Глава ⅩⅩⅡ

Протяжный звонок, разнёсшийся по всему дому, заставил Пуртурию подойти к двери. Она совершенно не была готова к гостям, но непогода за окном пробудила в ней чувство совести, вынудив впустить нежданного посетителя. Неспешно поворачивая ключ в замке, девушка точно знала, кто стоит на пороге, поэтому не сильно беспокоилась о не презентабельном внешнем виде. Идеально выглаженная классическая одежда, уложенные волосы и начищенные до блеска лакированные туфли резко контрастировали с уставшим лицом, которое Пуртурия не успела привести в порядок. Как только открылась дверь, в дом с порывом ветра проникли холодные дождевые капли. Непредсказуемый апрель не переставал удивлять переменчивой погодой, то одаривая солнечными лучами, то нагоняя громадные серые тучи. Перед Пуртурией стоял Альбертиз, промокший до нитки. Машина была припаркована недалеко от дома, но даже за столь малое расстояние его одежда полностью пропиталась водой.

- Здравствуй, Пурпур, - довольно произнёс он, закрывая кого-то за своей спиной, - давно не виделись.

- Неделю. - Уточнила Пуртурия, приглашая знакомого войти в дом.

- Я привёл с собой одного... человека, надеюсь, ты не против.

Прежде, чем она успела возразить, из-за плеча Альбертиза выглянула девушка. По белому лицу, разрисованному голубыми цветами, стекали дождевые капли, некоторые из которых блестели на длинных густых ресницах. Кудрявые тёмно-коричневые волосы нелепо выбивались из-под капора, что был недостаточно хорошо зафиксирован и пошатывался из стороны в сторону при движении головы. Небольшие аккуратные брови будто постоянно находились в чуть приподнятом состоянии, придавая чарующим стеклянным глазам большую выразительность. Казалось, на вид ей не больше двадцати, однако зрелое телосложение и черты лица граничили с неподходящим пышным платьем с рюшами и странным, по-детски наивным поведением. У Пуртурии ушло несколько секунд на осознание, что перед ней либо старательно загримированный человек, либо вовсе не живое создание. Она отступила в сторону, пропуская гостей в дом. Пока Альбертиз снимал промокшие ботинки, приведённая им девушка стояла чуть поодаль. Её кожаные туфли на низком каблуке были лишь немного влажными от дождя, но чистыми. "Наверное, он нёс её на руках", - думала Пуртурия, подмечая хрупкое телосложение гостьи. Слишком длинные широкие рукава полностью закрывали её руку, но когда девушка разглаживала подол платья, проводя по нему ладонями, становились заметны и цветы на пальцах. Каждый лепесток, прорисованный с огромной точностью, вызывал восхищение и новые сомнения по поводу её человечности.

- Проходите в гостиную, я принесу полотенца. - Сказала Пуртурия и скрылась за дверью гардеробной.

Удобно устроившись на диване, Альбертиз легонько постучал ладонью по месту рядом с собой, предлагая присесть своей знакомой. Зайдя в комнату, Пуртурия увидела, как Альбертиз перевязывает ленты капора девушки, затягивая их потуже, чтобы головной убор не слетел.

- Прошу. - Произнесла она, протягивая гостям полотенца. - Боюсь, что моя одежда будет ей не по размеру, но для тебя кое-что нашлось.

- Не беспокойся, ткань быстро высохнет, я не стал бы одевать её в некачественные вещи. - Гордо усмехнувшись, ответил Альбертиз, рассматривая заботливо предоставленную сухую одежду. - Знакомый пиджак, но не припомню, чтобы оставлял его у тебя.

- Взяла с полки мужа.

- Ты до сих пор не убрала его одежду?

- Не могу. Давай не будем об этом. Сходи переоденься и не задавай лишних вопросов.

Пуртурия присела в кресло напротив знакомой Альбертиза, задумавшись, почему он подбирал ей платье. Девушка знала его не меньше шести лет, и за это время он ни разу не упоминал младшую сестру или племянницу, поэтому она никак не могла понять, какая связь между ним и его подопечной. Пуртурия разглядывала её, не решаясь начать диалог. Внимание снова привлекла бледная кожа, расписанная цветами. Она была ровной, будто совершенно без пор, а в некоторых местах казалась слегка сероватой, точно плохо покрашенный фарфор.

- Ты, как всегда, очень разговорчива. - Подметил Альбертиз, остановившись возле низкого чайного столика, между Пуртурией и приведённой им девушкой. - Что ж, у тебя наверняка много вопросов.

- Ты прав, и один из них заключается в том, почему на тебе до сих пор эта маска. - Съязвила Пуртурия. - Твоя паранойя до добра не доведёт. Сначала надеваешь парик, потом меняешь машину только для того, чтобы приехать ко мне, а теперь создал маску. Ты действительно гениальный человек, не спорю, но в моём доме мог бы и снять её, никто не узнает, что ты здесь, нет смысла так стараться. Твоя репутация действительно настолько пошатнётся?

- Есть риск. Вытащив тебя из психбольницы, я и так пал в глазах администрации штата.

- Извини, - минуту помолчав, ответила девушка, - не знаю, что на меня нашло. Но всё же, хотелось бы говорить с тобой, а не маской.

Альбертиз неспеша стянул с лица маску, положив её на стол. Карие глаза метались по комнате, он старательно подбирал слова, собираясь объяснить ситуацию.

- Месяц назад, когда я был у тебя, заметил эскизы на тумбе в прихожей. - Говорил он, отводя взгляд в сторону, не планируя признаваться, что копался в вещах Пуртурии. - К тому же, ты говорила, что часто устаёшь, вот я и подумал, что было бы славно обзавестись помощником. Эта девушка - кукла. Небольшой проект со своими несовершенствами, но приближенный к твоей задумке. Слишком долго объяснять, что да как, поэтому просто прими её, в качестве небольшого подарка. Она сможет помогать по дому, к тому же, тебе теперь есть с кем поговорить. В неё встроен искусственный интеллект, благодаря которому она начнёт всё больше развиваться при взаимодействии. Восприятие мира будет зависеть от тебя. Именем не обладает, голосом пока тоже. Технологии сейчас не настолько развиты, чтобы создать голос с нуля и придать хорошее звучание, поэтому хотел предложить записать твой голос и на его основе настроить куклу. Ты ведь не против?

Пуртурия недоверчиво щурилась, сверля Альбертиза взглядом. Говорить, что она никогда бы не оставила свои рисунки в прихожей, было бы бессмысленно. Девушка слишком хорошо знала своего друга и его тягу к поиску вещей, способных её порадовать. Она даже не могла злиться на него за небольшое вторжение в личное пространство.

- Что мне нужно делать? - Спросила Пуртурия, наблюдая, как Альбертиз нервно трёт шею. - И ты не против, если я назову её Претерита?

- Ничего особенного, всего лишь разговаривать. Хотя бы говорить пару фраз в день. Ей не потребуется много времени на обучение. Уже в следующую нашу встречу я смогу подправить голос, чтобы она звучала естественно. - Увлечённо рассказывал парень, предвкушая, каким полезным сможет стать его творение. Говоря о работе над проектом, он мгновенно забыл про возникшую неловкость. - Претерита? Конечно не против, она принадлежит тебе.

Услышав данное ей имя, Претерита наклонила голову на бок. Она прекрасно понимала речь, но не могла ответить. Ловя на себе взгляд Пуртурии, кукла, будто смущаясь, закрывала лицо ладонями. Мастерство Альбертиза поражало, в голове не укладывалось, как он смог создать существо, настолько приближенное к человеку. Из раздумий об устройстве куклы Пуртурию выдернул топот в коридоре. В гостиную вбежал маленький мальчик, бормочущий нечто тихое и оттого неразборчивое себе под нос. Он схватился за штанину Пуртурии, уткнувшись в её ногу. Девушка вздохнула и подняла его на руки. Усадив на свои колени, она вытерла слёзы с пухлых щёк мальчика и нежно похлопала его по голове. Этот жест подействовал, и уже вскоре мальчик, держась за Пуртурию, спокойно рассматривал куклу. Претерита убрала от лица руки и переглянулась с Альбертизом, как бы спрашивая, может ли она подойти ближе. После одобрительного кивка она медленно приблизилась к Пуртурии.

- Претерита, да? - Уточнил Альбертиз. - Претерита не настроена на работу с детьми, но это временно, она быстро учится.

Кукла наклонилась, интересуясь мальчиком так же, как и он ей. Пуртурия осторожно поглаживала ребёнка по голове, опасаясь, что Претерита напугает его. На удивление, он потянулся к волосам куклы, затем несильно схватился за переднюю прядь Пуртурии, недоумевая, почему у Претериты нет таких же. Его мать была единственной девушкой, которую он видел, и для него оказалось непривычно видеть кого-то, совсем на неё непохожего. Вернув внимание к кукле, он протянул ручку к её лицу, но на мгновение обернулся, вопросительно взглянув на Пуртурию, произнеся негромкое "мам", ожидая одобрения его действий. Девушка ответила на вопрос лёгким кивком, после которого мальчик прикоснулся к щеке куклы. Она наклонилась ещё немного, чтобы ему было удобнее. Без доли страха мальчик погладил её по щеке, чувствуя непривычную шершавую поверхность фарфора.

- Он даже на меня столько внимания не обращает. - Ревниво буркнул Альбертиз.

- Тебя он с рождения знает, а Претерита всё-таки новый человек. - Вздохнула Пуртурия. - По крайней мере, ей удалось его заинтересовать. Может, благодаря ей, когда-нибудь я смогу побыть в тишине. Выпить чай, не слыша нескончаемых "мама", не держа в одной руке его, а в другой кружку, которую у меня постоянно пытаются выхватить.

- Сильно тяжело?

- Немного. Эта роль определённо не для меня. Был бы рядом он, всё стало бы гораздо проще. Прошёл уже год, а я до сих пор не могу смириться. Думала, что со временем привыкну, но сейчас понимаю, что не смогу достойно воспитать Эрни. Я хочу обеспечить ему лучшую жизнь, но со мной она таковой никогда не будет. С другой стороны, я должна радоваться, что у меня есть здоровый ребёнок.

- У Тэрейны и Ариума дела по-прежнему не очень? Есть ли смысл продолжать попытки спустя столько неудач?

- Она ещё юна, поэтому пусть занимается, чем хочет, даже если это бессмысленно.

Взор Альбертиза был прикован к мальчику на коленях Пуртурии, переключившим своё внимание с лица куклы на её воротник с оборками. Он успел привязаться к Эрнесту, но оставался человеком, руководствующимся разумом, а не чувствами. Проблема взаимодействия Пуртурии с ребёнком оставалась очевидной, и как бы он ни пытался, все попытки её решить ещё ни разу не заканчивались чем-то хорошим. Уже пару месяцев из мыслей парня не выходил план, который он никак не решался озвучить Пуртурии. Сейчас, когда между ними возникла менее напряжённая атмосфера за последний год, он намеревался попробовать хотя бы намекнуть о своей идее.

- У вас обеих есть определённые проблемы, которые не так уж сложно решить, если иметь силу воли, и я уверен, что вы ей обладаете. - Начал он, с особой осторожностью подбирая слова. - Дело завершится быстро, если знать, к кому обращаться, и вложить некоторые средства.

- Не мог бы ты уточнить, что именно имеешь ввиду? - С настороженностью спросила Пуртурия, заметив неуверенность Альбертиза.

- Усыновление. Для Тэрейны это шанс обзавестись долгожданным ребёнком, а для тебя - облегчить жизнь.

- Кажется, в этой комнате стало на одного ненормального больше. Как я могу отдать его кому-то?

- Не доверяешь Тэрре? Взгляни, ты снова забываешь есть, теряешь сознание и...

- Я не думала, что всё будет так. - Перебила его девушка, немного повысив голос, из-за чего Эрнест резко дёрнулся, случайно потянув за ленты капора Претериты, развязав их. - Откуда я могла знать, что у Энстера настолько неожиданно ухудшится здоровье?

- Я не виню тебя. Просто подумай, что ты живёшь здесь одна, и если с тобой что-то случится, Эрнест может остаться один на несколько дней, пока я не приеду.

- Ты говоришь ужасные вещи, Л-тиз. Как я могу отказаться от собственного ребёнка?

- Не отбрасывай эту идею сразу. Иногда необходимо признавать, что тебе нужна помощь, и в этом нет ничего плохого. Тэрейна и Ариум смогут дать Эрнесту чуть больше, чем ты сейчас. Это совершенно не значит, что ты никогда не увидишься с ним. Когда тебе станет легче, ты сможешь проводить с ним кучу времени, поддерживая легенду, что приходишься ему тётей.

- А если он не сможет привыкнуть к новой семье? К тому же, не факт, что Тэрейна и Ариум согласятся на подобное. Принять чужого ребёнка гораздо труднее, чем ты думаешь.

- Ты очень похожа на Тэрру, думаю, Эрнест не заметит большой разницы в таком возрасте. А с ними я поговорю, как только ты дашь положительный ответ.

Пуртурия молчала, нервно перебирая волосы сына. Девушка не могла даже представить, что когда-нибудь будет вынуждена принимать настолько сложное решение. Но Альбертиз был прав, она не справлялась, и тревожные мысли по этому поводу часто посещали её.

Ей потребовался почти месяц, чтобы всё обдумать. Месяц, наполненный бессонными ночами, полными слез и страхов, что она проводит последнее время с сыном. Альбертиз выполнил обещание, поговорив с Тэрейной и Ариумом сразу же, как Пуртурия вынесла вердикт. На следующий день возле её дома остановилась машина Тэрры. Попросив Претериту подождать в другой комнате, девушка подошла к двери. Шокировать сестру говорящей куклой она не планировала. Открыв дверь, девушка увидела на пороге Тэрейну. Её глаза остались такими же, какими она их помнила: добрыми и сияющими. Встретившись с Пуртурией спустя пять лет разлуки, Тэрра буквально бросилась ей на шею, чуть не сбив с ног. В отличие от отца, она никогда не пыталась избегать сестру и держалась на расстоянии исключительно по её просьбе. Каждое письмо доставляло ей невероятную радость, но чувство, возникшее при встрече, несравнимо ни с каким другим.

- Пуртурия, как я рада тебя видеть! - Завопила девушка, сжимая её в объятиях. - Ты так изменилась!

Отступив на шаг, Тэрейна принялась осматривать сестру, чей вид теперь казался непривычно чужим. От неё больше не исходило то тепло, а пустой отстранённый взгляд и вовсе напоминал о дне, когда они виделись в последний раз.

- Привет, Тэрра. - В голосе слышалось волнение, хотя Пуртурия старалась тщательно его скрыть. - А где Ариум?

- У него много дел на работе, не смог приехать. Но ты не переживай, Аричка на всё согласен.

Заметив позади Пуртурии Эрнеста, девушка расплылась в улыбке и присела на корточки, потянувшись к мальчику. Тот стоял на месте, застенчиво держась за штанину матери. Он лишь помахал ладошкой в знак приветствия.

- Какой он прелестный. - Лепетала Тэрейна, поднимаясь на ноги. - Ты не говорила, что он такое чудо. Нам столько нужно обсудить!

- Может, чаю? - Предложила Пуртурия, еле успев сказать что-то за ту секунду тишины, пока Тэрра набирала воздуха для очередного потока мыслей.

Кивнув, Тэрейна спросила разрешение на прикосновения к Эрнесту и, получив его, подхватила ребёнка на руки, пару раз покружившись с ним на месте, затем проследовала за сестрой на кухню, прижимая к себе мальчика, заинтересовавшегося её длинными серьгами. Пока Пуртурия заваривал чай, она пыталась наладить контакт с Эрнестом. Он видел в ней человека, похожего на мать, поэтому вёл себя крайне спокойно. Черты лица Тэрейны были более мягкими, но в остальном она очень походила на старшую сестру. Поставив две чашки на стол, Пуртурия села напротив неё. Она слегка улыбнулась, увидев, как легко Тэрра поладила с Эрнестом. В голову девушки закрались сомнения, что, возможно, причиной стеснительности мальчика был не его характер, а сама она. Возможно ни она, ни Альбертиз, не смогли дать ему столько внимания, сколько дала Тэрейна.

- Рассказывай, как ты? Что нового произошло? - Вопрошала Тэрра, вручая Эрнесту свою серёжку.

- Ничего особенного. - Пуртурия пожала плечами, стараясь звучать непринуждённо. - А у вас с Ариумом как дела?

- Честно говоря, неоднозначно. Меня крайне вымотали постоянные походы к врачам, но зато Аричка почти завершил приготовления к свадьбе. Не могу поверить, что скоро получу статус жены. Кстати, ты тоже непременно должна на ней присутствовать!

- Не думаю, что отец захочет меня видеть.

- Он смирится. Это мой праздник, и я могу пригласить на него абсолютно кого угодно. По-моему, нет ничего плохого в том, что я хотела бы видеть в этот день тебя, и нет необходимости оправдываться перед отцом. К тому же, во-первых, у него нет выбора, а, во-вторых, он просто обязан принять того, кто подарил ему столь восхитительного внука.

Диалог вновь вернулся к Эрнесту, напомнив Пуртурии истинную причину присутствия Тэрейны. Она понимала, что подобный шаг был необходим, но всё ещё не осознавала, в какой момент допустила ошибку, из-за которой теперь вынуждена расставаться с Эрнестом. Её палец скользил по краю чашки, а глаза направлены на мальчика, заворажённого блеском серёжки в своих руках и не обращающего никакого внимания на разговор. Ладонь Тэрейны легла поверх её руки.

- Пуртурия, если ты сомневаешься, я могу подождать. Не хочу торопить тебя, но знай, я не подведу. И это ведь не прощание. Двери моего дома всегда открыты для тебя. Если захочешь видеться с Эрнестом, можешь делать это в любое время, без всяких ограничений.

Эмоции захлестнули Пуртурию. Не было сил даже на слёзы, поэтому она только кивнула, не смея поднять глаз на сестру. Слова Тэрейны были полны искренней заботы, но они лишь подчёркивали её собственное бессилие. Она чувствовала себя загнанной в угол, вынужденной делать выбор, который разрывал ей сердце. Девушка пыталась заглушить все чувства и рационально думать о том, что в данной ситуации лучше для Эрнеста. Тэрейна нежно сжала её руку в знак поддержки. Она понимала, что сейчас не время давить и настаивать.

- Я знаю, не сомневаюсь в тебе и Ариуме. - Прошептала Пуртурия, сглатывая ком в горле. - Просто это очень сложно.

- Понимаю, - ответила Тэрра мягко, - всему свое время. Не кори себя. Будь я на твоём месте, наверняка бы тоже очень долго не решалась совершить такой шаг.

Тэрейна ещё немалое количество времени рассказывала, как планирует воспитывать Эрнеста, как он ей нравится. Она делала всё, чтобы убедить сестру, что та может ей довериться. Пуртурия слушала её вполуха, украдкой наблюдая за сыном. Она пыталась запомнить каждую черту его лица, каждый жест, каждую маленькую деталь, понимая, что рано или поздно его образ исчезнет из её памяти точно так же, как и она из его жизни. Она понимала, что Тэрейна искренне хочет помочь, что она действительно любит Эрнеста, но от этого легче не становилось. Чувство вины, словно ядовитый плющ, обвивало душу, шепча о её материнской несостоятельности.