! Доволен? Пока! - и Гарри быстро отключил звонок.

Тем временем Хэйли сидел на скамейке, погружённый в грусть и обиду. Он молчал, опустив глаза вниз, а мысли в голове крутились по кругу, словно застрявшая пластинка.

Хэйли встал со скамейки и, не поднимая глаз, пошёл вперёд, словно пытаясь убежать от мыслей. Вдруг впереди раздался знакомый голос:

- Хэйли!

Он поднял голову, его опухшие глаза широко раскрылись, увидев перед собой старших братьев.

- Хэйли! - осторожно сказал Оливер, заметив его состояние и слегка удивившись.

- Что вы здесь делаете? - спросил Хэйли, оставаясь на месте.

- Мы были у родителей и поругались, - с горечью ответил Гарри.

- Хэйли, мы правда не знали об этом. Если бы не ты, возможно, мы бы и вовсе не узнали! - подошёл Оливер, пытаясь поддержать брата.

Хэйли крепко обнял Оливера. Гарри подошёл к ним, положил руку на голову Хэйли и мягко погладил, словно пытаясь передать всю свою поддержку и понимание.

- А Элиас он в курсе? - спросил Хэйли, не поднимая головы.

- Нет, - сжатым голосом ответил Гарри.

- Простите за вчерашнее, - прошептал Хэйли, глядя на Гарри.

- Мы сами виноваты, что не узнали раньше, - сказал Гарри с сожалением.

- Никто не хочет поесть? Пока ругались, аж проголодался! - улыбнулся Оливер, намекая на еду.

Гарри и Хэйли слабо улыбнулись, понимая намёк Оливера.

Мысли Хэйли:

Даже если мне не повезло с прошлым - с людьми в школе и с родителями - мне действительно повезло с братьями. Я никогда не задумывался, что им не всё равно на меня. Я думал, что всем на меня плевать, но оказывается, это не так.

Что же теперь будет дальше? Элиас не знает правды, братья поругались с родителями... Что будет в будущем? Мне страшно думать о плохом. Я не хочу желать зла ни родителям, ни братьям, но боюсь за маленькое чудо, которое скоро появится на свет.

Я надеюсь, что когда-нибудь мы все будем вместе и по-настоящему счастливы.

Вечер в доме стоял тихий, лишь тиканье часов и лёгкое рычание Юки нарушали спокойствие.

Внезапно зазвонил звонок у входной двери.Юки, собака Элиаса, насторожилась и начала тихо рычать, подбегая к двери.Элиас, сидевший у себя в комнате, услышал это и тут же подскочил.

- Иду! - крикнул он, спеша вниз по лестнице.

Не рассчитал шаг - и на последней ступеньке оступился, упал с глухим стуком на пол.Элиас нахмурился, сжав ногу от боли.Юки тут же подбежала к нему, виляя хвостом и беспокойно принюхиваясь.

Звонок продолжал звучать.

Элиас, сдерживая стон, поднялся и открыл входную дверь.

- Здравствуйте! - выдавил он, стараясь улыбнуться.

- Ага, - буркнул Гарри, проходя в дом вместе с Оливером.

- Думали уже ломать дверь, - холодно добавил Оливер, снимая куртку.

- Простите, что поздно открыл, - грустно сказал Элиас, опуская глаза.

- Неужели ты не слышал, как Юки рычит и звонок орёт? - буркнул Гарри, проходя на кухню и наливая себе воды.

- Слышал... Просто поспешил и упал, - тихо ответил Элиас, слегка прихрамывая. - А почему вы так поздно вернулись домой?

- Теперь ты отец в доме, и нам нужно отчитываться? - с сарказмом отозвался Оливер, кидая взгляд через плечо.

- Нет, просто... вы не отвечали на звонки, - Элиас опустился на пол рядом с Юки, продолжая гладить её между ушами.

- Ну и зачем звонил? - раздражённо спросил Гарри, протягивая стакан с водой Оливеру.

Оливер взял стакан, молча начал пить.

- Хотел узнать, как вы... и сказать, чтобы купили хлеб, - пробормотал Элиас, уткнувшись в шею Юки.Та лизнула ему руку, будто чувствуя напряжение.

В доме повисла странная, неуютная тишина.Все будто что-то недоговаривали.

- Пока мы собираемся в городе, решая и ругаясь... ты сидишь дома с Юки, спокойно и радуясь! Ты мог сходить сам, пару минут - и всё! - крикнул Гарри, раздражённо поднимая голос.

Элиас, опешив от резкой волны слов, медленно поднял глаза и с трудом выдавил:

- Но вы же сами говорили мне не покидать дом, когда никого нет...

- Вон у тебя есть Юки! - резко указал рукой Гарри на собаку, что теперь стояла настороженно, чувствуя напряжение. - Ты серьёзно хочешь, чтобы кто-то из нас покупал хлеб в данный момент?

Голос его был грубым, почти сломанный гневом.

- Я... я не хотел ослушаться вас. Простите. Я сейчас сам схожу, - Элиас опустил голову и убрал руку от Юки, будто та теперь тоже не имела права на его внимание.

Гарри ничего больше не сказал. Он лишь тяжело вздохнул и, развернувшись, стал подниматься по лестнице к себе.

- В тумбе деньги, возьмёшь оттуда, - бросил Оливер устало, проходя мимо Элиаса и направляясь следом за братом вверх по лестнице.

В доме снова повисла тишина. Элиас остался стоять у двери, рядом с Юки, чья шерсть слегка дрожала, будто собака разделяла эмоции хозяина.Он посмотрел на неё, провёл рукой по голове .

Элиас, сжав купюры в руке, вышел из дома, закрыв за собой дверь. Он медленно шагал в сторону магазина, глядя вперёд, но не видя дороги - мысли гудели сильнее, чем шум ветра.

Я же не хотел зла... Я просто хотел убедиться, что у них всё хорошо. Разве это плохо? Или я опять сделал что-то не так? Почему мне так тяжело дышать рядом с ними? Почему их голоса будто режут внутри? Гарри, Оливер... они злые или просто устали? А может... просто не хотят меня рядом?"Даже не знаю, зачем я вообще позвонил тогда.Я ведь знал, что им не до меня."

Прохожие мелькали мимо, но для Элиаса их не существовало.

"Если бы я исчез... заметили бы они? Или, может, наконец стало бы легче им? Может, они злятся, потому что я - напоминание о чём-то плохом? "

Ночь опустилась на дом. В темноте комнаты братьев погружались в сон. Юки, уютно свернувшись, дремала на кровати Элиаса. Сам же он не мог найти покоя и сидел на диване, глаза широко открыты, в ожидании.

Отец опаздывал.

Телефон звонил - но отец не отвечал. Каждый звонок оставался без ответа, будто кто-то намеренно игнорировал его попытки связаться.

Внезапно раздался скрип двери - словно кто-то тихо вошёл. Элиас поднялся с дивана, сердце застучало быстрее.

Дверь закрылась за отцом.

- Здравствуйте, отец! - Элиас сказал тихо, стараясь скрыть в голосе волнение.

- Почему ты не спишь? Что ты здесь делаешь? - Халлисон удивлённо посмотрел на сына, словно не ожидая его пробуждения в такой час.- А Оливер с Гарри? - спросил Халлисон, снимая пальто.

- Они спят! И Юки тоже! - Элиас взял пальто отца и аккуратно повесил на вешалку.

- Завтра мы уезжаем на работу. Так что нас долго не будет. Если что, связь может и не работать. Можешь не звонить, а деньги у меня в шкафу, - сказал Халлисон спокойно, словно ничего не случилось.

- Хорошо, отец, - ответил Элиас, повесив пальто на вешалку рядом с входом.

Халлисон ушёл в ванную, оставив Элиаса одного в пустом доме. Тишина окутала комнату, и мысли кружились всё громче.

Спустя несколько месяцевЯ со временем простил родителей.Сейчас я забочусь о маме, помогаю ей и отцу.Со старшими братьями мы поддерживаем связь - часто разговариваем по телефону.Если нам с мамой что-то нужно, они всегда готовы помочь и присылают деньги.

Недавно я узнал: у меня будет сестрёнка.Ого, первая девочка в нашей семье.Интересно, какой она будет... Думаю, милой и красивой.Я даже представил, как в девятом месяце мы с братьями стоим во дворе роддома,волнуемся, ждём родителей, которые вынесут нам эту крошку.

Но всё вышло иначе.Мама родила раньше - на седьмом месяце.Роды были долгими.Мы сидели в ожидании, молились, надеялись услышать хорошие новости.

Через час нам сообщили:малышка родилась.Слава богу, она оказалась здоровой.

Отец отвёз меня домой, мы немного поели.Я передал ему вещи для мамы, которые она просила.А потом написал братьям:

"У нас теперь сестрёнка. Она уже с нами."

Палата была тихой.Лишь негромко щёлкали капельницы, да где-то за окном доносились приглушённые голоса прохожих.Мама лежала уставшая, но с тёплой, спокойной улыбкой. Рядом - маленький свёрток в розоватом одеяле, который тихо сопел, еле заметно двигая губами во сне.

- Хочешь подержать её? - мягко спросила Инес, глядя на Хэйли.

Он молча кивнул. Осторожно подошёл и взял сестрёнку на руки.Она была такая крошечная. Слишком хрупкая для этого огромного, шумного мира.У неё были тёмные реснички, едва уловимый пушок на щёчках, крошечный носик... и удивительно спокойное, будто мудрое лицо.

- Она... настоящая? - прошептал Хэйли, будто боясь разбудить её или разрушить сон.

Мама тихо засмеялась - устало, но тепло.

- Да. И она уже ждёт, когда ты придумаешь ей имя.

Он посмотрел на малышку.Что-то защемило внутри. Но это было не больно - наоборот, как будто солнце согрело его сердце изнутри.В памяти всплыл Элиас:их детские игры, развод родителей, долгожданная встреча спустя годы, ссоры, обиды... и всё, что осталось между ними.

- Я придумал имя, - улыбнулся Хэйли.

- И какое же? - спросила Инес, внимательно глядя на сына.

- Элиза. Сокращённо от Элизабета. В честь Элиаса. Она мне его напомнила...

На лице Инес на мгновение отразилась боль. Она опустила взгляд, сжав одеяло на груди.Память об Элиасе всё ещё отзывалась в ней чем-то горьким - и очень настоящим.

- Если не нравится... мы можем придумать другое, - быстро сказал Хэйли, заметив, как изменилась мама.

- Нет. Пусть будет Элиза. Ей это имя подходит.Тем более, ты дал его.

Она немного помолчала, потом добавила:

- Имя Гарри придумала я. Оливера назвал отец. Элиаса - дедушка. А ты теперь дал имя Элизе.Ты... а Элиас...

Она не договорила. Но Хэйли понял. И бережно прижал малышку к себе.

Она такая маленькая...Даже держать её страшно - будто сломаешь, если дышишь слишком громко.А она просто лежит у меня на руках и спит. Как будто доверяет. С первого вздоха, с первого взгляда - уже верит мне.

Знаешь, Элиза...Я раньше думал, что семья - это что-то тяжёлое. Шумное, больное, слишком взрослое.Но ты...Ты - как новое начало. Как будто всё можно заново. Тише. Добрей. По-другому.

Ты не знаешь ещё, как устроен этот мир. Не видела ссор, не слышала обидных слов, не плакала из-за потерь.Ты - чистый лист.И я хочу быть тем, кто будет рядом, когда ты будешь писать свою первую строчку.

Ты будешь плакать, когда упадёшь,А я - буду рядом, чтобы поднять.Ты будешь смеяться от мультиков,А я - буду учиться смеяться вместе с тобой.Ты будешь расти, искать себя, спорить, грубить, возвращаться -А я всё равно буду любить тебя.

Потому что ты - это больше, чем просто сестра.Ты - кусочек чего-то тёплого, чего мне так давно не хватало.Ты - напоминание о добре, о том, что я могу быть лучше.

И я стану. Обещаю. Ради тебя, Элиза.