24. Сэм

Мне было сложно сдержать слезы. Я вспомнил свою жизнь и начал понимать, что порой зря я так беспокоюсь из-за некоторых вещей. Никто бы не подумал, что родителей Мигеля убили. Я надеялся, что Кейт как-то поддержит его, но она лишь в очередной раз продемонстрировала безразличие. Даже после этого она остается стервой? Теперь мне интересно, почему Кейт стала такой.

Снова вибрация в телефоне.

На экране стеклянного футуристического устройства я увидел страницу Мигеля на Facebook. Кто-то опубликовал от его имени коллаж с множеством фотографий: где он на пляже сидит со своими настоящими родителями, где он работает в отеле Канкуна, а также, где он стоит возле статуи Свободы с приемными родителями.

«Кто бы мог подумать, что жизнь, казалось бы, обычного семнадцатилетнего студента может быть насыщенной: смерть родителей, выживание на улице, постоянный страх — а теперь наконец-то нормальная жизнь с моими замечательными любимыми приемными родителями, которым я всегда буду благодарен, спасибо вам! Цените своих близких! А еще спасибо моему лучшему другу – красному плюшевому дракону :) :D ;) xD :)) :O»

Мигель просто помотал головой и убрал телефон.

— Ты в порядке? — спросил я Мигеля.

— Да, все о'кей, — тихо ответил он, поглаживая свою игрушку. — Конечно, мне не очень нравится, что теперь все знают эту часть моей жизни. Обычно о таких вещах не говорят в социальных сетях. Но, в целом, я в порядке.

— Кажется, я кое-что понял, — сказал сзади меня Дэвид. — Колесо запрограммировано: оно заранее знает, какой сектор выпадет каждому из нас.

— Ты хочешь сказать, что нам всем будут выпадать самые «больные» сектора? — ошарашенно спросила Эмма.

— Вы поняли это только сейчас? — посмеялась Кейт. — Этой «псевдо-Siri» нужно раскрытие наших самых темных внутренних демонов.

— Нет! — запаниковала Эмма и прижалась к стене.

— Я могу лишь дать один совет, — продолжила Кейт. — Нужно заранее приготовиться к тому, о чем вам придется рассказать.

— В чем тогда смысл этого колеса? — спросил я. — Почему бы Аяме просто не задавать нам самые неприятные вопросы?

— Саспенс и надежда каждого из нас, что все обойдется, — широко улыбнулась она. — Мы можем еще так поступить: сейчас оставшиеся люди расскажут о своих самых темных тайнах — им будет проще вращать колесо. Ну, есть желающие?

В комнате повисла тишина.

— Я так и думала, — скрестила она руки на груди, будто поставив перед собой защитный барьер.