«5»

Сколько часов я нахожусь в аду — неизвестно. Но этого времени вполне хватило, чтобы я по-настоящему прочувствовала весь ужас происходящего. Всю, я бы даже сказала, атмосферу моего самого настоящего фильма ужасов. Тело ныло от нескончаемой боли, как будто тысячи иголок одновременно вонзились в каждый сантиметр кожи. Во рту пересохло, и черт возьми, я бы отдала сейчас все за глоток холодной воды.

— Выходи, кусок гребанного дерьма, я уже порядком устала сидеть здесь! — не выдержав крикнула я, голос отдавался эхом ещё несколько секунд, ударяясь о стены этого чертова места.

Ну и конечно, я бы очень удивилась, если бы он вышел в сию же секунду.

— Покажись, иначе я не ручаюсь за себя, клянусь. — снова эта тишина и никакой реакции.— Мать вашу! — от злости я со всей силы оттолкнулась ногами и, будучи привязанной к стулу, полетела вместе с ним. Посадка была весьма болезненной, чувствую, что будет огромнейший синяк на руке, которая приняла весь удар на себя.

«Есть ли смысл пытаться встать? Нет, полагаю, что зря потрачу силы, а лежать вполне удобно, вот было бы ещё помягче немного.»

Я не стала двигаться со своего места падения, как упала на бок, так и осталась в таком же положении, только опустила голову, которую все это время держала на весу.

«А всего лишь пару недель назад я жаловалась на то, что моя кровать слишком жёсткая»

Через несколько секунд я услышала звук открывающейся двери, такой скрипучий и так сильно режущий слух, что я сморщилась.Тяжёлые шаги и сбитое дыхание, я представляла картину, будучи лежащей спиной к нему. Он шёл не спеша, поэтому волнение внутри нарастало. Каждый чертов шаг был таким громким, это не могло не раздражать. Дойдя до места моего падения, он остановился.Теперь я могу внимательнее рассмотреть его.

— Решила отдохнуть? — он стоит прямо надо мной с оголённым торсом, а капельки пота одна за другой стекают по накаченной груди, оставляя мокрую дорожку.

Я приподняла голову, чтобы лучше разглядеть его.— Мать честная, и не стыдно ж появляться в таком виде перед бедной, похищенной девушкой, постыдился бы. — я осуждающе помотала головой и нахмурила брови, для пущего эффекта.

— Подъем, спящая красавица. — он аккуратно поднял меня с пола и усадил на то же место, где я была раньше. — Не советую вот так вот лежать здесь, полы давненько не мыли. Да и вообще, мне кажется, здесь не помешала бы генеральная уборка. — Он встал напротив меня и улыбнулся.

— Согласна, пятна крови давно стоило бы отмыть от этой стены, неприятное зрелище.

— А, это недавно было, не обращай внимания, если хочешь, то я передвину твой стул в другое место. — Он говорил это с такой лёгкостью в голосе, что у меня сложилось впечатление, как будто я говорю не о человеческой крови, а пыли, лежащей на полках.

— Как мило с твоей стороны.

— Для тебя стараюсь. — С сарказмом ответил он.

«Черт побери, он издевается надо мной?»

— Ты наконец-то появился, не сразу, но пришёл. — сказала я, посмотрев в его глаза и слегка улыбнувшись.

— Сложно было не появится, когда ты так громко кричала, у меня скоро барабанные перепонки лопнут, блять. — Он склонил голову. — Ты будешь платить за лечение?

— Извините? — я раскрыла рот от удивления. — Я должна молчать, когда ты нагло запер меня в своем подвале, предварительно похитив. — А не слишком ли много ты хочешь?

— Т-ш-ш, — протянул он, повиснув надо мной, кладя обе руки по бокам стула. — От тебя в секунду исходит слишком много звуков. Не думаешь? Я всю ночь не спал из-за твоих воплей, думаешь, я сейчас в хорошем настроении? — Спросил он, находясь на опасно близком расстоянии. Я чувствовала столь неприятный мне запах сигарет вперемешку с коньяком, каким-нибудь наподобие Frapin Cuvée или Jenssen Arcana.

Я откинулась на спинку стула как можно дальше и нервно сглотнула, а голова слегка закружилась. Не понимаю, что в его голове, то ведёт себя как ненормальный, то в другую секунду нависает надо мной, не задумываясь о последствиях.

— Ты когда-то бываешь в хорошем настроении? Не замечала такого. — я повернула голову в другую сторону, чтобы хоть как-то отдалиться от него, а глаза предательски забегали по сторонам, выдавая мой страх внутри.

Он аккуратно взял двумя пальцами мой подбородок и развернул обратно к себе, разглядывая каждый сантиметр на моем лице, начиная от ямочки на подбородке и заканчивая бровями, его взгляд задержался на моих губах, когда я нервно облизнула их. Я немного сщурила глаза, глядя на него и сильнее сжала губы.— Ты же боишься меня? — нагло улыбнулся, посмотрев прямо в глаза. — Так нравится видеть в твоих глазах страх.

— Кто это тут боится тебя? — я придвинулась ближе, чего он явно не ожидал. Чувствуя горячее дыхание на своих губах, хочется сейчас же отдалиться, ведь внутренний голос твердит, что все это полный бред. — Ты один здесь думаешь, что все вокруг боятся тебя. Я испытываю по отношению к тебе исключительно отвращение. — Сказала я, не отводя взгляд, хоть это и было крайне сложное задание.

Он медленно потянулся к моему уху, обжигая его своим прерывистым дыханием. А я ещё больше занервничала.

«Неужели откусит ухо?»

Странные мысли не покидали голову, он же чёртов психопат, ожидать можно, чего угодно.

— Глаза выдают тебя. — прошептал он, а затем потянулся другой рукой прямо к моей шее, все также не двигаясь ни на сантиметр.

Я попыталась отдернуться, всем своим видом показывая, как мне противно, желание плюнуть в его нахальное лицо возрастало каждый раз, когда он просто смотрел на меня, а тут он вздумал дотронуться до моей кожи.Он даже не вздрогнул, а его ладонь уже находилась на моей шее, подушечками пальцев нежно спускался вниз, дойдя до ключиц он аккуратно провел по ним, отчего я вся покрылась мурашками. Странное чувство.В следующее мгновение нежные прикосновения сменились грубой хваткой, и я почувствовала как его пальцы сжимают мою шею с каждой секундой все больше. Он отпрянул от моего лица и выпрямился, смотря на меня как на жалкое создание. В нем будто сидят две личности, одна из которых саркастична и чертовски язвительна, другая же похожа на дьявола, сошедшего к нам прямиком из самого ада. Он настолько быстро меняет свои эмоции, что порой трудно улавливать ход происходящих событий.Вот и в данный момент я слегка, если так можно сказать, удивилась. Смотря в его глаза, я больше не видела того парня, который стоял передо мной пару минут назад, это явно был кто-то другой, с тем самым пустым и холодным взглядом, способным убивать. Лишь десятки демонов танцевали в его зрачках. Кислород больше не поступал в лёгкие, я пыталась хоть что-то сказать, но все тщетно. Он всерьез сейчас задушит меня. От одной мысли, что я умру прямо сейчас, именно от его рук, становилось так невыносимо тошно. Хотелось кричать, но я не могла. Хотелось бежать, но некуда.

— Ладно, шучу, не собираюсь я тебя убивать. — Он резко убрал руку с моей шеи и отошёл на пару шагов назад, как будто сам удивился всему, что произошло сейчас.

Я жадно ловила воздух ртом и пыталась откашляться. Голова все ещё немного кружилась, а в глазах темнело через каждые пять секунды, но постепенно все возвращалось в норму.— Псих! — я медленно улыбнулась во все зубы, затем громко рассмеялась. — Ладно, признаю, это было неплохо, я почти испугалась.

— Ты мне определенно нравишься. — Улыбнулся он своей чертовски пугающей улыбкой, на которую невозможно смотреть без страха. — Но не перегибай, а то я могу передумать.

Он долго смотрел мне прямо в глаза, прожигая их насквозь, а я молчала и все ещё иногда кашляла из-за жуткой боли в горле.

— Когда ты выпустишь меня из этого... Даже не знаю как помягче сказать. Из этой дыры? — Внезапно сказала я, прервав неловкую тишину.

— Вновь взялась за старое? Я, кажется, уже сказал тебе всё. В тысячный раз повторять не стану.

— Мои коллеги из полиции рано или поздно хватятся, они поймут, что я пропала и найдут меня. И если ты думаешь, что продумал абсолютно каждую деталь плана, то лучше застрелись, потому что это далеко не так. — Саркастично проговорила я, не замечая, что слишком быстро выговариваю каждое предложение, как будто скоро мне запретят говорить.

Звонкий смех раздался по всему помещению и несколько секунд эхом отдавался в ушах.Он захлопал в ладоши, будто сбежавший больной из психбольницы. Вены на руках было видно с каждым хлопком все сильнее, а каждая мышца на его теле становилась чётче.

— Ты серьезно говоришь такие глупости тому, кто тратит на тебя свое время? — произнес он, вытирая воображаемую слезу от смеха.

«Он хоть раз может вести себя адекватно, когда я с ним разговариваю?»

— Глупости?

— А ты действительно думаешь, что я боюсь полиции или прокуратуры? — его улыбка моментально пропала с лица, а взгляд снова стал ледяным. Не понимаю, как он так быстро меняет эмоции. Словно по щелчку пальцев, смотришь — один человек, в другую же секунду совершенно новая личность.

— Они найдут меня, и тогда я прикончу тебя, урод! Надеюсь, что ты будешь умирать в муках.

— Подобными угрозами и муравья не убить, детектив.

                                     ***

— Что опять задумал, сукин ты сын?

Темная пелена перед глазами, завязанные сзади руки, где веревка настолько сильно давила на кисти рук Эстер, что она едва сдерживалась, чтобы не закричать.

Дэвид приводит свой давно задуманный план в действие. Он хочет, чтобы все прошло идеально, ничто и никто не сможет помешать ему.

— Развяжу, если не будешь дергаться в конвульсиях каждую чёртову секунду. — Спокойно сказал парень, находясь за спиной Эстер.

— Знаешь, у меня так-то нет выбора. Отсюда я уж точно не сбегу. Есть конечно другой расклад событий, например, ты развязываешь меня, я, полная решимости прикончить тебя, втыкаю нож в самое сердце, затем вызываю наряд, они увозят твой окровавленный труп, ну вот в принципе и счастливый финал данной истории.

— Шутки шутить будем? — его голос стал таким грубым, каким ещё не был прежде. — Раз уж так, то теперь моя очередь.

Он коснулся лица Эстер, пытаясь снять повязку с ее глаз. Она, конечно, отдёрнулась, испугавшись таких резких движений. Дэвид заметил это, и это не могло его не позабавить. Пытается строить из себя сильную, но на деле ведёт себя, как испуганный заяц перед волком.

В следующие пару секунд он быстрым движением снял с нее повязку, и яркий свет моментально ударил в глаза, отчего девушка немного скривилась. А когда все же смогла нормально разглядеть место, в котором находилась, то ужасу не было предела. На ее лице заиграли разом тысяча эмоций. Эстер ожидала всего от этого «человека», но это даже не приходило в ее голову ни на одну гребанную секунду.

— Эй, ты что тут задумал? — испуганно спросила она, хотя и пыталась скрыть панику в голосе, но Дэвид почувствовал ее страх.

Доводить людей — его хобби. Черт побери, как же ему нравится видеть страх других перед ним. Когда люди готовы сделать всё, что угодно, чтобы выжить.

— Да ладно тебе, теперь же моя очередь шутки шутить. — Сейчас Эстер ненавидела его ещё сильнее, она отчётливо видела его наглое лицо, которое светилось от счастья и на секунду ей показалось, что он ждал этого момента всю свою жизнь.

Маленькая комнатка, в которой настолько холодно, что моржи бы сочли это место за свой родной дом, кресло посреди всего хаоса вокруг и рядом инструменты, будто украденные у какого-то хирурга или стоматолога.Эстер обернулась и посмотрела на него, пытаясь разглядеть в его глазах хоть каплю жалости, но вместо этого увидела улыбку и взгляд, полный ненависти. И тут она поняла, что все ее страшные кошмары сбудутся прямо сейчас.— Что ты собираешься делать? — спросила девушка, уходя от него как можно дальше, хотя прекрасно понимала, что сбежать отсюда невозможно.

— Детектив, мы же взрослые люди, правильно? — парень начал подходить к ней, скрестив руки на груди. — А взрослым людям нужно решать вопросы по-взрослому. Ты разве не согласна со мной?

Черт, как же сильно сейчас Эстер жалела, что не смогла прожить ту жизнь, о которой мечтала. Если бы у нее только появился шанс начать все заново, она бы точно не упустила его.Возможно, его лицо — это последнее, что она видит перед смертью. Хуже быть не может.

Дэвид резко схватил девушку за предплечье и поволок в сторону того самого кресла.— Погоди, ты же говорил, что не собираешься убивать меня! — кричала девушка словно в пустоту. — Эй, ублюдок, ты не можешь убить меня, стой же ты. — она продолжала кричать и вырываться из его хватки, хоть и понимала, что его не остановить, она не сможет справиться сама.

— Могу, почему нет? — Эстер даже не посмотрела в его сторону, когда он громко произнес эти слова.

«Да кто ты такой, чтобы так просто лишать людей жизни?...»

Дэвид швырнул Эстер на кресло, словно мешок с картошкой и принялся привязывать ноги и руки старыми, потрепанными ремнями, которые немало успели повидать за все это время.— Итак, чем быстрее начнем, тем быстрее закончим, я прав? — перчатки в ту же секунду уже оказались в его руках.

«Блять, я точно умру здесь сегодня.»

Он вставил в рот Эстер нечто непонятное, она толком не успела разглядеть эту вещь, но это нечто не давало ей сомкнуть губы. Паника внутри нарастала с каждой секундой. Все, что могла делать девушка — только кричать и надеяться на чудесное спасение.

— Твои крики все равно никто не услышит, можешь не стараться так. — Он взял со столика, который находился рядом какой-то  непонятный и острый предмет, этим вполне можно убить кого-то.— Только если ты замолкнешь, то сможешь узнать важную информацию, которая, возможно, сможет спасти твою жалкую жизнь. Дэвид продолжал стоять над девушкой и нагло улыбаться ей прямо в лицо.

Эстер замолчала, но в ту же секунду слезы вдруг начали стекать по ее щеке, первая слезинка стекала вниз, оставляя огненную дорожку после себя.

Дэвид был рад. Видеть ее слезы — его радость.

«Как я могла позволить себе заплакать перед ним? Но я не могла ничего поделать, кажется, я так устала, что не могу больше держать все в себе. Я не плакала так никогда в своей жизни, казалось, что слез столько много и они способны затопить всё это чёртово место. Я никогда не позволяла себе показывать грусть на людях и даже плакать запрещала, наедине с собой я все ещё придерживалась данных правил. Бабушка учила меня быть сильной и не показывать людям своих слабостей, так я росла, с мыслями о том, что должна отключить в себе способность плакать, это слово было вычеркнуто из моего лексикона и находилось под строгим запретом всю мою осознанную жизнь.

Помню, что у меня была собака, такая добрая и маленькая, белой окраски, прямо-таки белоснежной, думаю, поэтому я решила назвать ее Облачком. Она всегда была со мной, бегала словно хвостик, куда бы я не пошла, я знала, что Облачко рядом. Облачко всегда защитит, пусть даже и себя не в силах защитить перед другими, более крупными собаками, Облачко поднимет мне настроение в любой момент. В общем, это был мой единственный верный и надёжный друг, которому я могла довериться. Но как говорится: «Все хорошее когда-то кончается», так вот и мои счастливые дни с Облачком были закончены весьма трагично.

Ее сбили. Насмерть.

Это был худший момент в моей жизни. Я видела, как она умерла прямо на моих глазах, но ничего не могла с этим сделать. Я винила себя в ее смерти, ведь если бы знала, если бы предугадала, что машина появится в любой момент, то никогда бы не отпустила ее с поводка. Она была бы жива, если бы не моя глупость.Тогда бабушка запретила мне плакать. Она говорила, что такое бывает, такое случается, что дорогие люди, в моем случае животное, уходят из нашей жизни. Мне было настолько больно слышать эти слова, ведь совсем недавно я потеряла маму, и единственной отрадой была моя первая собака. В тот момент я подумала, что я проклята. Как такое может быть? За какие грехи?

Тогда я не плакала. Я держала себя в руках, не могла позволить себе сделать это.

Я пошла в церковь, ведь думала, что дело во мне.

«Я ведьма.»

Я искренне поверила в эти слова. Ребенок Эстер верила, что она ведьма, что она проклята. Дети со школы вечно называли меня «Нечестивой», «Грешницей», «Ведьмой». Я внушила себе то, что я плохая, не такая как все остальные дети. Долго вымаливала прощение у Господа и даже тогда не плакала.

— Боже, что я сделала не так? Пожалуйста, прекрати забирать дорогих мне людей. — Ком в горле подступал все ближе. — Забери меня, но перестань забирать моих родных. Прости все мои грехи, я молю тебя! — Глаза были полные слёз, а подбородок трясся.

«Не смей плакать.»

Слова бабушки отдавались эхом в моей голове каждый раз, когда мне было плохо. Вот и в тот раз я сдержалась. Вымаливая прощения у Бога, я сдержалась.

Тогда кто такой этот ублюдок, что из-за него я нарушила обет, данный мной в далёком детстве. Я не могу поверить, что действительно плачу — это невозможно. Я не могу остановиться. Горячие слезы обжигают мои щеки и огромными каплями падают на пол. Лёгкие горят, сама не знаю причины, но они горят, будто я выпила чайник горячей воды.

«Остановите это кто-нибудь!» — раздавалось в моей голове.»

Дэвид вытащил предмет, не дающий ей говорить. Ему было интересно, что она будет делать сейчас.

— Убей меня! — вдруг вырвалось из уст Эстер. Красные от слез глаза смотрели прямо на парня. — Убей меня и мы покончим с этим прямо здесь и прямо сейчас. Давай же, зарежь меня, как сделал это со всеми остальными! — Она кричала так громко, так сильно, чтобы наконец-то выпустить всю злость внутри себя.

— Ты действительно думаешь, что можешь умереть так просто? Думаешь, что я так просто зарежу тебя? — Дэвид отложил острый предмет в сторону и подошёл к девушке.Он аккуратно вытер слезы с ее глаз и ладонями обхватил лицо, затем посмотрел прямо в ее глаза:— Тебе уготовано нечто в разы худшее, чем просто смерть, детектив Уилсон. — Дэвид поцеловал Эстер в лоб, затем снова улыбнулся, глядя в ее испуганные глаза.— Ты будешь молить меня о пощаде, захлёбываясь собственной кровью, обещаю, просто подожди немного.