3

16.06 пн

ТЫ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, ЧТО БЫЛО. Дорогой дневник, я наконец убила ЭТУ дрянь. Я свободна! Мы все свободны! Всё закончилось. Руки дрожат до сих пор...не могу поверить, что я это сделала. Прямо сейчас я нахожусь одна в СВОЕЙ комнате и наконец-то могу тебе рассказать всё то, что происходило в течение последних часов. Я НЕ ВЕРЮ, ЧТО Я СМОГЛА СДЕЛАТЬ ЭТО. Я молодец! Я большая молодец!

Рано утром я сообщила сестре, что хочу вывести её погулять в парк. Родителям я заранее сказала об этом. Казалось, они даже обрадовались моей инициативе, уходя на работу. В период с семи утра до восьми наблюдается большое скопление людей, уезжающих по делам. Во время обеда они так же возвращаются домой, чтобы набить свои пустые желудки нечто съедобным. Таким образом, у меня оставалось лишь три часа для выполнения идеального плана. С раннего вечера вчерашнего дня я аккуратно собирала рюкзак на прогулку. Огромные запасы воды, маленькая садовая лопата,  запасная одежда. В инструментах папочки я нашла идеально подходящий молоток. Такой небольшой, но при этом доставляющий резкую боль от одного лишь удара. Пыточный набор был в сборе! Наступили часы реализации плана. Как только я собралась, я начала собирать мерзкую скотину, одевая еë максимально легко и свободно. Убедившись, что с собой ни у кого из нас не было телефона, мы начали выходить из дома.  За временем я следила с помощью простейших наручных часов. Так вот. Мы вышли из дома и начали свой путь пешком. Я идеально подобрала наш маршрут, где в основном не было бы камер и лишних свидетелей. На всю дорогу нам потребовалось около пятнадцати минут медленного темпа. Добравшись до места назначения, мы пересекли главный вход в парк. Безусловно, засветиться на камерах хотя бы раз было дело необходимым, как доказательство, что мы были именно тут. По-началу мы проходили по тротуару мимо ботанических экспозиций, медленно приближаясь к ограждению рядом с лесом. Вокруг не было ни души, сплошная угнетённая тишь. Подходя к концу территории, я указала сестре на ограждения. Заманить еë было легче лëгкого. Игра в прятки остаëтся фаворитом многих детей, чем я и любезно воспользовалась, отметив, что прятаться необходимо именно за огорождением. Первое дело было сделано, тушка уже была в моëм капкане. Найти еë не составило никакого труда, жизнь не научила еë скрываться и оставаться в тени с целью выживания. Момент, когда я уверенно надвигалась на неë...был особенным. Я чувствовала, как становлюсь хозяином обстоятельств и её судьбы. Лучше бы ты не знала, что я собираюсь с тобой сделать, крольчонок. Рассказав сестре увлекательную историю про то, что рядом находится магическое озеро и я могу показать его, мы начали стремительно отдаляться от цивилизации всё дальше и дальше, всё ближе и ближе к началу конца. Удивительно, как во время дороги она радостно подпрыгивала, словно ожидала конфетный сюрприз посреди тёмного леса. Интересно, а ей понравился мой сюрприз? Что же она чувствовала, когда видела своё окровавленное тело? Наконец-то, я замечаю нужную подготовленную полянку, окутанную толстыми деревьями настолько, что солнечный свет практически не пробивался. Остановившись, я попросила еë повернутся ко мне спиной и закрыть глаза, ведь я приготовила для неë особенный подарок. Как же доверчиво она обернулась в противоположную сторону и, слегка визжа, словно свинья, начала бормотать. Тем временем, я аккуратно вынимала молоток из рюкзака. Отбросив сумку в сторону, я начала приближаться. Я слышала еë умеренное дыхание и невинные вздохи. Приятное волнение покалывало руки, а ноги постепенно стали подкашиваться от чудного прилива эмоций. Я оглядела еë с ног до головы, проматывая всё то, что происходило последние семь лет. Всю ту боль, что мне пришлось испытывать не по своей воле. Все те телесные наказания, лишения праздников и сюрпризов, отсутствие личного пространства и свободного времени. У меня нет ничего своего. Прокручивая в голове воспоминания, я ощущала всю ту жестокость, которая накапливалась огромные годы и находилась на грани взрыва. Отныне, я на сто процентов была убеждена в том, что моя сестра должна умереть. Мой первый удар был сделан в пол силы, чуть левее затылка. Я хотела, чтобы она почувствовала адскую боль в голове, но при этом находилась в полном сознании. Терять его было слишком рано, веселье только начиналось. Мигом я повалила еë на землю и, закрыв рот рукой, принялась душить. Я делала это медленно, растягивая каждую секунду еë страдания и моего блаженства. Усиливая напор, я сдавливала еë шею всё мучительнее. Я видела её покрасневшее личико, которое было готово взорваться от недостатка воздуха.  Во время акта расплаты я всё время смотрела ей в глаза. И знаешь, что я увидела? Никакого страха. Конечно, были слëзы, вызванные проработанной на автомате привычкой. И кое-что ещё...Ненависть. Ох, как же читался гнев и ярость в еë глазах. Они буквально горели мыслями о том, как матушка, узнав обо всём с еë слов, убьëт меня. Я видела, как во взгляде сестры царило счатье от одного лишь понимания, что может после этого сделать со мной отец. Надеюсь тебе было приятно, сука. Да, теперь я вижу настоящее нутро этой ублюдины. Хватаясь за любую мелочь, она всегда  находила возможности нагадить мне и испортить отношения с родителями. Мне никогда не было еë жалко. Пусть благодарит, что я убиваю еë своими руками, а не отдаю на растерзание голодным свиньям. Насладившись процессом удушья, я отпрыгнула от неë и вновь схватилась за молоток. Бежать ей было бессмысленно, да и кричать, в целом, тоже. Вопреки еë попыткам оттолкнуть меня ногами, я села на неë и приступила наносить сильнейшие удары по лобной части головы. Замахиваясь, я разбивала ей каждую часть лица, начиная с еë крошечного носика, заканчивая огромными глазами. Я делала это беззвучно, мысленно освободительно крича. Моя душа пела, она обретала крылья с каждым ударом. Я слышала треск ломающегося черепа и ощущала красные брызги на своих щеках. Я не видела сопротивление со стороны сестры, можно сказать, я еë вообще не видела. Единственное, что меня интересовало, это вынесение гнева на его  источник. И удары мои с каждым разом становились лишь сильнее, а она всё продолжала оглядывать меня круглыми глазами! Видимо, она хотела получить больше. Используя указательные пальцы, я грубо выдавливала её глаза, мечтая увидеть на их месте окровавленную пропасть. Когда еë лицо стало напоминать одну большую красную опухоль, я медленно отстранилась. Казалось, что она всё ещё дышит и чтобы завершить дело до конца, я обязана была раздробить каждую косточку еë тела. На случай, если каким-то волшебным образом она сумеет выжить, я также переломала колени и раскрошила еë ступни. Сомневаюсь, что она смогла бы доползти хотя бы пол метра. Пульс пропал. Удар по темечку был завершающим. Как образцовая сестра, я поцеловала еë в лобик и пожелала спокойной ночи. Надеюсь, эта сука будет гореть адским пламенем, а еë гниющая плоть станет восхитительным ужином для опарышей. Мой молоток и руки были в крови и, вероятнее всего, одежда тоже имела немаленькие следы. Достав свои запасы воды, я начала мыть свои ладони, лицо. Я тщательно промыла молоток и ополоснула полянку, где лежало тело. Времени оставалось всё меньше и меньше. Схватив еë за плечи, я принялась тащить еë в подготовленную яму. Холодную, грязную дыру. Наконец-то я сбросила тело в пункт назначения. Я сложила еë руки в позу эмбриона, чтобы она не занимала слишком много места. Оглядев укромную могилку, я харкнула во внутрь и как удачно мой плевок попал ей в центр лба. Просто волшебно. Началась самая грязная работа. Сначала, я засыпала яму землëй до самых краëв. Когда дыра была полностью  засыпана, я вновь принялась ополаскиватель всë, что могла испачкать. Мне нужно было заранее перепроверить каждую частичку своего тела, каждую травинку, каждый камешек на наличие пятен крови. Следов не должно было оставаться. Взяв подготовленную запасную одежду, я быстро переоделась в кустах и сложила запачканные вещи в рюкзак. Я специально выбрала похожие шорты и футболку, чтобы на камерах не было несостыковок. Перепроверка заняла небольше 10 минут. И вот,  ничем непримечательная на вид полянка. Время поджимало, мне нужно было выбираться. К счастью, я заранее спланировала безопасный обход через лес, который вывел бы меня на выход. Я ещё раз проверила содержимое рюкзака и визуально осмотрела местность. Чистота и спокойствие. Уплотнëнные деревья позволяли мне оставаться незамеченной всё это время. Несколько минут и я уже вышла за территорию парка. В тот момент мне нужно было лишь бежать, мчаться до дома. Я спотыкалась, но продолжала усердно ускоряться, мне нужно было уложиться во времени. Будучи красной и спотевшей, я наконец стояла у порога. Зайдя во внутрь, я мгновенно схватила свой рюкзак, обувь и одежду. Все необходимые инструменты я тщательно промыла, используя очистительные средства, кроссовки также протëрла, одежду  закинула в стирку. Все предметы я разложила по своим местам, словно их никто никогда не трогал. Доделав одно дело, я принялась за новое. Собрала рюкзак с новым содержимым, куда входили жвачки, телефон, бутылка воды, игрушки и прочий хлам. Закончив, я вновь была вынуждена рвануть из дома и снова направиться в тот парк. Поняв всю стратегию быстрого пребывания на место назначения, не забывая о камерах и свидетелях, я снова вошла на территорию  через чёрный ход. Я уже делала это совершенно спокойно. Мне было важно попытаться создать видимость того, что сестра, вновь проявляя свой ублюдский характер, решила сыграть плохую шутку и убежать от меня во время пряток. А я как любезная сестрица принялась самостоятельно прочëсывать лес, ведь родная кровинушка мне ближе всего на свете, ну и конечно, я растерянный ребёнок, который не догадался позвать на помощь взрослых. А если всё таки увидят , как я заходила в дом, то и здесь я подготовила оправдание. Я сказала бы им, что сестра всячески просилась уйти и оскорбляла парк бранными словами, а когда я не смогла найти её, то сразу подумала, что она могла убежать домой. В добавок, у меня как назло не оказалось с собой телефона, а мамочка учила меня не разговаривать с незнакомыми людьми. Но какая жалость, дома сестры не оказалось! Простите, мамочка, папочка, я хотела как лучше! Вот, что я примерно собиралась сказать.