22 Глава "- Я умираю"

- Что ты знаешь? - спросила мать.

- Что я умираю. - ответила я и заплакаными глазами посмотрела на них.

- Это Брукс рассказал? - спросил Ульям.

- Нет. - ответила я.

- А кто? - спросила встревожено мама.

- Врач. - ответила я. - Он знал, что вы мне расскажете только когда я начну умирать. - рассказывала я. - Вы понимаете, что я его люблю. Очень люблю. Но мне пришлось ему врать, дабы не показывая, что я знаю об этом. И это предложение он сделал наспех. Мне очень больно, что я ему отказала. Мне больно от его слов. Я знаю, что ему сейчас хреново. Найдите его.

- Хорошо. - сказала мама и посмотрела на отчима.

- Оставьте меня. - сказала я и все послушно стали выходить из комнаты.

Вспоминать все счастливые моменты с ним это как наркотик для меня. Его поцелуи и объятия, его голос отдается тугим узлом у меня в низу живота. Он МОЙ НАРКОТИК ВЕСЬ И ПОЛНОСТЬЮ. Да, эти два случая прошлись по мне больно. Мне уже не терпится умереть. Вильям - для меня вся жизнь, как и я для него. Я его буду любить всегда и вечно, даже когда умру.

Pov: Вильям.

Телефон гудел от миллиона звонков от всей семьи. Но одно сообщение заставило меня прочитать его.

- Срочно приедь домой. - написала Джорджия. - Это важно.

На кой чёрт меня ехать домой, опять видеть Эрику? От одного её вида у меня кружится голова и член становится твёрдым. С этим я давно уже ничего не могу поделать.

- Брукс, съезди домой за вещами и переезжай пока ко мне. - сказал друг.

- Да без проблем. Поехали. - я встал с дивана и мы направились к выходу.

- Дай ключи. - попросил друг.

- Нет, я сам поведу. - я уже начинал садится ща руль.

- Нет, чертов баран, повезу я, так как ты влил в себя 10 бутылок виски. Не хочу умирать. - друг силой отобрал у меня место водителя.

Конечно я влил в себя столько бухла, чтобы затихла душевная боль. Бухло всегда помонало мне забыть какую-то ситуацию и становится всё сильнее и сильнее.

Мы ехали спокойно, ни друг, ни я не промолвили и слово. Подъезжая к дому я вышел из машины и зашёл в дом. На кухне сидели все, кроме Эрики.

- Ну вот и пришёл. - сказал отец. - Поговори с Эрикой.

- Не имею желания. - я поднялся по лестнице вверх и увидел какую-то записку на полу, около двери Эрики. Открыв её, я впал в шок.

- Мой родной, любимый, Вильям. Ты + Я = Депрессия. Ты хватаешь руку, а я лезвие. Прости, что я тебе отказала, но никак иначе я не могла. Ты для меня был всё время самым дорогим и любимым человеком. Мне было больно, очень больно тебе отказывать. Но я не хотела, чтобы ты остался вдовцом. Ведь я скоро умру. Также знаю, что ты сделал это предложение на спех. Но ты и так был всегда со мной в трудную минуту и я могла положится на твоё надежное плечо. - я не замечал даже как у меня пошли слезы, читая это. - Прости, но я знала про свою смерть и я облегчила вам всем жизнь. Люблю, Прощай...

- Что мать твою происходит? - рыкнул я и на мой крик прибежала вся семья.

- Она знала про смерть. - сказала Джорджия.

- Она два часа не выходила уже из комнаты. - сказала Джулия.

- Что с ней? - я строго посмотрел на всех.

- Не знаем. - ответили они.

Я постучал в дверь, но никто не ответил. Я начал трезветь и в процессе шока я сломал дверь, чтобы зайти в комнату. На полу лежала Эрика, а под ней огромная лужа крови. Волосы закрывали её лицо, которое было все опухшее от слёз. Я посмотрел на окно, где красным маркером было написано.

" Простите, но так всем легче".

- Сука. - крикнул я и подбежал к своей девочке. - Что ты сделала?

Все начали рыдать, даже мой отец, который всегда был холоден. Я начал прощупывать пульс, но он не бился, она не дышала.

- Вызывайте скорую. - я повернулся и крикнул. Джулия выбежала в коридор. А остальные упали на колени рядом с ней. Они взяли её руку, из которой сочилась кровь. Эта была глубокая рана, а лезвие валялась тоже в луже крови.

- Что я сука сделал? - я начинал рыдать и бить стены её комнаты.

Как она могла умереть? Это во всем моя вина. Я это сделал, она была глупенькой и маленькой, которая не соображала нифига. Она думала, что ранняя смерть спасет её и нас. Но если бы она умерла позже, то мы были бы готовы. Но врачи говорили, что её можно спасти от смерти, и она будет жить до старости. А сейчас на моих руках лежит окровавленное тело моей любимой, сердце не билось...

Что же ты моя малышка наделала?