Глава 11 Сила и чувства

Истерика все еще сотрясала мое тело, и стакан с темно-золотистой жидкостью неустанно дрожал в руках. Гаспар протянул салфетку, забрав бокал, и я с благодарностью приняла ее. Я вытерла слезы, и он снова дал мне чисто мужское средство успокоения.

- Выпей еще глоточек, милая, - очень мягко попросил он, и я не смела отказать. – Вот умница!

Я снова судорожно выдохнула и почувствовала, а может, поверила, как становилось легче. Мир перестал шататься, боль немного утихла и ужасающие жутью картинки померкли в памяти.

- С-спасибо! - пробормотала я, дрожа.

- Лучше? – улыбнулся мне Гаспар.

- Д-да, - шепнула я.

Послышались выдохи облегчения мужчин. Краем глаза я заметила, как Виктор взъерошил волосы и, повернувшись, пошел в сторону Себастьяна. Остановившись рядом с ним, он что-то тихо стал ему говорить.

- Зоя? – позвал меня Гаспар, и я перевела на него взгляд. – Я очень хочу, чтобы ты услышала меня сейчас.

Когда я кивнула, он продолжил.

- Тот человек, который преследует тебя, - серьезно заговорил он. – Вовсе не человек. Он - чудовище, лишенное каких-либо чувств и эмоций. Он - безумец, решивший, что вправе отбирать жизни. Он - убийца, Зоя, которого ждет жестокое наказание.

Дрожь усилилась. И Гаспар, заметив это, взял меня за руки.

- Его цель – сделать тебя несчастной. Он готов на все, чтобы тебя раздирало чувство вины, мучили страдания и страх. И знаешь, почему он уверен, что добьется этого, Зоя?

Я мотнула головой и почувствовала, как новая слеза скользнула по моей щеке. Гаспар коснулся моей скулы, заправил прядь моих волос за ухо и улыбнулся:

- Потому, что ты очень добрая, честная и сердечная девушка. Ты - его противоположность. Ты -ангел, Зоя. И ты невиновна в том, что вчера произошло.

Я судорожно выдохнула и снова ощутила слезинку, скатившуюся вниз.

- Вина за это преступление целиком и полностью лежит только на преступнике. Ты чувствуешь боль утраты из-за своей душевности. Это казнит тебя, - он сильнее сжал мои дрожащие ладони. – Но ведь ты уже теряла... Приемных и родных родителей, дом, будущее. Все эти удары судьбы сделали тебя сильнее. Они закалили тебя, Зоя! Превратили в сильную, мужественную и мудрую не по годам девушку, которая победит грядущие злодеяния мерзавца.

Я в ужасе расширила глаза, но он продолжал:

- Да, Зоя. Еще будет очень много несчастий. И ты должна быть готова к этому, также как и мы, - Гаспар протянул руку и снова погладил меня по щеке, смахивая очередную слезу.

- Ведь это война, Зоя. Война света твоей души и мрака его сущности. Как бы помпезно это не звучало. И мы выиграем эту войну, Зоя! Ради твоих родителей, братьев и сестренки. Ради Циско Эмпе, ради Мари. И ради тебя, милая!

Я всхлипнула, до крайности растроганная словами человека, которого знаю меньше часа и, который, кажется, знает меня намного дольше.

- Мы раньше не встречались? – заикаясь, спросила я.

Гаспар улыбнулся:

- Встречались. Но не лично. Это я тебя нашел, Зоя.

Я приторможено размышляла, слишком впечатленная событиями, словами и эмоциями.

- С-спасибо! – выдохнула я, восхищенно глядя на человека, который тронул струны моей души и сменил трагическую мелодию на драматическую. – Я... я буду бороться с ним!

Взгляды присутствующих обратились ко мне. Ксавьер обнял меня одной рукой и поцеловал в макушку:

- Умница, детка! - шепнул он.

Гаспар довольно улыбнулся и, напоследок сжав мою ладонь, поднялся на ноги.

Виктор хлопнул его по плечу:

- Крутой Гас!

Лишь Себастьян оставался безучастным и мрачным. Он равнодушно скрестил руки на груди и присел на краешек барного стула. Но мои глаза истосковались по его взгляду. Сердце изнывало от любви к нему. А душа кровоточила, израненная его же словами и поступками. Как можно любить того, кто немилосердно убивает тебя раз за разом?!..

- Я пойду умоюсь, – промямлив, я пошла в ванную, ощущая на себе взгляды всех четверых.

Я смотрела, как вода наполняла сложенные ладони. Потом ныряла в них лицом снова и снова. Я делала это до тех пор, пока руки не онемели, а кожа не стала покалывать. Я выключила воду и уперлась руками в белый умывальник.

Вздохнув, я подняла взгляд на свое отражение...

- Себастьян! – вздрогнула я, и резко обернулась, увидев в зеркале мрачное лицо Эскаланта.

Мужчина стоял спиной к закрытой двери и тяжело смотрел на меня из-под сдвинутых бровей.

- Прости меня, Зоя.

Я все еще тяжело дышала:

- Ничего. Только не подкрадывайся так больше...

- Прости за то, что я сказал, - перебил он, сверля золотистыми, глубокими глазами.

Не выдержав его натиска, я опустила взгляд и, взяв полотенце, вытерла влагу с лица.

- Ты сказал правду, Себастьян. Мне не за что тебя прощать, - сказала я сквозь все еще не утихшую, ноющую боль.

Себастьян двинулся в мою сторону, пугая волнующей близостью. Я подавила в себе желание трусливо убежать из комнаты и подняла к нему взгляд. Он остановился совсем рядом. Нас разделяли какие-то сантиметры накаленного воздуха.

- Я восхищаюсь тобой, Зоя! - тихо начал говорить он. – Гаспар сказал то, что я должен был сказать. Но я не могу. Потому что очень зол на тебя, Зоя! За твое упрямство, непокорность, упорство, с которым ты отвергаешь меня.

И вдруг ясная и болезненная догадка засияла в моем помутневшем разуме.

- Вы с ним похожи... - вслух подумала я.

Эскалант застыл. Склонил голову набок и пронизывал взглядом.

- С кем?

- С тем человеком, который хочет мой смерти, - прошептала я.

Он отшатнулся, будто я его толкнула. Наверное, эмоционально так и было.

- Он использует меня, чтобы отомстить моей семье, - продолжила я чуть громче и не опускала глаз. – А ты хочешь использовать меня, чтобы удержать деньги в своей семье...

- Как ты смеешь меня сравнивать с ним?! – ошарашено выдохнул Себастьян.

- Просто он слишком далеко зашел, - не обращая на него внимания, говорила я. – Ты такой же бесчувственный, расчетливый, циничный, как и ...

Эскалант сделал два широких шага, схватил меня за плечи и прижался теплыми сухими губами к моему рту.

Я замерла. Ждала его поцелуй. Но он оставался неподвижен, и в этом оказалось мое спасение.

- Нет! – оттолкнула я его от себя.

Себастьян поддался и отпустил меня. Потемневшие похотью глаза сверлили мою душу. Я опять начала дрожать и обошла его, желая быстрее покинуть комнату.

***

- Итак, Зоя, - начал Гаспар, когда мы разместились за моим кухонным столом с чашками чая и кофе. – Благодаря действию охраны Виктора, которая спешу заметить, самая надежная в Испании, и подключению полиции - тебе обеспечен наивысший уровень безопасности. После вчерашних событий моя ведомственная контора, так сказать, тоже подключилась. Теперь это дело имеет террористический уклон.

Я выдохнула и кивнула. Будто смотрела фильм, но не жила.

- Твоя задача, Зоя, - встрял Виктор, и я перевела на него взгляд. – Беспрекословно исполнять все наши указания, не игнорировать меры предосторожности и быть предельно внимательной. У нас есть достоверная информация, что кто-то из твоего окружения носит маску, имеет доступ в наши дома и, возможно, окликается на обращение «друг» или «подруга».

Многозначительный взгляд Виктора проникал внутрь с холодным чувством мерзости. Кто-то среди нас жил с мрачной тайной.

- Ясно, - на удивление мой голос прозвучал твердо.

- Доверие – это самое важное и бесценное в любых отношениях, - добавил Гаспар. – Очернив его хотя бы раз - вернуть прежнюю чистоту невозможно. Зоя, я прошу тебя, доверяй очень немногим. А лучше – никому.

Ядовитые ростки сомнений стали разрастаться во мне. Я скользнула взглядом по людям, которые меня окружали. Гапсар, Виктор, Ксавьер и... он.

- Обещаю, - ответила я, вновь глядя на Гаспара.

Тот удовлетворенно кивнул.

- Не смотря, на опасность, которая нависла над тобой, - продолжил Виктор. – Ты должна жить в прежнем ритме. Главная задача этого преступника – сломить тебя, заставить желать смерти. Но мы этого не допустим. Ты дебютируешь на королевском балу, покажешь миру свои картины, и будешь продолжать выходить в свет.

- Но окружающие меня люди... - начала, было, я.

- Только так у нас будет возможность разоблачить его! - резко оборвал Гаспар. - Мы будем во всеоружии. Нас больше, Зоя. И мы сильнее.

Уверенность его тона и слов вселила в меня надежду. Я согласно кивнула и отпила из своей чашки остывший чая.

Мужчины довольные результатом переговоров, поднялись из-за стола. Я последовала их примеру, решившись на ультиматум:

- Я все сделаю, как скажите. Только у меня одно условие.

Они переглянулись, и Виктор выжидающе посмотрел на меня:

- Какое, Зоя?

Облизав пересохшие губы, я посмотрела на каждого из них и даже на... него:

- Вернее, это не условие. Это мольба к вам и вашим близким. Я молю вас... останьтесь живы.

- Зоя! - протянул Ксавьер и, шагнув ко мне, обнял. – Я еще успею наскучить тебе, детка!

- Мы обещаем! – торжественно прозвучал голос Виктора, и он хлопнул молчаливого и хмурого брата по плечу.

Ксавьер отпустил меня, и я взглянула на Себастьяна. Мои глаза самозабвенно молили его. Но он был также нерушим и холоден, как лед или камень.

- Кто-то из нас сегодня останется с тобой, - объявил Гаспар. – Выбор за тобой, Зоя.

- Это обязательно? Я вполне... - запаниковала я.

- Так, не забывай о своих обещаниях! – мягко напомнил Виктор.

Закусив губу, я обреченно вздохнула.

Добро пожаловать в новую жизнь, Зоя Рольдан. Ведь теперь ты - Солер.

Я уже знала, кого выберу.

Подойдя к Себастьяну, я обвила руки вокруг талии и прижалась к его груди. Крепко-крепко, словно пыталась наполниться силой его близости, вдохновиться его присутствием, насытиться им, чтобы... отпустить.

Себастьян вздохнул, будто испытал облегчение, и обнял меня в ответ. Его подбородок оказался на моей макушке, а дыхание шевелило волосы.

Пришло время.

Я открыла глаза и опустила руки, делая шаг назад. Встретившись взглядом с медовым взором, я сказала:

- Ксавьер, останься, пожалуйста.

Казалось, от неожиданности вздрогнули даже стены комнаты.

- Э...конечно, детка! – звучно проговорил Ксавьер.

Я с болью смотрела, как на моих глазах Себастьян превращался в дикого зверя. Сжимал кулаки, играя мышцами рук под обтягивающей тканью одежды. Жилка на шее напряженно пульсировала, а взгляд блестел бешенством. Себастьян, молча, развернулся и пошел прочь, оглушительно хлопнув дверью.

Напряженная тишина длилась несколько секунд, пока не прозвучал голос Виктора с нотками легкой усмешки:

- Оказывается, не я один могу так доводить своего брата!