Глава 4

Цитата к главе:

«А ведь она тоже страдала».

14 февраля, год неизвестен.

Я медленно встала с кровати, намертво держась за больную голову и приступ тошноты, смешанный с головокружением. Если короче сообщать о моём состоянии – паршиво, это ещё легко сказано.

— Что вчера было, что меня так колотит?.. — встаёт с кровати Мими, тут же упав намертво на пол. — Это пиз...

— Уже семь часов!.. — только взглянув на часы до моего мозга дошло, что мы опаздываем. Безусловно, с этой мыслью я кинулась в поисках комнаты и открыла дверь ванной. — У меня урок с этим Фенцио через пол часа, поэтому я первая!

Включив кран, я взглянула на себя в зеркало, ужасаясь появившимися мешками под глазами и слегка припухнувшим лицом. Мими явно уже встала и начала подбирать одежду, пока я умывалась и пыталась вспомнить, что вчера было.

Правда, на это утро я помнила всё, что только можно было.

— Память вернулась! — радостно вскрикнув, я выплюнула жидкость изо рта после пасты и мигом выскочив из ванной комнаты, я раскрыла свой шкаф и тут же повернулась к Мими, умоляюще надув губки.

— Ноу проблем! — отзывается та, слегка пошатываясь. — Я уже всё приготовила! Чёрт, мне так паршиво... Хорошо, что есть специальный напиточек.

— Какой? Дай и мне.

— Лови!

Она кинула некий бутылёк с голубой жидкостью и незамедлительно раскрыла его, выпивая всё залпом, столь уверенно и доверительно, что я и сама как-то решилась и забила на все опасения, что эта хрень может быть отравой.

— Это мне... — сглатывает жидкость Мими, плюхаясь на кровать, — местная ведьмочка дала... Не представляешь, сколько мы торгова-а-а-а-лись! Это нужно было видеть. Впрочем, мы всё равно скоро махнём с тобой за пределы этого мира.

Я взглянула на чёрный кожаный наряд, который предложила мне Мими и вопросительно приподняла брови, уже догадавшись, к чему она клонит.

— Подталкиваешь меня к демонам?

— Чёрт возьми, подруга... Я за всё общение с тобой ни разу не почуяла задатки ангела!

Мы заливисто рассмеялись, явно соглашаясь друг с другом и когда поняли, что уже слишком опаздываем и на урок, и на завтрак, быстро оделись и накрасились, вновь фотографируясь и корча рожи.

                                       * * *

Я уверенно раскрыла двери столовой, шагая по поверхности земли и не обращая внимание на всеобщие взгляды в нашу с Мими сторону. Шепотки, присвисты, улюлюкание – всё это лишь отчасти от моей фамилии или прочих вещей, о которых я до сих пор не знала.

Всё, что помогло мне из вернувшейся памяти хоть на капельку продвинуться вперёд, чтобы узнать, как на самом деле я умерла и кем была при жизни, так это то, что моя мать погибла, когда мне не исполнилось и девяти. Я помнила, как в детстве любила ходить с ней под ручку и собирать цветы для венков, как искрилась счастьем и некой... доброй, счастливой аурой. Но потом, после того, как её не стало, на меня надвинулась некая тень, страх и боль, от которой я не смогла скрыться. Я помню, как с тех пор изменила свою жизнь. Я больше не была той доброй и паинькой девчонкой с двумя косичками и искрящимися от радости глазами с незаметными веснушками на носике. С тех пор, когда рука матери ослабла, а глаза прикрылись, я вовсе перестала чувствовать себя такой, какой была раньше.

Я стала не такой, какой была моя матушка. Не доброй и светлой. Моя душа заметно почернела, тень легла на все поверхности сознания, а улыбка вытягивалась всегда тогда, когда я чувствовала себя удовлетворённой. Я была отличницей, лидером во всём. Все равнялись на меня, брали пример, мечтали хоть на секунду побывать на моём месте, при этом совершенно не зная, как паршиво становилось с каждым прожитым днём. Единственный, кто у меня остался, это даже не отец, а моя сестра, старшая сестрёнка, которая всегда поддерживала меня в трудную секунду.

Очнувшись от мыслей, я озарилась улыбкой, уперев руки в бока.

— Эй, Бэлла, Мими, подите сюда! — подзывает Сэми, подсаживаясь ближе к Ади, чтобы освободить место нам двоим.

Мы переглянулись, довольно улыбаясь, и прошли к столику парней, где вразвалочку сидели Крис, Ади и Сэми.

— Ну что, как после вчерашнего твоё похмельное состояние, а, Бэлла? —расплывается в улыбке Крис, вдруг обвив руку вокруг моих плеч.

— Будет хорошо, если ты отвалишь, — отодвигаюсь от него я, облокачиваясь на стол и подбирая с подноса Ади свежий фрукт. — Нормально, помню, к сожалению, всё.

« Я тихо прикрыла дверь, в наглую шаря по столу Люцифера в поисках хоть какого-то предмета, чтобы поскорее свалить и выполнить своё задание, проигравшее в картах наедине с Ади. Не сказала бы, что мне было стремно вот так просто входить в комнату сына Сатаны ночью, когда он мирно спит в своей кроватки или, возможно, даже не спит, а бодрствует.

Да, я суицидница, окей, согласна. Но в тот момент в моём желудке было по меньшей мере литр алкоголя или даже больше, роли не играет. Сама суть заключается в том, что я тут. И возможно если я не умру, когда меня поймает Люцифер, то сдохну, когда Мими узнает, что я побывала в покоях её бойфренда.

Сверкнув глазами, я озарилась широкой улыбкой, когда заметила ненужный чистый листок бумаги и уже было расправила крылья, чтобы выскочить из комнаты и полететь обратно в Ущелье, как услышала чьи-то негромкие шаги, приближающиеся к двери.

Только не Люцифер.

Только не сын Сатаны, у которого в жилах течёт бордовая кровь, который с рождения бессмертный и наделён неистовой силой.

Времени на раздумья не было, поэтому я нырнула под письменный стол, нагибаясь под стоками бумаг, чтобы меня не было видно.

Лучше что, шкаф? Может, кровать? Нет, в шкафу я просижу целую ночь. Под кровать? Там уж точно мне не хочется провести свою первую ночь в этом мире. Остаётся только один вариант – тот, который я выбрала. Он ближе к двери и не такой уж и палевный. Наверное.

Вообщем, я быстро сложила листок пополам и сунула его в... лихорадочно подумав, я решила, что спрятать бумажку в женское достоинство лучшее решение. По крайней мере, мною управлял алкоголь, поэтому я нисколечко не контролировала себя в трезвом состоянии. У меня есть отмазка, это главное.

Я слегка сдвинула бумажки и скрылась под ними, тихо переводя дыхание и просто стараясь успокоиться, чтобы не выдать своего присутствия. Слышу, как шаги всё приближаются и приближаются, с каждым шагом казавшиеся мне такими торопливыми, что весьма пугало. Я затаила дыхание, прикрывая рот ладошкой и слегка пододвигаясь ближе к бумагам, чтобы найти хоть одну щель, через которую можно будет увидеть Люцифера, хотя в такой темноте навряд ли получится разглядеть хоть малость.

Я слышу, а может даже замечаю, как он резко отворяет двери, слишком резко, я бы сказала, что мне совсем не понравилось, потому что под горячую руку сына Сатаны в два часа ночи мне, знаете ли, попасть бы не хотелось. Однако я всегда отличалась особой удачливостью и даже после смерти это не изменилось ни в лучшую, ни в худшую сторону. Люцифер бродил из угла в угол, тяжело дыша, будто только поссорился с кем-то и был очень зол на этого человека, а может и на самого себя. Это не имело значения, особенно тогда, когда юноша приблизился к письменному столу, вдруг облокотившись на него, из-за чего я ещё сильнее затаила дыхание, вовсе позабыв, как нужно дышать.

Спокойно-спокойно-спокойно-о-о-о...

Я вдруг поняла, что в комнате стало тихо. Очень тихо, словно только после смерти я поняла значение фразы «мертвая тишина». Он больше не дышал так часто, не сжимал костяшки рук на поручнях стола и не бродил из угла в угол, круша всё вокруг своей оси. Конечно, я должна была попасть под горячую руку ЛЮЦИФЕРА, блин. Везучесть – моё второе кредо.

И вот, КАРТИНА МАСЛОМ: он отходит от письменно стола, прищуривается и как-то странно устремляет свой взгляд ПРЯМО НА МЕНЯ, но КАК и КАКИМ ОБРАЗОМ этот демон вычислил меня, я так и не поняла. Возможно, моё очень частое дыхание, ужасно сильно бьющееся сердце сыграли свою роль, а может у такого, как он, есть чутьё на незнакомцев, не важно. Главное, это просто сохранять спокойствие и делать вид, будто ничего не происходит, всё хорошо и гладко. Хотя кого я обманываю? Мне было страшно, безумно, что именно я попала под горячую руку сына Сатаны и теперь сижу под письменным столом в два часа ночи с пустым листочком в груди. Моё дыхание рвалось наружу, лёгкие разрывались от неописуемой боли, а мертвая тишина убивала своей молчаливостью. Он, несомненно был горяч и очень даже симпатичным, но во-первых не в моём вкусе, а во-вторых... достаточно во-первых. Короче, не нравится он мне. Особенно сейчас, когда Люцифер резко остановился, настолько близко ко мне, что я заметила его чёрные ботинки, ещё больше волнуясь и зажмуривая глаза.

— Выходи, — резко произносит он, таким не терпящим тоном, что сразу видно, насколько он сильный и дьявольский. — Я сказал выходи!

Выбора не было. Всё равно он уже раскрыл моё присутствие, поэтому скрываться не было смысла. Я глубоко вздохнула, поправляя топик, чтобы листовку не было видно и, резко встав, прикусила губу, незаметно сглатывая набравшуюся слюну.

— Добрый вечер, — уверенно произнесла я, безмятежно оглядывая комнату. —Прикольно тут у тебя... но я бы поменяла обо...

Я не успела договорить, так как Люцифер прижал меня к стенке, облокотившись одной рукой, отчего я возмущённо приоткрыла ротик, злобно хмурясь. Его горячее дыхание обжигало лицо, а взгляд с каждым мгновением навеивал страх. Я не поддавалась искушению, не сопротивлялась, а просто взглянула в его чёрные зрачки с вызовом, стараясь утихомирить своё же дыхание.

— Ты что здесь делаешь?

— Отпусти меня, — прошипела я, слегка дотрагиваясь своим дыханием до его щёк. — Или я ударю тебя в твоё достоинство и закричу так, что ты не отличишь меня от самой Банши.

Люцифер, сначала слегка дрогнув кончиком губы, расплылся в широкой ухмылке, не подавляя низкий смех.

— Непризнанная Уа-а-а-а-йлд, — издевательски тянет он мою знаменитую фамилию. — Такая же смелая и безбашенная, как непонятно кто, потому что твоя дорогая мамашка конченный ангелочек.

— Не смей так отзываться о моей матери, — грубо произношу я, слегка отстраняясь от него и вновь прижимаясь к стенке под порывом демона. — Только попробуй хоть вякнуть по пово...

— Тихо, тихо, — насмешливо хмурится тот, явно не с нежностью произнося эти слова, а скорее с некой иронией. —Успокойся, вспыльчивая пушка. Отдай мне то, что взяла, и я отпущу тебя.

— С чего ты взял, что я что-то взяла?

Он слегка склонил голову, не ослабляя своей хватки, а наоборот, сильнее прижимая меня к стенке.

— Я знаю и чувствую всё, Уайлд, — шепчет Люций, вновь обжигая своим горячим дыханием. — Даже то, что ты взяла и где это прячешь.

Мне стало интересно, могу ли я почувствовать тоже самое, но, похоже, что нет, потому что сейчас мне кажется, что свои эмоции он не скрывает. Я для него какая-то игрушка, которая умеет лишь развлекать маленького ребёнка.

— Что тебе нужно в моей комнате, а?

Мне не нравился его тон и взгляд черных зрачков, которые постепенно превращались в красный цвет. Ещё мне не нравилась хватка и сам факт того, что этот сыночек дьявола прижимает меня к стенке, а я ничего с этим не могу поделать.

— Заблудилась, — выпаливаю я. — Знаешь, бывает такое. В один день воспринимаешь всю эту глупую информацию и сам факт того, что ты умерла и впредь ничего с этим поделать не можешь. Даже посетить свою семью и сказать, что всё хорошо, что мне не больно. Но тебе этого не понять, потому что ты урожденный демон и никогда не чувствовал подобной темноты в своей душе...

— Ты отошла от вопроса.

— Хватит меня перебивать. Я заблудилась, не туда забрела, вот и всё. За это положена казнь?

— За твоё враньё, да. Хотя если ты дьяволица, тебе это сойдёт с рук. Отдай то, что взяла.

— Сам возьми, если тебе это так нужно. Давай, чего стоишь? Стесняешься?

— Всё больше удивляюсь тобой, Уа-а-а-а-айлд. Мамашка-Серафима в гробу бы перевернулась, если бы увидела, что ты творишь.

— Плевать я хотела на то, что она бы сделала. Я знаю только то, что если её все и почитают, то только из-за того, что она попала сюда и продвинулась до какой-то там Серафимы. Возможно, именно из-за неё я торчу здесь, как Непризнанная, хотя мой путь итак ясен. Если и выбирать, то я точно не милый ангелочек.

Приподняв ногу, я замахнулась ею, но Люцифер вдруг перехвалил мою лодыжку, демонстративно выгнув бровь и медленно, какими-то издевательскими движениями дотронулся кончиками пальцев до моей ключицы, холодным прикосновением обжигая мою чувствительную шею. Смотря мне прямо в глаза, он не снимал со своего лица ироничную ухмылку и медленно отодвинул мой топик, отчего я перехватила его руку, самостоятельно вытащила бумажку и сунула в кулак Люцифера, злобно сверкнув в темноте глазами. Придурок. Дождавшись, когда этот идиот ослабит свою хватку, я быстрым шагом дошла до двери, бросая тому напоследок неприличный жест под видом фака (хоть он опередил меня и уже отвернулся к окну). Я, тихо приоткрыв дверь, вышла из комнаты, ощущая его тяжёлый взгляд на своей спине.

Однако я не проиграла спор Ади, потому что в моём заднем кармане всё ещё оставался твёрдый предмет, найденный под письменным столом.

(+1 слава) »

— Ты сильно опаздываешь на урок Непризнанных, Бэлла, — напоминает мне Мими, откусывая кусок от омлета.

— О да, ты права.

Я посмотрела на часы в последний раз и откусываю грушу, резко вставая из-за стола.

— После уроков зайдёте к нам с Мими? — предлагает Ади, попивая апельсиновый сок.

— Обойдётесь.

Я резко разворачиваюсь, вдруг натыкаясь на кого-то, точнее на чью-то мужскую грудь и вскинув голову, с неким ужасом встречаюсь взглядом с Люцифером, который грубо отодвигает меня за плечи и идёт к своему столику, столь безмятежной походкой, что я хмурюсь и иду навстречу дверям, с некой силой отталкивая её.

                                     * * *

  Остановившись прямо в середине коридора, я мирно сориентировалась в многочисленных дверях. Что говорила Мисселина? Какая дверь в кабинет Фенцио?

Может, третья по коридору слева? Да, наверняка эта, поэтому я, уверенно шагая, тихо приоткрыла дверцу, выглядывая внутрь и с неким облегчением замечая, что этого учителя Фенцио ещё нет.

(+1 слава)

— Бэлла, садись к нам! — подзывает меня Тим, но я не особо рвусь к такому хиленькому, как он.

Всё же мне не хотелось бы сидеть одной во-первых, а во-вторых наживать врагов в первый же день и подавно. Поэтому я кивнула в знак приветствия и присела рядом с Тимом, слегка хмурясь при виде его соседки.

— Лора, — протягивает руку та, мило улыбаясь. У неё были светлые волосы, слегка закрученные и голубые глаза. Мне не понравилась её одежда – серый комбинезон, совсем не подходящий к её внешности, поэтому я сразу просканировала её всю с головы до ног и знакомиться с такой, как она, совсем не хотела. Мими другое дело – она умеет подбирать одежду, красивая, боевая и смелая, а эта – забитый ангелочек.

Как говорится, с кем поведёшься, у того и наберешься, а я уж точно не хочу становиться серой мышкой.

— Бэлла, можно просто Элла или Гэбби, — всё жму её руку я, натянуто улыбнувшись, дабы показать своё великодушие.

Серые мышки ещё пригодятся. Ведь львицы и хищники питаются мелкими млекопитающими.

(+1 демон)

— Как тебе у нас на небесах, Земная? — спрашивает та, любопытно рассматривая моё безмятежное лицо.

— А тебе правда интересно? — хмурюсь я, вопросительно выгибая бровь. — Думаю, навряд ли. Где учитель?

— Странно, но Фенцио опаздывает. Обычно он приходит быстрее, чем завтрак начинается вообще, — вздыхает Тим, обернувшись назад, в поисках учителя. — Сегодня, похоже, хаусный день с самого утра.

— С чего ты так решил?

— Мисселина, Геральд. Я видел, как они собрались в учительской и явно собирались не попивать чаёк, а что-то бурно обсуждали.

— Ты же, надеюсь, подслушал?

— Я не хочу быть застуканным! — восклицает тот. — За это полагается суровое наказание!

Я демонстративно закатываю глаза, поражаясь, насколько здесь все зайки и паиньки. — Пятнадцать минут прошло? — спрашиваю я, собирая учебники в рюкзак, который мне дала Мисселина для уроков. Она также сказала, что одежду скоро завезут для новоприбывших Непризнанных, что меня порадовало, потому что носить одежду Мими, хоть и симпатичную, мне не очень-то хотелось. Хотя если все одёжки для Непризнанных такие же, как у Лоры, я пойду повешусь.

— Почти, а что?

— Правило пятнадцати минут, — подмигиваю я. — Учителя нет, значит можно сваливать.

— Это не Земля, Бэлла, — хватает меня за руку Лора, как бы отговаривая. — Здесь другие правила и наказания.

— Хочешь небольшой секрет? — прищуриваясь я, расплываясь в улыбке. — Для меня нет правил. Я создана для того, чтобы их нарушать.

Однако не успела я и встать, как в кабинет истории входит Фенцио, слегка запыхавшийся, с бумагами в руках и чем-то ещё на левом запястье. Я удручающие вздохнула и облокотилась на деревянную скамейку, скрещивая руки на груди и скучающе глядя в потолок, увешанный золотыми узорами миниатюры.

— Доброе утро, ученики, — здоровается учитель-ангел, и я вспоминаю, что однажды наткнулась на... Дино, кажется, так его зовут и узнала, что его отец учитель. Возможно, это он и есть.

— Доброе утро, учитель, — хором отзываются все Непризнанные, резко вставая из-за стола, пока я, вразвалочку, пакуюсь на скамеечке.

(+1 демон)

— Бэлла, вставай, — подсказывает мне Тим, махая рукой, чтобы привлечь моё внимание, однако я, вдруг нахмурившись, поддалась вперёд, слегка склонив голову влево, замечая некую... тень, а потом и голос в своей голове. Точнее... тысячи звуков, шепчущих мне о чем-то, что я не могу разобрать.

— Мисс Уайлд? — вопросительно взглянул на меня учитель, но я не слышала абсолютно ничего, кроме того, что творилось в моей голове и сознании. Тень, прошедшая сквозь стену исчезла, но не голоса. Они не утихали, а лишь усиливались всё громче и громче, отчего я зажмурилась, подавляя вскрик.

— Габриэлла!

                              * * *

Всё прошло также быстро, как и началось. Я перестала закрывать уши и открыла глаза, выдыхая и вновь вдыхая воздух. Не знаю, что это было, но раньше такого со мной не случалось... почти.

Нет, с вернувшейся памятью я поняла, что такое встречалось со мной всегда тогда, когда кто-то умирал поблизости. Я не контролировала себя, а просто ехала в неизвестном мне направлении, шла и находила только скончавшихся людей. Потом я будто бы очухивалась от этого чувства контроля над собой и кричала, сильнее, чем кто-либо.

Однако при жизни я знала, кто на самом деле. Я, мать твою, Банши.

— Бэлла, всё в порядке? — обеспокоенно хмурится Тим, сжимая мою руку.

— Попей воды, — протягивает бутылку Лора, но я лишь отодвигаю её в сторону, качая головой.

(+1 демон)

— Сядьте на свои места, молодые люди, — резко отрезает Фенцио, бросив не терпящий возражений взгляд. — Габриэлла, подойдёшь ко мне после уроков, а сейчас мы начинаем теорию. Сегодня же проверим вас на практике.

— Что значит на практике? Мы типа выйдем за пределы мира?

— Ага, возможно, — кивает Тим, заметно мрачнея. — Не сказал бы, что это хорошая новость.

— Тишина! — хлопает по столу Фенцио, подходя к своему столу. — Сегодня у каждого из вас будет задание на Земле, молодые люди. Для начала, расскажу новеньким, — демонстративно устремляет свой взгляд голубых глаз на меня Фенцио, — основные правила. Первое – никто из вас, Непризнанных, не может контактировать в интимных отношениях с демонами или ангелами, ни в коем случае. В том числе, ангелы не могут быть с демонами, а демоны с ангелами. Это основное правило, которым должны придерживаться все без исключения. Второе, не менее важное, вы не должны пользоваться любым удобным случаем, чтобы воспользоваться водоворотом и прыгнуть в него, наверняка для того, чтобы связаться с родными. Ни в коем случае даже не думайте об этом, вам ясно?!

Отличную идею он мне подкинул, просто шикарную. Я незаметно улыбнулась, нетерпеливо ёрзая на стульчике, мысленно приготавливая план.

— Итак, с правилами на этом всё. Перейдём к сегодняшнему заданию. Каждый из вас, когда ступит на Землю, примет человеческий образ давно умершего человека. То есть, ваша внешность будет заметно отличаться от предыдущей, за исключением глаз. На задание вам даётся два часа, этого вполне достаточно и когда вы его выполните, вам будет необходимо сосредоточиться на небе, прикрыть глаза и представить водоворот, а потом прыгнуть в него быстро и незамедлительно.

                                      * * *

Всем уже раздали их задания и я, к моему большому разочарованию, была последней, потому что у Фенцио был ко мне серьёзный разговор. Я медленно подошла к учителю, заинтересованно оглядывая все вещи, крывшиеся на письменном столе, но всё же не слишком зацикливала на этом внимание, дабы не нанести на себя подозрения.

— Ну чё, какое у меня задание?

Он, банально проигнорировав мой вопрос, взял меня за плечо и отвёл в другой кабинет, который находится в кабинете истории... Короче, я не умею объяснять.

— Итак, Габриэлла...

— Бэлла.

— Уайлд. У тебя довольно простое задание, как для новенькой Непризнанной, поэтому я решил сделать тебе поблажку.

— Спасибо и на том. Я вообще не понимаю, что происходит. И хоть кто-нибудь объяснит мне, кто такая Серафима, черт возьми?!

— Сочетание Серафима и твоё предпоследнее слово не совсем сочетается, Уайлд. Но да ладно. Я не учитель истории, поэтому думаю, что лучше тебе расскажет обо всём Мисселина, а пока меня интересует твоя сегодняшний припадок.

— Припадок? — хмурюсь я. — Нет, я вовсе не психованный подросток с шалящими гормонами... Просто у меня такая болезнь, знаете... типа повреждение ушной раковины. Бывает такие помехи в слухе.

Мне кажется, он понял, что я солгала, однако говорить правду я не решилась, хоть и знала, что скоро кто-то умрёт и явно где-то поблизости. Но неужели здесь, на Небесах, возможна смерть?

— Ладно, — сощуривается он и опускает взгляд на свою листовку, ища глазами мою фамилию. — Ты уже выбрала путь, по которому пройдёшь на конечном испытании?

–Не понимаю, о каком испытании идёт речь, но если вы о выборе двух сторон, то я общаюсь с демонами. Да, именно этот путь я предпочту пожалуй.

Ангел Фенцио как-то странно ухмыльнулся, медленно качая головой.

— Значит так, Уа-а-а-а-йлд, — вновь тянет он мою фамилию, отчего я демонстративно закатываю глаза. — Итак, твоё задание. Как только ты приземлишься на земле, то сразу примешь облик совершенно другого человека. Твоей основной задачей будет наставить девушку по имении Зои на путь истинный. Она полная, даже слишком, все называют её толстухой, но её главная мечта – это попасть в знаменитый конкурс Америки, конкурс Красоты. Однако она любит покушать и ничего не может с этим поделать. Твоя задача – это подсказать ей, что делать. Либо ты делаешь так, что она отказывается от своей мечты и продолжает вести свой повседневный образ жизни в Макдоналдсе, либо подбадриваешь и уговариваешь отказаться от удовольствий и выполнить свою заветную мечту. Твой выбор зависит от последующих, делай всё с умом. Времени ещё много, но всё же поторапливайся!

Водоворот закружил в небе, окружённый облаками и я, глубоко вздохнув, сжала кулаки и с разбегу прыгнула в него, слегка прижимая крылья, чтобы ускорить своё падение.

Это было... заворожительно. Словно летишь вот так, без крыльев, просто ощущаешь некий ветерок на своём лице, словно просто всю жизнь так делал и кайфовал от этого. Я кайфовала от этого. Возможно, на первый взгляд по мне можно понять, что это место не для меня, но на Земле я чувствовала себя по-другому. Совершенно. Будто... будто низший мир был не для меня. И почему-то я чувствую это только сейчас, когда просто лечу.

Я открыла глаза, когда заметила, что один из ангелов пролетел мимо меня, вдруг озаряясь улыбкой.

— Непризнанная?

Это был Дино. И если честно мне совсем не понравилось его прозвище, совершенно, а ещё то, что она отвлёк меня от кайфа.

— Ангелочек? — таким же тоном произнесла я, заливисто засмеявшись. — Ха-ха, я придумаю тебе прозвище когда-нибудь, обязательно.

(Ваши отношения с Дино улучшились)

Он кивнул, вдруг обгоняя меня, но я не спешила спуститься на Землю и ещё раз, глубоко вздохнув, приземлилась на асфальт, облегченно выдыхая.

Итак, первым делом нужно найти эту Зои. Я огляделась в поисках полной девушки и прищурилась, разглядывая возле кафешки только вышедшую толстушку с пончиком в руках в одной руке и огурцом в другой. Она переводила взгляд то на одно, то на другое, словно решалась, что съесть первым или вовсе выкинуть в помойное ведро, стоявшее неподалёку. Так, для начала я должна понять, к чему её подтолкнуть.

(Путь демона)

Всё-таки, удовольствие от еды, которое она получала от каждого кусочка жирной или дрожжевой выпечки, заменить каким-то там конкурсом невозможно. Я улыбнулась своей идее и, поправив прическу, которая теперь была намного короче моей настоящей, а точнее настолько короткой, что походила на каре.

Убедившись, что лучше не смотреть на себя в зеркало, я аккуратно прошла через пешеходный переход, делая вид, что просто хочу зайти в кафе, однако натыкаюсь на свою жертву, выпучивая глазки.

— Ох, простите, я такая неуклюжая! — восклицаю я, деланно прижимая руку ко рту.

— Ничего, всё в порядке, — качает головой девушка, слегка треся своими светлыми кудряшками.

Мне было жаль её. Хотелось обнять, сказать, что всё будет хорошо, но в тоже время не теряя надежды, что этот конкурс не занизит её самооценку.

«С чего я стала таким ангелочком?!» –проносится в моей голове. Ведь я должна следовать тому, чему следовала при жизни! Это неправильно. Я не хочу быть ангелом.

А может поэтому я считаюсь Непризнанной. Потому что где-то в глубине души я всё ещё та жизнерадостная девочка, которая пела с мамой в караоке песни из знаменитого фильма «Поллианна», которая строила скворечники и с радостью принимала участие в благотворительностях. Всё изменилось лишь после смерти матери, меня будто покинула та светлая частичка души и началась полная темнота...

Я сжала губы, переводя взгляд то на пончик, то на огурец девушки, словно сама стояла перед выбором, хотя так и есть.

«– Этот выбор повлияет на твой путь, но главное решение будет стоять за контрольным, решающим».

Сжав кулаки, я подняла взгляд на изучающую меня девушку.

— Вы хотите? — протягивает она мне пончик.

— Нет, что ты. Кушай на здоровье, ведь это так поднимает настроение, не правда ли?

— Да, я полностью с вами согласна! Когда я ем, то будто переношусь в другую реальность, это такое удовольствие!

— Вот именно. Я сама по себе такая, поверь мне на слово... И эта любовь к еде никогда не закончится уж точно!.. Мне кажется, что если ты стоишь перед выбором, то должна делать то, что тебе по душе, в чём ты нисколько не сомневаешься. Скажи, какая твоя самая заветная мечта?..

Блондинка немного подумала, сосредотачиваясь на своих мыслях, а потом подняла голову, подошла к мусорному баку и выкинула огурец, уверенно откусывая пончик.

— Теперь моя мечта – это просто кайфовать.

— Правильно, я горжусь тобой! — искренне произношу я и беру девушку за плечи. — Ты правильно поступила, что выбрала то, что тебе по душе. А теперь иди скорее за столик и съедай свой пончик!

— Спасибо вам большое! — озаряется улыбкой девушка и крепко обнимает меня. — Вы мне очень помогли!

Она убежала к подругам за столик заливисто смеясь, а я всё ещё оставалась в догадках, почему всю дорогу она называла меня на «вы».

(+2 демон)

Пожав плечами, я огляделась в поисках подсказки, где вообще нахожусь.

— Времени ещё много, — шепчу я. — Смогу заскочить к папе и сестрёнке.

С неким удивлением замечаю, что эта улица мне знакома, а кафе – то самое, куда я частенько заходила. Взглянув на своё отражение в зеркале машины, я слегка пошатнулась, увидев вместо себя пожилую бабушку и теперь прекрасно поняла уважение в свою сторону. Забив на это недоразумение, я начала ориентироваться на дороге, пытаясь вспомнить, где находится мой дом. Я замечаю знакомого человека, сидящего за столом в кафешке, который мрачно глядел на свой клубничный коктейль. Вот только это был не обычный паренёк с соседнего закоулка. Это был мой парень.

Мне по привычке захотелось зайти в кафешку, поставить ногу на стол возле каких-нибудь девчонок, взять вишенку с их коктейля и пригласить на вечеринку, а потом по-сучьески откусить клубничку и присесть к Люку, моему парню, нагло забрав у того половину взбитых сливок.

Но нельзя. Я могу лишь смотреть на своих бывших друзей, наблюдать, кто скорбит, а кому плевать. Моя обожаемая лучшая подруга к сожалению отсутствовала, хотя она работала официанткой в этом кафе, наверное, просто не её смена. Люк всё также смотрел в одну точку, абсолютно не притрагиваясь к еде, отчего я прикусила губу и уже было сделала шаг навстречу, как остановилась и отвернулась от кафешки, уверенно направляясь к своему дому.

Семья важнее, а такой шанс выпадает раз на миллион.

                                     * * *

Я остановилась у дверей своего дома, облокачиваясь к окну, чтобы разглядеть кого-нибудь на кухне. Моя сестра, такая расстроенная, но ещё красивее, чем я её помнила, сидела за кухонным столом, глядя на листочек, лежащий прямо напротив неё, вытирая красные и опухшие глаза платочком. Даже в такие времена она оставалась той же прилежной Корой, которая всегда слушалась мать, а потом отца; старшая сестра, которая заменяла мне матушку и всегда стояла за мной горой, осталась всё такой же. Я с ужасом заметила её тощие руки и бледное лицо, а потом и отца, стоящего возле другого окна, с другой стороны, но достаточно близко от меня, чтобы понять, насколько похудел и он.

Хотелось кричать, что я тут, ваша Габриэлла! Я всё та же плохая, невыносимая, неугомонная девчонка, которую вы знали! Я всё также скучаю и люблю вас! Я жива, здорова, я здесь!

Но нельзя. Наказание за такое очень суровое, а последствия необратимые.

Кора подняла голову, вдруг встречаясь со мной взглядом, отчего я отшатнулась от окна, сжимая губы, стараясь скрыть слёзы. Сестра выскакивает из дома вместе с бумажкой, когда я уже собиралась уходить, но всё же обернулась на её вскрик.

— Кто вы?! — догоняет она меня. — Вы знали мою сестру?

Её светлые волосы, в отличие от моих, темных, совершенно перестали свисать закрученными завитушками, а лицо сверкать чистотой и лёгким макияжем, как я учила её.

— Нет, простите... Я обозналась.

Кора всё же хватает меня за запястье, заглядывая в глаза, будто увидев в них что-то такое, что её привлекло.

— Вы... чем-то похожи на неё, — шепчет она, и я вновь вижу её слезящиеся глаза.

Только не плачь, Бэлла. Прошу тебя, не начинай. Я качаю головой, освобождаясь от её хватки и незаметно вытираю нахлынувшие слёзы.

— Я заблудилась и не понимаю, о ком вы говорите...

Кора вдруг начинает быстро кивать, опуская моё запястье и, кинув бумажку на землю, извинилась и убежала в дом, отчего я прокляла всевозможные правила.

Взглянув на листовку, я аккуратно подняла её, читая, что там написано и с каждым разом понимая, что погибла вовсе не на льду, а в автокатастрофе.

Кто-то меня убил.

Но кто и зачем?

Я вдруг ощущаю чьё-то прикосновение на своём запястье, очухиваясь от своих мыслей и вопросительно глядя на Дино, который уже отошёл со мной на безопасное расстояние от дома.

— Что ты тут делаешь?! Совсем с ума сошла?!

— Плевать я хотела на ваши правила!

— Хотя бы не рассказала, кто ты, — довольно улыбается тот. — Не смей говорить, что здесь произошло.

(+1 слава)

Я резко освобождаюсь от его хватки, хмурясь и внутренне закипая.

— Ты что, следил за мной?

— Да за Непризнанными нужен глаз да глаз.

— Тебя что, папаша не наругает? Мы сильно опаздываем между прочим.

— Ещё много времени, — отмахивается он и вызывает водоворот, прыгая в него, а я следом за ним, уже предвкушая излюбленный полёт.

Мы приземлились прямо в коридоре, где навстречу нам важно шагал ангел Фенцио, явно не весёлый и добрый к сегодняшнему раскладу дня.

— Тебя не было слишком долго, — обращается он к Дино, хотя сначала я подумала, что ко мне.

— Просто задание было сложное, отец.

— Для моего сына не должно быть никаких сложных заданий, ясно?!

— Да, отец.

Вообще, я могла признаться, что на самом деле Дино опоздал из-за меня, но как-то не хотелось нарываться в первый же день, к тому же я его не просила следить за мной.

(+1 демон)

Он ушёл, поэтому я, пожав плечами, тоже прошла в свою комнату.

                                      * * *

Мне не спалось. Я долго ворочалась, не находя себе место, вспоминая, что все ночи напролёт на Земле спала вот так, беспокойно. В моём рту ужасно почувствовалась жажда чего-то жидкого, потому я через силу встала, хотя лень всегда одерживала надо мной вверх, но не сейчас, почему-то не проявляя себя вообще; я быстро надела первый попавшийся наряд, поправляя свою прическу и удивляясь тем, что прихорашиваюсь для непонятно кого. А впрочем я красотка всегда, даже для самой себя.

Тихо приоткрыв дверь, я на носочках прошлась по коридору, в полной темноте ища лестницу и спускаясь вниз по витиеватой лестнице. Вот только я не свернула направо, на кухню, а прошла вперед, сама не понимая, зачем. Я услышала тихие шаги неподалёку от себя и прижалась к стенке, скрывая своё присутствие. Убедившись, что шаги утихли, я также тихо прошла на улицу, в сад, ощущая то самое чувство контроля над собой и уже понимая, что происходит. Ноги не слушались, как и разум, поэтому я всё шла и шла в этих потёмках, ориентируясь только на свечение луны и звёзд.

Я приметила арку, которая красовалась у входа в сад Адама и Евы и почувствовала холодок по своей спине, вновь ощущая то чувство страха и некой боли. Я не хотела идти, заходить туда, но всё же не могла побороть своё сознание и послушно двигалась вперёд, также тихо, босиком, на носочках продвигаясь по зелёной травке и радуясь освещением факелов на белоснежных стенках. Это ощущение холода, страха и боли вдруг усилилось, шёпот и крик в моей голове опять начался, а ноги непослушно хотели повернуться к статуе, которая стояла прямо за мной.

Мне хотелось кричать от нахлынувших симптомах, хотелось убрать эту силу во мне, скрывавшуюся, как Банши. Но я всё равно повернулась к статуе, такой угрюмой и устрашающей в темноте, такой величественной, что дух захватал. Её глаза вдруг сверкнули ярким светом фонаря, озаряя всё на своём пути, и только сейчас я заметила то, что должна была, как Банши.

Окровавленную девушку, лежащую в ногах этой статуи с перерезанным горлом и свежей кровью, как бы подсказывая, что убийца всё ещё здесь.

А потом я закричала так пронзительно и громко, как могла только настоящая Банши.

______________________________

5 славы,

7 демон,

0 ангел.