Прошлое

Лина была единственной дочерью в семье, и, несмотря на свою молодость, уже успела научиться ненавидеть свою жизнь. Родители постоянно ругались, дом был полон отчуждения и неустройства.Отец и мать не заботились о дочке, больше всего их волновали бутылки с алкоголем, которые стали частью их повседневности. Лина часто чувствовала, как её сердце сжимается от одиночества и боли, не понимая, зачем ей эта семья, которая не была ей поддержкой.

Когда родился Кристиан, Лина поняла, что её жизнь уже не будет прежней. Он был нежеланным ребенком, и это было очевидно для всех.Родители не скрывали своего разочарования, а Лина, несмотря на свою юность, чувствовала, как её мир рушится.Она не была готова стать старшей сестрой, особенно не к такому брату, который всегда тянул к ней свои маленькие ручки, ищущие любовь и внимание. Лина пыталась избегать его, ненавидела каждый момент, когда он требовал её присутствия.

Но Кристиан, несмотря на своё малое понимание мира, пытался по-своему утешить сестру. Он рисовал для неё картинки, надеясь, что это хоть как-то покажет её, что он хочет быть рядом, что он не хочет её обижать. Лина каждый раз отстранялась, и её сердце наполнялось болью.Она понимала, что ей не удастся оставить его позади, но она уже не могла любить этого малыша. В её жизни не было места для любви, только для боли и одиночества.

Когда Лине исполнилось 18 лет, она решила сбежать.Её не волновало, что будет с Кристианом, и она не верила, что ему будет лучше с ней.Он остался позади, и Лина закрыла дверь на замок, уверенная, что это правильное решение. Но перед тем как уйти, Кристиан попросил её взять его с собой.Он даже не понимал, что происходило, и почему она не могла быть с ним. Лина не могла понять его просьбы, не могла взять его с собой. Она бросила его, и дверь с грохотом захлопнулась за ней.

Многие годы прошли, прежде чем Кристиан пошел в первый класс. Но счастья от этого не было. Он стал объектом насмешек и издевательств со стороны одноклассников. Его не жалели, его травили. Он не знал, что делать, не знал, куда идти, и не было никого, кто мог бы ему помочь. Родители, как всегда, были поглощены своими проблемами, а сестра исчезла из его жизни, оставив его в этом мире боли.

Как начался зомби-апокалипсис, родители, словно очнувшись после долгого сна, решили сбежать из города. Крисстиан с ними, не понимая, что будет дальше, покинул свой дом, свою старую жизнь. Вместе они покинули город и укрылись в лесу, где встретили других людей, которые предложили им помощь. Вначале всё было хорошо — новые знакомые приютили их, дав кров и еду, и на какое-то время Крисстиан почувствовал себя в безопасности.

Но однажды, когда Крисстиан вернулся с леса, всё изменилось. Он пришел в дом, где находились только Томас и его родители. И то, что он увидел, навсегда врезалось в его память. Томас жестоко расправился с ними. Крисстиан не мог поверить в то, что произошло. Его мозг отказывался принимать реальность. Паника охватила его, и сердце билось всё быстрее. Он был в шоке, в слезах, но, не осознавая, что делает, сбежал из дома, даже не пытаясь понять, что происходит. Всё вокруг было темным, и только луна и звезды освещали его путь. Он был один.

После долгого пути, истощённый и голодный, Крисстиан потерял сознание. Когда же он открыл глаза, он оказался в маленьком лагере, окруженный незнакомыми мужчинами. Те дали ему работу, немного еды и приютили его.Со временем ему даже вручили ключи, и однажды, прогуливаясь по лесу, Крисстиан заметил компанию подростков, которые весело проводили время.

Он доложил об этом Ною, и тот был рад.Крисстиан наблюдал за подростками издалека, не понимая их поведения. Как Элиас может жертвовать собой ради друзей? Зачем вообще дружить в этом мире, если все они, по сути, обречены? Это всё казалось бессмысленным.

Однако, чем больше Крисстиан наблюдал за ними, тем больше он начал чувствовать жалость и зависть.Он завидовал Элиасу, который имел друзей, несмотря на ужасный мир вокруг. Он не мог понять, почему Элиас продолжал верить в людей, в дружбу, даже когда всё казалось потерянным. Позже он понял Элиаса, и его сердце стало немного мягче. Особенно, когда Элиас отдал амулет, который, несмотря на всё, оставался для него важным. Крисстиан понял, что даже несмотря на плохих родителей, Элиас всё равно любил их в глубине души.

Крисстиан не знал, как помочь им. У него не было оружия, а их было так мало по сравнению с армией Ноя. Они не могли победить без помощи. Он сжал кулак, мысленно говоря себе, что если бы он знал с самого начала, какими они были, он бы не позволил им страдать.

И тут, неожиданно, появился Гарри.Он подошёл сзади, поднял Крисстиана одной рукой и положил его на правое плечо.Крисстиан растерялся, не ожидая такого.

— Ты что творишь? — крикнул Крисстиан, удивленный неожиданной заботой.

— Крис, ты вообще кушаешь? У тебя одни кости! Идем покушаем вместе! — Гарри весело улыбнулся и направился в сторону столовой, не давая Крисстиану времени возразить.

— А какое ваше прошлое? — Крисстиан посмотрел вниз, его взгляд был уставшим и пустым, как будто он искал хоть какую-то искру человечности в этом мире.

Гарри остановился в коридоре. Он застыл на мгновение, его лицо стало задумчивым, и, казалось, в этот момент его взгляд потерялся где-то в прошлом. Он закрыл глаза, как будто пытаясь поймать неуловимые воспоминания, которые с каждым днём становились всё более далёкими.

— Мое прошлое... — тихо произнёс Гарри, будто слова не могли вырваться из него сразу. Он стоял, будто забыв, что делать, а в его голосе звучала едва заметная боль.

У меня были друзья, когда я учился в школе. Только они действительно понимали меня и поддерживали. Но после того, как мои родители развелись, всё изменилось. Я узнал страшную тайну о своих друзьях, и с того дня ничего уже не было таким, как раньше.

Когда мои родители развелись, я переживал не меньше, чем они. Но на самом деле никто не замечал этого, потому что они использовали мою боль как оружие.Школьные ребята начали смеяться, насмехаться и шептаться за спиной. Они говорили, что я стал бесполезным, что у меня нет матери. В какой-то момент я стал просто закрываться от этих издевок, не показывая, что меня это действительно ранит.Но странно было то, что они как будто всегда знали, что происходит в моей жизни, хотя я им никогда ничего не рассказывал.

Оказалось, что мои "друзья" тайно сливали информацию обо мне. Всё, что я думал, что скрыто, становилось темой обсуждения. Я даже не мог поверить, что они говорили обо мне такие ужасные вещи за моей спиной. Из-за них я стал изгоем в школе, у меня была ужасная репутация, которую я сам не заслуживал. Это было больно — видеть, как они меня предают.

Я не сдержался, когда узнал, что они обсуждают мои самые личные переживания. Я напал на одного из них, не выдержав.Всё произошло в тёмном переулке.Они набросились на меня, пинали, и боль пронзала каждую клеточку тела. Я пытался как-то отбиться, но когда я оказался на асфальте, мне было тяжело подняться. Вдруг я заметил осколок стеклянной бутылки, и я схватил его в руки. Инстинктивно, я вонзил его в одного из них. Он закричал и отступил, но это было только начало. Я понимал, что их слишком много, и я не смогу долго сдерживать их. Но я не хотел сдаваться.Я был готов драться до конца, даже если на меня нападали трое.Я верил, что всё это не могло закончиться так просто.

Я нанес им пару царапин и ударов, но сил уже не было. Они продолжали меня пинать.Я чувствовал, как осколок бутылки выскользнул из моих рук, и всё, что я мог — это просто ждать. Я думал, что это конец. Я был готов смириться с тем, что меня убьют, но вдруг я услышал крики. Они испугались и начали убегать.Я услышал шаги, кто-то приближался ко мне, но я не мог двигаться. В ту секунду, когда мне казалось, что все силы покидают меня, я потерял сознание.

Когда я открыл глаза, я оказался на своей кровати. Всё тело болело, и каждое движение давалось с трудом, но я был жив. Я еле встал и шатаясь вышел из комнаты. Снизу я услышал голоса. Это был Виктор и Оливер. Они обсуждали меня. Я не стал вмешиваться, просто стоял и слушал, как они беспокойно говорили о том, что со мной случилось. Я не хотел, чтобы они узнали правду, но и не знал, как рассказать.

Через некоторое время Оливер вошёл в мою комнату. Он был сильно зол, его глаза полыхали гневом. В тот момент, когда мой отец был на службе, а Элиас в школе, Оливер отчитывал меня за всё, что произошло. Он был строг и требовал объяснений, но я закрылся в одеяле, пытаясь не слышать его. Слёзы текли по моим щекам, и я ощущал, как внутри меня всё рушится. Оливер был строгим, но с его словами стало понятно, что он тоже переживает.После того как он ругал меня, он внезапно замолчал. Я не знал, что ожидать.

И тут всё стало тихо.Оливер подошёл ко мне и обнял меня.Я почувствовал, как его плечи дрожат.Он начал просить прощения, и в его голосе я услышал, что он тоже не знал, как со всем этим справиться.Я понял, что он плакал.Я не мог повернуться к нему, потому что стыдился.Мне было стыдно за всё, что произошло.Я чувствовал, как я несу ответственность за то, что произошло в моей жизни.

Я ненавидел себя за то, что чувствовал себя бесполезным и ненужным.Я не мог рассказать Оливеру правду, потому что знал, что он не поверит.Он не мог понять меня. В тот момент, когда я лежал в объятиях брата, мне казалось, что мне не нужно ничего другого.Но ночью, когда я решил разобраться с теми, кто меня предал, я просто взял нож.Я знал, что они меня выжидают, но мне нужно было понять, что я могу постоять за себя.

Когда я пришёл к ним, началась перепалка. Но как только всё дошло до драки, я услышал сирену полицейских машин.Это был голос отца с Оливером, который быстро появился. Я испугался, потому что знал, что если они увидят меня с ножом, всё закончится плохо.Но Оливер успел забрать его, и мы как-то выкрутились.

Мы не попали в неприятности, хотя и поплатились за это чапалахами и словами. Но самое важное, что больше ничего подобного не произошло. Я даже начал ценить, что у меня есть такие люди, которые переживают за меня. Это было важно.

Но даже сейчас, спустя время, я не могу забыть, как сильно меня предали, и как трудно было вернуть доверие к себе и к другим.

— На самом деле… до вашего прибытия здесь уже умирали люди, — наконец произнёс он, голос его был хриплым, будто каждый слог рвался изнутри. — Но никто до сих пор не знает, кто за этим стоит.

Кристиан нахмурился. Его глаза были слишком чистыми для этого места. Слишком живыми.

— Как это?.. — спросил он. — А что случилось с ними?

Гарри помолчал, будто выбирал слова. В коридоре пронесся лёгкий сквозняк, и от этого тишина стала гуще.

— Сначала было спокойно. Но потом… — Гарри закрыл глаза, будто снова видел это перед собой. — Девочка зашла в комнату, где спали её подруги. Они были её последними близкими. Она нашла их… висящими под потолком. Их ноги были переломаны, как у сломанных кукол.

Кристиан вздрогнул.

— Она не выдержала. Воткнула нож себе в сердце, прямо у порога.

— Это ужасно… — прошептал мальчик. — Они… они ведь не были единственными?

— Нет, — Гарри горько кивнул. — Фермер… ему вбили строительный гвоздь в грудь. У него была только мать. Она умерла от горя. После этого пошло по нарастающей. Смерти стали ещё жёстче, но… мы до сих пор не знаем, кто за этим.

Он остановился.

— Крис, — сказал Гарри, серьёзно глядя на мальчика. — Тут не всё так просто.

Кристиан вскинул руку и указал на камеру в углу:

— Но тут же есть камеры! Почему не наказали убийцу?

Гарри тяжело выдохнул.

— Потому что этим местом управляют трое. Они… самые главные. Их слово — закон. Ни солдаты, ни местные — никто не смеет вмешиваться. А даже если камеры что-то и видели… — он метнул тяжёлый взгляд на чёрный стеклянный глаз камеры, — они молчат. Потому что виновны не простые люди.

Он сжал мальчика крепче.

— Крис… тебя ещё не тронут. Детей пока берегут. Но… я боюсь, что однажды не смогу защитить близких. Помни это. Будь осторожен. Здесь опасность не в зомби. Она — среди живых.

Темнота. Пустота. Беззвучное пространство.

Где-то, будто за стеной, раздался голос — спокойный, мужской, холодный:

— Он прав.