II

Заварив себе большую кружку в меру сладкого чая, я завернулась в погрызенный мышами плед, так же найдённый на чердаке среди видавшего виды хлама, и продолжила чтение. Желтоватые хрустящие страницы кое-где слиплись от сырости, чернила немного выцвели и кое-где расплылись, но я с облегчением обнаружила, что способна разобрать почерк. Чем дальше, тем легче шло чтение.

"28.07.200*.Комната на втором этаже - моё неприкосновенное владение. И пусть тут иногда заводятся осы, крыша в жару сильно нагревается, а под кроватью свалены какие-то занозистые доски, я ни на что не променяю свою милую сердцу сычевальню. "Не слишком ли банально для последнего полноценного лета?" - возможно, спросишь ты. В таком случае я напомню тебе, что приезжала сюда всего лишь на три недели. В конце  августа меня ждёт море. А пока - буду наслаждаться спокойными размеренными деньками на даче, прямо как в детстве.

Утро. Я имею в виду, утро в моём понимании - уже почти двенадцать. Надеюсь, ты не стала жаворонком?

Выйдя из нагревшейся за ночь комнаты, я поняла, что одета слишком легко. День был не слишком погожий, но и не дождливый, поэтому я решила воспользоваться прохладой и прогуляться по лесу. Пускай я и выгляжу как бомж в старой растянутой толстовке, камуфляжных штанах и стоптанных кедах, зато клещи до меня не доберутся.

Лес источал сырой аромат почвы, грибов и прелых прошлогодних листьев. Я даже вынула наушники из ушей, чтобы запечатлеть в душе пение птиц, скрип сосен и басовитое жабье кваканье. Одну из моих любимых тропинок завалило непроходимым буреломом, и при попытке обойти его я наткнулась на небольшое болото. Обходя его, я сильно забрала в сторону, и найти продолжение тропы мне так и не удалось. Зато нашлось кое-что другое.

Несколько развесистых кряжистых дубов образовывали довольно обширную рощу. Уже сами по себе они создавали таинственную атмосферу жутковатой сказки, но привлекли моё внимание не сами деревья, а причудливая постройка, которой они послужили основой. Кому могло прийти в голову построить такое? Несколько разветвлённых коридоров шли от дерева к дереву, пересекались друг с другом, а кое-где даже поднимались на второй ярус, угнездившись в нижних ветвях дубов. "Вряд ли эту постройку возвели для жилья, - смекнула я, - и очевидно, она не закончена. Похоже, как будто компания детей или подростков строила лабиринт из подручных материалов: досок, реек, фанеры, рубероида, пенопласта...".

Краем глаза я заметила лежащий отдельно от строения кусок фанеры  и молоток, торчащий из рваного пакета, подвешенного на сучёк. В том же пакете нашлась и горсть гвоздей. Подчиняясь внезапной прихоти, я пристроила фанеру на недостроенную крышу лабиринта и кое-как приколотила её – уж очень вдруг захотелось внести свою лепту в это сооружение, наивное и уютное в своей нелепости. Получилось так криво, что мне даже стало неловко. Но отодрать лист будет ещё глупее.

Я положила инструменты на место и поспешила убраться из рощи, к тому же путь до дома неблизкий. Но не думай, что я ушла просто так. Зная свой топографический кретинизм, я оставила череду меток, чтобы не потерять очаровательное место. Завтра я непременно приду туда вновь, возможно даже захвачу с собой несколько досок со своего чердака – хватит им, пожалуй, валяться без дела."