51. Майкл

На всех стенах демонстрировался экран телефона Вероники: был виден интерфейс с временем разговора, кнопкой сброса, а также небольшой круглой фотографией женщины среднего возраста с короткой стрижкой.

— Мама! — кричала она. — Ты меня слышишь?

— Конечно, слышу, дорогая, — ответил спокойный женский голос. — Как у вас там идет вечеринка? Ты завтра же вернешься?

— Мама, послушай! — принялась громко говорить Вероника. — Нас похитили! Мы в какой-то чертовой комнате! Тут повсюду черные экраны! Мы не знаем, где находимся! Прошу! Позвони в полицию! Вызови ее! Помоги нам!

В ответ была тишина.

— Мам?! — спросила Вероника. — Мама! Ответь!

— О, я рада, что у вас все хорошо, — все так же спокойно ответила женщина.

— Нет, мама! — еще громче закричала измученная девушка. — Нас похитили! Вызови копов!

— Да, я понимаю, что вы там веселитесь, — безмятежно сказала мама Вероники. — Ну, ладно, я просто хотела знать, все ли в порядке, моя дорогая. Тебе от Бэкки и папы привет.

— Мама! Мамочка! Ты меня не слышишь! — вновь заплакала Вероника. — Помоги мне! Я тебя умоляю!

— Пока, Вероника! — попрощалась с ней миссис Спирс и повесила трубку.

— Нет! — закричала девушка. — Не бросай трубку! Выслушай меня! Помоги мне!

Вероника прислонилась к стене и присела на пол. Стол с остатками еды поднялся наверх. Сэм подошел к своей девушке и в очередной раз принялся успокаивать ее.

— Нет, нет, нет... — тихо произносила Вероника. — Ах вы твари! — не выдержала она и вновь закричала. — Что с моей семьей? Почему моя мама меня не слышала?!

— С вашими близкими все в порядке, мисс Спирс, — хладнокровно ответила Аяма. — Это действительно звонила она. Просто она слышала немного другие слова.

— Как? Каким образом? — удивилась она. — Хотя ваши супер-продвинутые технологии явно могут имитировать наши голоса! Чему тут удивляться?!

— У кого-нибудь все еще есть надежда, что он выберется отсюда до тех пор, пока не закончится испытание? — задал вездесущий женский голос философский вопрос.

В комнате в очередной раз повисло молчание.

Только нам всем стало лучше после обеда, как этот звонок взял и напомнил о том, через что нам приходится проходить.

— Мисс Эмма Вилсон, как вам идея повращать колесо? — спросила Аяма. — Нам все-таки нужно двигаться дальше.

Эмма всячески пыталась скрыть страх на лице, но у нее это абсолютно не получалось.

— Не очень, но мне придется это сделать, — тихо ответила она и села за стол, предварительно посмотрев на меня.

Девушка расположилась на стуле и глубоко вздохнула, а потом ее руки сковал механизм. Ее руки совсем хрупкие и мягкие: кажется, что если механизм сожмет их сильнее, то они сломаются.

— Мисс Эмма Вилсон, — спокойно произнесла Аяма. — Добрая, верующая и немного наивная студентка. Может показаться со стороны, что она пришла к нам из волшебной страны Оз. Мисс Вилсон, вам никогда не хотелось быть актрисой? Мне кажется, что вы бы добились больших успехов с вашей неотразимой милой и искренней улыбкой.

На стене перед Эммой я видел ее красивые фотографии, на которых она мило улыбалась. Какая же она фотогеничная, в отличие от меня.

— У меня были подобные мысли, — ответила она, — но мои родители явно запретили бы. Знаете, я сразу скажу, что живу в сильных ограничениях: мой отец беспокоится, что Голливуд развратит меня, и я попаду в ад. Когда твой отец священник, то жизнь такая... Скованная.

— Вы верите в ад, мисс Вилсон? — спросила Аяма.

— Нет, — она отрицательно покачала головой, — я верю, что Бог нас всех любит и принимает такими, какие мы есть. Бог говорит нам следовать пути любви, несмотря ни на что. Если мы ему не следуем, то мы вновь и вновь будем встречать одни и те же проблемы, которые пройдем лишь тогда, когда выберем любовь.

— Я с тобой согласна, — поддержала ее Вероника.

— Спасибо, — слегка улыбнулась милая девушка. — У вас есть еще вопросы, Аяма?

— Пока нет, мисс Вилсон. Приступайте к вращению колеса.