Ангел-хранитель для вашего питомца

Я видела Билли из окна каждый день. Любовалась, как она выныривает из темно-синих волн, вода течет по лицу, в воздухе застыли падающие капли... а она смотрела прямо на меня. Пронзала голубой сталью глаз. Вот уже неделю.А еще на неё смотрели Андреа и Одесса, Брианна и Адель, подруги подруг и весь остальной университет. Плакаты висели по всему городу. А самой Билли в Ирландии не было.Я выпытала у Зои, что она по-прежнему в Норвегии, и тайно надеялась, что она скоро вернется. Мне хотелось снова натыкаться на неё в универе, изредка встречать на парковке, знать, что мы засыпаем в стенах одного жилого комплекса и ходим по одним и тем же ступенькам. В этих маленьких вещах было очень много смысла. Её близость наполняла все особым смыслом...Ночью, лежа в кровати, я раздумывала над тем, что будет, когда она вернется и мы наконец встретимся. Обнимет ли она меня, как старого друга? Спросит ли, как у меня дела? Или просто кивнет и пройдет мимо?Зато я видела Одессу чуть ли не каждый день. Она ходила по университету с таким выражением лица, словно все вокруг ей что-то должны. Хохотала со своей компанией в кафе. Отпускала шутки в мой адрес, если я вдруг проходила мимо-«Девочка все еще целочка или кто-то это уже исправил?». Выкладывала в своем Инстаграме фотографии из ночных клубов, куда отправлялась чуть ли не каждую ночь. Словом, вела обычную жизнь гламурной красотки, у которой нет забот.Да, я время от времени заглядывала в ее Инстаграм. Не знаю зачем. Ведь это не приносило ничего, кроме боли. Тихая бессильная ревность заставляла изучать ее фото снова и снова: лицо, тело, наряды. А над ее старыми фото с Билли я готова была просто рыдать.Я как-то поделилась с подругами мыслью, что Инстаграм порой вызывает у меня сильные негативные эмоции. Даже заглядывать противно...– И это заявляет человек, у которого пятьдесят тысяч подписчиков, который зарабатывает десять тысяч за десять минут и ездит на бессовестно красивой машине? – расхохоталась Брианна.– Десять тысяч я заработала случайно! Машину подарила бабушка – а это тоже чистая случайность, что у меня такая бабушка! А подписчики набежали только потому, что я фрик с необычной аллергией. Так что...– У меня такие же чувства в отношении Инстаграма, – добавила Адель. – Там слишком много идеального, красивого и ненастоящего. Куда ни ткнись – везде круглые задницы в дизайнерских леггинсах, пальцы ног с модным лаком на белом песочке и киш лорены со спаржей. А правда заключается в том, что никто не выкладывает в Инстаграм прыщи, или грязные ногти, или задолженности по оплате, или анализы на инфекции, или то, как рыдает от одиночества, или то, как глушит бутылку виски ночью, потому что жизнь говно.– Браво! – воскликнула Брианна и чокнулась с Адель стаканом. – Адель в президенты!И тут мои глаза словно раскрылись. А ведь правда, я многого не знала. Не знала, что происходит с Одессой, когда она не клацает камерой на телефоне. Не знала, что она ест, когда заканчивается смузи с киви и сельдереем. Не знала, как выглядит, когда просыпается утром после ночи в клубе. И не знала, сколько настоящего счастья за красивым, безупречным фасадом.Короче, я запретила себе думать об Одессе, растрачивать энергию на зависть к той жизни, о которой ничего не знаю. Интересоваться ею вообще. Уверена, в моей жизни есть вещи, которым могла бы позавидовать даже она: например, прекрасная семья; или умение радоваться каждому прожитому дню; или неубиваемая вера в лучшее и железобетонный оптимизм; или та благодарность, с которой смотрят собаки и коты в госпитале, когда я помогаю Фергусу или Майклу с перевязкой; или мой рекламный плакат, который...Нет, о плакате стоит рассказать по порядку.Или даже посвятить ему целую запись в Инстаграме!* * *«Я на время пропала, а все потому, что у меня появилась работа. Мне за нее не платят, ведь у меня пока нет ни диплома, ни опыта, но знали бы вы, сколько радости она приносит! Каждый день сразу после лекций я бегу туда так быстро, что пора бы записаться в сборную Ирландии по легкой атлетике.Я устроилась волонтером в ветеринарный госпиталь. Выполняю обязанности хостессы, уборщицы, аниматора и жилетки. Убираю, если есть что убирать, разговариваю с хозяевами четвероногих пациентов, пока они сидят в очереди или ждут окончания операции, утешаю особенно грустных, раздаю детям конфеты и буклеты для рисования. На первый взгляд – не слишком важная работа, но, как говорит Андреа, бывает, что даже маленькие поступки приводят к очень большим результатам. У врачей обычно нет времени, чтобы просто поговорить с расстроенными хозяевами питомца, а ведь разговор бывает не менее важен, чем скальпель.Одна женщина принесла кошку на усыпление. У питомицы был рак в последней стадии, и она очень мучилась. Хозяйка была расстроена так, что едва могла говорить. Я выкроила время, чтобы отвести ее в кафе госпиталя и просто поговорить. И она согласилась, рассказала о своей Плюшке множество забавных историй. О том, как отбила бездомного котенка у голодной чайки (кошка, кстати, этого не забыла и, став взрослой, больше всего любила охотиться на чаек). Как Плюшку приучили к унитазу и всегда очень щедро угощали, если та справляла нужду в правильном месте. Кошка усвоила урок так хорошо, что когда хотела чего-нибудь вкусненького, то залезала на унитаз, растопырив лапы, и притворялась, что делает в него свои дела...Я просто поговорила с этой женщиной, дала свой номер телефона на случай, если ей будет совсем грустно. А чуть позже она позвонила и сказала, что только этот разговор и помог пережить горе. И если бы не я, то она, наверное, слегла бы с сердечным приступом...В общем, мне кажется, я нашла свое место в этом мире. А это место вообразило меня подходящей кандидатурой для...Не поверите, для чего! Андреа, директор госпиталя, решила, что госпиталю срочно нужна реклама. А для этой рекламы очень даже подойдет – та-дам! – мое лицо.Андреа позвонила в рекламное агентство и тут же все организовала. Через три дня приехал фотограф – мегасерьезный господин с седой косой. Не шучу, с седой косой и в очках, как у слепого. Андреа привезла для съемок целый зоопарк: лайку Снежинку, пару роскошных бенгальских котов, морскую свинку, белого какаду и шикарную молочную змею – ярко-красную с белыми и черными кольцами.Целый час фотограф заставлял меня тискать Снежинку, чмокать морскую свинку, нежничать с котами и обниматься со змеей. К концу съемки я чувствовала себя выжатой, как лимон, и очень обрадовалась, когда в кабинет заглянули Андреа с Даймондом – доберманом, от которого отказался прежний хозяин. Андреа подумывала взять его себе.Даймонд был ласков, как дитя, но выглядел, как грозное чудовище, способное перегрызть человеку горло.– Привет, красавец, – сказала я, опускаясь перед ним на колени и обнимая за шею.И в этот момент фотограф ка-а-ак защелкал своей камерой! И завопил:– Это оно! То, что надо. Красавица и чудовище!Андреа пошутила, что из меня вышло отличное чудовище, а из Даймонда – красотка хоть куда. Я утерлась полотенцем и сказала, что сил моих целовать свинок больше нет, а лайку я могу использовать разве что как подушку. Фотограф тоже выдохся, упаковал свои зонтики и вспышки в чемодан и уехал.Через неделю в госпиталь прислали рекламные плакаты. Я в тот день не смогла прийти из-за пары дополнительных лекций в университете. Зато на следующий день...О нет, веселые фотки с морскими свинками и со змеей, намотанной на мою шею, как шарф, Андреа отмела. По всему госпиталю были расклеены стильные плакаты в темных тонах, на которых роковая блондинка (да это же я!) обнимала за массивную шею добермана. За моей спиной были пририсованы два воздушных крыла, а поперек плаката тянулась надпись: «Ангел-хранитель для вашего питомца? У нас он найдется. Первый ветеринарный госпиталь Дублина».Видели бы вы мое лицо! Я стояла у плаката как статуя, пока Андреа не увела меня к себе и не поздравила с отличной работой. А потом жестом фокусника подняла жалюзи и ткнула пальцем в окно.– Чем мы хуже шмотья для дайвинга, а? Ничем! Я выбила немного средств у рекламного отдела и добавила немного из тех, что пожертвовали старики О'Каллаган...

Вы уже догадались, да?Мое лицо украшало собой торец здания, черт побери. А еще плакаты расклеены по городу и в парках. И еще один невероятных размеров постер повесили прямо напротив моего университета, у входа в большой шоппинг-центр.Мои колени дрожат до сих пор. Я – параноик, социофоб, человек-улитка, предпочитающий не вылезать лишний раз из своей раковины, – и вдруг появляюсь на рекламном постере размером с дом.И если это не доказательство того, что жизнь полна непредсказуемых поворотов, то я не знаю, что еще может им быть!»Комментарии (их почти три сотни и почти все заставляют меня краснеть):«Я видела эту рекламу!Т/и, это правда ты?! Если да, то ты просто гипнотически прекрасна!»«Я влюбился».«Ты восхитительна,Т/и. А мысли о том, что еще и неприкосновенна, очень заводят...»«Знаешь, чего я хочу прямо сейчас? Оказаться на месте этого пса».«Жаль, что эти губы нельзя целовать».* * *– Твое изображение на торце огромного дома! А изображение Билли на соседнем! Это нечто! Мы вчера с компанией оказались как раз в том районе и полчаса не могли сдвинуться с места. Стояли перед плакатом и кайфовали.Одесса, правда, начала нести какую-то чушь про экспозицию и кадрирование, критикуя твой плакат, – ей словно больше придраться не к чему было. А все остальные слушали вполуха, потому что им-то плакат нравился. Еще бы не нравился: красивая девчонка в обнимку с роскошной собакой. У Ричи прямо слюна капать изо рта начала. Надеюсь, это реакция на тебя, а не на добермана, а-ха-ха!Зои лежала на моей кровати с большой банкой «Бена-и-Джерри», забросив ноги в полосатых носках на стену. А я сидела на вертящемся стуле, с удовольствием выслушивая последние новости. Мы уже несколько дней не виделись: я чуть ли не каждый вечер пропадала в ветгоспитале.– Может, тебе подумать о карьере модели? – предположила она.– И умереть от ожогов после первого же совместного фотосета с каким-нибудь красавцем?– В условиях контракта так сразу и пропишете: никаких совместных фотосетов. Делов-то. Сейчас мода на необычную красоту и необычных людей. Серьезно! – начала уговаривать меня Зои, видя, что мои глаза уже тянутся к полотку. – Знаешь модель Винни Харлоу? Еще десять лет назад никто и вообразить не мог, что она может быть моделью, причем суперуспешной! Потому что у нее витилиго: молочно-белые пятна на темной коже. И знаешь, что? Выглядит просто потрясно. Фотография, где она верхом на коричнево-белой лошади, вообще взорвала Интернет! А твоя красота – неприкасаемая, которую нельзя трогать! – еще волшебней!Билли тебе, если что, поможет: она знает, с чего начать и тэ дэ.– Как у неё дела,Зои? Когда она вернется?– Уже лучше. Надеюсь, скоро... Хочешь передать что-то? Думаю, ей будет приятно.Я секунду подумала и сказала:– Скажи, что если она там не встретила лося, то тут её ждет один.– Это что?! – расхохоталась Зои. – Какое-то зашифрованное послание?– Возможно, – покраснела я. – Хотя лучше ничего не передавай. Это была просто глупая шутка.* * *Смотрю на фотографии Винни Харлоу – канадской модели с витилиго – и, знаете, что она напоминает? Пятнистые орхидеи, которые цветут на окнах у мамы. Они выглядят так, будто на чистый белый шелк упали капли красного вина. Они выглядят настолько потрясающе, что мама хватает горшки, порой даже не глядя на ценник...Как же я хочу, чтобы люди относились к своим телам как к цветам!Веснушки, родинки и пятна? Ты восхитительна, как орхидея!Повсюду вены, жилы и растяжки? Ты красив, как амариллис.Большой и пышный? Ты прекрасен, как пион.Маленький и тонкий? Ты чудесен, как ландыш.Чувствуешь себя странным и не похожим на других? Да нет же, ты выглядишь фантастически, как венерин башмачок!Потерял пару лепестков? Ты по-прежнему красив.Помни: если бы вокруг росли одни розы и лилии, мир был бы невообразимо скучен.