Удачная постройка

Конец мая 1973 года

Около месяца назад я и мой брат Верн построили домик на дереве недалеко от озера Флатхед, примерно в четырех милях от нашей родной Джексвил-стрит. Я давно приметил то место. Казалось, здоровенный дуб всем своим видом говорил, что на нем неплохо бы поселиться, создать логово, куда взрослым вход воспрещен. Да и вообще всем, кто не знал о нашем кодовом слове. Случалось, заглянет какой-нибудь парень из школы, постучит несколько раз по люку, а дальше только тонны позора – ведь "Старый Вилли" для него не более чем персонаж из мультфильма. Иногда Верн разрешал присоединиться Мартину, чудаку, что жил от нас по соседству. Он мне не очень-то нравился, но карманы, набитые мармеладом, и комиксы про Бобби-Медведя были слишком ценным вкладом, чтобы от него отказаться.

Конечно, в постройке не обошлось без помощи нашего папы. Отец почти весь день работал на фабрике, и единственное, что ему хотелось по приезду домой – это, открыв банку пива, посмотреть новую серию "Уолтонов". Так что он с радостью поддержал нашу идею проводить меньше времени, маяча у него перед носом. Помню, как он забил последний гвоздь на крыше и, спустившись с лестницы, обратился к нам:

– Ну что, друзья, кажется, теперь все готово. – После этих слов Верн рванул вперед, словно дикий кабан, и мне оставалось лишь наблюдать, как он неумело взбирается по деревянным ступеням. У него на плече весела спортивная сумка, полная комиксов, чипсов и мятых плакатов с группой "Ван Хален". Я же хранил в портфеле настольные игры, банки с содовой и несколько сигарет, украденных из бардачка отцовской машины.

Я уже было собирался последовать за братом, когда мой старик отдернул меня и сказал:

– Джейкоб, ты помнишь наш разговор?

– Конечно, – ответил я сразу, однако он еще крепче сжал мою руку.

– Ты его старший брат. Если что-то случится с ним...

– Я знаю, папа. Я буду за ним присматривать, правда.

В тот момент его лицо перестало казаться враждебным и приобрело свой привычный невозмутимый вид.

–– Хорошо. Поверю, – в доказательство он даже меня отпустил.

Отец еще раз бросил взгляд на наше творение, поправил свою бейсболку и направился обратно к пикапу. Через минуту он завел двигатель и, посигналив нам на прощание, поехал в сторону города.

Я был старше Верна всего на два года, а из-за своей худобы выглядел в лучшем случае его ровесником. Поэтому чувство, что я за него ответственен вызывало во мне недоумение и отчасти тревогу. Вроде мы всего лишь два парня, чьи заботы ограничиваются тем, во что поиграть в вечер пятницы или какую газировку купить после школы. А при этом один отвечает головой за другого. И самое ужасное, что это бремя отец взвалил на меня.

– Ну что, Джей, ты долго еще будешь стоять там? – прокричал Верн и помахал мне из окна пачкой чипсов с беконом.

– Эй, толстая задница! Не вздумай там все умять без меня! – сказал я и принялся взбираться по лестнице.

Дом, где стены могли обрушиться даже от ветра, а через щели в полу виднелась трава, стал для нас местом, невероятно особенным – ведь он принадлежал только нам. И, как оно часто и случается среди людей, нам начали завидовать. Первые слухи, что братья Литгоу обзавелись личным штабом, появились в школе – Верн обмолвился, когда хотел показаться крутым перед толпой восьмиклассников. Затея заведомо гиблая, учитывая, что они и меня не воспринимали всерьез – чего уж говорить о моем младшем брате. Однако интерес он в них подогрел, и вскоре они пришли посмотреть, что это за место такое, где мы "устраиваем вечеринки" только для избранных.

Мы запирали входной люк и старались не издавать ни звука, когда возле нашего дома появлялась та самая компания из восьмого. Их главным был Бен Хопкинс, второгодник, что имел все шансы остаться на третий. Он носил с собой небольшой складной ножик, и только мне одному угрожал им раз сорок. В классе его начали сразу бояться, оттого и старались "дружить". Но только не я: только не после того, как он выбросил мой портфель на помойку в первый же день.

И вот этот тип приходил к моим стенам, и приходил к ним явно не с миром. Конечно, я не мог не беспокоиться об этом. Казалось, максимум, что нам может грозить на дереве – это падение на землю с двенадцати футов, после которого если и останется что, то только здоровенный синяк. Но нет – каждый день мы словно отбивались от осады, и враг отступать и не думал. Его не смущала даже деревянная табличка у дуба, где мы красным маркером обозначили, что чужим здесь не рады:

Еще один шаг, и мы начнем бросать тухлые яйца

Разумеется, просроченные продукты никто не держал, и данное предупреждение – не что иное, как блеф. Но почему-то мне эта идея показалась хорошей. Да и Верн не стал не стал ей противиться...

Я отчетливо помню тот вечер, когда мы втроем сидели посреди комнаты и пили кока-колу. Рядом с Мартином лежали тетрадки и один учебник по алгебре, – он делал за нас домашку, всегда. Дополнительная плата за риск. Так что вскоре Мартин поймал мой презрительный взгляд, и уже было потянулся за ручкой, но Верн вдруг прервал тишину:

– Может, нам сделать забор? Ну, как в фильмах, с колючкой. Или расставим медвежьи капканы повсюду. Я видел несколько у отца в гараже...

Прежде чем Верн сказал еще какую-нибудь глупость, я решил поскорее вмешаться:

– А сами-то как справляться будем? Или ты и ворота установить собрался?

– К тому же, из-за капканов у нас могут появиться проблемы с законом. Возле озера охота запрещена, – добавил Мартин. – В том числе на людей.

– Все равно надо улучшить защиту! Вы же помните, чем все закончилось вчера! – он указал пальцем на окно, забитое досками. Вынужденная мера после того, как через него забросили улей.

– В нем не было пчел, – заявил я.

– В этот раз да.

"Черт", – пронеслось у меня в голове, и я, смяв банку из-под колы, швырнул ее в стену.

– Я ненавижу его! Ненавижу!

Мы все, как по наитию, поднялись с пола и были невероятно озлобленны: на судьбу, на жестокость ради мимолетной забавы. Мои руки затряслись, и мне хотелось кричать. Кричать до потери сознания!

– Мы победим его, Джей, – Мартин положил руку мне на плечо. – Но сначала нам нужно перестать бояться.

Я закрыл глаза. В голове пронеслись картины из прошлого: Хопкинс бьет меня в коридоре, плюет в мой ланчбокс, режет мою футболку в раздевалке... Я не могу так больше! Какая же мразь...

После небольшой одышки я чуть-чуть успокоился и произнес:

– Действовать будем по-моему.