гл 41 т2 Синий и зелёный (черновик)

 В крошечном помещении за дверью стоит широкая плетёная тарелка с мобильными телефонами. Девушка, курящая травку рядом предлагает мне пополнить содержимое и указывает на лестницу на второй этаж. С небольшим сомнением кладу аппарат к собратьям. Но тревога сменяется облегчением: всё верно, никаких звонков и нервов внешнего мира. 

Когда захожу в просторную гостиную второго этажа с мягким тёплым освещением, меня моментально окутывает странным расслаблением царящим здесь, словно в это место и стремилось моё измученное стрессом тело. Музыка подаётся в хороших колонках, звук вибрирует в теле но не раздражает ушные перепонки даже несмотря на немалую громкость. Cannons Fire for you, знаю эту песню. Останавливаюсь у небольшого поручня, чтобы оглядеть толпу до того как спуститься. Здесь около тридцати человек но ощущается приятный вайб расслабления и близких знакомых.Нет пустоты но и толпа не напрягает. Никаких резких движений и вспышек дискотек, только плавные движения в танце, негромкие разговоры, улыбки и запахи чего-то восточного.

Глаза моментально застревают на нём или... ней. Девушка с маскулинной сексуальностью и невероятно привлекательными движениями. Она подпевает и двигается так органично, словно сама управляет музыкой и течением воздуха между телами вокруг себя. На секунду она поднимает руки и чуть запрокидывает голову, а когда открывает глаза, они приковывают меня к месту, словно она знала, что я наблюдаю.

Отвожу взгляд сразу же после её властно-снисходительной ухмылки. Делаю вид, что оглядываю остальных, но глаза неумолимо тянутся обратно. Густые широкие брови вразлёт придают мужественного шарма её внимательным тёмно-зелёным глазам. Спускаюсь, чтобы затеряться в толпе и снова посмотреть тайком со стороны. Расстёгнутая рубашка с закатаными рукавами обнажает белую майку борцовку обтягивающую довольно глубоким декольте небольшую грудь с татуировкой механического сердца посередине и р руки в татуировках: с шестерёнками и робомеханикой на правой и парой тонких полосок  с микросхемами на левой. И каждое её движение рождает жажду подойти ближе: рассмотреть, прикоснуться, прочувстовать под кожей ритм её мышц, прощупать движение словно живых шестерёнок.

Что за нахрен? Мне не нравятся девушки...

Довольно высокая, наверняка даже выше меня, с высоко выбритым виском с одной стороны и коротким рваным карэ, зачёсанным на одну сторону. Крупные губы с выразительными геометрическими углами на верхней, притягивающие внимание к её хищно-сексуальной улыбке. Серьга на брови, выблескивает в такт движениям. Теперь она смотрит прямо на меня, продолжая с улыбкой вливаться уже в следующий электронный трек. Он оживляет её ещё больше. Девушка в эйфории прикрывает глаза, прикусывает губу, чуть взъерошивает волосы, снова открывает, протыкая меня. Дыхание сбивается, уши начинают гореть, сглатываю. Снова победная улыбка, от которой волоски на коже вздыбливаются.

— Что за песня такая? 

— Hard drive, — раздаётся ответ позади мягким пробирающим голосом. Довольно близко позади, чтобы не перекрикивать музыку. Стараюсь не отводить взгляд от совершенства движущегося тела и внимательных глаз, не дать слабину после того как откровенно пялилась на неё. Я не проигрываю в битве взглядов, хоть тело уже становится приятно-ватным, словно хлебнула алкоголя. 

— Шикарная, да? — появляется тёплый безопасный шёпот теперь уже у моего уха. Женский. 

Конечно, она не о песне...

— Да, — отвечаю, неосознанно облизнув нижнюю губу. Девушка напротив выхватывает секундный жест и в ответ прикасается языком к верхней губе и тут же зазывающе улыбается. Затем поворачивается чуть боком в танце, закрывает глаза и снова открыв их косится в мою сторону. Внизу живота нервы сжимаются в комок. 

— Моя девушка... Керр.

— А...хм... Что, прости? — опять нервно сглатываю.

Боже, я тут таращусь на чужую девушку и мечтаю прикоснуться к её мышцам... Дьявол!...

 Маньяки, психопаты, полиция, проблемы, всеобщий хейт и привидения в голове... Но не маниакальная тяга к женщине, пусть даже маскулинной...

В момент теряюсь, щёки начинают гореть. Поворачиваюсь к шёпоту и мир без предупреждения бьёт под дых. Передо мной стоит ещё одна удивительно красивая девушка, которая вопреки образу упомянутой Керр выглядит более женственным олицетворением красоты, но всё с таким же властным прямым  взглядом. Приподнятые наверх локоны чёрные на корнях но ярко-синие с середины до кончиков красиво контрастируют с белой кожей и находят  отражение цвета в огромных синих глазах с высоко поднятыми внешними уголками. Чёрные стрелки усиливают магнетизм и так выразительеых океанов.   

Не бывает таких глаз... игра освещения...

Перевожу взгляд на ледово-голубую неоновую вывеску на стене позади неё, чтобы снять с себя её гипнотическое влияние. Сглатываю, ощущая тяжесть всего мира на себе: рядом с ней мало кто может считать себя красивой. Аметистовый ассиметричный топ с завязками поверх открытого живота не выглядит вульгарным, но всё же скрывает мало. А на её открытом запястье странно слышным звоном шелестят браслеты из бусинок и ракушек.

— Зирайя, — она протягивает руку, разглядывая меня с улыбкой и неподдельным любопытством. — Можно "Зира" или "Блю". Наслышана о тебе...

  — Значит не надо представляться, — тут же сжимаюсь в защитной позе и выпрямляю спину больше обычного. Отворачиваюсь от поглощающе внимательной синевы.

Глаза сами ищут притягательную Керр, тихо желая снова оказаться в поле её зрения, как в пьянящем плену из которого не хочется убегать. Как в подземелье Роя...

Рой... Думала ты один можешь сбивать меня с ног, как цунами... Но ты, как прежде, сильнее всего... Наверное...

— Хочу слышать как ты произносишь своё имя, — её шёпот странно нежный прямо у моих волос. 

Она флиртует? Я чего-то не понимаю в правилах этой вечеринки? Не стоило сюда приходить... 

— Ты не права: стоило. Да, тебя все знают, но здесь нет твоих врагов! И здесь точно есть твой катализатор.

Резко оборачиваюсь к слишком близко стоящей девушке, чуть не столкнувшись с ней.

— Что? — пугаюсь, что снова произнесла мысли вслух.

— Ты слишком напряжена, — она наклоняется так близко к моему уху и щеке, что дыхание щекочет и оставляет лёгкий аромат дыни и зелёного чая. — Так и кричишь телом, что не стоило приходить. Спрячь иголки, красотка, мы не гладим против шерсти.

Красотка... Она издевается? Чувствую себя молью, залетевшей на луг к бабочкам...

Шепчущие губы оказываются слишком близко у моих, почти касаясь, на её последних словах. Резко втягиваю воздух, ощутив себя зажатой с двух сторон, когда к пояснице мягко, но настойчиво прикасается рука, рождая ощутимый прилив тепла к спине, комку в животе и бёдрам. Что за чёрт! В меня словно вкололи героин... Если он так ощущается...

Краем глаза замечаю по тонким микросхемам, что рука, всё ещё владеющая частью моего тела принадлежит той самой неимоверно манящей Керр. Тело не обмануло меня. Полуулыбка и изучающий взгляд чуть сбоку,  и я уже чувствую себя меж молотом и наковальней... С желанием быть раздавленной. 

— А ты не настолько открытая и решительная, как твой прямой взгляд, — её голос именно такой как и ожидалось: чуть грубоватый с твёрдостью и хрипотцой, на октаву ниже женского, но мягче мужского. Керр не тянется к моим ушам, губам и вовсе не пытается приблизиться в отличии от своей девушки, только смотрит. Даже рука исчезает. Вблизи она ещё привлекательнее. Клетки кожи буквально слышат это вибрацией музыки на поверхности, будто её взгляд, уверенность и голос объявляют: " Я тебя вижу, я тебя выбрала, проткнула взглядом, и ты сама отдашь мне всё, что я потребую".

Это новое неловкое, слишком интимное чувство возбуждения и некой беззащитности рассеивает меня на атомы. Ему не место здесь, но тело чувствует себя настолько расслабленным и готовым... что от страха сбегаю. Как можно дальше от двух сексуальных хищниц совершенно не моей ориентации. В гостиную как раз входит Фелисити. 

Переутомление творит со мной страшные вещи... 

Пробираюсь к лестнице у входа навстречу Фел. Она обводит взглядом присутствующих с того возвышения, где ещё недавно стояла я, выглядит немного растерянной. Поворачиваю чуть правее к основанию спуска, пробираясь между группками стоящих и танцующих людей.

Взгляд вдруг выхватывает лицо в углу у выхода на террасу. Застываю. Ещё один удар под дых: мои поглощающие свет чёрные глаза смотрят... не на меня. Тёмно-синяя рубашка из матового сатина так ему к лицу. И тёмные брюки. Рой в брюках и рубашке! Такой мужественный и привлекательный, но без излишнего пафоса. Спина расслаблено опирается на стену позади, руки в карманах. 

Это не может быть Рой... Что он здесь делает?... Воображение играет со мной...

Но замечаю рядом Нэнси с ещё двумя девушками и парнем, незнакомыми мне. Они разговаривают о чём-то забавном. Она со смешком тыкает его пальцем в грудь, он лишь пожимает плечами. Не может быть. Выходит, они знакомы и... Я ведь была уверена, что Нэнси лесбиянка. Коварные ледяные когти ревности обхватывают и сжимают мой позвоночник так сильно, что забываю за Фел и всех фоновых людей вокруг. Смотрю на него в упор, и мой черноглазый чувствует взгляд, поворачивается ко мне, обнимает меня глазами как и ожидалось. Едва заметный проблеск улыбки заметно меняет черты его лица с беспечного присутствия на концентрированное внимание и теплоту, но всё же он не сдвигается с места. Нэн, проследив за его взглядом, замечает меня и приветственно приподнимает бокал, шепча губами " Рада видеть". Улыбаюсь в ответ.

— Держи, тебе не помешает, — передо мной появляется бокал, снова эта обезоруживающая улыбка и её уверенные раздевающие глаза... слишком близко ко мне. Снова рука на пояснице и горячая волна по спине сверху вниз, до пяток. — Не убегай снова. Последние два слова сказаны так тихо и ласково, но до мурашек отчётливо слышны.

Она просто наказание... для мазохиста... не стоило так пялиться на неё...

Перехватываю взгляд Роя, оторвавшегося от стены. Любопытство в лице, склоннённом чуть в сторону. 

— Я не пью алкоголь, — стараюсь улыбнутся ей естесственно и не звучать грубо.

 — Там почти нет алкоголя... Но тебе понравится... — Керр  чуть приоткрывает губы и внимательно смотрит на мои, предлагая бокал чуть настойчивее.  Затем она оборачивается в сторону Роя. — Так это он?

Хватаю бокал немного нервно и спешу ретироваться.

— Прости, меня подруга ждёт.

 Подхожу к Фел и вручаю ей бокал, но почти сразу же сожалею: может выглядеть грубо —отдать напиток, что подали лично мне, другому человеку. Не хочется оборачиваться, почему-то уверена, что оба взгляда прикованы ко мне. Фел пробует тёмную жидкость зеленоватого цвета и издаёт стон блаженства.

 — Что это? Никогда такого не пробовала. Как же здесь круто! Мне давно нужно было что-то такое, чтобы прийти в себя, но не в компании из школы.

Будто невзначай оглядываюсь и оббегаю взглядом толпу. Конечно же меня пригвождают сразу два взгляда с соблазнительными улыбками. Они обмениваются парой фраз, и синеглазая Зирайя так же, как и Нэнси недавно, приподнимает бокал в мою сторону. Демонстративно отбираю бокал у Фелисити и отпиваю пару глотков и так же приподнимаю свой бокал в их сторону, словно отдавая дань уважения.

Удивительный пряно-травяной вкус с оттенком цветочного мёда или карамели заходит с прохладой льда, но тут же согревает трепетным теплом, убаюкивая все внутренние сигнализации. На языке остаётся приятное тёплое послевкусие. Алкоголь действительно не жжёт ни губ, ни горла. Открываю, прикрытые в удовольствии глаза.

Керр  наклоняется и шепчет нечто интимное на ухо своей девушке. Зирайа прикусывает губу и с наслаждением прикрывает глаза. Я как будто слышу её ответный выдох-стон.  Становиться жарко от осознания, что больше всего на свете хочу сейчас оказаться на её месте и услышать этот шёпот. Встряхиваю себя, пытаясь вернуть ускользающее самообладание. Надеюсь, мне ничего не подмешали, я даже не знаю можно ли им доверять.

— Ты выглядишь странно, — подруга рядом смотрит прямо на меня, пытаясь угадать мысли по лицу.

— Чувствую себя также, не понимаю, что происходит. Ты видела Ройситера?

— Да, ещё со входа. Трудно его не заметить, — она чуть передёргивает плечами. — Те две красотки, что пялятся на тебя... твои подруги с тренировок?

— Хм, не совсем. Пойдём познакомлю тебя с Нэнси,  это она пригласила меня на тренировки и сюда.

Хочется одновременно сбежать из-под пристального наблюдения и подойти наконец-то  к своему черноглазому. Но внутри что-то томительно-умоляюще просит вновь оказаться там, меж двух крышесносно-притягательных женских тел.

Забрав себе бокал обратно, почти с жадностью, тяну её в сторону знакомых лиц.

— Нэн, спасибо за приглашение. Здесь... — не удерживаю глубокого волнительного вздоха, — потрясно... И так по-домашнему. Это Фел, моя самая близкая душа в школе. А это Нэн — наша в прямом смысле спасительница! — вижу как загораются удовольствием жёлто-коричневые глаза. Осознаю, что то, что сказала, полностью отражает правду: без всего что купила у них в лавке и без её подарков я могла просто не выбраться из заброшенного дома в первый раз и не спасла бы Фел. 

— Оу, Эмма! Рад видеть, — слегка поддразнивает меня повернувшийся к нам парень. Узнаю Мэтта. Сейчас нет привычного холода дисциплины в его чертах лица, как на тренировках. Злого укора в сказанном тоже нет, скорее поддразнивание. Улыбаюсь и чуть цокаю языком. Он подходит ближе и приятельски приобнимает меня, произносит уже тише:  —Ты как, в порядке?

— Скоро буду, — отвечаю с искренней улыбкой, он сразу же отходит и дружелюбно здоровается с Роем. Они обмениваются какими-то фразами, пока Нэнси уже вовсю флиртует с Фел.

      Сколько же всего я пропустила пока была в плену у Джея. Даже Рой здесь больше свой, чем я. Вспоминаю о бокале в руке, делаю осторожный глоток. Необычный напиток успокаивает и мягко расслабляет, как эликсир некоей внутренней гармонии. Неосознанно поворачиваясь в сторону зала и безошибочно найдя танцующих Зирайю и Керр, снова задерживаю взгляд чуть дольше. Они не видят сейчас посторонних, так близко друг к другу, словно дышат синхронно, соблазняют друг друга, медленно возводя чувственность в константу, но когда наши взгляды пересекаются, прямо физически ощущаю стыд, будто подглядываю за чем-то запретным.

— Не попадайся в её сети, — с грустью появляется голос Нэнси совсем рядом.

— Ты о ком? — тут же спохватываюсь.

— Зира,— то как девушка произносит это имя даёт понять, что между ними многое пройдено. — Она беспощадна: сводит с ума и затем просто уходит, будто ничего особенного не случилось. С Керри они, кажется... надолго.

— Твоя бывшая? — переспрашиваю не зная сама зачем.

— Моя так и не ставшая,  — поворачиваюсь и более внимательно гляжу в глаза Нэнси. Там стоит влажный блеск и томление несбывшейся фантазии. Она не сводит глаз с парочки так же, как недавно я сама. 

Но что удивляет ещё больше, Фел так же прикована взглядом к центру импровизированного меж двух больших диванов танцпола. При достаточно плотной массе танцующих именно эти двое в эпицентре почти магического магнетизма.

— Знаешь, что забавно... — весёлости в её голосе нет, но и грусть её не мрачная, а скорее горько-сладкая, тягучая, — когда ты зашла в "Колючку" у меня внутри всё перевернулось. На минуту я представила фантазию, в которой Зира видит нас с тобой целующихся. Словно я беру реванш у Керри, которая так легко увела её, — она не смотрит на меня, продолжая упиваться своей сладкой болью в виде двух танцующих тел со слезами в глазах. 

— Нэн, прекрати! Я ведь не рыдаю, что ты уже третий год не отвечаешь мне взаимностью, — какой-то милый парень чуть встряхивает брюнетку и шутливо лезет к ней целоваться. Она отмахивается от него с гримасой и улыбкой.

Мельком улавливаю двух новых девиц, появившихся возле Роя, как в одном из моих кошмаров в плену. Странно, что мы здесь ведём себя как чужие. Снова ревность.

— Но глянь на них, разве может кто-то затмить Керри и Зирайю вместе? Они просто созданы друг для друга, — заявляет Нэн уже веселее, будто убеждая себя.

Она приподнимает бокал с такой же зеленоватой настойкой как у меня и выпивает его до дна, пританцовывая. Я так же выпиваю свой залпом и, повинуясь минутному импульсу, поворачиваюсь и целую Нэнси. 

Да, это скорее ход, чем искреннее чувство, ведь я хочу зацепить сразу нескольких персон и утолить голодное жарящее меня изнутри желание. Этот поцелуй не даёт дров внутреннему огню, но всё же знаю, что сейчас смотрит Рой, точно видят эти два палящих солнца — Керр и Зира; и маленькая осуществлённая фантазия Нэнси принесёт ей хоть немного ощущения облегчения.

    Наконец отрываюсь от неё, боясь, что ещё немного, и она поверит в реальность этого поцелуя.

— Вижу, "Экстази" тебе зашёл, — глаза девушки  теперь сверкают бриллиантами. Она прикасается к губам, мечтательно опускает глаза вниз и улыбается. Затем одними губами шепчет "спасибо" только для меня. Значит она всё верно поняла и не будет страдать. Облегчение, словно с плеч сняли невидимую ношу.

— Подожди... "Экстази"? — поздновато включаюсь и опускаю взгляд на свой пустой бокал.

— Ничего общего с оригиналом, не бойся, никаких наркотиков. Наш химик сама варит его. Она называет его Синестези, а мы проще "Экстази", — одна из девушек из компании кивает в сторону танцпола.

— Какой ещё химик? — всё ещё не могу распрощаться с подозрением.

— Блю, — одними губами отвечает Нэн, с чуть дрогнувшей челюстью и странной улыбкой гордости за чужое достижение.

"Зирайя...  Можно "Зира" или "Блю"... Наслышана о тебе..."

— Пожалуй, мне нужен свой бокал этого варева, — подаёт голос Фелисити, о существовании которой я вовсе забыла. В её светло-голубых глазах икры разочарования и колючие льдинки направленные на меня. Начинаю догадываться что это значит, но некоторый протест всё же появляется в груди: она ведь сама заявила, что не лесбиянка.

— Я принесу, — спохватывается Нэнси, улавливая секундное напряжение в воздухе. 

Подхожу к своему черноглазому, словно ища опоры и полностью игнорируя его собеседниц. Отчаянно хочется целоваться. Беру его за руку и чуть тяну на себя. В кончиках пальцев приятно покалывает, в ногах разливается слабость. Он поддаётся, тут же окутывая меня коконом из иллюзорных черных нитей.

— Пойдём потанцуем, — прошу негромко, краем глаза видя недовольство девушек и непонимание.

— Эмм... немного не моё, прости, — он лениво кривится и отводит взгляд в сторону.

— Музыка? Стиль не твой?

— Танцы "не моё", — отвечает более конкретно, но всё ещё обнимает меня взглядом с тёплой улыбкой. Начинаю медленно отходить, в надежде увлечь его с собой. — И я теперь тоже хочу попробовать этот "Экстази"...

Он тоже произносит это негромко, но хорошо различимо, для того, кто слушает и читает по губам.  Руки теряют контакт.

Никогда не думала что смогу по губам понимать людей. Наверное, всё зависит от степени близости и взаимопонимания...

Улыбаюсь ему нежно, всё ещё увеличивая расстояние меж нами. Пока не врезаюсь в кого-то.

— Спиной к пропасти... Не боишься? — голос и дыхание Керр позади заставляет напрячь мышцы спины из-за горячей щекочущей волны. И она легко касается позвоночника. Мне не сдержать выдох похожий на стон. Вижу как изменился взгляд моего Геллофри и не могу не торжествовать: всё-таки он не каменный.

— Боюсь, — отвечаю честно, против себя обычной, пока её руки скользят по моим бокам. Тело одновременно расслабленное и напряжённое начинает легко двигаться в танце. Медленно поворачиваюсь лицом к ней. 

Нельзя позволять ей касаться меня...  Боже...

Красивые черты лица одновременно мужественные и женственные передают странную смесь чувств: удивление, влечение, восхищение, вопрос и сомнения. Она убирает руки, приподнимая их словно в капитуляуии, пока глаза нагло поедают меня, снова хищная ухмылка только одной стороной губ. Она вроде держит дистанцию, почти безопасную, не пытаясь нарушить границы, что сами приближаются всё ближе к изголодавшемуся телу. Позволяю сжатым мышцам размягчиться в потоке музыки и расстаять льду приличия во мне под её изучающе-властным взглядом. Тугой ком внизу живота сладко пульсирует от её близости. И он же мгновенно увеличивается в размерах от ощущения мягких рук ещё одного соблазнительного создания позади меня.

— Почти держишься... но дышишь слишком глубоко, — с усмешкой произносит Зирайя в волосы у моего правого уха. Теперь её пальцы чуть щекочат чувствительные даже под тканью бока моего тела. Но то, что Керри на контрасте  даже не пытается прикоснуться ко мне, сводит с ума. Только глаза. Я уже знакома с этим слишком близким взглядом, которым тебя гладят. Рой смотрит также. Его черные копья и сейчас на мне, только не могут пробиться через гравитацию двух солнц, что медленно сжигают меня заживо. 

И всё же чувствую себя сейчас живой как никогда: смелой, сильной, свободной. Не пьяной, нет, но опьянённой слишком интенсивными ощущениями, парящей в музыке, тонущей в фантазии. Они обе так близко.

Поворачиваюсь лицом к синеволосой нимфе, просто чтобы убедить себя, что меня так заводит обманчивая маскулинность Керри. Но властный говорящий взгляд девушки сейчас не даёт мне выбора, она не улыбается больше. Она уже видит во мне жертву, что не выберется, и просто наслаждается игрой. Прикасается пальцем к моему животу и водит им в танце, словно управляя торнадо внутри меня. Танцует слишком близко, наклоняется к моим губам и произносит в них слова песни, но я слышу другое. Сзади тёплая ладонь проводит полосу вдоль позвоночника, почти до копчика, заставляя меня закрыть глаза от слишком глубокой волны удовольствия и возбуждения. 

В поле зрения появляется ещё один бокал магического прохладного напитка, и я благодарно принимаю его, зная как он расслабляет. Чуть взмокшие передние волосы и часть чёлки убирают с моего лица, нежной рукой, проглаживая угол под подбородком к уху. Ещё один глубокий вдох.

— Тебя сильно пробивает. Ты голодная? — спрашивает "Блю". Показываю на ухо и машу головой, продолжая танцевать и улыбаться. Пусть думает что не слышу. Я знаю что будет дальше, хочу её ближе. 

 — Когда ела последний раз? — теперь она наклоняется совсем близко и, ласково убрав волосы за ухо, произносит и чуть прикусывает край ушной раковины.

— Вчера, — отвечаю, смеясь. Музыка сейчас такая громкая и приятная. Идеальный ритм битов заставляет сердце мчать галопом, ещё быстрее разнося эндорфины. Пульс щекочет в конечностях.

— А воду когда пила? — пробирается хищница к моей шее. Прокладывает небольшую дорожку тёплым языком по ней. — Тебе ведь есть восемнадцать? 

Она отодвигается, чтобы не пропустить ответ. Киваю и подпеваю песне.

— Вслух, — она настойчиво сжимает мой бок, чуть ниже талии и проводит вниз до бедра.

— Есть, — облизываю губы, наслаждаясь властью этого простого жеста над переменой в её лице. Чувствую себя действительно красивой сейчас, живой, соблазнительной. Она тянется ко мне губами, но замирает в паре милиметров. — Она не в себе, — секунду спустя, чуть смеясь, кричит Зирайа своей девушке через моё плечо и, обнимая меня за талию, продолжает танцевать, вдыхая запах моих волос и шеи. Чувствую, как меня обнимают ещё одни руки поверх её и как они целуются у моей шеи, пока моё тело дребежжит между двумя вулканами. Мягкая приятная песня Golden проникает сквозь тело волнами света, как закатное солнце сквозь деревья на закате.

"I don't wanna be alone when it ends... Don't wanna let you know I don't wanna be alone... But I, I, I can feel it... take a hold... I can feel you take control of who I am and all I've ever known..."

Так много "I"... Рой... Ты тоже это слышишь?...

Бросаю украдкой взгляд на свою черноглазую слабость. Он загадочно улыбается, неспешно пригубляя зеленоватый Экстази, пока меня обнимают в танце два соблазнительных создания, Зира щекочет носом мою щеку, а губы Керри чуть касаются моей шеи. Вокруг так много танцующих тел с тем же же плавным течением. Напряжение просто искрит током. Охватываю взглядом людей вокруг, осознаю, что это магическое расслабление и наслаждение музыкой захватило не меня одну. Хоть это далеко от оргии, но всё же в воздухе висит слишком будоражащий сексуальный вайб.

— Вот теперь тебе пора бежать, крошка, или я дам волю рукам, — эта простая фраза от Керр, сказанная на ухо, вместе с рукой на внутренней части бедра становится катализатором реакции: комок внутри меня наконец взрывается. Глаза раскрываются широко, и так неровное дыхание сбивается ещё больше. Ноги, инстинктивно сжимаются вместе, пытаясь удержать в себе мощь полыхнувшего секундного пожара. Затем словно цепной реакцией следующего взрыва внутри. Спина и живот покрываются каплями пота, а сердце гремит в ушах и кончиках пальцев. Если б два горящих тела не продолжали держать меня в ритме окружающей эйфории, я бы замерла. Но страх, что кто-то заметит момент моего сладостно-стыдливого поражения, заставляет продолжать танцевать. Музыка на момент затихает в каком-то своеобразном переходе трека. Тревожность снова заполняет меня. Удачный момент для отчаянного побега в дамскую комнату.

     Умываю лицо прохладной водой и смотрю на себя в зеркало. На меня оттуда смотрят огромные обалдевшие глаза и вдруг наваливается осознание произошедшего. 

Это все видели? То, как мы... Боже... я не могу назвать это словом "танцевали"... Фел... Она ревнует? А Рой... что я творю?... 

И  Нэнси, после поцелуя, которым хотела её поддержать, наверняка видела, что я почти целуюсь с её бывшей девушкой в объятиях той, кто увёл эту девушку. Словно я предала её доверие. Вот же влипла. Чёрт! Никаких больше вечеринок! 

Выходить из туалета нет никакого желания, словно там снаружи меня ждёт приговор. Смачиваю бумажное полотенце водой и протираю шею и запястью чуть поддрагивающих рук. Ручка двери подскакивает и дверь открывается. Входящая девушка пугается одновременно со мной, затем мы обе смеёмся, снимая напряжение.

— Закрывайся лучше, — с улыбкой советует она мне. 

Подхожу к двери с облегчённым вздохом, но там за ней в коридоре меня ожидает новый скачок адреналина. 

— Ты в порядке? — приподнимает бровь Керри. Сложно называть её так, сложно воспринимать как просто девушку. — Слишком быстро пьянеешь.

— Зира права, я не ела и не пила со вчера из-за сегодняшней съёмки. Поэтому меня так накрыло. В "Экстази"... наркотики? — выхожу наружу в довольно узкий коридор, чувствуя неловкость. Но нельзя же всё время убегать.

— Только расслабляющие травы, афродизиаки и немного CBD, всё полностью легально и меньше семи процентов спиртовой настойки на рисовом вине. Только называй его "Синестези" при Блю, она очень гордится этим названием. 

— Окей. Надеюсь, вы запатентовали его, это нечто! — пытаюсь разрядить накаляющуюся обстановку. Её томный мягкий взгляд сейчас не требует, не вызывает, не властвует, а будто изучает. Сглатываю, пытаясь сообразить что ещё добавить из вежливости, чтобы потом сбежать.

Керр придвигается чуть ближе, чуть нависает надо мной, вжавшейся в шероховатую декоративную штукатурку и подпирает стену, отрезая путь для побега. Преодолев себя, поднимаю голову и с прямым взглядом спрашиваю:

— У тебя ко мне вопрос?

— Даже пара вопросов. Ты боишься того,  что кончила? Или того, что кто-то узнает? — её голос ровный, без флирта, но с той самой мягкой твёрдостью, от которой не спрятаться. — Или, может, того, что кончила с  двумя девушками, прямо в танце? Привычный мир «правильности» просто рухнул?

— "Правильность" это точно не про меня, — выдыхаю, не находя, за что зацепиться.

— Не думаю, что там в толпе кто-то заметил. Ну, кроме твоего парня, разве что. 

— Моего парня? — переспрашиваю, еле заметно распрямляя плечи ещё шире, чтобы казаться уверенной хотя бы себе. — И я не боюсь, это просто... странно для меня.

Ты странная... но так притягиваешь...

— Ты слишком зажата как для той, что не боится. Что за съёмка была? Там ты тоже так напряжена и зажата?

— Послушай... я не зажата, просто... Нэн... Ей тяжело, и я просто хотела её поддержать, а  всё зашло...

— А если мне нужна будет поддержка, — я могу обратиться? — сейчас её улыбка и глаза, пожирающие мои губы снова заставляют коленки дрожать и подгибаться. Молчу, почти не дыша.

Не ожидала от себя такого... Её губы... Вот бы время остановилось и я могла просто прикоснуться к ним незаметно...

— Так что за съёмка?

— Я поступила неправильно с Нэн, согласившись танцевать с вами и... всё это...

— Неправильно хотеть кого-то? Неправильно кончать? Что именно? — она чуть прищуривает внимательные глаза в усмешке. 

— Неправильно предавать и причинять боль, — чуть выше вздёргиваю подбородок.

— Если это успокоит: Нэн ничего не видела, ведь утащила куда-то твою блондинку и, думаю, к этому времени, — она на пару секунд отвлекается на смартчасы на руке, — обе уже кончили.

 Сглатываю и сцепляю зубы, чтобы не облизнуть ненароком пересохшие губы.

— Съёмка для Вог, она не состоялась. У меня случилась истерика, и я сбежала, — отвечаю с тихой досадой.

— Оттого ты такая взбудораженная? Надо найти тебе что поесть, — она уверенно берёт мою кисть в свою и ведёт за собой.

— Тебя, наверное, твоя девушка уже ищет, — поспешно высвобождаю руку.

— Вообще-то это она попросила проверить тебя.

— Тогда почему она не пришла сама? —останавливаюсь.

Хотя это не лучшая идея, судя по реакции моего тела на них... Чёрт... Я пережила бы это снова, если б у меня выбор...

 Она цокает языком и медленно оборачивается ко мне. Её глаза скользят по стене и коридору, будто там есть нечто важное, и только в последний момент снова обдают меня жаром, чтобы придвинуться, зажать меня у стены и пригвоздить к ней взглядом:

— Чтобы у тебя не было ощущения, что мы вместе загоняем тебя в угол, мышка. 

Она кусает мою нижнюю губу, вырвав из груди тяжёлый прерывистый вздох  и скользит языком по верхней. Отодвигается.

— Я не мышка, — выдыхаю шёпотом и пытаюсь выдержать требовательный взгляд, хотя грудь вздымается слишком быстро.

— Кошка? — с оттенком недоверия спрашивает меня обжигающее Солнце с некрупными туннелями в ушах.

— Лисица, — выдаю прозвище, что дали мне Геллофри.

— Тогда убегай, изголодавшаяся лисица... — слишком нежно шепчет мне в губы не по-женски красивая девушка, больше похожая на парня, — ведь мой голод слишком похож на твой.

  Почти стремглав бросаюсь к большой гостиной, едва она отодвигается. Из другого коридора как раз появляются смеющиеся и за руку держащиеся Фел и Нэнси. Понимаю, что катастрофы не произошло. Хочется схватить Фелисити и уехать наконец, в её безопасный домик у реки. 

Но её счастливые глаза, наполненные искорками флирта, не позволяют мне вести себя настолько эгоистично. И Нэн просто сияет. Чёрт, жаль, что нет моей машины. Ищу глазами Роя, но нахожу только знакомое лицо девушки с нашей тренировки. Имя не помню, но уже вижу огонёк узнавания в ней и милую улыбку.

— У вас здесь крутые вечеринки, — говорю, чтобы начать беседу.

— Добро пожаловать каждую среду и пятницу, — она чуть приподнимает в мою сторону бутылку с пивом.

— Так часто? 

— А что ещё делать когда живёшь в шикарном доме с кучей классных людей.

— Дом и правда отличный... А сколько людей здесь живёт?

— Пятнадцать, включая меня. Но я скоро съезжаю, у меня работа в семейном бизнесе.

— Это крутая идея, если никто не ссорится и вечеринки не превращаюися в пьяные побоища с горами мусора.

— Как видишь, у нас всё цивильно, хоть и стало немного тесновато. После закрытия зала и "Колючки" сюда переехали Мэтт со Стеффи, Инви, Макс, Джедд, Анджела и Нэнси. Особенно Нэн жалко... Смотреть всё время на свою бывшую и её крутую новую девушку... врагу не пожелаешь.

— Да, это не очень вариант. Почему закрыли зал, всё-таки?

— Стереотипы страха перед неформалами и истерика в городе. Разве тебя не донимают?

— Пресса просто сволочи! И соседи, конечно, не жалуют...

— Люди в принципе сволочи. Пойдём, покажу тебе террасу.

Это просто приглашение или какой-то странный намёк? Может, она уединиться хочет, увидев как я вела себя с Блю и Керри...  Чёрт, надеюсь, никто не заснял это и не выложит в сеть...

Мы выходим на достаточно широкую террасу где общается небольшая компания. Девушка тут же подходит к своим. С облегчением вздыхаю: никаких больше провокационных ситуаций. Кто-то курит, чуть дальше пара парочек целуется. Недалеко на столике стоит портативная колонка с огоньками. Музыка здесь другая, спокойный чилаут, а прохладный ветерок овевает все разогретые тела и успокаивает нервы. Подхожу к поручню и наклоняюсь вниз. Под уклон уходят улицы внизу и видно лишь крыши невысоких домиков поблизости.

— Нравится здесь, Эмма? — к моему плечу легко прикасается рука. Она не приносит с собой ничего кроме фоновой регистрации вторжения, но привычной агрессивной реакции нет. Поворачиваюсь на новый голос и улыбаюсь. Не уверена, что знаю её, но неприятно отзываться на почти чужое имя.

— Наверное стоит сказать, что на самом...

— Да я в курсе кто ты, расслабься, — она дружелюбно хлопает меня. — Просто не могла удержаться. Не знаю, как там, — она кивает вниз на город, — но здесь, в нашем маленьком мире, ты всегда можешь быть собой и называться своим именем. Не парься!

Она заходит внутрь, остальных тоже уже нет снаружи, а я остаюсь одна с прохладой Саванны и приятной музыкой. Визуальные образы этого вечера, три пары глаз, что сжигали меня до тла, ревность Роя, соблазнение Зиры и это подкожное владение всеми моими нервами глазами Керр снова беспощадно нападают на чувствительное уставшее тело. По мышцам пробегают волны сладких спазмов. Снова этот беспощадный голод охватывает внутренности, не могу с ним бороться. Рука в темноте опускается к краю платья и пробирается между ног, пока второй держусь за поручень. Это не помогает так как раньше, даже со всеми свежими ощущениями. Хочется стонать от досады.

Позади из дальнего угла слышится подозрительный звук. Молниеносно убираю руку и оборачиваюсь.

— Не лучшее место ты выбрала, — его голос успокаивает панику но лишь подогревает напряжение. 

— Помоги мне... — тихо жалобно стону и тянусь губами к своему Геллофри

— Не сегодня, Сладость.

— Сердишься? 

— Если помочь тебе — всё смешается просто в приятный шум в голове. Ты снова всё забудешь, чтобы оставить побольше стабильности в своём мире. 

— Это наказание?

— Скорее подарок. Хочу, чтобы у этого вечера осталось приятное послевкусие. Ты ведь уже начала расширять горизонты, не останавливайся...

Что-то в его словах цепляет меня. Он уже идёт к выходу.

— Постой... — догоняю его у двери.

— Я отвезу тебя домой, так будет безопаснее. Машина внизу.

— Что значит безопаснее?

— Ты пахнешь... нестерпимой жаждой секса.

Чёрные обсидианы протыкают меня и в то же время обволакивают и топят в своей темноте. Не понимаю, это упрёк или спрятанное страдание, на которое он сам себя обрёк.

И он действительно отвозит домой и сразу же уезжает. Тоска, одиночество и обида наваливаются на меня. Догребаю до кровати на втором этаже, с лёгкостью сняв ставшее тяжёлым платье. Руки наконец находят все горящие точки, но это приносит лишь разрядку, простейшее облегчение без особого удовольствия.

Это точно был подарок или наказание?... 

Пугаюсь, когда на кровать запрыгивает нечто большое, но сразу же вспоминаю о Негодяе. Он независимо укладывается спать у моих ног, игнорируя мою попытку подозвать его к себе. 

 На смартфон приходит уведомление о присланном видео с неизвестного номера.  Как некстати: я только только расслабилась, и вот уже руки дрожат, чувствую липкий пот на спине и неприятный холодок. Но лучше сразу понять как решать проблему, чем откладывать её.

Открываю видео, и вздох облегчения смешивается с приятным узнаванием. Это танец Керр, тот, что покорил меня. Снято из-за моей спины, ведь я тоже попала в кадр. Каждая мелочь: моё лицо в профиль и горящие интересом глаза, затем то, как поправила платье и заложила прядь волос за ухо. И снова Керри. Затем я спрашиваю название трека словно у пустоты, и Блю мне отвечает.

Неожиданный звонок со скрытого номера уже не пугает. Отвечаю.

— Решила тебя порадовать. Тебе ведь понравилось?

— Откуда у тебя этот номер? Его мало кто знает.

— Стащила телефон твоего парня на вечеринке, — она хихикает, а я наоборот напрягаюсь, вспомнив, что мы все оставляли телефоны на входе. — Это шутка, кстати. Спросила у нужных людей.

— С чего решила что он мой парень?

— Боже, Лиса, у нас в городе не так много перфов второго поколения, а я генетик и настройщик. К тому же не слепая. Это не было сложно...

Что за бред она несёт? Пьяная что ли в хлам?...

— Что за перфы? Я думаю, тебе пора спать...

— Так ты не знаешь кто ты?! — весь веселый задор из её голоса пропадает и сейчас она уже не звучит как напившаяся.

— Это единственное видео или есть ещё компроматы? И почему у тебя был телефон, когда у остальных его на входе отобрали?

— Смотря что ты считаешь компроматом. Насчет телефона... Ну, во-первых я главная в доме, должны же быть свои привилегии...

Она проигнорировала вопрос о компромате... Так нас заснял кто-то? Или телефон был только у неё?...

— Как удобно, — только и нахожу что ответить. Чувствую усталость и не могу сообразить чего ей от меня надо.

— Керри говорит, у тебя внутри назревает катастрофа, — голос снова становится серьёзным.

— Её виднее, раз говорит, — снова сарказм. Не знаю как ещё защищаться от их влияния на себя. — Зира, прости, мне пора спать, я была рада познакомиться, но не хочу участвовать в ваших играх и оргиях.

— Скидывай адрес.

— Ты меня слышала?...

— Тебе нужна помощь, а черноглазый, видимо, оставил тебя наедине со всем твоим дерьмом.

Она назвала его "черноглазым"?... Как я...

— Я не просила о помощи, — всё ещё пытаюсь сопротивляться.

— Так ты никогда не просишь, неправда ли? — с невесёлым смешком отвечает девушка. — Я всё равно узнаю адрес, но будет легче, если сама скинешь.

— Ладно, — сдаюсь так и не разобравшись в своих чувствах. Отключаю звонок и скидываю им геолокацию. С трудом встаю с кровати, чтобы найти себе футболку и спальные штаны.

Что им на самом деле надо от меня?... Неужели они правда решили, что могут сделать меня своей игрушкой для развлечения, только из-за того, что я проявила интерес?...

Включаю найденный электрочайник. Надеюсь, Фел не будет против, что ко мне сюда приедут гости. Не проходит и пятнадцати минут, как в дверь звонят. Немного напрягаюсь внутренне, уже готовя речь, что осадит их интерес ко мне, но непривычный вид Керр сбивает с мысли. Она заходит первой, с распущенными волосами в каре, похожем на моё, но короче и нежном светло-голубом спортивном костюме с белым топом под низом. Она чуть передёргивает плечами, жалуясь на прохладу ночи. На Зире почти такой же костюм, но чёрный с серым топом. Сейчас они обе выглядят просто подружками, что приехали ко мне потусить после пробежки.

— Ты чего застыла? — сейчас даже голос Керри другой, без тех маняще-опасных ноток, что были в их доме, более высокий и чуть более свойственный девушке. — Дверь закроешь?

— Я... только хотела сказать, что не понимаю в какую игру вы меня пытаетесь втянуть... Если это какое-то развлечение на спор в стиле "соблазнить новенькую" или попробовать втроём для разнообразия — я не хочу в этом участвовать. Я вообще не лесбиянка.

— Никаких игр, — Зира подходит ко мне осторожно и просто обнимает. Почему-то становится невыразимо спокойно и хорошо. За ней подходит и Керри. Тоже обнимает меня поверх рук Блю. Вздрагиваю, но не отстраняюсь. Сейчас не ощущаю никакой угрозы или намёков на сексуальное влечение, потому окончательно расслабляюсь и пытаюсь проморгать навернувшиеся ни с того ни с сего слёзы.

— Вот так-то лучше, — Зирайя улыбается мягкой ободряющей улыбкой и указывает на пару бумажных пакетов на столике в прихожей. — Мы тебе перекусить принесли.

— Не стоило. Я не ем в такое время...

— В какое такое? Не есть почти сутки для тебя норма? — теперь не могу отвести глаз от них совершенно по другой причине.

Это точно те самые девушки, что опоили меня и пытались соблазнить на вечеринке?...

— Да, те же самые, — Керри садится возле меня в кухне, мило улыбается и снова кладёт руку мне на спину. В этом жесте сейчас нет ни намёка на соблазнение, и тело не откликается так ярко, как в прошлый раз. — Ты привыкнешь.

— Чайник горячий! Отлично! Сейчас заварю нам обалденный травяной чай, — Блю достаёт что-то из своей сумки и высыпает в чашки. Снимает верхнюю спортивную курточку. Её кожа имеет такой тёплый красивый золотистый оттенок, который не назовёшь смуглым, но и не определишь светлым. 

Да что происходит со мной? Она ведь не подсыпет мне снова каннабиоидов или ещё чего-то в чай?... Афродизиаки?...

— Тебя никто не будет домогаться, Селестия, — Керри произносит это с какой-то почти жалостью во взгляде. — Ты всё равно не могла уснуть и расслабиться. Твоё нутро просто разрывает от чувств и ужасных событий, и я знаю, что ты нигде не чувствуешь себя в безопасности... С этим нужно что-то делать.

— Откуда подобные домыслы? — пытаюсь выглядеть удивлённой.

— Ты не обманешь эмпата, милая... Сейчас, когда его нет рядом, ты медленно саморазрушаешься... Мы просто хотим помочь, ведь ты так долго не продержишься, — она сидит близко, повёрнув туловище в мою сторону, пока я отгораживаюсь плечом, сидя всё так же боком к девушке и пытаясь всё внимание перевести на синеволосую нимфу.

— Если ты не знаешь о перфах, тебе тяжело будет воспринять всё это сразу, поэтому не торопи себя и не сопротивляйся, — Зира ставит три чашки на стол, присаживается напротив и протягивает мне обе руки.

— Что это должно значить?

— Позволь прикоснуться и не закрывайся, не отстраняйся. Ты сама почувствуешь...

Некоторое ощущение ловушки преследует: они снова окружили меня, и цель всего этого мне совершенно не ясна.

Настройщик, эмпат... У них какая-то секта? Ведьмовское сестринство?...

Ами... мне нужна твоя поддержка... или совет... хоть что-то...

Керри рядом чуть усмехается и переводит взгляд на Блю так, словно они обмениваюся каким-то скрытым от меня посланием и пониманием. Приподняв брови, протягиваю руки навстречу. Зира аккуратно берёт мои ладони в свои.

По рукам сразу же начинает двигаться хорошо ощутимое тепло, от кончиков пальцев вверх. Оно приятное и успокаивающее, но едва добирается до локтей, я испуганно выдираю руки.

Я даже не попробовала её чай, а со мной уже происходит нечто необъяснимое...

— Дай ей привести тебя в норму, хоть немного, — осторожно вставляет Керри.

— Как ты это делаешь? — не могу скрыть лёгкого испуга в голосе.

— Я же сказала: я настройщик, почти целитель...

— Я не верю в эту хрень, — выстреливаю ответ с ироничной насмешкой, как попытка взять себя под контроль.

— Не обязательно верить, только довериться.

Нервно вздохнув, снова протягиваю кисти навстречу её рукам и пытаюсь сосредоточиться на ощущениях. Под закрытыми глазами её тепло ещё и светится: я прямо вижу сквозь веки как свечение движется по рукам к телу и плавно заполняет меня, даря покой и облегчение. Рядом Керри придвигается ещё ближе, обнимает, и кладёт голову мне на плечо. В этом объятии нет никакого требования, только покой, ласка и принятие. Внутри всё оживает, как природа в марте после долгой холодной зимы.

Ощущения ловушки, опасности, напряжения больше нет. Мне так легко и хорошо в эту минуту просто сидеть на кухне с прикосновением и теплом этих двух девушек, что даже двигаться больше нет нужды. Открываю глаза и смотрю на прикрытые веки Зиры. Медленно вдыхаю.

Керри с той же мягкой улыбкой поднимает голову и смотрит на меня уже с примесью радости и нежности:

— Так гораздо лучше.

— Теперь пей чай, он поможет тебе уснуть, — шепчет Зира. Она пододвигает мне одной рукой чай, пока второй всё ещё держит мои пальцы. Высвобождаю и их тоже, хоть и неохотно.

— И никакая мы не секта. У тебя тоже должны быть способности. Сначала я думала ты как и я, эмпат, но пробиться к тебе не смогла. Зари думает ты как она из-за цвета глаз.

Она читает мои мысли?... Или как Рой читает по лицу? Что конкретно означает эмпат?... Чёрт... Только этого мне не хватало... Сменить тему...

— Зари? — переспрашиваю.

— Так меня называла мама... и Керр узнала об этом. Это означает золотая, светящаяся на моём языке.

— Какой твой родной язык?

— Фарси. Меня и брата вывезли маленькими из Ирана.

— Мне очень жаль...

— Наоборот, это был наш счастливый билет. Ты и не представляешь какая ужасная там жизнь: мою мать забили камнями насмерть за медицинские книги.

Вздох, похожий на всхлип вырывается из моей груди, но слов нет.

— Не будем об этом сейчас. Тебе пора спать, — успокаивает меня Зира и пододвигает чашку. Чай уже не горячий, потому выпиваю его почти залпом.

— То есть вы приехали, чтобы уложить меня спать? — не унимается моё любопытство.

— Чтобы помочь, успокоить и затем уложить спать.

— Пойдём, — Керр мягко за руку поднимает меня со стула и уводит за собой.

Ты правда читаешь мои мысли? Всё время со знакомства?...

— Мысли пока плохо, а чувства ярко и осязаемо, и вместе это даёт хорошее понимание даже на расстоянии.

Твою мать!... Да нет... Эту мою мысль с вопросом можно было предугадать и даже моё сомнение сейчас ожидаемо... А что насчёт чисел?... Как с Роем...

— Давай попробуем, — шёпотом отвечает она, пока поднимаемся по лестнице. Её пальцы как-то особенно интимно поглаживают мои.

— Что попробуем? — деланно удивляюсь.

— Числа. Ты ведь хочешь меня проверить, — она, не оборачиваясь, верно заводит меня именно ту в спальню, которую я себе и выбрала. Там на кровати всё ещё лежит Негодяй. Он сонно приподнимает голову.

— Так ты Негодяй... Как забавно, — она гладит безропотного кота, чуть отодвигает край одеяла и подводит меня к кровати. Чувствую себя странно, всё ещё не понимая что происходит. Она угадала имя моего кота. Может я упоминала о нём, напившись этого "Экстази"?

— Нет, ты не упоминала имя кота. Тебе комфортнее спать в этой одежде или без? — Керри кладёт свои руки на мои бока, чуть ниже талии, словно готовая помочь снять одежду. И хоть дыхание на секунду перехватывает, меня спутывает то, что она сейчас не выглядит сексуальной завоевательницей, не понимаю её намерений.

Где Зира? Они планируют спать здесь? У меня?... Или поедут домой?... Что за детское укладывание?... Хочу остаться в одежде...

— Да, сегодня мы планируем спать с тобой, но не ради секса, а как моральная поддержка, чтобы ты набралась сил и отдохнула, — она так же осторожно подталкивает меня к постели и, раздевшись догола, забирается следом под одеяло.

Все эти мысли легко предугадать... Даже Джей так всё время делает... Она совсем нагая... Чудовищно красивая... Во что я вляпалсь?...

Последняя мысль относится уже к минутному замешательству, ведь неоднозначность ситуации и недавних событий наконец включает телесную реакцию. По ногам бегут приятные мурашки разогревая тело.

— Тш-ш-ш-ш... Не сейчас, — Керри чуть прикасается к моему запястью и затем придвигается всем телом и... Всё. Пустота. Подбирающемуся возбуждению словно выключили свет, внутри снова покой и лёгкость. На грани сна чувствую как ещё одно голое тело забралось на кровать с другой стороны. А мои расслабившиеся мышцы словно погрузили в тёплую воду с цветами, невесомую безмятежность...