Ты-мое спокойствие!

Прошло четыре года.

Дом наполнился детским смехом, бардаком из игрушек и звоном тарелок на кухне. Ваши близнецы — мальчик и девочка — подросли. Они уже бегают, говорят, спорят и сыплют вопросами, от которых голова идёт кругом. И хоть вы любили их до безумия… вы оба нуждались в отдыхе. Просто побыть вдвоём. Вспомнить, что вы — не только родители, но и муж и жена.

И вот...

Мама т/и — с радостью взяла малышей на несколько дней к себе.

— И не вздумайте звонить каждый час! Отдыхайте! — весело сказала она, подмигнув.

И вот вы с Чаном, наконец, снова в пути. Машина петляет по дороге среди зелёных склонов, за окном — утопающие в утреннем тумане горы.

— Мы уже почти приехали, — сказал Чан, держа руль одной рукой, а другую переплетая с твоей. — Сюрприз ждёт через десять минут.

Ты с интересом взглянула на него:

— Подожди, это ты всё организовал?

Он хитро улыбнулся:

— Увидишь.

Спустя немного времени вы свернули с дороги, поднялись выше — и перед вами предстал уединённый отель, утопающий в хвойных деревьях и облаках. Он стоял, будто укрытый природой от всего мира, с видом на горное озеро и открытыми балконами с панорамными окнами.

— Чан… — прошептала ты. — Это... это невероятно.

Он улыбнулся и поцеловал тебя в щёку:

— Только лучшее для моей девочки.

---

Позже, в номере...

Номер был тёплый, просторный и… романтичный. Большая кровать с деревянным резным изголовьем, камин в углу, плед на двоих. На столике — фрукты, сыр и бутылка красного вина.

Ты обернулась к нему, и Чан тихо закрыл за собой дверь, облокотившись о неё спиной.

— Помнишь, как четыре года назад мы сбежали в отель на одну ночь?.. — он тихо заговорил, подходя ближе. — Тогда мы были уставшими, но полными чувств. Сейчас… мы всё ещё уставшие. Но я тебя люблю даже больше.

Ты с улыбкой шагнула к нему, обняв за талию:

— Я тоже. И всё ещё не могу поверить, что ты мой муж.

— А я каждый день просыпаюсь и говорю себе: «Вот это да. Мне повезло».

Он провёл рукой по твоей щеке, затем по шее, мягко обнял и прижал к себе. Его дыхание стало глубже.

— Ты хочешь прямо сейчас прилечь… или сначала — горячую ванну? — прошептал он, нежно касаясь губами твоего виска.

Ты усмехнулась:

— А можно и то, и другое?

Он рассмеялся:

— Конечно. У нас теперь… вся ночь.Ванная комната была наполовину залита мягким золотистым светом. Теплая вода наполняла большую каменную ванну, пенка поднималась медленно, аромат лаванды и ванили окутывал воздух.

— Вода идеальна, — произнес Чан, коснувшись рукой. — Иди первой. Ты заслужила отдых как никто.

Ты фыркнула и сняла халат, оставшись в одном белье. Под его пристальным взглядом ты неловко засмеялась:

— Не смотри так... Я, между прочим, мама двоих детей, а не модель.

Он подошёл, обнял сзади, прижался к шее:

— И это делает тебя только красивее. Такая настоящая… зрелая, женственная. Боже, я с ума схожу, когда вижу тебя вот так — расслабленную.

Ты покраснела, он легко поцеловал твое плечо:

— Влезай, пока не остыла.

Ты села в воду, вздохнув от удовольствия, а он сел сзади, подтянув тебя к себе между ног, обняв за живот. Его подбородок лег на твое плечо.

— Помнишь, когда мы только переехали, ты боялась, что не справишься? — тихо заговорил он.— Я тогда боялась всего, Чан. Я была беременна, всё было новым. Но ты был рядом…— Я всегда буду рядом, слышишь? — он провёл рукой по твоей руке. — Даже если тебе сорок, даже если у нас десять детей. Или седые волосы…— О, Боже, Чан! — рассмеялась ты. — Десять?!— Ну, не сразу, — он усмехнулся, — но я бы не отказался.

Вы оба расхохотались. Он подтянул тебя ближе, губами прошелся по твоей шее. Ты затаила дыхание.

— Ты стала такой аппетитной, любимая... — простонал он, слегка покусывая мочку уха.— Чан… — прошептала ты, опуская голову ему на грудь.— Если бы было возможно… — его голос стал хриплым, — я бы и правда не отказался попробовать твоё молоко…

Ты смутилась, но легонько ударила его локтем.

— Извращенец.— Я просто муж. Сильно соскучившийся.

---

Позже вы перебрались в спальню.

Комната была залита мягким светом. На прикроватной тумбе горела свеча, отражаясь в его глазах. Он бережно уложил тебя на постель, лег рядом, не отрывая взгляда.

— Я не могу поверить, что мы снова вот так. Только ты и я. Без криков «мамаааа!»— Тсс, не вспоминай, — ты засмеялась. — У нас всего одна ночь без детского сада.

Он притянул тебя к себе, начав целовать сначала лоб, потом нос, щеки, подбородок. Ты улыбалась, глаза были закрыты.

— Я так скучал по твоим глазам, когда они смотрят только на меня.— Они всегда только на тебя.

Чан медленно и нежно прижал тебя к себе, его ладони скользили по твоей талии, по спине, по шее. Вы целуетесь. Глубоко, медленно. Это было нечто большее, чем страсть. Это была тоска, накопившаяся за месяцы.

— Я люблю тебя, — выдохнул он. — Даже не знаю, как дышать, когда ты не рядом.— Я тоже. Ты — моё сердце, Чан.

Он аккуратно уложил тебя на подушки, навис над тобой, ласково поглаживая твои бедра:

— Не будем спешить. Я хочу просто почувствовать тебя. До самого утра.

---

Утро

Ты проснулась от аромата кофе и звона посуды. Из кухни доносился его голос, напевая что-то смешное, что он сам же и придумал.

Ты встала в его рубашке, заглянув в зал.

Чан стоял, держа поднос с завтраком — круассаны, клубника, взбитые сливки и кофе.

— Доброе утро, богиня! — театрально провозгласил он. — Угощайтесь!

Ты рассмеялась, легла обратно, он подал поднос, а сам сел рядом, подперев голову рукой.

— Давай поживем тут. Насовсем.— А как же дети, а? — спросила ты, прихлёбывая кофе.— Ну, хорошо. Давай хотя бы раз в месяц будем сбегать вот так.

Он поцеловал кончик твоего носа.

— Знаешь, я просто счастлив. Даже если устал, даже если не спал ночами. Всё равно. Я — твой муж. Ты — моя жена. И это... охрененно.

СПУСТЯ НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ!

Горы. Отель. Мягкий свет рассвета. Они просыпаются вместе…

Ты лежала на груди Чана, слушая размеренное биение его сердца. Его пальцы лениво перебирали твои пряди, а губы касались твоего лба, как будто он пытался впитать каждый миллиметр близости.

— Доброе утро, моя чудо-жена, — прошептал он, слегка хрипловато, словно ещё не до конца проснулся.

— Доброе, мистер "Я-снова-обнимал-меня-во-сне", — хихикнула ты, поднимая на него влюблённый взгляд. — Ты знаешь, ты довольно… навязчивый обниматель.

Он рассмеялся, подтянул тебя ближе, вплотную, и поцеловал в губы.

— У меня есть официальное разрешение. Ты же моя, с ног до головы. Всё честно.

Ты закатила глаза, но всё равно улыбнулась.

— Ах вот как. А если я вдруг откажусь?

Он приподнялся на локте, наклонился к тебе и прошептал у самого уха:

— Тогда мне придётся уговорить тебя... очень настойчиво.

Ты хихикнула, покраснела, но не отстранилась.

---

Весь день они гуляли по лесным тропам, Чан постоянно фотографировал тебя — сзади, сбоку, в прыжке, пока ты смеялась. Он утверждал, что «должен сохранить доказательства, что ангелы спускаются с небес».

На ужине в ресторане он заказал всё, что ты любила — и особенно шоколадный десерт с клубникой.

— Эй, — он наклонился к тебе, вытирая крем с уголка твоих губ. — Если бы я знал, что любовь может быть такой тёплой и настоящей… я бы сбежал из больницы в тот же день, как встретил тебя.

Ты коснулась его руки.

— Тогда бы я не спасла тебя. Не услышала твой крик. Не нашла в тебе то, что искала всю жизнь.

— Что ты во мне нашла? — серьёзно спросил он, словно это имело огромное значение.

Ты посмотрела в его глаза, как будто пытаясь вложить всё в эти слова:

— Себя. Дом. И самое большое в мире "возможно".

Он молчал. Но его глаза блестели. И он поцеловал твою руку.

---

На шестой день, ближе к вечеру…

Вы лежали в горячей ванне, расслабленные. Чан играл с пеной, аккуратно сдувая её тебе в лицо, а потом притворялся, что случайно скользит рукой по твоим ногам.

— Ты невыносим, — смеясь, говорила ты, прижимаясь к нему.

— А ты невероятно терпеливая, — он обнял тебя сзади, положив подбородок на плечо. — Если бы у нас родился ещё один малыш… я бы хотел, чтобы он был похож на тебя.

Ты замерла. А потом сказала:

— Я бы хотела... Но пока просто хочу тебя. Такого — живого, счастливого, игривого.

Он поцеловал твой висок.

— У тебя есть я. Навсегда.

---

Через неделю они вернулись домой.

Дети радостно бросились к ним, ты едва успела схватить двойняшек на руки. Вечер был полон смеха, сказок, ужина всей семьёй.

А через месяц...

В один из вечеров Чан пришёл домой чуть позже. На лице — неуверенная улыбка, а в глазах… тревога. Ты почувствовала неладное сразу.

— Что случилось? — спросила ты, подойдя к нему.

Он сел, взял тебя за руку.

— Любимая… у меня были боли. Я думал, устал. Но... я сдал анализы. Это не усталость.

Ты почувствовала, как замерло сердце.

Он выдохнул:

— У меня... рак. Поздняя стадия.

Мир качнулся. Всё стало размытым. Ты просто смотрела на него, а он — на тебя. В его глазах — страх. Но не за себя.

— Я... не уйду. Я буду бороться. Ради тебя. Ради наших детей. Ради нас, — он дрожал, сжимая твою ладонь.

Ты обняла его, как будто хотела втиснуть свою душу в него. И сквозь слёзы прошептала:

— И я с тобой. До последнего вдоха. И дальше.

РЕБЯТА КТО ПРОЧИТАЛ И ЧИТАЕТ МОЙ ФФ БОЛЬШОЕ СПАСИБО) МНЕ ОЧЕНЬ ПРИЯТНО!) И ФАНФИК ПОДХОДИТ УЖЕ К КОНЦУ :(🥲