Ночь страха

Анабель проснулась резко, едва не вскрикнув. Её дыхание было сбивчивым, в висках стучало, а по спине пробежался неприятный холодок. Сон был таким реальным, что её пальцы дрожали, когда она сжимала покрывало, в попытках понять где реальность, а где сон. Девушка закрыла глаза, пытаясь успокоиться, но перед внутренним взором вспыхивали образы – знакомый силуэт, чьи тёмные глаза прожигали её насквозь, холодный, бездушный взгляд, руки, что сжимали её запястья, так сильно, что на коже оставались синяки. В воздухе будто до сих пор висел его голос – низкий, тихий, с нотками безумия. Анабель резко села, обхватив себя руками. В комнате было темно, лишь слабый лунный свет пробивался сквозь тяжёлые шторы. Девица провела ладонью по лицу, вытирая остатки пота со лба. Сон был ужасен, но ещё хуже осознание того, что это не просто её кошмар – это её реальность. Она почувствовала сухость во рту и, сглотнув встала с кровати. Гулкая тишина дома была гнетущей. Её босые ноги осторожно ступили на холодный деревянный пол. Девушка дрожала, но не от холода. Приоткрыв дверь, Белль выглянула в пустой коридор. Казалось, что в темноте кто-то затаился и был готов вот-вот напасть на неё, но это ведь всего лишь воображение.. правда? Она с осторожность шла, постоянно оглядываясь, а половицы тихонько поскрипывали под её весом. Добравшись до лестницы, Анабель замерла. Старая деревянная конструкция уходила вниз, в темноту первого этажа. Днём этот особняк казался мрачным, а ночью ещё мрачнее и зловещее. Свет который проникал сквозь витражные окна дома, создавали жуткие узоры теней на стенах. Каждый шаг вниз отдавался тихим скрипом, от которого страх проникал под кожу с каждым мигом всё сильнее. Огромные картины на стенах, изображающие давно умерших хозяев дома, казались ей живыми – их выцветшие глаза словно следили за ней. Когда она проходила мимо одной из них, в груди неприятно кольнуло, и та ускорилась. Подойдя к двери кухни, девушка немного замедлила свой шаг. Из-за угла лился приглушённый свет. Кто-то уже был там. Билл сидел за массивным деревянным столом, в полумраке, освещённый лишь слабым светом старой люстры. Плечи у него были сгорблены, локти опирались на стол, а взгляд был устремлён куда-то вдаль. В руках был полупустой стакан с каким-то алкоголем. Анабель молча вошла в кухню, стараясь не обращать внимания на присутствие Билла. Она чувствовала его взгляд, но не подвала виду. Подойдя к раковине, взяла стакан и наполнила его водой. Холодная жидкость немного привела её в чувства и вернула в реальность. Не выдержав, девушка бросила на Билла короткий взгляд, и по коже сразу же пробежались мурашки. Не от холода, а от ужаса. Его зрачки были расширены до пугающих размеров, почти полностью поглотив радужку. Лицо было расслабленным, но не естественным. А на губах играла странная, кривая улыбка – ни радостная, ни злая. Билл слегка качнулся вперёд, его пальца медленно сжали бокал, а затем разжали. Он посмотрел прямо на неё, и деву охватила волна страха и отвращения к этому человеку.

— Звёздочка... — его голос прозвучал слишком тихо, слишком протяжно, словно он смаковал каждую букву этого прозвища. — Ты тоже не спишь?

Он говорил спокойно, но что-то в этом спокойствии было неправильным. Словно штиль перед ураганом.

— Мне просто приснился кошмар, — её голос прозвучал тише, чем она хотела.

Она ожидала чего угодно: насмешки, равнодушного кивка, но точно не истерического смеха, что вырвался из его груди. Билл расхохотался – резко, громко. В этом смехе не было ничего человеческого, только безумие, перекатывающееся в его голосе. Он откинул голову назад, словно услышал что-то по-настоящему забавное, а затем снова уставился на неё. Но теперь в его глазах светилось нечто страшное.

— Кошмар? — его губы вновь расплылись в ухмылке. — Это ещё не кошмар, Анабель.

Он наклонился ближе, и его пальцы с силой сжали бокал, отчего стекло жалобно заскрипело.

— Но я могу сделать эту ночь настоящим адом для тебя.

Анабель сделала осторожный шаг назад, но он тут же продолжил:

— Давай сыграем в игру. В прятки. Ты прячешься, я ищу. Если не найду тебя – тебе повезло. Если найду... — он на секунду замолчал, склонив голову набок, а затем его улыбка стала шире, обнажая зубы. — Тебе будет плохо. Очень плохо.

Холодный ужас пронзил девицу изнутри.

— Билл... — она было хотела возразить, но он уже медленно поставил бокал на стол и потянулся к ней.

— Беги.

Анабель сорвалась с места, едва Билл закончил говорить. Сердце бешено стучало в висках, холодный воздух резал лёгкие. Она неслась по коридору, босые ноги гулко шлёпали по старым деревянным доскам. Особняк, в котором раньше царила тишина, теперь жил и дышал вместе с ней. Тёмные коридоры, будто длинные кишащие тенью тоннели, растягивались перед ней, и в каждом углу ей мерещилась его фигура. «Если он найдёт меня, мне будет плохо. Очень плохо.» Белль особо и не размышляла над этой ситуацией. Её тело действовало быстрее мыслей – двигаться, бежать, прятаться. Билл сказал, что сделает эту ночь для неё настоящим кошмаром, и Анабель не сомневалась, что он исполнит своё обещание. Дом был огромен, с множеством комнат, запутанными коридорами, винтовыми лестницами. Он был его территорией. Он знал его лучше. «Я должна найти место, где он не сможет найти меня.» Дева свернула в другой коридор, едва удерживая равновесие. Старый портрет угрожающе сверкнул стеклом в лунном свете. Скрип двери – не её двери, он был далеко позади. Но шаги... Они стали громче. Анабель резко остановилась, прижавшись спиной к стене. Если будет бежать дальше, он услышит. Грудь судорожно вздымалась, но она сжала зубы, заставляя себя замереть. Впереди была приоткрытая дверь. Темнота за ней казалась бездонной, но другого выхода не было. Она бросилась туда, быстро, но осторожно, не издав ни звука. Чулан. Густая, пыльная тьма окутала её со всех сторон. В нос ударил запах старого дерева и сырости. Руки нащупали что-то твёрдое – полки, коробки, мешки с чем-то тяжёлым. Глаза медленно привыкали к темноте. В дальнем углу девушка заметила силуэт массивного старого шкафа. «Там.» Передвигаясь наощупь, стараясь не зацепить ничего, она подползла к нему, и схватившись за дверцы открыла их, а затем всунулась внутрь. Тёмное пространство тут же сомкнулось вокруг неё, словно гроб. Анабель прижала колени к груди, с трудом втискиваясь среди покрытых тканью коробок. Запах пыли забил лёгкие, но кашлять было нельзя. Нельзя даже громко дышать. Шаги. Сначала тихие. Затем ближе. Он идёт. Дверь в чулан медленно заскрипела. Белль сжалась сильнее, прижав ладонь ко рту, чтобы не выдать себя дыханием. Холодный пот стекал по спине.

— Где же ты, звёздочка? — напевал себе под нос Билл.

Девица зажмурилась сильнее. «Он меня найдёт.» Слёзы жгли глаза, но она не могла ни заплакать, ни шевельнуться. Глухой удар. Он задел что-то. Потом ещё шаг, ещё один.

— Ты же понимаешь, что мне нравится эта игра больше, чем тебе? — он усмехнулся, шурша чем-то у полок.

Анабель вжалась в стенку шкафа, стиснув зубы до боли. Шаг. Он остановился. Она слышала его дыхание. Он совсем рядом. Белль могла поклясться, что чувствует, как его взгляд прочёсывает темноту и ищет её. «Не двигайся. Не дыши. Не выдай себя.» Прошло несколько секунд, мучительных, тягучих, словно целая вечность. А затем.. Он отошёл. Шаги начали отдаляться. «Только не открывай шкаф. Не оглядывайся.» Дверь снова заскрипела, а затем глухо закрылась. Тишина. Дева сидела неподвижно. Дыхание оставалось неровным, плечи сотрясались от подавленных рыданий, но она не позволяла ни звуку вырываться наружу. Слёзы текли по лицу, липкими дорожками стекая на колени. Её пальцы медленно разжались, ладонь отошла от губ, оставляя красноватый след от собственных ногтей. Он не нашёл её. Тело больше не слушалось. Слабость разлилась по конечностям, голова отяжелела. Она пыталась держать глаза открытыми, но веки наливались свинцом. «Только немного. Просто немного.» Усталость, напряжение, страх – всё смешалось, выжигая последние силы. Её дыхание стало медленным. Пульс ещё долго бился в ушах, глухими ударами, но страх постепенно растворялся в темноте. Она уснула.