Девочка-целочка

– Она крутейший дайвер. Я много слышала о ней. У неё немерено всяких наград. По-моему, я её даже в какой-то научно-исследовательской передаче видела – она там с командой дайверов исследовал затонувший лайнер...– Вы о ком? – спросила я, усаживаясь за один столик с Адель, Брианной,Джеем и Дарреном. Мы по утрам после первой лекции обычно шли в кафе университета. Ребята сметали с прилавка сэндвичи и газировку, а я сидела с ними за компанию, ковыряясь вилкой в контейнере с домашней едой.– О ней, – кивнула Адель и указала глазами в другой конец зала, где обычно тусили старшекурсники. – Вон та, с темно-каштановыми волосами,голубыми глазами и шикарным телом. Кажется, она норвежка.Я поперхнулась зеленым горошком, который успела сунуть в рот. Взгляд метнулся к дальней стене и – да, там, за крайним столом, сидела она.Билли О'Коннелл собственной персоной в компании сочных девиц и возмужалых парней.– Тело шикарное, согласен,особенно глаза и грудь,а мышцы рук...эх это наверное от плаванья,а я этим не занимаюсь– заметил Даррен, и все невольно расхохотались. – Даррен, зая, все у тебя нормально с мышцами, расслабься, – заметила Брианна.– Я бы не прочь потрогать эти... руки и грудь– хихикнула Адель, подводя губы алой помадой.– Её девушка сделает тебе харакири, – предупредила Брианна.– Харакири можно сделать только самому себе, сечете? – проснулся Джей. – Это ритуальное самоубийство. Если вспороть живот кому-то – это уже убийство, а значит, не харакири... Да-да, я много чего знаю о самоубийствах. Кстати, её девушка выглядит не очень, заплаканная какая-то. Уж не случилось ли чего.– Ой, да что с ней может случиться,Джей? С такими, как Одесса, случаются только успех, популярность и всеобщая зависть... Хотя ей бы не мешало набрать пару килограмм, штанам не на чем держаться, – покачала головой Брианна.– Я слышала, что она фотограф и уже довольно известный. Это правда? – спросила Адель, откладывая помаду и вынимая из сумочки маленькое зеркальце. – Фотографирует моделей и даже открыла выставку в Национальной галерее.– Я тоже слышала, что она не промах, – кивнула Брианна. – Красивая пара.Я положила в рот ложку горошка и отвернулась. Что-то ныло внутри. Ныло, и всхлипывало, и сморкалось в маленький платочек.– Кстати, вы видели тачку Билли? Черт, я бы отдался за такую, – хохотнул Даррен.– А меня тошнит от этих понтов, – заметила Адель. – Вот когда ты сама себе на нее заработала – тогда нет вопросов, молодец. Но когда тебе родаки ее дарят – отстой.«Та-ак, мне стоит припрятать свою «S7» на неопределенное время», – подумала я, полностью разделяя взгляды друзей о том, что машина, купленная на деньги предков, – это не круто. И подаренная бабушкой – тоже как-то не очень...– Похоже, она сама на нее заработала. Знаете центр дайвинга на мысе Форти-Фут? Так вот, говорят, что она его выкупила.– Кстати,Одесса растрепала всему университету, что её родители(родители Билли) – какие-то шишки в министерстве внутренних дел Норвегии. Удивительно, что доченьку не отправили в какое-то специализированное высшее заведение в Осло, а сослали в другую страну. То ли она бунтарка, то ли у неё проблемы с законом в Норвегии, то ли ей нравятся ирландские девчонки.– Норвежки тоже ничего. Посмотрите на её сестренку. Вот это задница...– Русские – самые красивые, – со знанием дела проворчала Адель.– Никто не спорит, – приобнял ее Даррен.– Я больше поверю в проблемы с законом, – заметил Джей. – Вы видели её левую руку?– Джей, прекрати, – сказала Брианна. – Все что угодно могло случиться. Ноготь, например, врос – и привет заражение крови. А еще бывают травмы, петарды, бешеные собаки... А вообще мне нравятся девушки, у которых есть какие-то физические недостатки. Потому что у них есть особенная история. И сила, чтобы преодолеть свое несовершенство. И уж наверняка характер бойца.– Согласна, – кивнула Адель. – Помню моего дедушку, который вернулся с войны без ног, а все равно все бабы из села за ним увивались! Смотрели на лицо, и улыбку, и плечи и забывали, что там, внизу! А закончилось все тем, что он, безногий, дочку председателя колхоза у жениха увел!– Дедуля огонь! Дед жжет! Старик не промах! – загалдели хором Джей, Даррен и Брианна.– Ладно, валим на лекцию?Т/и, ты с нами?Кажется, я и двух слов не сказала за весь завтрак. Горошек не лез в горло. Тушеная курица тоже.– Бегите, я догоню! – сказала я, сосредоточенно гоняя кусочек грудинки по тарелке.У Билли не было проблем с законом или заражения крови, когда она потеряла два пальца. Она всего лишь имела несчастье встретить меня.Я еще чуть-чуть понаблюдала за ней – до чего же впечатляюще она выглядела:в белой рубашке и черном бомбере. Я не разбирала слов, но слышала звучание её голоса и смех. Живое украшение всего кафе и, скорей всего, целого универа.Я поглазела на её друзей, многих из которых видела на вечеринке. На задорную Зои, которая сидела там же и весело хохотала над чьими-то шутками. На шумных Дженни и Ричи. На роскошную Одессу, закинувшую руку на плечо Билли.«У тебя бывало так, что ты встречаешь человека один раз, второй, и вдруг понимаешь, что если встретишь его в третий раз, то втрескаешься по уши?» – почему-то вспомнилось мне. Уж не потому ли, что я видела её именно в третий раз...Наверное, я уставилась на неё так пристально, что взгляд прожег невидимым лучом воздух и коснулся её лица. Потому что Билли вдруг подняла глаза и обнаружила, что я таращусь на неё в упор. Наши взгляды соединились, но она посмотрела на меня без всякого интереса, как на предмет интерьера, которого здесь раньше не было, а теперь вдруг появился. Посмотрела с таким равнодушием, что я почти почувствовала себя стулом или кофейником – чем-то до ужаса банальным и несущественным.Я спрятала еду в рюкзак, встала и направилась к выходу. К сожалению, мой путь лежал мимо стола всей этой компании.– О, да это же наша девочка-целочка, – пропела мне вслед Одесса.Я не стала оборачиваться, чтобы узнать, как отреагировала на это Билли: улыбнулась, рассмеялась или сделала вид, что ей пофиг, – хотя мне очень хотелось узнать. Реакция всех других меня не интересовала: пусть думают, что хотят. Всего год – и эта компания покинет университет.* * *На следующий день, сразу после лекций, на выходе из корпуса ветеринарии я встретила Ричи, который одарил меня улыбкой на сто киловатт.– Оу, ты, кажется,Т/и, да? – кивнул он, подходя ко мне ближе. – Привет... Надеюсь, ты не обижаешься на то, что было на вечеринке? Ну я про вопросы и тэ дэ. Некоторые были слишком откровенные...– Все нормально, ты что-то хотел?– Да.– Говори, – я направлялась к выходу с территории университета, и Ричи зашагал рядом. Он был такой же высокий, ужасно симпатичный и, не будь у меня аллергии на людей, я бы сейчас не шла, а порхала по воздуху, сияя от счастья и молчаливо вопя: «Ко мне подкатил старшекурсник!»– Так чего ты хотел?– Сходишь со мной на свидание?Я резко остановилась, вытаращив на него глаза.– Я все думаю о тебе с той самой вечеринки...– Прости, я не могу. У меня уже есть...– Парень? Тот регбист, про которого Билли говорила?– Да.– С третьего курса?– Да.– Уж не Оуэн ли? Тот, который жуткий задира?– Да-да! Он! – кивнула я.– Понятно. Вот только у нас в команде нет никакого Оуэна с третьего курса, – очаровательно улыбнулся Ричи. – Я играю в университетской команде и всех знаю.Меня вывели на чистую воду так неожиданно, что я даже не смогла придумать убедительную отговорку. Просто стояла и хлопала глазами.– Ты избегаешь парней по другой причине, так? – упорствовал Ричи.– О'кей, – сдалась я. – Только это между нами, хорошо?– Конечно!– Я прихожанка церкви мормонов. И мы ни с кем не... кхм... встречаемся до брака, – прошептала я, мысленно торжествуя. Ох, да это же просто гениальная выдумка!– Серьезно? – воскликнул Ричи, закусывая губу и поедая меня глазами. – Теперь я хочу тебя еще больше. Я еще никогда не делал это с... мормонками.Я выкатила глаза, едва сдерживая истерический смех.– А со всеми остальными, я так понимаю, уже делал?– Ну да... с католичками и протестантками, с двумя буддистками и даже мусульманкой... О, еще была атеистка, такая горячая! И китаянка! А что там в Китае?– Коммунизм.– Значит, с коммунисткой... Ой, но это же не религия!К этому моменту я уже мысленно валялась на земле, умирая от смеха.– Ричи, ты очень веселый парень, но... я не могу сходить с тобой на свидание. Я верна своей вере и Иисусу.– Спорим, у меня член больше. Можешь проверить.Самообладание покинуло меня. Я нервно расхохоталась и прибавила шаг.– И я не имею ничего против молитв! Девушка на коленях – это просто восхитительно!– Прости, Ричи, мне пора идти!– Тебя подвезти домой?– Нет, мне надо... воздухом подышать, спасибо!– Ну тогда до завтра, малышка, – ответил Ричи голосом профессионального искусителя наверно, репетирует его перед зеркалом, уж больно хорошо получилось.«Скажи, что ты пошутил!»* * *Он не пошутил. Ричи ходил за мной по пятам весь следующий день. Мне снова пришлось напомнить о моей вере и даже прочитать мини-проповедь о пользе воздержания и духовной чистоты, только бы он отстал.А уже во время обеда наступил час расплаты за мои выдумки.Я сидела за столом, ждала друзей и наслаждалась чудесным маминым десертом, который принесла с собой. Малиновый мусс с блестящей, как стекло, шоколадной глазурью, м-м...И тут рядом снова возник Ричи и спросил:– Ну почему же только после алтаря,Т/и, почему?! – он сказал это так громко, что услышали все. Абсолютно все посетители университетского кафе. Они начали оборачиваться и хихикать.– Ричи, что ты творишь?! – поперхнулась я.– Просто говорю с тобой. Господи, меня еще никто никогда не отшивал. Можно мне твое фото на память? – спросил он, вытаскивая свою мобилку.– Нет!И в эту секунду на меня сверху свалился какой-то предмет, и что-то потекло по голове, а потом и по лицу ручьями. Я съежилась. Жидкость была холодной и мутно-белой – тяжелые капли упали на стол.– Ой, извини! – воскликнула за моей спиной какая-то девчонка. – Я нечаянно!Я вскочила и оглянулась, панически схватившись за голову. Передо мной стояла Дженни – та самая Дженни из компании Одессы и Билли – с подносом в руках, с которого только что соскользнул стакан.– Это просто молоко! Прости! Я такая растяпа! Сейчас все вытру!– Не надо, – пробормотала я, быстро запихивая свои вещи в рюкзак и прикидывая, смогу ли помыть голову в раковине уборной или стоит сразу отправиться домой.– Боже, ты такая фотогеничная! – воскликнул Ричи, пялясь в свой телефон. – Только глянь!Он развернул экран своего телефона, и я застыла от шока: на экране была запечатлена я, закрывшая глаза и широко раскрывшая рот, а по лицу густо текла белая жидкость...– Сотри сейчас же...– А то что? Твой парень расстроится? – рассмеялся Ричи. – Как там его? Ах да, Иисус!Дженни поспешила прочь с места происшествия, и я тут же поняла, что к чему. Это все подстроено, черт возьми...– Сотри это фото, Ричи, по-хорошему прошу!– Упс! Уже улетело в Инстаграм! Никак не вернуть!– Подонок, – сказала я и бросилась к выходу из кафе, глотая слезы.И в дверях налетела на Билли. Врезалась прямо в её грудь и уронила сумку. Та машинально подняла ее и вернула мне, глядя на залитое молоком лицо. Я молча обошла её, проскользнула мимо Одессы, стоящей за её спиной и победно улыбающейся, и бросилась прочь.Мне удалось вымыть голову в раковине в женском туалете и даже кое-как высушить волосы, перебирая их под струей воздуха из сушилки для рук. Потом я отыскала друзей и отправилась с ними на лекцию.– Ты плакала? – спросил Джей, заглядывая мне в лицо. – Ничего не случилось?«Случилось всего лишь фото, где у меня закрыты глаза и открыт рот, а по лицу течет что-то белое. Над которым сегодня будет угорать вся компания Одессы и Билли...»– Все в порядке,Джей. Спасибо, что спросил.– Мы не нашли тебя в кафе, когда пришли туда. Где ты была? – спросила Брианна, выкладывая перед собой айпад с планом лекции.– Заблудилась... я же ничего не пропустила?– Да ничего. Только старшекурсники сидели и ржали, как кони, над какими-то фотками. И еще какой-то свинтус разлил молоко на нашем столе, пришлось искать другое место...Дыши,Т/и, дыши.* * *После пар зарядил кошмарный ливень. Я редко болела и легко переносила холод, так что не побоялась отправиться домой пешком. Хотя мой энтузиазм быстро сошел на нет: одежда вымокла насквозь, в туфлях хлюпала вода, библиотечные книги в рюкзаке наверняка уже отсырели. Черт.Я сняла рюкзак и решила надеть его под куртку, чтобы спасти хотя бы его – и в этот момент рядом притормозила черная «Тесла», и пассажирская дверь распахнулась.– Залезай, – сказала мне Билли.Я молча сняла рюкзак и куртку. Потом хладнокровно надела их в обратном порядке и пошла дальше, хлюпая водой в туфлях.Билли захлопнула дверь, но не уехала, а медленно двинулась за мной, подстраиваясь под скорость моего шага.– Я затащу тебя в машину силой, если не сядешь.– Только попробуй, – ответила я, ускоряя шаг, – и тебя завтра же выпрут из Ирландии за попытку похищения.– Не смеши, – бросила она.Машины, следующие за Билли по её полосе, начали мигать ей и сигналить.– Я не сажусь в машины тех, кто испытывает ко мне ненависть.– Я не испытываю к тебе ненависть.– Но ты не приняла мои извинения. И твоя компания издевается надо мной! Неужели ты думаешь, что я поверю, что в этой машине меня не ожидает очередной розыгрыш?!Билли выгнула бровь и посмотрела, как на говорящего комарика: вроде разумное существо, а все равно хочется убить.– Т/и, черт возьми, сядь, пожалуйста, в машину! – повторила она.Её угрозы не впечатлили, а вот сказанное вслух «пожалуйста» – очень даже. Ну и нарушение правил дорожного движения и блокирование полосы – это тоже выглядело впечатляюще. Машины начали объезжать Билли по встречной полосе, а водители не стеснялись в выражениях.– Да чтоб тебя, идиотка! – рявкнул Билли какой-то мужик, который еле-еле объехал её.Билли даже ухом не повела, только хмуро смотрела перед собой и медленно катила рядом. Следующий следом мерс засигналил так громко, что я чуть не оглохла...И тогда я сдалась и села в «Теслу».Билли тут же прижала педаль газа, и машина рванула вперед. Она заговорила первая:– Ричи удалил то фото.– Разве это была не твоя с Одессой идея?– Поверь, у меня есть дела поважнее, чем ты и все, что с тобой связано, – фыркнула она. – Но твоя реакция на вечеринке до сих не дает всем покоя. Лучше бы ты поцеловала Ричи, и на этом бы все успокоились. Почему ты так отпрянула? Это же всего лишь игра. Теперь они делают ставки.– Что? – сглотнула я.– Ставят на тебя. Тот, кто первым затащит в койку, – получит кучу зелени. Многие из нашей компании скинулись и...– Пожалуйста, не продолжай. – Голос предал меня. Я отвернулась к окну и попыталась не разреветься.– Не ведись на знаки внимания старшекурсников. Особенно тех, кто был на вечеринке. Не садись ни к кому в машину. У тебя своя есть?– Есть, разберусь.Билли загнала «Теслу» на подземную парковку нашего жилого комплекса, пронзая полумрак ослепительным светом фар.– Ну и зачем тебе спасать маленького перепуганного зверька? – с горькой усмешкой спросила я.– Только ради Зои. Ей нравится опекать всех подряд, и на этот раз она выбрала тебя. Но лучше уж ты, чем какая-нибудь бездомная собака у меня в квартире.В этой реплике было столько холода и презрения, что я не смогла выдавить ни одного слова в ответ. Я просто молча вышла из машины и пошла к лифту. Ноги едва держали.Наверное, я должна была поблагодарить Билли за бесценное предупреждение, но не стала. Я злилась. За то, что она часть такой дебильной компании. За то, что она встречается с девушкой, которой доставляет удовольствие унижать меня. За то, что она вытерла ноги о мое чистосердечное раскаяние. За то, что сравнила меня с бездомной собакой. И за то, что, несмотря на все это, она не вызывала у меня чувство отвращения. Наоборот, совсем наоборот. Она нравилась мне. Вот такая нелепость.Вечером ко мне снова заглянула Зои. Подтвердила все, что сказала Билли. Материлась на двух языках. Больше всего досталось Билли и Одессе:– Одесса совсем с катушек слетела. Она знает, что ты приехала с Билли вчера утром. Кто-то сказал ей. Устроила скандал. Затея с молоком – ее рук дело. А она, как дура, влюблена и не замечает, что они... что вообще-то они совершенно не походят друг другу.– Почему ты так думаешь?– Она... вредит ей,Т/и. Она очень сильно ей вредит.– В смысле?– Пока больше ничего не могу объяснить. Еще не довела она меня до ручки, но очень скоро это случится... И тогда я не буду держать язык за зубами.